Печать

      На языке привкус креплёного кровавого вина. Ступни вязнут в липкой жиже, утопая в мягкости ила, из которого выползают мерзкие, тонкие, словно шнурки, змеи. Ниточки моей светлой души собираются в один клубок, не оставляя и малейшего просвета в моём теле.       Я больше не могу с этим бороться. Я больше не хочу сопротивляться, я устала. Поддаюсь этой непроглядной чарующей тьме.       Шагаю в неизвестность, позволяю себе погрязнуть в этом омуте., Ибо сил больше нет.       — Вики! — в чёрной пелене раздается любимый голос. — Вики, не смей! — пронзает виски, разносится эхом в моей голове.       «Поздно, Люцифер, я больше не могу противиться этой силе»       — Проснись. Вики, проснись! — такой родной тяжёлый голос; понимаю, что безумно скучаю. Ищу в темноте алые глаза. Молю в надежде увидеть пылающий огонь, почувствовать вкус кардамона, что давно не обжигал своей остротой мой язык.       Открываю глаза и тут же морщусь от красного свечения. Пепел оседает на моё тело, покрывает волосы. В воздухе едкий запах гари. Поднимаюсь на ноги и теряю равновесие. Падаю, раздирая кожу. Упираюсь руками в край лавового разлома, разрезая ладони острыми камнями.       «Какого чёрта происходит?»       Поднимаюсь на колени. Белая майка изорвана, точно её пронзали ножами, покрыта грязью и чёрным смогом. Прокручиваю в голове воспоминания, чтобы хоть немного понять, почему я проснулась возле пропасти, ведущей в самый Ад. Помню вечер в поезде и игру в вагат. Помню резкую боль, которая прошла спустя мгновение. Помню, как Киран провожал меня. Помню его губы, теплые ладони на моем теле и экстаз наслаждения. Помню, как Киран, прощаясь, покрыл моё тело поцелуями и ушёл, оставляя в холодной постели, забирая своё тепло.       Воспоминания врезаются в кожу всеми испытываемыми прошедшей ночью чувствами, вонзаются сотнями игл, разливая неприятное ощущение к самой себе. В памяти по-хозяйски всплывает образ Люцифера, обжигая меня огнём красных омутов, поливая ожоги соком лайма. Отвращение к содеянному тошнотой подступает к горлу. Осознание совершенной ошибки пробивает меня молниями. Я без зазрения совести спихнула бы свои деяния на опьяняющий глифт, только вот я не пила. От этого чувство вины только сильнее въедается в подкорку моего сознания. Я захлёбываюсь жалостью к самой себе, ибо так глупо повестись на очередные цветные глаза могла только я.       Горячий поток воздуха ударяет в лицо, вырывая из переполняющего меня омерзения.       Отползаю от обрывочного края; на лбу выступил пот от жара, что исходит из бездны Ада. А внутри бьётся отчаянное желание нырнуть в палящий омут от поглощающего меня стыда, да только останавливает тот факт, что я не умру. Поднимаюсь на ноги, медленно двигаюсь в сторону выхода. Ступни печёт, колит острыми камнями. Оставляю за собой кровавые следы моих босых ног...

***

      — Вики! Шепфа! Что с тобой? — Мими подскакивает с кровати, как только я вошла в комнату.       День обещает быть весёлым, потому что по пути в свою спальню я столкнулась, по меньшей мере, с половиной школы. Мой внешний вид, точно меня гнали несколько километров адские гончие, не ускользнул ни от одного заинтересованного взгляда. И теперь слухов и шёпотов в свою сторону мне не избежать.       Подруга, придерживая меня под локоть, ведёт в ванную. Шёпотом что-то причитает, а я не понимаю ни слова, потому что голову режет острая боль. Мими включает воду, помогает мне сесть, аккуратно стягивает с меня напрочь испорченную одежду. Отбрасывает порванную майку в угол, шорты ментолового цвета, которые уже не отстирать, летят следом к белому трикотажу.       С меня стекает чёрная вода, пепел пропитывается влагой, прилипает к коже и путается в волосах. Демоница старательно стирает с меня налипшую сажу. Когда вода сменила цвет смога и крови на прозрачный, Мими повела меня в комнату.       Натянула на меня чистую майку и шорты, усадила в кресло, закутала в ватное одеяло, промакивала мои волосы полотенцем. Приготовила мой любимый небесный чай, добавила пару капель лаванды для успокоения.       — Мими, мне страшно, — прохрипела я, крепче вжимаясь в чашку пальцами.       — Тише, сладкая. Я не позволю этой твоей тьме поглотить тебя, — она расчёсывала широким гребнем мои волосы.       — Но она уже поглотила меня, Мими, — уставилась в пол, теребила пальцами уголок одеяла. — Я слышала голос Люцифера. Я готова была отдаться этой тьме, но он вернул меня. Вернул меня… К разлому?!       — Когда я пришла, ты спала в своей кровати. Беспокойно, но спала, — Мими села напротив меня, ожидая от меня объяснений.       — Я не понимаю, что происходит. Я помню, как ворочалась и долго не могла уснуть, а потом тьма, голос Люцифера и разлом, — снова прокручиваю воспоминания в своей голове, принимая решение, что о проведённой мной ночи с Киром лучше умолчать.       Дверь в комнату распахнулась, на пороге стоял Дино. Тяжело дышал, а его обеспокоенный взгляд скользил по мне сверху вниз, отмечая моё состояние. Я подскочила с кресла и прильнула в объятья брата. Он гладил меня по волосам, шептал успокаивающие слова прямо на ухо.       Мими торопливо оставила нас одних, бубня о том, что начинается урок у Геральда, и она прикроет мою задницу, ибо учитель в курсе моих проблем со сном.       Я рассказывала Дино всё в мельчайших подробностях; с того момента, как мы распрощались вчера на острове, не упоминая горячего демона в своей постели, ибо ангел точно не одобрит, и я, в целом, не уверена в его реакции. Дино воспринимает меня как маленькую беззащитную девочку, свою младшую сестру, к которой не намерен подпускать даже ангелов, не говоря уже о демонах. За исключением сына Сатаны. И то после моих бесконечных возмущений.       Дино внимательно меня слушал, задавал уточняющие вопросы. Обещал поискать информацию в библиотеке, спросить у отца про мои жуткие сны. Оставил меня одну и ушёл на поиски зацепок, которые объяснили бы отбирающие мою душу видения.       Я удобно расположилась в кровати с блокнотом и карандашами в руках. Теперь я могу рисовать либо в комнате, либо должна искать другое любимое место, ибо на четвёртый этаж я больше не поднималась и не поднимусь.       После ссоры с Люцифером и его слов возвращаться в то место — равносильно переживать ту боль снова, а мне вполне достаточно воспоминаний.       Осознанно или неосознанно я выводила портрет Люцифера, уделяя внимание каждой любимой мной выраженной черте его лица. Я полностью погрузилась в воспоминания, придавая рисунку всё больше реалистичности.       Я не видела демона почти три недели, не слышала его колких фраз, не чувствовала кардамон, что некогда распространялся по мне обжигающими волнами. Бережно хранила в воспоминаниях тепло его рук, вкус его губ и красные омуты глаз.       Поднялась с кровати, подошла к трюмо и выдвинула ящик. Круглый медальон лежал на том же месте, где я его оставила после нашей ссоры с демоном. Протянула пальцы, коснулась холодного металла. Мысли водоворотом крутились в моей голове.       «Где ты, Люцифер?»

***

      — Вставай, сладкая, — нежный шепот Мими выдернул меня из лап сонного царства, — нам пора.       — Куда пора? Что ты опять задумала? — я отвернулась от демоницы, натянула одеяло, прячась с головой. — Дай поспать.       — Вики, чёрт бы тебя... — Мими резким движением стянула с меня одеяло. — Быстро подняла свою задницу! — швырнула в меня что-то мягкое.       Я свернулась калачиком, накрылась своим крылом вместо одеяла. Сквозь дрему слышала, как ругалась подруга, расхаживая по комнате       — Может я просто закину её на плечо, и мы уже полетим? — раздался в комнате мужской голос.       Я в мгновение подскочила, спряталась за крыльями, как в коконе, озиралась испуганно по сторонам. На меня изучающе смотрели четыре глаза. Два серых и два золотых.       — Киран? — недоуменно уставилась я на демона, тот в ответ расплылся в тёплой улыбке.       — Ооо, ты можешь не прятать от меня свое тело, — хищно улыбается, вызывая в моём сознании прошедшую ночь. — Без твоего согласия я с тобой ничего не сделаю, ванилька, — он подмигнул мне, а глаза его горели похотью. — Кстати, на тебе отлично смотрится чёрное кружево, — Киран облизал нижнюю губу, не отрываясь от меня, а мои мысли вспыхивают новым пожаром под пристальным взглядом демона, окунают в самое пекло прошедшей ночи, разжигая во мне прилив желания.       Я кинула в него подушкой, сильнее закутала себя крыльями, прячась от демона и от самой себя, перевела злобный красноречивый взгляд на Мими. Демоница пожала плечами, подняла перед моими глазами вещи, которые она уже подобрала для таинственной ночной прогулки. Я потянулась к ней, вырвала одежду из её рук и прижала ткань к себе.       Мими дёрнула за руку изучающего меня демона и повела его прочь из комнаты.       — У тебя две минуты, сладкая, — подруга закрыла дверь с обратной стороны.       Я быстро натянула на себя чёрную футболку и джинсовые шорты, пока не вернулись хищные демоны. За окном непроглядная тьма пропускала свечение звёзд. Из открытого окна в комнату просачивался прохладный ветерок. Я собрала волосы в неаккуратный пучок, нырнула в кроссовки, подцепила кожаную куртку и двинулась на выход, отгоняя непрошенные воспоминания горячего тела Кирана.       Демоны о чём-то оживлённо спорили, шёпотом пытались перекричать друг друга, но замолкли, когда я появилась в дверном проёме.       — Ну и что вы задумали? — я прошипела, словно змея, уставившись укоризненным взглядом на двух демонов.       Киран приложил палец к моим губам, пресекая все мои дальнейшие расспросы. Мими схватила меня за руку и потащила прочь из спального корпуса. Мы крались по коридорам школы, словно мыши, тихо и беззвучно, в страхе, что серый кот нас настигнет в любую минуту, и мы понесем наказание за свои шалости.       Сколько бы я не попыталась расспросить демонов об их деяниях, всё, что я слышала в ответ: «Ч-ш-ш!»       Мы стоим в одну линию на краю водоворота. Никто из нас не осмеливается сделать первый шаг, не решается издать и звука.       — Если вы сейчас не сделаете того, что задумали, то сильно пожалеете о том, что вытащили меня из нормального сна! — шиплю я, не поворачивая головы ни к одному из демонов.       Стою, заворожено смотрю на белесые облака водоворота. Чувствую тепло демонов ладонями: они одновременно, с двух сторон от меня, сплетают наши пальцы и уволакивают в пропасть. От неожиданности я издала короткий крик и тут же рассмеялась, за что получила от Кирана серьёзный взгляд и недовольное шипение в свой адрес.       Водоворот сменил направление воздуха и плавно опустил нас на оживленную улицу.       — Манхеттен? — удивлённо вскрикнула я, озираясь по сторонам       — Сладкая, уже сегодня бал! — звонкий голос Мими вернул меня в реальность. — В чём ты собираешься идти?       Я мысленно перебирала весь свой гардероб, в который большую часть вещей положила Мими. Ничего подходящего для такого события у меня точно не было, а открытые наряды подруги были слишком откровенны для празднования Дня Равновесия.       Мими молниеносной скоростью таскала нас по дорогим ночным бутикам Нью Йорка. Работники обхаживали нас, словно светских львиц, у которых местная валюта распихнута по всем карманам. Невзирая на то, что отец подруги сам Мамон — демон богатства, своей дочери он явно не давал доступа к семейными закромам. Поэтому сейчас Мими вовсю пользовалась всеми дарами своей демонической сущности, явно отыгрываясь на симпатичных консультантках. Земные девушки сновали по огромному магазину с невероятной скоростью, всё приносили и приносили дорогие наряды знаменитых брендов.       Киран оставил нас сразу, как мы вошли в огромный торговый центр, направился на поиски своего идеального смокинга.       Мими заставила меня сменить уже десятое платье: то ей фасон не нравится, то цвет не тот, то рюши из меня делают старуху. Свой наряд демоница выбрала после третьей примерки. Чёрное платье в пол, полностью обтягивающее её фигуру, подчёркивая все достоинства соблазнительницы.       Я с горем натянула на себя блестящее бежевое платье с открытым декольте и юбкой до середины бедра. Вышла из примерочной. Восхищённые взгляды двух сотрудниц и серый взгляд раздражения подруги.       — Вот. Примерь это, — я обернулась на мужской голос. Киран стоял сбоку от меня, протягивая мне чёрную кружевную ткань. — Вам, девочки, пора бы определиться, время на исходе.       Я приняла ткань из его рук, вымученно улыбнулась, потому что сама уже устала от ночных походов по магазинам, скрылась за ширмой.       Скинула с себя блестящее платье и принялась надевать бежевое короткое платье в тон моих пшеничных волос.       Плотная атласная ткань, обрамлённая чёрным гипюром, с подчёркнутым декольте, усыпанным россыпью кристаллов, обтягивала мою фигуру, огибая все формы тела. Воздушная чёрная юбка в пол на широком поясе открывала переднюю часть оголённых бёдер, ниспадала широким шлейфом сзади.       — Кир, где ты был раньше?! Оно шикарно! — воскликнула демоница, подскакивая с мягкого пуфа.       Обошла меня со всех сторон, рассмотрела каждую деталь, впихнула меня обратно за ширму со словами: «Берём!»

***

      Водоворот вернул нас обратно в школу, в большой холл главного здания. Мы точно плыли по коридорам, смеясь, обсуждали прошедшую ночь, неся огромные пакеты в руках.       — Ну и где это мы гуляем? — за нашими спинами раздался грозный голос. Мы одновременно замерли в оцепенении, медленно повернулись в обратную сторону, встречаясь с носителем злобного голоса. — Я так понимаю, правила для вас не писаны?       — Писаны! — подала голос Мими. — Но не в том случае, когда на носу самый важный день на небесах, — её стойкости можно было позавидовать.       — Ну и где вы шатались? — Геральд скрестил руки на груди, свёл брови на переносице.       — Мы ходили за покупками, — Киран вышел вперёд, демонстрируя пакеты учителю.       — Вы же понимаете, что за такое я прямо сейчас могу вышвырнуть вас туда, откуда вы пришли?       — Понимаем, — Мими виновато опустила взгляд в пол, — но если бы на небесах были бутики с дизайнерскими шмотками, нам бы не пришлось торчать на земле с этими людишками, — скорчила личико в омерзении.       Геральд потёр пальцами переносицу, устало вздохнул:       — Идите, и чтобы это было в последний раз! Вам достаточно времени даётся на земле, чтобы успеть обновить своё шмотьё.