В медпукте

      Хмурая Алиса, потирая ушибленную руку, направлялась в медпункт. Как и другие пионеры, она не пошла бы туда без веской причины. Рука нестерпимо ныла, что злило рыжую всё больше и больше. Но не только рука не давала Алисе покоя: из-за колена Двачевская несколько раз спотыкалась, хотя, к её счастью, не падала. До медпункта оставалось немного. Алиса, увидев знакомое здание, на время забыла о боли и ускорила шаг. Но стоило ей остановиться у дверей, как травмы вновь напомнили о себе, и Двачевская забарабанила: — Есть кто? Виолетта Церновна, вы тут?! Видимо, сегодня в медпункте Виолы не было. — Открыто, — донёсся знакомый голос. — Входите. Алиса не спешила открывать дверь. Это был явно не голос медсестры. Стоит ли ждать здесь, или войти? Долго задаваться вопросами рыжая не стала. Внутри она увидела за рабочим столом знакомые фиолетовые хвостики и от удивления вновь забыла о боли. Лена отложила в сторону журнал и повернулась к Алисе: — Привет. Что-то случилось, Алиса? Проходи, садись. Голос Лены вернул Двачевскую в реальность. — Л-Л-Ленка?! Ты что тут забыла? И где Виола?! — Ко мне она подошла вчера после ужина и попросила её подменить. — В смысле?! — Она уехала сегодня утром. Тут Лена заметила раны у Алисы: — Проходи давай. Сейчас я помогу тебе. Но Двачевская так и стояла у порога, стреляя глазами во все стороны. — Лучше я сама всё сделаю. — Постой… — Сама справлюсь! — прервала её рыжая. Едва Алиса метнулась к шкафчику с лекарствами, Лена тут же встала на её пути. — Отойди, Тихонова! Ты мне не поможешь! — Нет. Давай лучше я обработаю твою рану. Ты себе только навредишь. — А ты как будто знаешь, как это делается! — огрызнулась Алиса. Лена сохраняла спокойствие. Алиса же кипела, будто вулкан, готовый в любой момент извергнуться. Девочки старались соблюдать нейтралитет, хотя обычно всегда первой срывалась именно Двачевская. Сейчас же Лене было не до выяснений отношений. Она лишь заменяла медсестру. — Алис, — тихо начала Лена, взяв хмурую пионерку за плечи. — Давай помогу. Виолетта Церновна учила меня. Всё будет хорошо. Как раз в этот момент боль снова напомнила о себе. Двачевская перестала упираться и молча села на кушетку. Выбора нет. Лена не даст взять лекарства, а травмы залечить как-то надо. Раз уж Виола оставила медпункт на неё, значит не просто так. — Ладно, Тихонова. Только побыстрее. Как только Алиса села на кушетку, Лена подошла к ней и начала осматривать. Она спокойно взяла Алисину руку и аккуратно повернула раной к себе, чтобы не сделать своей пациентке больно. Потом Лена осмотрела и разодранное колено. Такие травмы для пионеров – не в новинку. — Здорово ты ударилась, — оценила юная медсестра. — Как же так вышло? — Лечи давай, а не языком чеши, — отмахнулась рыжая. — Мне просто интересно… — Меньше знаешь – крепче спишь! Между девочками повисло недолгое молчание. Лена встала, взяла полотенце и пошла к раковине. Первой заговорила Алиса: — Что ты делаешь? — Хочу раны водой промыть. Посиди смирно. Я всё сама сделаю, — объяснила Лена. — Ну ладно. Допустим. Лена вернулась к Алисе с мокрым полотенцем и принялась аккуратно смывать кровь сначала на колене, затем на локте. Пациентка же всё это время сидела и сосредоточенно смотрела в одну точку, в отчаянной попытке не думать ни о боли, ни о чём-либо ещё. Это не укрылось от Лениного внимания: — Алис… Рыжая не сразу ответила. Лишь тогда, когда поняла, что Лена пристально смотрит на неё. — Чего тебе? — Как же ты всё-таки умудрилась так пораниться? Расскажи, мне интересно. — Делать мне больше нечего, тебе ещё рассказывать. Я сюда за помощью так-то пришла, — вновь отмахнулась Алиса. Лена вздохнула и убрала грязное полотенце в отдельную корзину, затем достала из шкафчика йод и бинт. Алиса всё это время наблюдала за ней. — Будет немного щипать. Ты уж потерпи. Лена стала аккуратно обрабатывать раненое колено. — Ай! Тихонова, блин! — не удержалась Двачевская. — Больно же! — Я же сказала, потерпи. Алиса периодически стискивала зубы и сжимала кулаки. Иногда даже зажмуривала глаза, лишь бы не чувствовать эти жгучие пощипывания. Лена же лечила быстро, но аккуратно. Хоть она хорошо усвоила теорию с Виолой, практика всё равно была сложнее. Лена старалась не задеть саму рану, словно сапёр, аккуратно режущий провода. Пришлось повозиться. Как только с лечением было покончено, медсестра забинтовала колено. Алиса наблюдала за ней. Её удивляло Ленино хладнокровие. Да, юная медсестра всегда отличалась спокойствием, однако сейчас была особенно непоколебима. — Так… с коленом закончили. Осталось немного. Потерпи ещё чуть-чуть, — серьёзно произнесла Лена. — Х-хорошо… — Ты уж прости, что не с локтя начала... — Не знаю, как у вас там правильно, Тихонова, — оборвала Двачевская. — Главное – вылечи. Лена нежно улыбнулась, села рядом и продолжила лечение. Алису уже не волновала боль: её внимание было приковано к работе Лены. “Всё-таки не зря Виола оставила на неё медпункт. На удивление, хорошо справляется, – пронеслась мысль в голове пациентки. — Да ещё молчит... Виола бы уже завалила меня тонной фирменных колкостей, как она это любит. Видно, что Ленка старается. Вот только её молчание слегка напрягает. Ну, точно затишье перед бурей… Да не, бред какой-то. Она просто работает по-своему, в тишине. Но как же ловко у неё получается это… Неплохо…” Задумавшись, она даже не заметила, как Лена уже завязывала последний узел. — Вот и всё. Можешь идти, если ничего больше не болит, — тихо проговорила медсестра. — Блин... Это… круто… — удивилась Двачевская, рассматривая повязки. — Да ну. Это моя работа, — Лена не стала зацикливаться на похвале и сменила тему. — Так что с тобой случилось? Доброжелательность медсестры вызывала в Алисе смешанные чувства. Хотелось как-то сострить, вот только сказать было нечего. И всё-таки Двачевская выбрала лёгкий путь. Отмахиваться больше незачем, да и боль отступала. — Ладно. Раз уж ты так хочешь узнать. Она устроилась на кушетке поудобнее и начала: — Я упала на площади. — А что случилось? — поинтересовалась Лена. Тут Алиса нахмурилась. — Электроник… придурок… — пробубнила она. — А что Электроник? — Да… придурок он! Вновь обозвал меня… ты знаешь, как. Случайно, видите ли! — всплеснула руками Двачевская. — Вот меня это и взбесило! Я рванула за ним! — она выдержала небольшую паузу. — А дальше… Упала. Очнулась. Пришла сюда. Лена молча слушала. И как только Алиса закончила, она спросила: — А может, он действительно случайно тебя так назвал? — Да плевать мне! Вот увижу ещё – и тогда он не убежит. Поймаю. Наваляю… — Послушай, Алис… — Лена прервала её кипение. — Я понимаю, тебе неприятно, но не нужно вымещать на нём злобу. — Ага. А он потом снова назовёт меня так. Не переживай, я ему просто фингал поставлю, — усмехнулась Двачевская. — Чтобы помнил! — Дракой ты ничего не решишь. И вожатая наказать может. Лучше успокойся. Может, он действительно не хотел тебя так называть? Может, просто вырвалось? — Ненавижу этого умника белобрысого. Лена подсела к Алисе чуть ближе. — Ты можешь его ненавидеть. Но, пожалуйста, не бей его. Иногда лучше промолчать и пройти мимо. — А тебе понравится, если тебя обзовут? — Нет, но… — Вот именно. Проблем столько из-за этого, — прервала её Алиса, глядя на забинтованное колено. — Электроник не из тех, кто будет издеваться и обзывать других просто так, — объяснила Лена. Алиса помолчала какое-то время, затем медленно встала и направилась к выходу. Лена молча глядела на пациентку, переживая, что она всё равно поступит по-своему. Но ответ Двачевской её, мягко говоря, удивил: — Хорошо, — Алиса остановилась у выхода и взглянула на Лену через плечо. — Может, в этот раз ты и будешь права, Тихонова. После этого она слегка улыбнулась и вышла из медпункта.