Почему он?

Гермиона, привыкшая вставать очень рано, позволила себе в этот день немного поваляться с книгой, а затем лениво поползла в душ. Прохладные струи воды быстро сняли остатки сна и подарили девушке хорошее настроение и боевой настрой на весь день. Но, так как душ - дело не быстрое, то когда Гриффиндорка вышла обратно в комнату, её соседки уже успели уйти. Гермиона сверилась с часами и выяснила, что пока не опаздывает, поэтому переоделась и заплелась относительно спокойно, не смотря на какое-то волнение в общей гостиной. Оттуда доносили громкие разговоры, кто-то кого-то звал, все что-то обсуждали, но Гермиона надеялась, что её это не коснётся. А оказалось как раз наоборот. В комнату, тяжело дыша из-за быстрого подъёма, влетела Парвати. — Гермиона... - проговорила она, цепляясь за стенку и пытаясь перевести дыхание, - там в гостиной... для тебя... И больше девушка была не в состоянии говорить. Видно было, что она уже давно не получала никакой физической нагрузки, а потому двадцать ступень вверх бегом оказались для неё слишком тяжелым испытанием. Гермиона, которая уже закончила собираться, с удивлением и недоверием взглянула на однокурсницу. В ответ на этот взгляд та махнула рукой в сторону гостиной, предлагая девушке самой туда спуститься. И Гермиона последовала её совету. Когда она ступила на последнюю ступеньку, на лестнице с противоположной стороны показались Фред и Джордж. На их лицах читался неподдельный интерес и Гермиона сделала вывод, что если это и шутка, то явно близнецы в ней не замешаны. Этот вывод немного успокоил её и она подошла к столпившимся Гриффиндорцам. Те, заметив приближающуюся девушку, немного расступились, открывая её взору любопытную картину. На столике перед любимым креслом Гермионы лежал шикарный букет алых роз. Сколько роз в нём было, сосчитать было практически невозможно. — Эмм... - протянула Гермиона, не совсем понимая, при чём тут она, - красивый букет... — Очень, - согласилась Джинни, улыбаясь уж слишком подозрительной улыбкой, - и он для тебя. Гермиону как громом поразило. Она замерла, шокировано переводя взгляд с Джинни на букет и обратно, не веря своим глазам и своему слуху. Неужели кому-то пришло в голову подарить ей такой красивый букет. Ей, зубриле Грейнджер?! В голове мелькнула мысль, что это Фред. Даже не мысль, а настоящая надежда. Но взглянув на Фреда, девушка убедилась, что это, к сожалению, не он, так как в его взгляде читалась открытая неприязнь как к ни в чём не виноватому букету, так и к тому, кто его положил на это несчастный столик. Любая девушка, на месте Гермионы, расценила бы это как ревность, но Гермиона побоялась признаться самой себе в этом, а потому предположила, что парень просто не выспался и смотрит так на всё. Бредовое предположение, но поверить в него для Гриффиндорки было проще, чем поверить в ревность Фреда. — К букету прикреплена записка, но дотронуться до неё можешь только ты, - своим противным голосом сообщила Гермионе Лаванда, стоящая в нескольких шагах от Гермионы. Рона, кстати, с ней не было, но он сейчас особо никого не волновал. Всех интересовал щедрый покровитель девушки, которая всего за несколько месяцев смогла превратиться из изгоя в прекрасного лебедя. Гермиона, с трудом сдерживая дрожь в теле, вытянула правую руку вперёд и аккуратно вынула из под красивой алой ленты, которой был связан букет, небольшое письмо. Оно действительно было адресовано ей. На лицевой стороне было аккуратным подчеркни написано её имя и рядом красовалось небольшое сердечко. Заметив это Миона слегка смутилась и поспешила начать разворачивать его. Но не успела она поддеть ногтем небольшую печать, как обнаружила, что все взгляды устремлены на неё и на её письмо. А следом за этим пришло осознание, что если этот некто сделал так, чтобы только Гермиона могла коснуться письма, значит другим о его содержании знать не нужно. — Так, - громким голосом начала она, - не думаю, что там что-то интересное, так что, можете расходиться. Ребята немного поворчали, но спорить не стали и одной ярко-красной толпой пошли на завтрак. Наконец в гостиной остались только Гермиона, Гарри, Джинни и Фред с Джорджем. — Вы можете остаться, - успокоила ребят Гермиона, улыбаясь им слега скованно, так как всё ещё побаивалась бумажки, которую она держала в руках. Сев на своё любимое кресло Гермиона глубоко вздохнула, собираясь с силами. — Ну же, - подбодрила подругу Джинни, - открывай. Дрожащими руками Гермиона распаковала письмо и перед ней оказалось небольшое послание, написанное таким же аккуратным почерком. В послании говорилось: «Дорогая Гермиона, С тех пор как мы столкнулись с тобой в Хогвартс Экспрессе, ты не выходишь у меня из головы. Ты захватила все мои мысли и мне кажется, что я скоро сойду с ума и начну бредить твоей красотой...» Гермиона оторвалась и устремила удивлённый взгляд в пустоту. Её сердце пыталось пробить рёбра и выскользнуть из этой клетке, так как такие слова мурашками отдавались на коже Гермионы. Никто и никогда не говорил ей ничего подобного, и потому девушка, польщенная и смущённая, совершенно не заметила того, как держит себя в руках Фред, стараясь не разорвать эту бумажку, а вместе с ней и её автора. Прошло несколько длинных минут, во время которых лишь Гермиона и Фред были поглощенны переосмысливанием этих нескольких фраз. Джордж в это время начал ковырять ни в чём не виноватый диванчик, а Джинни с Гарри тихо обсуждали предстоящий матч с Пуффендуем. И наконец, слегка тряхнув головой, Гермиона вернулась в реальность и продолжила чтение. «...начну бредить твоей красотой. Я думаю, нам нужно объясниться друг с другом и немедленно, пока не нашёлся ещё один рыцарь в сияющих доспехах, покорённый твоей неземной красотой. Приходи в Выручай-комнату до завтрака, и подумай о лесной поляне. Я буду ждать тебя. Теперь навечно твой, Драко» Гермиона тяжело выдохнула и выронила бумажку на пол, но её тут же подхватил Фред, впиваясь в последнее слово ненавидящим взглядом. Он не мог поверить в то, что принц всея Слизерина оказался в плену Гермионы, и уж тем более не мог поверить в то, что он теперь задаривает Гермиону розами. Впрочем, Гермиона оказалась в таком же положении. Ей тоже слабо верилось в правдивость такого письма. Конечно, ей льстила мысль о том, что её изменения так повлияли на Малфоя, но доверять ему сразу, благодаря цветочкам и бумажке, она не собиралась. — Я не пойду, - уверенно сообщила она ребятам, которые молча ждали её решения. Фред, мгновенно, хоть и не полностью, успокоившийся, выдохнул так сильно, что несколько пергаментов, лежащих пред ним улетели в другой конец гостиной. Он пересёкся взглядом с Гермионой и ещё раз внутренне убедился, что если не убьёт Драко при встрече, то не подпустит его к Мионе. Ведь он, единственный из них всех, был уверен, что в отличии от него самого, Драко привлекла в Гермиона только её красота. Ребята выдвинулись на завтрак. Всем Гриффиндорцам, которые горели желанием узнать содержание таинственного письма, они отвечали, что это была чья-то шутка. Никто, разумеется, им не верил, и по школе начинали ходить слухи о романе красавицы Гермионы с Кормаком или с Седрикком. Были и те, кто думали, что это Рон. Ну и конечно, как и во всех слухах, была и совершенно абсурдна идея о романе Гермионы и Альбус Дамблдора. Когда в коридоре одна девочка спросила у Гермионы об этом Фреда и Джорджа чуть не разорвало от смеха. Гермиона специально избрала наиболее длинный путь, но избежала прохода через коридор Выручай-комнаты. Ей совершенно не хотелось узнать, Драко там или весь Слизерин, решивший подшутить над бедной девочкой. Наконец их небольшая кампания нашла себе места за столом Гриффиндора и расселась. Гермиона, Фред и Джордж сидели лицом к столу Слизерина, а Гарри и Джинни спиной. Несколько раз Фред, то ли специально, то ли нечаянно задевал своим коленом колено Мионы и по их телам это прикосновение распространялось в виде электрических импульсов, заставлявших Миону смущённо отводить взгляд, а Фреда восхищаться её очарованием. Прошло около пятнадцати минут и в Большой Зал вошёл Драко Малфой в сопровождении своих друзей. Парень был слегка напряжён, но увидев Гермиону, уверенно смотрящую прямо ему в глаза, он подмигнул ей и сел к ней лицом. То, что Гриффиндорка отвергла его приглашение было ожидаемо и понравилось Слизеринцу. Недосягаемость и красота девушки распаляли его и побуждали к решительным действиям. После завтрака Гермиона со скоростью света, преследуемая друзьями, с трудом поспевающими за ней, вылетела из Большого Зала и понеслась на Зельеваренье. Правда, в одном из коридоров она остановилась, чтобы попрощаться с Близнецами, которым надо было на трансфигурацию. — Мион, пообещай мне кое-что, - шепнул девушке Фред, смотря ей прямо в глаза, - пообещай мне, что ты не попадётся в сети Драко. Гермиона слегка усмехнулась. — Обещаю. Он мне не нужен. — А кто нужен? - спросил парень, слегка приподнимая бровь и заставлялся вспыхнуть девушку. — Седрик, сто процентов, - влез а разговор Джордж. Это замечание заставило Фреда заметно напрячься. О Пуффендуйце он совершенно забыл. — Это неправда! - почти что выкрикнула Гермиона, ещё сильнее краснея. — Конечно, я просто пошутил. Не бойся братец, ей нужен ты, - с лицом главной свахи этого мира проговорил Джордж, хлопая Фреда по плечу, а затем утащил того в ближайший коридор, скрывая от других его реакцию на слова брата. А Гермиона покраснела до состояния перезревшего помидора и с трудом держалась на ногах. — Поздравляю с помолвкой, - с лицом второй свахи мира, шутливо поздравила подругу Джинни и всё направились в подземелья, поддерживая шатающуюся Гермиону.