***
Геральд собрал всех Непризнанных во дворе. Сегодня у нас урок отдельно от ангелов и демонов, но те в свою очередь вальяжно шатались по периметру. Я не особо слушала учителя, изучая окрестность. В беседке расположился Люцифер со своей свитой. Ноги Ости покоились на его колене, рука бесцеремонно блуждала по груди. На языке отразился гранатовый кислый привкус моей ревности. — Сегодня вы тренируете свои скрытые способности, — я обернулась на голос учителя, не желая смотреть на самодовольного демона. — Для многих Непризнанных это впервые. Мы стояли в два ряда на расстоянии метра друг от друга. — Маленький совет на будущее: не раскрывайте свои способности. Сегодня исключение. В целях обучения, — продолжил Геральд, расхаживая мимо нас туда — обратно. — Моника, Донни, подойдите. Геральд подозвал двух учеников к себе. Моника — стройная темнокожая девушка, с пышными кудряшками на голове. Донни — обычный парень: русые волосы, бледная кожа, подчёркнутая такой же белой рубашкой. «Почему крылья отличаются только у меня?» С Непризнанными я не общалась, за исключением Энди. Всё время проводила в компании двух взбалмошных демонов. Серокрылые меня сторонились, и я этому не противилась. — Продемонстрируйте остальным, чего вы достигли, — Моника и Донни встали друг напротив друга, Геральд отошёл в сторону. Моника сложила руки перед собой, словно держала невидимый шар. Донни выставил руку вперёд. В один момент их пальцы заискрились и они выплеснули потоки сил. Пламя Моники противостояло ледяной силе Донни. — А теперь разбейтесь на пары и попробуйте высвободить свою силу, — Геральд обернулся к нам. — Эта сила у всех разная, не стоит ожидать горячего пламени или чего-то подобного. И ещё. Помните, используя силу стихий, вы черпаете её из другого места. Он снова отошёл от нас, на этот раз подальше. — Советую долго не думать, — я обернулась на сладкий голос Моники. — Чувствуй, — она многозначительно подмигнула и направила руки в мою сторону. Я начала ковыряться в себе, выискивая хоть что-то. Тщетно. Сконцентрировалась и представила, как моё тело борется с огнём, поглощает его. Моника, не долго думая, направила в меня огненный луч. В нос ударил запах гари, кожу обжигало, но я стойко выдержала силу своей противницы. — Отбитая! — латиноамериканка сделала шаг назад. — Ты точно ангелом хочешь стать? — я вопросительно посмотрела на неё. — Не многие демоны могут выдержать прямое пламя. — Я ничего не чувствую. Никакого сгустка энергии. — Научишься, мы с Моникой прибыли сюда раньше всех, — к нам подошёл Донни. — Давай поменяемся. Девушка отошла, и предо мной теперь стоял смазливый Непризнанный. Его лицо не выражало никаких эмоций. — У тебя всё получится, просто не сразу, — он сделал шаг ко мне. — У меня есть идея, но говорю сразу, она тебе не понравится. — Действуй, — выплюнула я, готовясь к его атаке. Его губы скривились в усмешке. Он сделал ещё шаг ко мне, выставил руки вперёд и направил в меня поток холода. Я не успела среагировать, меня отбросило ледяной волной на несколько метров к обрыву. Крылья обледенели, кожа покрылась мурашками, одежда и волосы инеем. Под моими ногами откололся кусок острова, и я рухнула вниз. Несколько усиленных попыток взмахнуть крыльями с треском провалились. Отчаяние захлестнуло меня волной. Страх смерти молниеносно распространялся, обволакивал изнутри своей тьмой. Я летела спиной вниз. На меня сыпалась порода летающего острова. Я рванула крыльями в очередной попытке, льдинки полетели вниз, вырывая несколько перьев. Взлетела. Страх сменялся яростью. Пряный вкус гвоздики заполонял меня. Я его никогда не чувствовала раньше, но я и такую ярость никогда не испытывала. Я приземлилась на газон, почва под моими ногами взрыхлилась. Я двинулась в сторону Донни. С каждым шагом я наседала на него, он пятился назад, упёрся спиной в колонну беседки. — Ещё раз ты меня тронешь, полетишь с того же обрыва! — я ткнула пальцем ему в грудь. — Только предварительно я вырву твои крылья и засуну в одно место так, чтобы шевелить ты ими мог только при отхаркивании пуха, прилипшего к глотке. Геральд отодвинул меня от Непризнанного. Гвоздика начала увядать, на её место пришёл вкус лесных ягод. Я двинулась прочь, ловя на себе взгляды учеников.***
Поднялась к себе, открыла горячую воду, стянула вещи. Перья все ещё дрожали от холода в тех местах, где осталась наледь. Горячая вода топила лёд, умиротворяла, возвращала в реальность. Не знаю, сколько я простояла в ванной, заполненной паром, но когда вышла, Мими с Ади были уже в комнате и при виде меня удовлетворительно захлопали. — Ну ты, конечно, даёшь, сладкая, — первая оживилась Мими. Она подскочила и начала неуклюже демонстрировать прошедший урок. А точнее пародировать меня и Донни. Ади весело хохотал, изредка поправляя демоницу, я улыбалась, наблюдая за друзьями, старательно вытирала волосы полотенцем. Мы провели вечер, болтая обо всем на свете, Ади попивал глифт прямо из бутылки, изредка передавая синюю жидкость в руки Мими. Стук в дверь отвлёк меня от душевной истории демоницы. Я поднялась, поправила майку и коснулась ручки двери. Тяжёлая энергия муската влилась в меня, не успела я повернуть ручку и открыть дверь. — Привет, что тебе надо? Демон улыбнулся: — Ты сегодня себя отлично проявила, не ожидал, — Люцифер убрал руки в карманы. — Приму за комплимент. Что-то ещё? Энергия Люци сплелась с моей, принося долгожданное успокоение. — Где медальон? — он кивнул, указывая на мою шею. В момент стал очень серьёзным, мускат сменился корицей. — Та безделушка, что ты мне подарил? — ответила такой же серьёзностью. — Лежит в трюмо. «Ну что, Люци, давай поиграем» Глаза демона залились пламенем: — Я же сказал никогда его не снимать? — он сделал шаг ко мне. «Скажи, чего ты хочешь и уходи, пожалуйста» Непростительная близость, он всего в шаге от меня. Тело наполнялось жаром, комок подобрался к горлу, перекрывая дыхание, в животе бушевали бабочки, тянули вниз, готовые в любой момент вырваться. — Он не подходит к половине моего гардероба, — держи себя в руках, Вики, — не могу же я носить его вечно?! Люцифер резким движение схватил меня за плечо, притягивая к себе, закрыл дверь за моей спиной и прошипел в самое ухо: — Если я говорю никогда не снимать, значит не снимать, Непризнанная! Терпкий запах одеколона ударил в нос. Его грудь вздымались под чёрной тканью рубашки. Мне не надо было видеть его лицо, чтобы понять эмоции. Чёрный перец прилип к нёбу. — Почему? — прошептала я ему в грудь, сжимая руки в кулак. — Потому, что я так сказал, Уокер. Вдалеке послышался мерзкий голос Ости, демон отодвинулся от меня на два шага. На лице привычная ухмылка. Я развернулась на пятках и хлопнула дверью перед его носом.