Принцесса Слизерина

      Драко проснулся от чьих-то хриплых, жалобных стонов. Было ощущение, что человека, который издавал эти душераздирающие звуки, пытали, и он ужасно страдал. Справа от него кто-то яро ворочался, не давая снова погрузиться в сон, из-за чего пришлось открыть глаза и сесть.       Грейнджер.       Одна лишь фамилия, уже предполагающая, что что-то явно произошло. Благо ещё двух персон, коллекционирующих неприятности, тут не было.       Девушка металась из стороны в сторону, что-то бормоча. Она вся покрылась потом, а лицо исказилось в страшных муках. Драко в шоке смотрел на неё, недоумевая, какого чёрта происходит и что ему делать. На ум пришло лишь то, что её нужно как-нибудь разбудить да поскорее. Малфой начал трясти её за плечи, пытаясь привести в чувства, но она не просыпалась, всё метаясь и сильнее комкая простыни. — Грейнджер! Грейнджер, мать его, очнись! — девушка не просыпалась, продолжая что-то невнятно говорить себе под нос. Салазар, что с ней?! Драко никогда такого не видел и не знал, что делать. — Гермиона! — НЕТ! — шатенка резко очнулась. Её трясло, а по лицу начали течь солёные, обжигающие слёзы. Сердце стучало неровно, иногда пропуская удары. Опять. Опять этот ужасный сон. Она опять его пережила. Это больно и страшно. И она не могла ничего в нём изменить. Пыталась, но не получалось. Она была самой собой, но как будто наблюдала за всем происходящим со стороны.       И в этот раз её пытали. Тело ещё помнило Круциатус Беллатриссы, предплечье эфемерно покалывало в месте шрама, и сегодняшний сон был одним сплошным триггером.       Драко не понимал почему она плачет, а Грейнджер пыталась прийти в себя и понять, где она находится. Она резко села и посмотрела на Малфоя своими заплаканными глазами, дыша через рот. Тот с осторожностью и ужасом в глазах глядел на неё в ответ, думая, стоит ли спрашивать о том, что произошло? Из-за чего у неё опять истерика? Прямо как тогда…       Гермиона облегчённо выдохнула, видя юношу живым и здоровым, резко подалась вперёд и обняла Драко, уткнувшись лицом в его грудь. Он обнял её в ответ и начал гладить Грейнджер по спине, пытаясь успокоить. Через несколько минут, которые длились словно вечность, девушка пришла в себя. Малфой взял её лицо в свои ладони, заправил мешающуюся прядь волос за ухо, вытер мокрые дорожки с лица, поцеловал в лоб и посмотрел прямо в её янтарные глаза. Она заставила его слишком сильно волноваться. — Ты в порядке? — Гермиона кивнула. — Что случилось? — Ничего, — быстро ответила она. — Просто… кошмар приснился. — У тебя из-за кошмаров уже вторая истерика, — Драко нахмурился. Слишком странно, слишком подозрительно. Решив разузнать всё позже, юноша встал с кровати и потащил за собой Гермиону. — Идём, умоешься. Скоро завтрак, ты должна на нём появиться: тебе нужны силы для матча. Но не в таком виде.       Отведя Грейнджер в её комнату, Драко вернулся к себе. Умылся, оделся и спустился в гостиную дожидаться девушку.

***

      Они зашли в Большой зал, и к Гермионе сразу же подбежал Гарри. Весь встревоженный, растрёпанный и похожий на сумасшедшего. — Гермиона, нам надо поговорить, — Поттер посмотрел на Драко, взглядом говоря, что разговор личного характера и посторонние тут ни к чему. Малфой недовольно закатил глаза, но всё же оставил их. — Да, Гарри, это что-то важное? — брюнет кивнул. — Это касается того видения перед учебным годом, — начал Гарри, поправляя очки, но Гермиона его остановила, беспокоясь о состоянии друга: — Стой, стой, стой. Гарри, ты завтракал? — парень выглядел измождённым, а его нервозность передавалась и Грейнджер. — Сегодня матч и тебе нужны силы. Ты бледный. Хорошо себя чувствуешь? — Гермиона, сейчас абсолютно не до этого! Произошло кое-что ужасное и до безумия важное! К дементору твой завтрак! Сегодня в «Пророке»… — Гарри, — серьёзный голос Гермионы всегда заставлял её друзей замолчать и слегка устрашиться. — Давай так, я не смотрю за завтраком в «Пророк», и мы откладываем этот разговор до конца матча, — Гарри недовольно нахмурился и неохотно, но всё же кивнул. — Пойдём, надо поесть, — взяв лучшего друга за руку, девушка пошла к гриффиндорскому столу, к месту, где сидела Джинни.       Рыжеволосая радостно ей помахала и Гермиона села напротив неё, усадив Поттера рядом. Уизли открыла было рот, чтобы сказать какую-то шокирующую новость, но Грейнджер её остановила. — Все новости после матча. Даже сплетни. Сейчас я хочу есть, и Гарри тоже, — строгим взглядом посмотрела на юношу Гермиона и, положив к себе в тарелку глазунью с беконом, приступила к трапезе. — Говоришь прямо как Рон. Тот тоже не любит новости с утра пораньше, — хмыкнула Джинни, на что Гермиона закатила глаза и наконец съела кусочек яичницы.

***

      День был солнечный, почти безоблачный. Возможно он был последним солнечным днём в этом году: совсем скоро серость ноябрьских деньков возьмёт верх. На деревьях висели одинокие пожелтевшие листья, вот-вот готовые сорваться с веток и улететь, подхваченные ветром. Зима ещё не начала бороться с осенью за бразды правления, и обычного пальто да шарфа было достаточно, чтобы не замёрзнуть.       Компания старшекурсников шла к стадиону, обсуждая предстоящую игру. — Мы порвём вас, — уверенно произнёс Гарри, поправляя красно-жёлтый шарф на шее и обращаясь к Гермионе. — Как и всегда, Гарри, — подтвердила Джинни, шагая по правую от него сторону. — Ты снова поймаешь снитч быстрее Малфоя. — Кто знает? Может, сегодня удача не на вашей стороне. Не стоит быть столь самонадеянными, — загадочно ответила им Гермиона, поправляя волосы, которые растрепал ветер. Её друзья ещё не знают, какой секрет она хранит, поэтому не слишком обратили внимание на слова, снова списывая всё на извечное занудство. И как же они будут удивлены, когда все карты вскроются. Гермиона Грейнджер и квиддич. Никто не поверит, услышав такое, ведь известно, что Гермиона никак не ладила и не ладит с метлой.       Внутри было странное, неизведанное чувство. Хотелось всех удивить. Показать, что Гермиона Грейнджер может побороть свои страхи и делать то, что ей давно хотелось. — Гермиона, многолетний опыт показывает, что Гриффиндор каждый раз побеждает Слизерин с тех пор, как Гарри начал играть. Другого исхода просто не может быть, — Джинни была слишком уверена в своих словах. — Или ты так говоришь только из-за того, что болеешь за свой факультет? — Я ни за кого не болею. Мне неважно, кто выиграет, а кто проиграет. Просто ваша уверенность в своих силах поражает, — Гермиона закатила глаза. — Нельзя же быть настолько самонадеянными! Вы не можете знать наверняка, кто одержит победу. — Спорим, что Гриффиндор вновь выиграет, размазав Слизерин как Флоббер-червя по подошве? — На что спорим? — На желание, — быстро ответила рыжеволосая, не обращая внимания на своего парня, пытающегося их отговорить от этой не очень удачной затеи. Девушка протянула руку, ухмыляясь. — Малфой однажды со мной поспорил и в итоге проиграл, — решила упомянуть Гермиона. Какого чёрта она вообще решила спорить с Джинни? — И что же ты ему загадала? — Увидишь, — Грейнджер схватила руку подруги, смотря прямо ей в глаза. — Гарри, разбей.       Юноша глубоко и грустно вздохнул, понимая, что у него ничего не получится с этим сделать, и разорвал их рукопожатие. — Ну и какой смысл спорить? — протирая очки, поинтересовался Поттер. — Неужели, ты не понимаешь?! — наигранно обижено воскликнула рыжеволосая, обращая внимание на Гарри. — Наша подруга не уверена в наших силах!       Девушки переглянулись, пытаясь сдержать серьёзное выражение лица, но всё же сдались, рассмеявшись. — Ох, Гарри, просто кое-кто остался в возрасте десяти лет, — объяснила Гермиона. — Ты это про себя? — не осталась в долгу рыжеволосая. — Грейнджер! — девушка не успела возмутиться, потому что увидела своего парня — Мерлин, как непривычно это звучит! — идущего прямо к ней и находящего определённо не в лучшем настроении. — Ой, мне пора. Увидимся! — быстро попрощалась шатенка, уходя.       Джинни сложила руки на груди и задумалась, смотря на удаляющуюся Гермиону и Малфоя, ждущего её. — Как ты думаешь, что между ними? — Я не хочу об этом думать! А теперь пошли, совсем скоро уже матч, — Гарри схватил свою девушку за руку и потащил её в сторону раздевалок, не собираясь что-либо предполагать о лучшей подруге, если это может быть связано с Малфоем.

***

— Салазар, Грейнджер! Где тебя носит? Ты должна быть уже в раздевалке, готовая к игре, — недовольно произнёс Драко, отчитывая Гермиону, как только та подошла к нему. Он стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на неё с высоты своего роста недовольным взглядом. — Не веди себя, как старая бабка на базаре, Малфой. Пойдём, ты же не хочешь опоздать на матч? — закатила глаза шатенка, после чего, взяв его за руку, потянула в сторону раздевалки Слизерина, ухмыляясь точно так же, как обычно это делал Драко. Мда, долгое проживание с ним в одной башне привело к тому, что она начала перенимать его манеры. — Как ты меня назвала?! — воскликнул Драко, всё же следуя за ней. — Старой бабкой на базаре, — повторила Гермиона. — Кто бы говорил, — проворчал юноша, вспоминая её недовольство тренировкой в восемь вечера.       У входа в раздевалку их встретила Пэнси, на шее которой был слизеринский шарф. — Ну что ж, Грейнджер, не подведи. Я верю в тебя и только в тебя! — Гермиона кивнула, слегка улыбнувшись. Брюнетка повернулась к Малфою, который, судя по недовольному выражению лица, тоже ждал напутствующих слов. Она закатила глаза, усмехнувшись. — Ладно, и в тебя я тоже верю. Удачи вам! Что стоите? Бегом переодеваться!       Они зашли в раздевалку, подгоняемые Паркинсон, что буквально толкала их в спины, и разделились. Гермиона пошла в соседнее помещение, отведённое под женскую часть раздевалки, вместе с охотницей — Дженнет Кейли. — Видела тебя на отборе, — начала Дженнет, надевая форму. — Обогнала Малфоя… — она усмехнулась. — С Поттером справишься?       Грейнджер показалось, что та говорила надменно, будто была полностью уверена в том, что Гермиона не сможет поймать снитч быстрее Гарри. Что у неё это не получится, как бы она не старалась. Звучит как вызов? — Да, думаю, справлюсь, — уверенно заявила бывшая гриффиндорка, надевая защиту. — Уверена? Вы же с Поттером друзья, точно не уступишь ему? — с насмешкой в голосе спросила Кейли, хватая свою метлу, стоящую в углу комнаты. — Дружба дружбой, но в данный момент мы соперники: поддаваться будет глупо, — Гермиона холодно посмотрела на охотницу, подтягивая перчатки, схватила свою метлу и вышла в общее помещение, где все уже собрались. За ней вышла Дженнет. — Так, теперь все в сборе, — осмотрев команду, выдал Драко, немного задержав взгляд на Грейнджер. — Все помнят тактику игры? — все кивнули. — Отлично. Не подведите.       Со стадиона послышался голос ведущего сегодняшней игры: — Команда Гриффиндора уже на поле и уже во всю разогревается перед матчем. Скоро появится и Слизеринская сборная, ждём же их, — вещал через микрофон Симус Финниган. Его голос разносился по всему квиддичному полю и был слышен даже в стенах замка. — Ого! Мне сообщили, что в команде Слизерина замена ловца! — многие на трибунах и не только зашептались. — Кто же посмел занять место Драко Малфоя?       Драко усмехнулся, услышав последнюю фразу, и серьёзно посмотрел на Гермиону: — Надеюсь, я тогда не просто так проспорил? — Не просто так, Малфой, точно не просто так.       Капитан Слизеринской команды кивнул и обратился уже ко всей команде: — Ну что ж, идём удивлять.       На поле друг за другом вышло семеро учеников в зелёной форме, держа в руках мётлы. Гермиона шла за Драко, вторая, гордо подняв подбородок. — Вы тоже это видите?! Гермиона Грейнджер в квиддичной форме с метлой в руках?! — Симус и остальные зрители, включая слизеринцев, находились в полнейшем шоке и недоумении. — Я сплю или мне всё же не стоило есть те конфеты, у которых закончился срок годности? Кто-нибудь, скорее ущипните меня! Ауч! Я же не всерьёз!       Гермиона усмехнулась. Вот как надо производить впечатление! Осталось лишь доказать Малфою, что он не зря отдал ей свою роль в игре и взял другую. Доказать этой Дженнет, что дружба с Гарри ей никак не помешает завоевать снитч. Доказать Джинни, что Слизерин может выиграть Гриффиндор. И она это сделает.       Мадам трюк вышла в центр поля и призвала капитанов команд к себе, чтобы те пожали друг другу руки перед игрой. — Осторожней, Поттер. Она шустрая, — ухмыльнулся Драко, разжимая рукопожатие. — Удачи, — почти одними губами.       Игроки сели на мётлы и поднялись в воздух.       Мадам Трюк начала отсчёт. К Гермионе подлетела Джинни: — Так вот, что ты загадала Малфою, — рыжая усмехнулась. — Думаешь, с тобой в роли ловца Слизерин выиграет? Ты же всю жизнь высоты боялась, неужели осмелела? — Времена меняются, Джинни, — азарт, чистый азарт всё больше овладевал Гермионой. Разливался по венам и окутывал разум. Шуточный спор с Уизли поднялся на новый уровень, и Грейнджер собиралась победить.       На периферии зрения Гермиона видела, как улетел золотой мячик, промчавшись рядом с её метлой. Две секунды и раздался свисток. Игра началась.       Девушка поднялась выше, улетая от Уизли, вниманием которой завладел квоффл в руках Дженнет, направляющейся к гриффиндорским воротам. Гермиона сделала круг над полем, взглядом ища снитч, однако тот не показывался. Симус активно комментировал матч, и спустя десять минут счёт стал 30:10 — Слизерин лидировал. Похоже гриффиндорский вратарь сегодня был не в форме, что было на пользу слизеринской сборной. Однако за это время крылатый шарик ни разу не попался на глаза.       Гарри так же летал, не находя снитч. Наверное, игра затянется надолго, раз никто из ловцов ещё не видел свою цель. Финниган объявил о плюс десяти баллах для Гриффиндора за заброшенный Джинни мяч. Вдруг краем глаза Гермиона заметила золотой отблеск почти у земли около гриффиндорских колец. Быстрый взгляд на Поттера, чтобы понять, что он не видит снитч и лишь мгновение, чтобы рвануть к золотому шарику. — О, Гермиона Грейнджер заметила снитч! — чёртов Финниган со своими комментариями!       Гермионе не было до него дела так же, как и на Гарри, который рванул за ней после слов Симуса. Зато было дело до золотого мячика, что рванул с места, как только Грейнджер подлетела к нему. Она чувствовала крылья стнича на кончиках пальцев и то, как тот улетел прямо у неё из рук.       Секунда и девушка поняла, что летела прямо в землю. Резкое движение, чтобы направить метлу вверх, и она остановилась, приходя в горизонтальное положение. Гермиона зарычала от досады, но не собиралась сдаваться, поворачивая голову в разные стороны в поисках снитча. Поттер летел за ним вдоль трибун, и Грейнджер стремительно полетела в его сторону. Серьёзный взгляд и отточенные движения. Она пригнулась корпусом ближе к древку метлы и ускорилась до максимума.       Поравнявшись с Гарри, Гермиона вытянула руку вперёд, ведь до снитча оставалось меньше метра и тут уже только «кто быстрее». Ветер шумел в ушах, и девушка просто не слышала, что там болтает Симус и о чём предупреждает. Ещё чуть-чуть.       Резкое движение и золотой шарик уже у неё в руке, яро трепещет крылышками, пытаясь вырваться на свободу. Грейнджер огляделась, остановившись. Гарри не было рядом с ней, хотя только что был прямо подле неё. Сейчас же он летел вниз с метлы. В него попал бладжер, о котором говорил Финниган, и до земли оставалось метров десять, если не меньше. Девушка рванула вниз, чтобы спасти его, иначе он просто разобьётся.       До столкновения с землёй оставались считанные секунды, когда Гермиона схватила Поттера за руку. Она медленно спустилась с ним на землю и начала осматривать его тело, пытаясь понять, что именно повреждено, не обращая внимания на немного расстроенные выкрики Симуса о победе Слизерина.       Гарри хватался за больную руку здоровой. К ним подбежала мадам Помфри, и подлетели игроки Гриффиндора и Слизерина. Гриффиндорцы, чтобы узнать о случившемся, а слизеринцы — чтобы поздравить Гермиону. — Гарри! Мерлин, Гарри, что случилось?! — к юноше подбежала взволнованная и обеспокоенная Джинни.       Помфри попросила Дина и ещё одного гриффиндорца, имя которого Гермиона не помнила, хотя определённо знала, отнести Поттера в больничное крыло. Малфой подошёл к девушке и поднял её на ноги. — Давай, Грейнджер, вставай. С Поттером всё будет хорошо, он просто, скорее всего, сломал руку, не умрёт, — блондин развернул её лицом к себе. На лице у Гермионы был ужас. Она пыталась понять не из-за неё ли Гарри пострадал. Она ведь могла бы его оттолкнуть, если бы всё её внимание не было сосредоточено на снитче. — Эй, Грейнджер, если ты считаешь, что это из-за тебя, то это не так. Такое случается, что загонщики не успевают отбить бладжер. Всё нормально, — Драко притянул её к себе, обнимая за плечи и наплевав на то, что на них сейчас смотрит чуть-ли не весь стадион, — Просто у Гриффиндора хреновые игроки. — Наверное… — тихо сказала Гермиона, после чего поняла, что он обнимал её на глазах у всех и отстранилась, залившись краской и отведя взгляд. Да, они вместе, но об этом же ещё никто не знает!       Неожиданно её захватили в объятия, настолько сильные, что Грейнджер боялась задохнуться. Это была Пэнси, подбежавшая к ней тайком. — Я знала, Грейнджер, что ты сможешь! Знала, гиппогриф тебя дери! — брюнетка оторвалась от Гермионы, а потом прошептала ей на ухо: — Я спорила с этой Дженнет, что ты поймаешь снитч. Она должна мне пятнадцать галлеонов и руку на отсечение! — Ты серьёзно?! — девушка была в шоке, но улыбнулась, когда Паркинсон с гордостью кивнула. — Ну, кроме руки.       И только сейчас, смотря на радостные лица слизеринцев и не только, до Гермионы дошло, что она поймала снитч. Поймала чёртов снитч! Доказала всем, что может. Доказала Драко, доказала Дженнет, выиграла спор с Джинни и просто доказала самой себе, что не зря затеяла всё это. — Смотри, Драко, а Грейнджер тебя обыграла, — усмехнулся Блейз, толкнув друга локтём в бок. — Смотрю, — еле заметная улыбка появилась на лице слизеринского принца, когда он смотрел на улыбающуюся девушку, разговаривающую с Пэнси, и гордился ей.       Она смогла. Она сделала то, что не смог сделать он: забрала победу прямо из-под носа у Поттера, и Драко ей восхищался. Восхищался и гордился.

***

      Девушка аккуратно открыла большую дверь в больничное крыло и тихо зашла. Ей хотелось проведать Гарри, плюс им надо было поговорить. Прошло уже полчаса с окончания игры, счёт которой был 210:70 в пользу Слизерина, и Гермиона была уверена, что мадам Помфри уже закончила с Поттером, и ей наконец-то можно было его навестить.       Грейнджер медленно подошла к больничной койке, на которой лежал её лучший друг с перебинтованной рукой, и села на стул рядом с ней. — Привет, — какое глупое начало разговора, когда они уже виделись сегодня. — Ты как? — Так, вывих плеча и перелом руки. Не переживай, жить буду, не впервой же, — Гарри вымученно улыбнулся. Попытался сесть и зашипел от боли. — Гарри, лежи и не смей вставать, — вскочила девушка, укладывая друга обратно. — Я сожалею, что так произошло. — Гермиона, ты не виновата. Это всего лишь моя невнимательность, — юноша покачал головой на её слова. — А ты молодец, поймала снитч раньше меня, поздравляю! — Гарри поддерживающе ей улыбнулся. — Ты никогда не говорила, что интересуешься квиддичем. Да и не любила ходить на матчи. — Ну, — девушка не знала, что сказать. Сказать, что она не летала, потому что боялась высоты? Не ходила на матчи, потому что боялась всех этих травм, которые могли случиться с её друзьями и знакомыми? — У каждого есть свои секреты, Гарри, — Грейнджер загадочно улыбнулась. — А теперь к делу, — её лицо стало серьёзным. — Ты хотел мне что-то сказать. — Да, — Гарри тоже сделался серьёзным, поправляя очки здоровой рукой. — На тумбочке сегодняшний выпуск пророка, прочти, пожалуйста.       Девушка взяла газету в руки и на первой же странице увидела заголовок:

«Пожиратели смерти совершили побег из Азкабана! Кто же замешен в этом?»

      Гермиона зажала рот рукой от шока и посмотрела на Гарри. Он кивнул, мол, читай дальше. Она перевернула несколько страниц и остановилась на той, где написаны все подробности.

«В ночь с 31 октября на 1 ноября был совершён массовый побег из магической тюрьмы Азкабан. Такие Пожиратели смерти, как Антонин Долохов, Алекто Кэрроу, Уолден Макнейр, Корбан Яксли и Август Руквуд теперь на свободе. Просим всех, кто видел этих людей, незамедлительно сообщить об этом в Министерство. Мы не знаем, как им удалось сбежать, но предполагаем, что им помогли. Авроров, которые были на службе в тот момент, опросили. Вследствие опроса выяснилось, что всем аврорам стёрли память о том происшествии. Остальные подробности Аврорат оставляет в тайне.

С вами была Рита Скитер. Хотите узнавать о всех новостях самыми первыми? Тогда оставайтесь со мной.»

— О, Боже! — Гермиона, ошеломлённая, вернула взгляд на Гарри, который понимающе её кивнул. — Этот момент был в моём сне, — сказал брюнет. — Думаю, сейчас самый момент с точностью до деталей его пересказать.       Поттер тяжело вздохнул, подумал с чего же начать и приступил к долгому рассказу. Этот сон снился ему с 31 августа по сегодняшний день с периодичностью раз в неделю и уже конкретно так достал его, ведь ничего нового в нём не было, и он повторялся раз за разом, пока юноша не проснётся. Гарри рассказал о всех событиях, происходящих во сне. О том, что в нём также было перераспределение, из-за которого Гермиона попала на Слизерин, после чего подружилась с компанией Малфоя; в какой-то момент его сна случился побег из Азкабана…       Его рассказ приостановила Гермиона, пытаясь собрать из всех этих кусочков полноценный пазл: — Стоп, ты хочешь сказать, что какой-то черноволосый парень и я… Гм, как бы правильно сказать?.. Оккупировали Хогвартс? Каким образом?       Девушка была в полнейшем недоумении. Не каждый день тебе будут рассказывать про сон — события которого повторяются в реальности — в котором ты, лучшая ученица, считающая это место вторым домом, захватываешь школу с каким-то неизвестным парнем. — Я не знаю, просто в какой-то момент, после новости о побеге из Азкабана, появляется кадр… — Гарри немного смутился и замолчал, не договорив и отведя взгляд в сторону. Гермиона изогнула бровь в немом вопросе, ожидая продолжения и пытаясь понять, почему Гарри остановился. Глубоко вздохнув Поттер продолжил: — Момент твоего поцелуя с Малфоем, — у девушки чуть ли глаза на лоб не полезли от такого заявления. Они целовались с Драко не так уж много раз, и то почти все они были в Башне старост, где кроме них никого не было. Их поцелуй был увиден другими лицами только лишь единожды, Пэнси и Блейзом на ночёвке, и всё. А с таким заявлением Гермионе нужны подробности. — Потом всё потемнело, и вдруг ты и… этот неизвестный. Это было в Большом зале. Ты направляла палочку на учеников, а он на учителей. Тот парень, кстати, очень похож на того с кем ты на Хэллоуине была. Адам же вроде? — Поцелуя с Малфоем? — решила уточнить Гермиона, и Поттер кивнул. — Ладно, пропустим, это сейчас не так и важно… Ты сказал Адам? С чего ты взял, что это Адам? Есть же целая куча людей с тёмными кудрявыми волосами. — И скольких ты знаешь? — скептически спросил юноша. — Да даже ты, Гарри! Да твои волосы не сильно кудрявые, но они тёмные. Давай мы не будем обвинять без доказательств, — попросила Гермиона. Она всегда была за справедливость, а обвинения Поттера никак в это понятие не вписывалось. — К тому же, почему ты так уверен, что это не ты? — Сейчас не время для шуток, Гермиона, — строго осёк её Гарри, и лёгкая улыбка с лица Гермионы, которая всего лишь пыталась разрядить обстановку, пропала.       Сейчас и правда не время для шуток. Просто Грейнджер отказывалась воспринимать тот факт, что этот год, который она хотела прожить в спокойствии, приобретает статус «снова приключения» или правильно сказать «неприятности на пятую точку».       Этот непонятный сон Гарри, который с каждым днём всё больше похож на пророчество; кошмар со смертью Драко, который повторился и теперь не хочет покидать её мысли; её жизнь, которая в корне поменялась вместе с её мировоззрением… Всё это ужасно давит на неё, но может ли стальная Гермиона Грейнджер показывать свои слёзы не только Драко Малфою? А например лучшему другу? — Эй, ты чего? — похоже Поттер заметил изменение в её настроение. — Всё не так плохо. Мы же всегда со всем справляемся, — пытался поддержать её Гарри, слегка улыбнувшись. — Нет, Гарри, всё отвратительно! — девушка сложила руки на его койке и спрятала в них лицо, пытаясь скрыть непрошенные слёзы. Юноша положил свою ладонь ей на плечо, пытаясь поддержать и понять, что произошло за это ничтожное количество минут. — Всё просто отвратительно! — девушка подняла голову, чтобы её было слышно и речь была понятной. — Я не знаю, что делать! Всё очень сложно… Я… Я на Слизерине, тебе снится сон, который перекликается с настоящим, я влюбилась в Малфоя, и мы вроде как вместе. И мне уже дважды приснился кошмар, где мне угрожают смертью близких мне людей, включая тебя, а потом на моих глазах Драко убивают. Я без понятия, что делать. Я хотела проучиться этот год спокойно, но я уверена, что нам вновь придётся разгребать ту кучу дерьма, в которой мы увязнем…       Гарри тактично промолчал и не стал спрашивать насчёт Малфоя, посчитав, что эта тема будет поднята попозже. Он заправил выбившуюся прядь ей за ухо, попытался вытереть щёку от мокрых солёных дорожек, сделал так, чтобы она смотрела на него, и слегка улыбнулся. — Всё будет хорошо, Гермиона, я тебе обещаю, — не смотря на сильную боль в руке, Поттер притянул девушку к себе и обнял. Их братско-сестринская любовь никогда не иссякнет, и один, и другой будут всегда готовы оказать поддержку и помощь друг другу. — А насчёт Малфоя мы поговорим потом.       Девушка отодвинулась и вдруг осознала, что сказала о влюблённости в Малфоя. Закусив нижнюю губу, Гермиона отвела взгляд, надеясь, что её лицо не покрылось красными пятнами. От былого отчаяния остались лишь уже почти высохшие дорожки от слёз, которые немного стягивали кожу на лице. Гарри, милый Гарри… Он всегда мог её поддержать, даже если его поддержка была в объятиях и обычных фразах, она помогала. — И ещё, — Грейнджер вновь посмотрела на лучшего друга и принялась слушать. — Я не хочу возвращаться к той теме, но есть ещё один нюанс. В течение сна на фоне какой-то шёпот, — Гарри нахмурился. — Я сначала думал, что это парселтанг, но вслушившись, понял, что это всё-таки английский. Правда, какой-то странный. Спустя десятки попыток, я вроде как выписал буквы, что разобрал, и… Ну, Джинни тут мне немного помогла, — увидев озадаченный взгляд Гермионы, Гарри уточнил: — Она если что не в курсе всего. И получилось так, что этот шёпот — это слова, в которых буквы переставлены в обратную сторону. — И-и-и… Что в итоге вышло? — «Посмотри на стену: сколько часов, столько лет. История циклична: что произошло когда-то, повторится вновь. Зелёный равен красному. Внимательность — оружие.»       Гермиона медленно моргнула, осознавая отсутствие рифмы и странность произнесённых слов. — Так, давай по-новой, — доставая из сумки карандаш и блокнот, произнесла девушка, находя неисписанную страницу. — Только медленно.       Прочитав получившееся несколько раз, оба пришли к выводу, что это загадка. Причём на уровне пятилетки. Но звучит безумно странно. Хотя возможно для уставших после матча мозгов и тел, долгие мыслительные процессы сейчас не увенчаются успехом.

***

      Драко спрятал улыбку за бокалом алкоголя, делая глоток и слегка обжигая горло. Пэнси эмоционально рассказывала историю, которую резко вспомнила, активно жестикулируя и чудом не плеская вином по сторонам.       Им было шестнадцать, и они все вместе — Пэнс, Блейз и Драко — гостили в поместье Малфоев во время Пасхальных каникул. Гуляли по саду, болтали, веселились и чувствовали себя почти беззаботного. Оставались последние недели их безмятежной жизни, ведь скоро Драко совершит то, после чего изменится жизнь волшебников всей Магической Британии.       Пэнси тогда решила покормить павлинов, которых выпустили погулять. Угощения хватило всем, кроме одного, Джеральда — особенно надменного и вредного из всех. Будто обидевшись, он клюнул её в правую ногу, и Пэнси пришлось отступить. Джеральд клюнул её в другую. Видимо павлин на неё обиделся уж очень сильно, потому что как бы далеко Паркинсон не уходила, он шёл за ней и пытался клюнуть. — Я же от него по всему двору бегала, пока Тилли не дала мне угощение специально для него да побольше! — брюнетка залилась смехом и содержимому бокала оставалось совсем чуть-чуть, чтобы покинуть стеклянную ограду. — Да, было забавно за тобой наблюдать. Ты визжала так, будто за тобой маньяк гонится, — Пэнси обиженно-грозно посмотрела на Блейза, а тот лишь пожал плечами с улыбкой на лице и сделал глоток огневиски, выпивая последние капли.       Взяв со стола открытую бутылку алкоголя, он заново наполнил бокал. Через мгновение этот бокал вырвала у него из рук Гермиона, опрокинув в себя. Жидкость обожгла горло, но девушка даже не поморщилась, будто не заметила.       Придя в себя, Гермиона извинилась за столь спонтанное действие, наколдовала ещё один бокал из пустой бутылки с другого стола и попросила налить ещё.       Она подошла и села на соседнее от Драко кресло, прикрыла глаза и пальцами ущипнула переносицу. Довольно долгий и сложный разговор с Гарри сделал своё дело, и Грейнджер чувствовала себя ужасно морально уставшей, поэтому мозг подкинул ей идею пойти и посидеть с друзьями. И возможно выпить. Всё-таки слизеринцы и правда плохо влияют. В некоторых аспектах.       Если бы у неё были на это силы, то Гермиона улыбнулась бы мысли, что трое слизеринцев, ранее казавшиеся ей надменными и холодными, станут ей друзьями. А один из них её… парнем.       Случайно заикнувшись об отношениях с Драко, Гермиона не смогла отвертеться от расспросов. Удивительно, но её лучший друг отреагировал спокойно, сказав, что это всецело только её выбор, и он не имеет право вмешиваться в её личную жизнь. Это радовало. Гарри всегда был рассудительным человеком и даже в сложных ситуациях, хоть и поддавался эмоциям, чаще всего рассуждал довольно рационально. Не всегда, иногда Гермионе приходилось приводить его в чувства, но в основном.       Хотя скрившиеся в лёгком недовольстве губы Гарри она заметила. — И что же наговорил Поттер, что ты пришла сюда с таким видом, будто он раскрыл тебе все тайны человечества? — из раздумий её вырвал размеренный и спокойный голос Драко. Или в нём отдавали еле заметные нотки беспокойства?       Гермиона наконец открыла глаза, убирая руку от лица, и взглянула на Малфоя. Тот вальяжно сидел в своём кресле, закинув ногу на ногу и держа в правой руке бокал с огневиски. Можно сказать, что он был расслаблен, если не замечать напряжённые плечи и изучающий Гермиону взгляд.       Отвечая, девушка смотрела прямо в его глаза, задаваясь вопросом, беспокоится ли он о ней, или это лишь научный интерес: — Наверное все прочли утреннюю газету и всем известно о… Побеге из Азкабана? — вопрос не имел смысла, так как она была уверена, что единственная из всей компании, кто узнал о происшествии позже всех. — Ты хочешь это обсудить? — Гермиона перевела взгляд на Пэнси, стоящей у камина. — Нет. Я не хочу об этом говорить ни сегодня, ни завтра, ни… — желание сказать «никогда» переходило все дозволенные границы. Но фраза «никогда не говори никогда» дала ей вспомнить о том, что она всё равно будет говорить на эту тему с Гарри. Никогда нельзя говорить «никогда», ведь по закону подлости это всё равно произойдёт. Также как и Гермиона, которая говорила, что никогда не влюбится в подонка Малфоя, влюбилась в него. — Ни в ближайшее время. — О, ладно. Это твоё право, — Пэнси взяла новый бокал вина, стоящий на подносе с другими, и, пройдя между креслами Драко и Гермионы, села рядом с Блейзом на диване. — Тогда, думаю, стоит наконец мне поздравить вас. Вы выиграли! Ты феерически поймала снитч прямо из-под носа Поттера, Драко, Блейз и… Как там её? Дженнет? — Блейз кивнул и фыркнул от перекосившего лица Пэнс. — Бросали мячи один за другим в кольца Гриффиндора, а наши прекрасные загонщики всех вас оберегали от травм. А то валялись бы сейчас в Больничном крыле как Поттер, — эмоционально рассуждала девушка, выписывая свободной рукой пируэты, пока на её лице красовалась широкая улыбка. — Ага, пока шла к вам, меня чуть не задавили с поздравлениями об удачном дебюте, — хмыкнула Гермиона. — И мы должны это отпраздновать, Грейнджер! Спустя столько лет Поттер, наконец, получил по заслугам! Не обижайся, Драко, похоже Грейнджер оказалась лучше тебя в квиддиче, — заметив недовольного Малфоя, Блейз усмехнулся и отсолютовал ему бокалом.       Блондин закатил глаза, но всё же улыбнулся фразе друга, признавая своё небольшое поражение. Которое по сути таким не ощущалось.       Дальше разговор ушёл в другую степь, подальше от квиддича. В начале ноября они уже начали обсуждать, куда кто собирается на Рождество, хотя на улице даже ещё снег не лежал, а температура не хотела опускаться ниже нуля. Но все отчаянно надеялись на скорый приход зимы, ведь унылые деревья, на которых уже не красовались разноцветные листья, надоели, а серое небо не приносило никакого удовольствия. Лишь сегодняшний день порадовал их лучами солнца. — Драко! — звонкий высокий голос, больше похожий на ультразвук, раздался прямо над ухом Гермионы, оповещая о приходе немного надоедливой особы.       Повернув голову в сторону блондинки, Гермиона увидела, что та повисла одной рукой на шее Драко, что-то лепеча ему о победе в матче. Грейнджер сделала глоток огневиски, задаваясь вопросом какой по счёту она пьёт бокал. Четвёртый? Неужели? Джинни говорила ей, что не узнаешь насколько пьяна, пока не встанешь, но по немного кружившейся и пустой от сложных размышлений голове было понятно, что кажись на сегодня достаточно. — Вообще-то, Грейнджер поймала снитч, Астория. Тебе надо поздравлять её, а не меня, — Драко всеми силами пытался отвязаться от младшей Гринграсс и убрать её руку со своей шеи. Почему она вечно пытается найти с ним телесный контакт? Она до сих пор надеется, что у них что-то получится и он поступит так, как хотел его отец? Нет, Драко не собирается и дальше прогибаться под натиском Люциуса, которого и так уже нет в живых, с него хватит.       Девушка резко отпрянула от него, возвращаясь в вертикальное положение и резко развернулась в сторону «виновницы торжества». Движение было уж очень резким, из-за чего часть жидкости из бокала вылилась через край и оказалась на белой блузке Гермионы, распространяясь бледно-розовыми пятнами по ткани.       Гермиона ахнула от ужаса поставила свой стакан на столик, пытаясь сообразить, что же с этим делать. Мозг предательски не хотел работать и соображать, пока Астория пыталась извиниться за свою неуклюжесть. — Ничего страшного, Астория, — пыталась заверить её и себя Гермиона, как в голове, наконец, созрело нужное решение. Она же волшебница, всего одно движение палочкой, одно простейшее заклинание, и блузка как новая. Грейнджер загордилась собой, пока не вспомнила, что палочка осталась в комнате. Она ведь не нужна ей при встрече с друзьями, и Гермиона не видела смысла брать её с собой. Стон разочарования почти сорвался с губ.       Ещё раз осмотрев свой внешний вид и оценив своё физическое состояние, девушка решила, что пора бы идти к себе. — Я, пожалуй, пойду, — Гермиона встала с кресла и пошатнулась. Похоже она и вправду перебрала сегодня.       Поблагодарив всех ещё раз за поздравления и предоставленную компанию на вечер, Грейнджер попрощалась и направилась к выходу. — Грейнджер! — её окликнул Малфой, и девушка обернулась, видя как он поднялся и пошёл к ней. — Я провожу тебя, всё равно тоже собирался уходить. Плюс твоё состояние не подходит для того, чтобы одной разгуливать по огромному замку. Не хочу завтра узнать, что ты заблудилась и уснула где-то на холодном полу подземелий.       Гермиона не стала возражать и просто кивнула, соглашаясь. До Башни старост они добрались без происшествий, и Драко помог дойти ей до комнаты. Почему-то ей было ужасно стыдно, из-за того, что Малфой видел её в таком виде, хотя она была при нём и в состоянии похуже.       Подойдя к шкафу и найдя нужный флакон с зельем, девушка осушила его. Действие этого антипохмельного придёт не сразу, но она хотя бы не проснётся утром с ужасной головной болью, что уже радовало её.       Переведя взгляд на мягкую кровать, Гермиона поняла насколько же сегодня устала. События всего дня разом всплыли в голове, напоминая о себе, и тяжёлым грузом опустились на плечи, так и подбадривая наконец прилечь. Взгляд погрустнел сильнее, понимая, что Гарри не оставит всё это, а продолжит копаться в своей голове, пытаясь придумать логическое объяснение его сну. И привлечёт к этому её. И хоть у неё самой целая куча проблем, она не сможет отказать лучшему другу. — Грейнджер? — её окликнул Малфой, всё это время наблюдающий за ней. — Ты выглядишь подавленной, что-то случилось? — Н-нет, просто… — Гермиона закусила губу и задумалась, что же ответить. — Ты можешь остаться со мной? — девушка умоляющего посмотрела на Драко, обняв себя руками и надеясь на положительный ответ. — Вряд-ли я смогу уснуть…       Юноша молча кивнул и отправился в свою комнату, чтобы переодеться и дать ей такую же возможность. Когда он вернулся, Гермиона уже лежала в кровати, укрывшись одеялом и смотря в окно. Драко лёг рядом и внимательно всматривался в неё. Она была очень печальна, и это беспокоило. — Расскажешь, что с тобой? — не надеясь на ответ, задал свой вопрос Драко, переживая. — Всё ужасно сложно… — пока думала обо всём, глаза начинало щипать, и одинакоя слеза всё же скатилась по щеке. — Прости, — вытирая мокрую дорожку, произнесла Гермиона. — Я слишком много плачу в последнее время… — Гермиона призналась сама себе в этом, понимая, что стала слабее. Раньше её нельзя было заставить заплакать, даже если это что-то уж очень серьёзное, она просто не могла потерять ясность разума, но теперь всё просто кардинально изменилось. — В этом нет ничего постыдного, Грейнджер, это всего лишь эмоции, — пытался поддержать её Драко, беря за руку. — Расскажешь, что тебе сегодня снилось?       Просьба Драко заставила её расстроиться сильнее. — Пожалуйста… — она не знала чего просила. — Я не хочу об этом говорить… — Станет легче, поверь, — юноша пытался легко улыбнуться, показывая ей, что всё хорошо. Девушка закусила губу, раздумывая над его предложением. Сморгнув слёзы, Гермиона выдохнула и произнесла: — Ты… Мне снишься ты, а точнее твоё… — девушка сглотнула и пыталась остановить непрошенные слёзы. — Твоё убийство… — слёзы обильно потекли по щекам, обжигая. Гермиона не верила, что человек, лежащий рядом и пытающийся её поддержать и успокоить, имел на неё такое влияние, хотя чувства к нему появились не так уж давно, но такие сильные, что девушка удивлялась каждый раз. — Мне снится сон, где мне угрожают твоей смертью, а потом убивают…       Еле различимый шёпот и слёзы, которые делали Малфою больно. Он не хотел, чтобы она плакала, особенно из-за него. Он пытался её успокоить, заправляя пряди волос за уши и вытирая дорожки от слёз. — Гермиона, со мной всё в порядке. Я здесь, с тобой, всё хорошо, — после каждой фразы он целовал её, успокаивая. Целовал в прекрасный веснушчатый носик, в лоб, в милые щёчки, часто становящиеся красными, когда он рядом, и, наконец, оставил заключительный целомудренный поцелуй на губах. — Заметила, что каждый раз, когда тебе плохо, я тебя успокаиваю? — Драко лишь хотел разрядить обстановку, но похоже его слова и вправду произвели на неё успокаивающий эффект.       Она настолько устала, а слёзы окончательно забрали у неё все силы, что она смогла лишь улыбнуться. — Да, мой личный сорт успокоительного — Драко Малфой, — после сказанных слов она прикрыла глаза и уткнулась носом ему в плечо, после чего уснула глубоким сном. Драко лишь усмехнулся, обнял её, прижав к себе сильнее, и последовал её примеру.