Печать

      — Отлично выглядишь, — Энди встретил меня оценивающим взглядом и натянутой улыбкой.       — Спасибо. Как ты? — последний раз мы виделись в классе у Фенцио, но так и не пообщались, потому что сидели в разных концах кабинета.       И вроде это было пару дней назад, а ощущение, что прошёл месяц. Вот что значит время течёт иначе. Я вообще забыла о посиделках и общении с друзьями. Последнее время в моём окружении либо Мими, либо Люцифер, изредка — Ади. Мы давно не собирались вместе нашей компанией, состоящей из двух демонов и двух непризнанных. Вообще о том, что происходит в школе, я узнавала от Мими.       Геральд призвал всех громким хлопком, Энди успел мне только натянуто улыбнуться в ответ. Мы двинулись в библиотеку.       На повестке дня: Иерархия демонов. Я стояла, оперевшись на руку Мими, и жадно впитывала знания, потому что мне действительно была интересна эта тема, чего не скажешь о моих друзьях. Они схлопотали уже третье замечание от Геральда за перешёптывания во время урока.       На моё удивление урок закончился быстро, я предложила друзьям собраться у плачущих дев. Они поддержали мою идею. Ади обещал притащить пару бутылок глифта, Мими уговорила меня помочь ей стащить с кухни еды, у Энди были какие-то незаконченные дела, но он обещал присоединиться к нам позже.       Мы вернулись в школу, разбрелись по своим заданиям, обусловились встретиться у солёного бассейна через час. Я втолкнула Мими в нашу комнату, быстро закрывая двери. Усадила её на кровать и принялась рассказывать про то, что со мной произошло после того, как мы уснули, и, собственно, почему я не ночевала в комнате, когда засыпала в своей кровати. Девушка охала, задавала уточняющие вопросы и просто молча таращилась на меня, пока я мерила мраморный пол своими каблуками, и из меня лился эмоциональный поток слов.       Ади вломился в комнату без стука, серьёзно кивнул, скрещивая руки на груди, указал глазами на выход. Хитрый демон определенно что-то сделал, ибо ему претит его задумчивое молчание.       Энди нас уже ждал, когда мы прилетели к плачущим девам. Фруктов, да и вообще какой-либо еды мы не принесли, потому что весь свободный час я изливала на Мими свои чувства. Мы расположились на краю бассейна, опустив ноги в прохладную воду. Непринужденно болтали, рыжик то и дело передавал бутылку с искрящейся бирюзовой жидкостью через меня; Мими, сделав пару глотков, вручила его Энди, и в обратном порядке.       Непризнанный всё время поглядывал на часы, с чем-то сверялся в своей голове. Когда солнце склонилось к западу, меняя свою траекторию полосы света на полу в гроте, он подскочил, пробормотал, что у него есть дела, оставил нас в замешательстве и улетел. Ади говорил о том, что в последнее время наш серокрылый друг ведёт себя странно. Постоянно куда-то спешит, очень серьёзен, не говорит о том, чем занимается, вообще в принципе мало говорит и всё больше общается с демонами. Я и сама заметила, что с ним творится что-то неладное. Сегодня он вёл себя чересчур отстранённо, холодно, всё время молчал и окидывал меня презренным взглядом, что совершенно не было похоже на моего доброго и радушного серокрылого друга.       Демоны, сидящие по обе стороны от меня, перешли на тему, с кем и как нарушили бы запрет. Кого из ангелочков втянули бы в свои грязные игры. В воздухе зарождались возбужденные нотки энергии. Я решила, что пора их оставить наедине, оправдалась своей усталостью, улетела обратно в школу.

***

      Я размеренно шла по учебному холлу. Звук моих каблуков отражался от стен. Ловила на себе различные взгляды и шёпот за спиной о моём внешнем виде. Было полное ощущение, что в этой школе все знали гардероб Люцифера, и каждый примерил на себя бордовую рубашку, что сейчас была на мне.       Я свернула за угол, выходя к длинному проходу, что вёл в спальное крыло, и, утонув в своих размышлениях, неожиданно врезалась в чью-то грудь. Каблуки скользнули по блестящему полу, я потеряла равновесие и шлёпнулась на задницу, больно ударяясь копчиком.       Скривилась, подняла взгляд и тут же растянулась в улыбке, пытаясь не обращать внимание на остаточную боль.       Дино с теплой ухмылкой протянул мне руку, помогая встать. Заключил в объятия и слегка отстранился, смотря на меня сверху вниз, не убирая руку с моей поясницы.       — Теперь-то я понял, чей прикид обсуждает вся школа, — он усмехнулся, не отрывая от меня взгляда.       — Будто все в этой школе следят только за мной, — фыркнула, не скрывая раздражения.       — Поверь, не только за тобой. За всеми. Но сегодня всеобщее внимание приковано только к тебе, — Дино смотрел на меня своими бездонными голубыми глазами, незаметно, как он думал, изучал мою энергию.       — Я слышал, ты высвободила силы. Как ты? — разумеется он об этом знал. Уже вся школа об этом знала.       Я смотрела ему в глаза, мысленно принимая решение. Схватила его за руку и повела обратно через весь холл к нашему месту.       Моя энергия скривились, вкусив кислый лайм.       «Люцифер»       Я коротко окинула холл взглядом, но красных глаз так и не нашла.       Быстрым шагом вывела ангела на улицу к статуе равновесия в саду Адама и Евы. Мы остановились, так и не зайдя под крышу беседки.       — Я столько всего хочу тебе рассказать, — я закусила губу, опуская взгляд в пол, — но не знаю, как ты к этому отнесёшься.       Он нежно коснулся моей щеки, приподнял мою голову, ловя мой блуждающий взгляд       — Ты же знаешь. Ты можешь рассказать мне всё.       Если бы я не знала Дино, была бы уверена, что он дотянулся до меня своей энергией, заворожил, заставил подчиниться. И я хочу подчиниться. Хочу ему открыться, излить душу, найти в нём успокоение и наконец расставить все точки над нашими слишком тёплыми отношениями.       Только ангел не блуждал во мне своей энергией, не разливал свое медовое тепло и не оставлял привкус жасмина на губах. Он никогда ни к чему меня не принуждал. Всегда был открытым и честным. И я должна быть честна с ним. Он тот, кому я не хочу делать больно. И всё же я ловлю самую глупую фразу, что покоилась глубоко-глубоко во мне, отчаянно просясь наружу.       — Я люблю Люцифера, — выпаливаю на одном дыхании и наблюдаю за реакцией из-под опущенных ресниц, нервно закусывая губу.       Ангел распахивает глаза, на секунду замирает в удивлении, и громкий хохот раздается среди стен лабиринта из терновника. Мирно спящие птицы взмыли в небо, недовольно щебеча. Я ударила его маленьким кулаком в плечо, потому что для меня в этом нет ничего смешного. Я вспыхиваю от злости. Ведь больно и страшно — любить сына Сатаны.       — Прости, — он вернул на меня взгляд, подавляя смех, — я знаю, — он гладит большим пальцем мою щеку. Теперь уже он наблюдает за моей реакцией       «В смысле — я знаю?!»       Я озадаченно смотрю на ангела, хлопаю своими длинными ресницами. Пытаюсь разгадать смысл сказанных им слов, выискивая подсказки на таких правильных чертах лица.       — В каком смысле знаешь? — так и не разгадав тайну слов ангела, решила потребовать объяснения. Потому что я сама не знала, что конкретно чувствую к демону. А он знает. Тоже мне, всевидящее око.       — Шепфа, Вики, — он все ещё подавляет смешинку, залетевшую ему в рот от моей первоначальной фразы. — Я вижу, как ты смотришь на него, и как он смотрит на тебя. Это сложно не заметить, поверь. Я чувствую в тебе его энергию. На твоей груди, — он опустил взгляд на моё декольте и тут же вернул его к моим глазам, — медальон Королевской семьи Ада.       — Тогда почему ты удивился до того, как рассмеялся?       — Я удивлен от того, что ты призналась в этом. Не только мне, а самой себе, — он притягивает меня и заключает в медовых объятиях. — Сколько же тебе потребовалось времени на это признание… — риторический вопрос слетает с губ ангела.       Мы стоим так несколько минут в полной тишине, и только трели птиц и треск насекомых нарушает затишье. Я, обескураженная своим признанием и реакцией ангела, собираю в одно предложение гуляющие слова в моей голове, формулирую новую мысль.       — Дино, — я немного отстраняюсь и поднимаю взгляд на ангела. — Много с кем можно улыбаться, смеяться от души, говорить всякое-всякое, а есть люди… Бесконечные, как космос. Рядом с ними ты забываешься, они похожи на интересную книгу, ты утопаешь в страницах, погружаешься в выдуманный мир. И эта книга — всё, что тебе необходимо в этом мире, — в моем голосе закрадываются нотки вины, я опускаю взгляд вниз. — Прости меня. Я погрузилась в тебя, в одну из таких книг, утопала в космосе твоего тепла. Я думала, что у меня есть чувства к тебе. Но с самого первого дня ты был для меня как брат. Такой теплый, родной, который защитит меня ото всего на свете, спрячет за своей спиной и будет ругать за мои необдуманные поступки, стирать мои слёзы. Именно это ты и делал всё время.       Дино снова притянул меня к себе:       — Прости, что запутал тебя, я и сам не сразу понял, как к тебе отношусь. А вот сравнение с братом, — он слегка отстранился, смотрел на меня сверху, — мне нравится. Потому что именно такого, маленького чертёнка с внешностью ангелочка, я бы и хотел иметь в качестве своей сестры.       Я рассмеялась, ударяя его в грудь.       Он перехватил мою руку, развернул на сто восемьдесят градусов, прижал спиной к себе, указал пальцем куда-то в небо. И в этом жесте не скрывалось ничего противоречивого, интимного или пошлого, а наоборот: он был поистине тёплым, рассеивающим все сомнения, расставляющим точки над «i» в наших недоотношениях. Жест от самого ангела, что кутает меня в своей теплоте, защите, открывая для меня другой мир: сказочный, родной, спокойный…       Я смотрела в стремительно темнеющее небо. Среди густых облаков просвечивались звёзды, создавая замысловатый узор.       — Это созвездие близнеца. Твое созвездие, Вики, — я погладила его по руке, которая заключала меня в объятьях.       — Дино, — я немного помедлила, неотрывно смотря в тёмное небо, — расскажи мне про мятный ветер.       Ангел отстранился, недоумевающее взглянул на меня, прокашлялся:       — С чего ты вообще вспомнила про него сейчас? — он отошёл от меня на пару шагов, словно я его чем-то обидела, спугнула.       — Понимаешь, когда я высвободила свою силу, я чувствовала мяту. Не ветер конечно, но всё же. Этот мятный вкус, — я тщательно подбирала слова, — он меня напугал. Я никогда не чувствовала его. Ни в энергии, ни где-то ещё. Я точно знаю свою энергию, Дино. Я изучила её досконально, — я повернулась к ангелу, — но тогда, в коридоре. Когда мы сцепились с Ости, и я выплеснула на неё чёрную волну дыма с молниями, эти самые молнии были мятные.       Дино смотрел на меня серьёзным взглядом, его брови сомкнулись на переносице. Он что-то обдумывал. Долго, сводя меня с ума в ожидании.       — Присядем? — он махнул в сторону беседки, указывая на лавку.       Я согласно кивнула и прошла под крышу беседки, села на деревянную поверхность. Дино присел рядом, о чем-то размышлял, смотря на статую равновесия снизу.       — Я чувствовал эту энергию, когда был маленьким, — тихим голосом начал ангел. — Отец тогда учил меня распознаванию вкусов, запахов, цветов в энергии, — лицо Дино не выражало никаких эмоций. — Моя мать, — было видно, что ему больно о ней говорить, я коснулась его локтя, намекая, что он не обязан, но ангел продолжил. — Я не знаю, кто моя мать, Вики… — он пустил голову в свои ладони, плечи осунулись. — Я уже говорил тебе, что провёл большую часть времени в школе. Домой возвращался редко. Сама знаешь, тут время течёт иначе. Отец никогда о ней не рассказывал. Я даже не знаю, почему его лишили власти и отправили в школу. Он избегает этой темы. Знаю только, что мой отец любил твою мать, Вики. Любил Ребекку.       — Знаю, я видела письма.       Ангел лишь на секунду обернулся ко мне, вернул свой взгляд на статую, продолжил:       — Я чувствовал в отце мятную энергию.       — Ты же не хочешь сказать, что это твой отец убил меня? — перебила я. — В отместку моей матери. Из мести или по просьбе. Я не знаю.       — Нет, Вики, это не он, — я выдохнула с облегчением. — Я чувствовал в нем мяту очень редко. В основном когда он меня учил и открывался мне полностью. Представь, что небо — это энергия… — я перевела взгляд в густую мглу, — А звёзды — это отличительные признаки. Вкусы, цвета. Найди самую маленькую звезду.       Я закружилась взглядом по небу, сравнивая россыпь звёзд       — Нашла.       — Вот эта маленькая звезда и есть мятный ветер в энергии моего отца.       — И что это значит? — я перевела взгляд на Дино, он сделал идентичное движение моему.       «Ничего не понимаю»       — Я читал, что если двое любят друг друга, их энергии сплетаются. Чем сильнее чувства, тем сильнее смешивается энергия. Поэтому в твоей энергии есть вкус кардамона. А в энергии Люцифера — ваниль.       Мои щеки налились румянцем. Я уже не понимала, что больше меня приводило в ужас. Отец Дино, который может стать ключом к поиску моего убийцы или закравшаяся в мою голову мысль, что моя мать и есть моя смерть? Откровения ангела? Слияние энергии? Или то, что Дино чувствует во мне — кардамон, а в Люцифере — ваниль?