Часть 1
20 июля 2020 г., 21:50
Это был холодный ноябрь 2018 года. Плановая школьная поездка в Беларусь с классом для кого — то была возможностью отдохнуть от опостылевших школьных занятий вдали от родителей и дома, для кого — то единственным шансом почувствовать вкус самостоятельной жизни (и алкоголя) и прокутить три дня с одноклассниками, изредка отвлекаясь на экскурсии, а для кого — то возможностью открыть такую часть себя, о которой никогда не подозревал…
в туалет кстати тоже отпрашивались вместе
Разлука после выпуска из детского сада длиной в 7 лет только добавила масла в огонь, когда они наконец — то встретились в 7 классе, и вскоре произошло то, к чему и стремилась их дружба…
***
Пин и Стас были друзьями с раннего детства, и уже тогда между ними чувствовалось что — то неуловимое, что — то понятное только для них самих. Когда они оба еще пускали слюни в манную кашу в детском саду, никто из них не испытывал чувств, похожих на влюбленность или симпатию к кому — либо. Как детей их интересовали только возможности попердеть подмышками на тихом часу, и спрятаться от учительницы английского в деревянном теремке в актовом зале. Но всем было очевидно, что друг без друга они этого делать не могли… Когда они были вместе, в них был азарт, в глазах играл огонь, и они не боялись никого и ничего: будь это строгая нянечка или родители. Они были рады наказанию если подвергались ему вдвоем (такое ощущение что они только этого и ждали), и каждый из них никогда не позволил бы себе сумасшедшей выходки, если другого не было рядом. Они дополняли друг друга, подбавляли уверенности и ловили необъяснимый кайф от совместных проделок.***
Ноябрь. Беларусь. Вечер. Кортеж из трёх автобусов направлялся прямиком по дороге в отель после тяжелого экскурсионного дня. В одном из них и сидели наши герои. Они заняли два соседних кресла с левой стороны и весь день развлекали окружающих в радиусе двух метров. Но после наступления темноты оба почувствовали, что начинает клонить в сон. Вот по обеим сторонам дороги начал тянуться бескрайний лес, посмотришь в окно — ни зги не видно, кроме черных силуэтов елей. Глядишь и оторваться не можешь: что в этом лесу? пьяный путник, сбившийся с пути или человек, пытающий судьбу ради доли адреналина? Неизвестно. Лес буквально в нескольких метрах от тебя… в нём холодно, жутко, темно… но вот прямо рядом с тобой твой друг, который мозолит тебе глаза чуть ли не с пелёнок, а ты и рад. Рядом с ним чувствуешь как тогда, дома, в родной Москве, вы едете в неизвестном направлении, но точно знаете, что по приезду не расстанетесь, а мирно ляжете спать в одной комнате, где нет раздражающих людей и голосов как сейчас в автобусе, а только вы и тишина… Погрузившись с головой в эти мысли, Пин не заметил как задремал и его голова как — то удачно упала на плечо Стаса, который как бы ничего заметил, так как был увлечён бурной беседой с соседками по креслам. В состоянии полусна мозг уже не мог полноценно контролировать свои действия, и Пин как бы не спрашивая разрешения (может зная, что оно и не требуется) обнял руку Стаса своими обеими как будто это была подушка у себя дома… Но все же он не находился полностью во сне и хоть как то осознавал где он находится, но именно сейчас, отбросив все предрассудки и тупые сомнения, он мог решиться на многое и вероятно сделал это намеренно… — Пинасос, вставай, ты обосрался! — прокричал Стас прямо ему в ухо, почему то абсолютно проигнорировав тот факт, что одноклассник улегся на нем и спит. — А! Чиво. — как подстреленный опомнился тот. — ДЕНЬГИ ПРЕДЛАГАЮТ, ДЕНЬГИ! — Они? — указал вперед на ближайших соседок по креслу Пин — Да! Подвинувшись поближе к потенциальным спонсорам, Стас вероятно обсуждал с теми все нюансы сделки. Абсолютно не понимающий ничего Пин в это время был занят своими мыслями: «Я чё, отрубился?.. на сколько?.., а на чем я спал?..» Видимо вспомнив свою недавнюю оплошность, он мигом потупил взгляд, а в голове пронеслось отчаянное «Баляяять» Нельзя, нельзя было этого допустить. «Как пидоры какие — то» — прозвучало у него в голове, и он тут же начал винить себя, думая, что Стас точно позже этого припомнит и не расценит это как «дружеский прикол». Но больше всего Пин боялся мнения одноклассников. Про них итак ходили неоднозначные шуточки и даже было сделано несколько видео (не без помощи местных шипперов, которых все считали отбитыми). Но на самом деле в классе никто не относился к этому серьезно, безобидные шутки ведь всего лишь шутки, в каком классе их нет? Или не всего лишь…? Стас резко откинулся на спинку кресла с тремя пяти рублевыми белорусскими купюрами в руках (что на русские рубли было эквивалентно около 800). Стоило Пину посмотреть на эти 15 рублей, в нем снова заиграл тот азарт, который был тогда, 7 лет назад. В школе они по каким — то причинам не решались на крупные «дела», дальше «драк» на полу в классе ни разу не заходило. Но тут, тут определённо было что — то большее, очередная авантюра, как раз то, чего им двоим так не хватало спустя столькие годы. Их снова вдруг что — то объединило: возможность совместных пиздюлей за торговлю (пока неизвестно даже чем), общие деньги на безделушки, которые продают около экскурсионных мест, возможность купить дополнительный алкоголь? Мы никогда не узнаем, да это и не важно… — Треть моя — не совсем понимая за что им достались такие богатства, но уже решив их по — барски разделить, сказал Пин — Сначала поцеловаться надо — с нетерпением ответил Стас, и так буднично, как будто для него это было обычное дело. Тут Пина как током прошибло. Сначала он даже не поверил своим ушам. Сделать что? Не хотел верить до последнего, и у него даже промелькнула мысль, что он до сих пор спит. Наверное потому что только во сне он мог допустить такое, во сне, где ни перед кем не стыдно и не несешь ответственность за свои действия, где позволено все, что только пожелаешь. Тогда получается, что он этого желал? Он не мог этому поверить, пытался отогнать мятежную мысль, хоть и прекрасно понимал, что самого себя не обманешь. А может ли он обмануть Стаса?.. Может ли тот ничего не заподозрить? Ведь фактически у Пина не было выбора целовать Стаса или нет, была только разница как именно он этого сделает… И на момент задумавшись, как будто что — то решив, он спросил еще раз, как будто не расслышал в первый: — Ааа, ДА?! Ни медля ни единой секунды, Пинаков решительно притянул голову Стаса обеими руками к себе, прислоняя свои губы к его, молясь про себя, чтобы тот не сопротивлялся. Для него это был единственный шанс поцеловать того, с кем многие годы жил по — настоящему, испытывал чувства, которые не испытал больше ни с кем. Это был больше чем обычный азарт или адреналин… но что это? Боясь озвучить у себя в голове свою единственную догадку, которую он так отчаянно боялся и отгонял все эти годы, он только хотел растянуть этот момент подольше. Хотел запомнить его, чтобы вспоминать одинокими вечерами, момент, который он бы променял на все свои бывшие отношения с девушками… И как вложить все эти семь лет в один короткий поцелуй? Прошли всего полторы секунды, как Стас отстранился от Пина, делая вид, что «закурил», как тот в свою очередь состроил такую наигранную кислую мину, раскусить за которой истинные эмоции могли все кому не лень. Они оба после этого отвернулись в разные стороны, делая вид, что их увлекло что — то более интересное (в случае Пина это видимо был лес за окном).Но смотря на этот лес, он больше не думал о том, какой он загадочный и жуткий, и кто там может бродить, ему как будто это было уже и не надо. Может быть потому что он наконец разобрал свою внутреннюю тайну и приоткрыл ту сторону, которая ему казалась раньше такой же мрачной и загадочной как этот лес. Теперь он был полон какого — то неожиданного энтузиазма, в голове крутились не самые приличные картины под впечатлением от только что произошедшего, и он точно знал что — то больше, чем кто — либо сидящий с ними в автобусе…***
Когда весь класс ступил на твердую землю около отеля в Барановичах, было уже около 12 вечера. Регистрация и расселение по номерам заняли долгих полчаса, классные сборы, обсуждение планов на завтра еще примерно столько же… Зайдя в свой номер, и зная, что до 7 часов утра их больше ничто не беспокоит, Пин закрыл дверь на ключ. Он как будто что — то опять задумал. Не совсем осознавая возможных последствий, но четко осознавая свои действия он выключил свой ночник рядом с кроватью и в этот же момент стремительно повернулся к Стасу…
