Обними Меня

Магнус сидел на кровати, повернувшись к Алеку спиной и чувствуя себя неловко. — Магнус? — мягко и нежно окликнул его Алек с другой стороны кровати. Он почувствовал, как Алек успокаивающе проводит рукой вверх и вниз по его спине — он всегда так делал, когда знал, что Магнус чем-то обеспокоен. Но Магнус не обернулся. Он ещё не успел набраться храбрости, чтобы посмотреть Алеку в глаза, боясь, что тот поднимет его на смех. — Магнус? В этот раз голос Алека прозвучал твёрже, чуть более властно, но Магнус также услышал растущее напряжение в его голосе, намёк на беспокойство. Не желая беспокоить Алека ещё больше, Магнус медленно, нерешительно обернулся. Он чувствовал себя более уязвимым, чем когда-либо, и был уверен, что эта уязвимость с лёгкостью читалась на его лице. Смущение Магнус начал чувствовать несколько минут назад; он вернулся домой гораздо позднее, чем планировал, и, вскоре после его возвращения, они с Алеком легли в постель и начали строить планы на предстоящий Вечер Особых Запросов — вечер, который Магнус считал одной из своих самых гениальнейших идей. Впервые Магнусу пришла в голову идея Вечера Особых Запросов вскоре после того, как они с Алеком сделали следующий шаг в их отношениях и начали заниматься сексом — в качестве способа заставить Алека снизить свои запреты и чувствовать себя менее смущённым, говоря о том, чего он хочет в спальне (или в их отношениях вообще), или о чём-то, что ему хотелось бы попробовать. Основная идея заключалась в том, что Алек заранее попросит о чём-то, — в пределах разумного, — что он хотел бы сделать с Магнусом: что-то, чего он не делал раньше, или что-то, о чём он слышал от других пар и что ему было бы интересно попробовать. И, если Магнус согласится на его просьбу, они выберут наиболее свободный для них обоих вечер, чтобы исполнить этот запрос. Главная цель состояла в том, чтобы просьба могла быть высказана свободно, и не нужно было опасаться каких-либо насмешек или осуждения. Магнус понял, что идея Вечера Особых Запросов сработала так хорошо, потому что Алеку и в повседневной жизни нравилось планировать что-либо или исследовать новые идеи, — ему, казалось, нравилась организационность и прямота этой идеи, её рутинность и продуманность, — Магнус же просто наслаждался предлогом почаще заниматься с Алеком сексом. Но эти вечера были не только для секса. Иногда Алек просил заняться более невинными вещами, например, сходить в новый ресторан или бар, посетить какие-нибудь экзотические места, поужинать вместе в лофте при свечах после долгого дня или посмотреть пару любимых фильмов Алека вместе, однажды он даже попросил Магнуса сделать ему массаж (хотя это быстро переросло в секс, так что Магнус понимал, что это, по идее, нельзя назвать вечером без секса). Тем не менее, по мере того, как Алек начинал чувствовать себя более комфортно в спальне, его запросы определённо становились всё более и более откровенными, от пробы новых позиций до экспериментов с ролевыми играми и грязными разговорами. Просьба Алека попробовать бондаж одним вечером прошла особенно хорошо, что в дальнейшем повлекло за собой много других «запросов о бандаже», причём до такой степени, что Магнус начал серьёзно подумывать о том, чтобы просто ввести «Вечер Бондажа» и проводить его отдельно несколько раз в месяц, чтобы они могли немного освободить Вечер Особых Запросов для других вещей. И всё же Магнус всегда подозревал, что Алеку будет неудобно постоянно только просить Магнуса о чём-то в Вечера Особых Запросов (хотя Магнус определённо так же наслаждался ими), не поощряя его просить о чём-то взамен или не будучи в состоянии каким-либо образом вернуть услугу. Он был прав — сегодня вечером Алек решил, что настала очередь Магнуса просить о чём-то для Вечера Особых Запросов, что и привело их к этой неловкой дискуссии, во время которой теперь уже Магнус смущался просить чего-то, чего ему хочется — он едва мог смотреть Алеку в глаза, не говоря уже о том, чтобы выразить свою просьбу словами. — Ну же, Магнус, чего ты хочешь? — спросил Алек, вырывая Магнуса из своих мыслей и возвращая его в реальность. Алек медленно сел на кровати и пристально посмотрел на Магнуса, что только усилило смущение и беспокойство последнего. — Всё, что угодно? — уточнил Магнус, чувствуя себя неуверенно и всё ещё не зная, как Алек отреагирует на его просьбу. — Всё, что угодно, — заверил его Алек, всё ещё глядя на него пристально и серьёзно. — Ты можешь… ты можешь просто… — начал Магнус. Алек продолжил смотреть на Магнуса, терпеливо ожидая, пока тот закончит фразу; хотя он смог продолжить говорить лишь после того, как Алек взял его за руку и нежно сжал её — ещё один его способ приободрить Магнуса. — Т-ты можешь просто обнять меня? Он произнёс эти слова с опущенной головой, едва слышно, всё ещё слишком нервничая, чтобы посмотреть на Алека, боясь, что тот лишь рассмеётся над ним, или просто не поймёт, что именно он имеет в виду… Но, медленно подняв взгляд, Магнус понял, что Алек прекрасно расслышал его, увидев его слегка приподнятые от удивления брови и то, как он, казалось, изо всех сил пытался хоть что-нибудь ответить. — Просто… эм… просто обнять тебя? — неуверенно переспросил Алек. Магнус бросил на него быстрый взгляд в поисках каких-либо признаков насмешки или осуждения, — особый вид раздражённого взгляда, который он определённо получил бы от многих из своих бывших на такую просьбу, — но, к его облегчению, на лице Алека не было никаких признаков раздражения или презрения. Его парень просто выглядел слегка растерянно, словно не был полностью уверен в том, что Магнус действительно просил всего лишь обнять его. — Именно так, Александр, — подтвердил он. И тут же невольно начал краснеть. Он знал, что Алеку это покажется странным, особенно учитывая, что он прекрасно знал, каким расслабленным и открытым Магнус обычно был, когда дело касалось флирта, свиданий и разговоров о сексе, совершенно невозмутимо ведя грязные разговоры или принимая более извращённые позы, и Алек знал, что Магнуса абсолютно устраивает его сексуальность. Но всё дело было в том, что даже мысли об объятиях, держании за руки и других подобных нежных жестах всё ещё заставляли Магнуса Бейна краснеть. Магнус знал, что это можно списать на все те годы отчуждения, когда он всеми силами намеренно избегал настоящей любви и привязанности до встречи с Алеком, но он прекрасно понимал, что всё началось задолго до этого; что причина, по которой он чувствовал себя настолько смущённым, когда дело касалось простого проявления уязвимости или физической привязанности, уходит корнями далеко в прошлое. Возможно, всё началось ещё со всех тех ночных связей, когда он просыпался на следующее утро с чувством сокрушительного разочарования, понимая, что другая сторона кровати пуста и его вновь использовали только для секса; или с насмешек некоторых его бывших, когда он просил больше физической близости, хотел больше объятий в постели или больше физического контакта в течение дня, но вместо этого спал в одиночестве. — Просто объятия? И всё? — нахмурившись, спросил Алек. Магнус подумал, что, возможно, Алеку казалось, будто Магнус уклоняется от вопроса, не прося его о том, чего ему действительно хотелось; может, он думал, что Магнус попросит о чём-нибудь гораздо более откровенном, но правда была в том, что для Магнуса секс не был такой уж новинкой, как для Алека. Магнус всегда с лёгкостью находил кого-то, с кем можно было бы заняться сексом; чувства особой роли не играли. Конечно, ему нравилось заниматься сексом с Алеком (лучшее за всю его долгую жизнь), и он всегда ждал этого с нетерпением, но после долгих лет бессмысленного секса, Магнус жаждал гораздо более близких и доверительных отношений, и он уже знал, что Алек был единственным человеком, с которым он хотел бы разделить эту близость. К тому же, если честно, Магнус уже давно хотел разделить с Алеком эти искренние, глубокие, нежные моменты; не было ничего более совершенного после тяжёлого дня, чем просто расслабиться и в кои-то веки побыть уязвимым в сильных руках Алека, уютно устроившись в его объятиях. Магнусу просто было слишком неловко попросить об этом прямо, поэтому обычно он довольствовался лишь короткими интимными моментами после секса или мимолётными прикосновениями и минутами близости в течение дня, пока Алек не предоставил ему возможность, попросив Магнуса сделать свой Запрос для их Особого Вечера. — Магнус, ты уверен? — спросил Алек, глядя на него с сомнением. — То есть, ты ведь можешь попросить о чём угодно… И мы делали довольно откровенные вещи по моим Особым Запросам, — закончил он, густо покраснев. — Я уверен, Александр, — подтвердил Магнус, снова покраснев. — Эм… хорошо… — немного удивлённо согласился Алек. — Я могу сделать это, вернее, мы можем. Как насчёт завтрашнего вечера? — Звучит идеально, Александр, — согласился Магнус. Он всё ещё был немного смущён, но, после того, как они с Алеком легли спать, Магнус не мог не улыбнуться, с нетерпением ожидая завтрашнего вечера.

***

На следующий вечер Магнус вернулся домой позже, чем планировал, целый день терпя и обслуживая наглых клиентов. Он был так утомлён и раздражён после долгого рабочего дня, что все разговоры прошлой ночи на время просто вылетели из его головы. Войдя в квартиру, он устало вздохнул и уже собирался было начать расхаживать по гостиной туда-сюда, — разглагольствуя о совершенно нелепых и до ужаса раздражающих требованиях своих клиентов, — ожидая, пока Алек выйдет из какой-нибудь комнаты, чтобы утешить его, как вдруг заметил его, решительно направляющегося прямо к нему. Магнус думал, что Алек поприветствует его поцелуем, — как они обычно делают после целого дня разлуки, — но, к его удивлению, вместо этого Алек крепко обнял его. Не то чтобы Магнус жаловался — он бы никогда не упустил возможность оказаться в объятиях Алека, особенно учитывая, насколько защищённым Магнус всегда чувствовал себя в его объятиях… Он просто не знал, с чего это вдруг. Через несколько секунд Магнус инстинктивно начал отстраняться, — Алек редко инициировал долгие, затяжные объятия, — но Алек почему-то протестующе замычал в шею Магнуса и прижал его к себе чуть крепче, словно не хотел его отпускать. — Ещё немного, ладно? — прошептал Алек в ухо Магнусу, словно спрашивая разрешения, уточняя, всё ли в порядке. Магнус кивнул, расслабляясь в его объятиях, слегка удивившись, но не настолько, чтобы упустить возможность пообниматься с Алеком ещё немного, особенно после столь долгого, утомительного дня. — Что ж, это что-то новенькое, — заметил Магнус, когда Алек, наконец, отстранился. — Не то чтобы я жаловался, — поспешно добавил он, когда Алек растерянно нахмурился. Алек явно собирался что-то сказать в ответ или пуститься в какие-то объяснения, но тут их обоих отвлёк звук таймера духовки и слабый запах чего-то горелого. — Чёрт! — выругался Алек, тут же направляясь в сторону кухни. Магнус пошёл за ним, смущённо хмурясь. — Ты готовил? — спросил он Алека, выгнув бровь. — Ну… хм… я пытался, — Алек покраснел, хмуро оглядывая поднос со слегка подгоревшей едой. — Ты ведь в курсе, что у меня для этого есть магия? — спросил Магнус, пытаясь подавить ухмылку при виде румянца на лице Алека. — Да, я знаю, я… хм. просто хотел сделать для тебя что-то приятное, — он пожал плечами и покраснел ещё сильнее. На этот раз Магнус не смог сдержать нежной улыбки. Он хотел спросить, с чего всё это вдруг, но, поскольку Алек уже и так выглядел напряжённым, он решил пока не поднимать этот вопрос и просто насладиться тем, что осталось от их ужина. Пока они ели, Алек спросил у Магнуса, как прошёл его день. И Магнус внезапно понял, что уже не так раздражён из-за своих надоедливых клиентов, ведь сейчас он ужинал с Алеком — едой, которую Алек приготовил для него (казалось, прошли годы с тех пор, как кто-то в последний раз готовил для него), и Алек даже позволил Магнусу поделиться с ним своей порцией, съев пару кусочков еды с его вилки, хотя обычно он смущался, когда Магнус пытался проделать этот интимный жест, и часто отказывался это делать. После ужина Алек предложил Магнусу расслабиться на балконе, полюбоваться видом и звёздами — как Магнус всегда любил делать после ужина или после напряжённого дня, обычно беря с собой большой бокал вина, вдыхая прохладный ночной воздух и пытаясь собраться с мыслями. Он почти надеялся, что в этот раз Алек присоединится к нему, но тот пробормотал пару слов о том, что ему нужно сделать что-то важное, и скрылся в квартире. Магнус медленно потягивал вино, стараясь не слишком задумываться о том, чем именно был занят Алек. Он просто решил, что ему нужно было что-то сделать по работе, какое-то важное «охотничье дело», которое не могло подождать до утра, и над которым ему нужно было поработать одному. Через какое-то время Магнус услышал тихие шаги Алека позади и с удивлением почувствовал, как сильные руки Сумеречного охотника крепко обвили его талию. Не желая портить момент, Магнус просто слегка откинулся назад на грудь Алека, наслаждаясь объятиями. — Прекрасный вид, правда? — едва слышно прошептал он, продолжая смотреть на звёзды, чувствуя, как его сердце наполняется счастьем, ведь в этот раз у Алека было время, чтобы оценить вид вместе с ним. — Прекрасный, — услышал он шёпот Алека, хотя, когда Магнус немного повернулся, чтобы взглянуть на него, он не мог не заметить, что Алек смотрел не на небо. Алек прервал его мысли: — У меня для тебя сюрприз, — пробормотал он в шею Магнусу, прежде чем поцеловать его за ухом. — Сюрприз? — удивлённо переспросил Магнус, слегка вздрогнув от ощущения губ Алека на своей коже. Вместо каких-либо объяснений Алек просто протянул ему руку и сказал: — Магнус, ну же, тебе понравится, — пока Магнус пытался не выглядеть слишком шокированным этим жестом. Было немного странно держать Алека за руку, пока тот вёл его по квартире в сторону ванной. Конечно, это не было неприятно, просто до этого момента они не были такой парой, которая бы небрежно держалась за руки дома или за столом, или даже такой, которая бы ходила по улицам Бруклина в обнимку. Обычно они держались за руки только в спальне. Алек никогда не казался Магнусу таким человеком, который бы держался за руку на публике, и поэтому он никогда не настаивал на этом жесте. Но это не помешало ему оценить его сейчас, когда их пальцы переплелись. Как только Алек привёл его в ванную, Магнус увидел, что он сделал ему ванну с пеной, ароматическими свечами и всей прочей «девчачьей ерундой» (как Алек часто называл это). Магнус не мог не улыбнуться, чувствуя, как по его груди разлилось тепло, ведь именно этим был занят Алек, пока он был на балконе, вместо того, чтобы с головой погрузиться в какую-нибудь работу для Конклава. — Ну… тебе нравится? — слегка покраснев, нервно спросил Алек, указывая на ванну, напоминая Магнусу застенчивого, нервного Александра Лайтвуда, которым он был столь очарован не так давно. У Алека всё ещё была эта сторона, жаждущая узнавать, но всё ещё боящаяся сделать что-то не так. — Всё идеально, Александр, — Магнус с благодарностью улыбнулся ему. — Спасибо. Он заметил, как на лице Алека появилась застенчивая, но довольная улыбка. Магнус считал эту заботливую, жаждущую угодить сторону Алека очаровательной. — Что ж, вся квартира в твоём распоряжении, а я пока наслажусь твоим сюрпризом, — заверил его Магнус, не желая, чтобы Алек заскучал. — Я, наверное, немного задержусь здесь… — Магнусу уже не терпелось устроиться в окружении пузырьков и свечей и расслабиться. — Ну… хм… вообще-то… я подумал, мы могли бы, — Алек запнулся, снова покраснев, словно вытягивал из себя слова силой. — Я подумал, мы могли бы… принять ванну вместе? Магнус удивлённо распахнул глаза. Они никогда раньше не принимали ванну вместе. Хотя Алек, казалось, приветствовал тот факт, что Магнусу нравилось вечерами расслабляться, наслаждаясь экзотическими пенными ваннами и дорогими шампунями, у мага всегда было ощущение, что это было бы последним, что Алеку захотелось бы сделать. Алек всецело придерживался эффективности и практичности, предпочитая принять быстрый душ, когда оставался у Магнуса, чтобы не тратить слишком много времени. — Ничего, если ты не хочешь, — поспешно добавил Алек, очевидно, приняв шокированное выражение лица Магнуса за нежелание принимать ванну вместе. — Александр, — прервал его Магнус, хватая его за руку, прежде чем он успел выйти из ванной, — Конечно, я хочу. — Он просто не был уверен, почему Алек хотел этого. После небольшой дискуссии и вдумчивого стратегического планирования того, как именно они это сделают, — в конце концов, ванна была не такой большой, а Алек был довольно высоким и, к тому же, продолжал настаивать, что Магнус выглядел слишком усталым, чтобы использовать магию, — им, наконец, удалось удобно устроиться. Когда Магнус ещё сильнее откинулся на грудь Алека, и руки охотника покрепче сжали его талию, ещё надёжнее удерживая его на месте, и Магнус подумал, что Алек держал его так уже в третий раз за вечер, он внезапно всё понял. Он вдруг вспомнил их вчерашний разговор, во время которого он попросил Алека просто обнять его, а затем подумал о том, насколько ласковым Алек был с ним сегодня за последние пару часов, — объятия, держание за руки, а теперь ещё и общая ванна, — и внезапно он понял, что Алек просто выполнял его Особый Запрос. Это было очень в духе Алека — спланировать и посвятить этой просьбе целый вечер, вместо того, чтобы просто начать обниматься в постели. Теперь поведение Алека и его желание принять ванну вместе с Магнусом начали обретать больше смысла. Несмотря на то, что ванна с Алеком была просто идеальной, Магнус не мог не почувствовать лёгкое разочарование из-за того, что вся их близость за этот вечер была лишь частью Особого Запроса Магнуса, и поэтому вряд ли повторится в ближайшее время. Тем не менее, когда Алек начал водить руками по его телу, моя его, — сначала слегка неслаженно, но затем всё более устойчиво, — а затем потянулся за шампунем, сделав Магнусу потрясающий массаж головы, пока мыл его волосы, Магнус просто решил наслаждаться близостью, пока она есть. Ведь у Алека всё так хорошо получалось. В конце концов, вода остыла, и они вылезли из ванной, обернув талии полотенцами. Магнус невольно зевнул. Сочетание тёплой воды в ванне и ощущение крепких объятий Алека навеяли на него приятную сонливость. — Ты готов ко сну? — спросил Алек, ласково улыбаясь. Магнус молча кивнул, чувствуя себя слишком усталым, чтобы сдвинуться с места. Он снова зевнул. — Я мог бы… хм… отнести тебя, если хочешь? Если ты слишком устал, чтобы идти? — тихо и немного смущённо спросил Алек. Магнус выгнул бровь на вопрос Алека, всё же удивившись, (хотя теперь он знал, почему Алек был более ласковым с ним сегодня вечером), ведь Алек никогда раньше не носил его на руках. Он подумал, что, возможно, ему стоит немного возразить, настоять, что он слишком тяжёлый, что он вполне может дойти до спальни сам, что он Верховный Маг Бруклина, сильный и могущественный, и его не нужно носить на руках, как какую-то девицу в беде, но он просто не мог заставить себя отказаться — не тогда, когда Алек звучал так нервно, но всё же нетерпеливо; и руки Алека всегда были такими сильными, такими надёжными. Как только Магнус кивнул в знак согласия, Алек с лёгкостью поднял его на руки и понёс в спальню. Иногда Магнус забывал о том, насколько сильным Сумеречным охотником он был. Было определённо что-то весьма возбуждающее в том, с какой лёгкостью Алек подхватил его на руки, и он уже представлял, как Алек несёт его в спальню на ночь страстного секса, представлял, как обхватывает ногами его талию, как Алек припечатывает его к ближайшей стене, и у него уже появилось несколько идей для их следующего Вечера Особых Запросов… На мгновение встретившись глазами с Алеком, Магнус понял по его взгляду, что Алек думал в том же духе.

***

Как только Алек перенёс его через порог спальни и осторожно опустил на кровать, Магнус тут же попытался инициировать что-то более сексуальное, начав снимать с себя полотенце и потянувшись к Алеку, чтобы тот наклонился поближе. Хотя он сделал это скорее по привычке, поскольку обычно они начинали распаляться лишь поздней ночью, но уже вскоре оба засыпали, или всякий раз, когда бродили по квартире полураздетыми. Но в этот раз Алек протянул руку, чтобы мягко, но настойчиво остановить его. — Магнус… ты… ты хотел объятий, помнишь? — медленно и осторожно спросил он. — Мы можем… заняться этим завтра утром. Магнус кивнул, немного неохотно, но всё же решив насладиться оставшимся временем своего вечера. В конце концов, как только часы пробьют полночь, Вечер Особых Запросов закончится, и тогда объятия с Алеком будут уже не так легко доступны, особенно, когда они оба погрузятся в свою рабочую рутину, и Алек будет отвлечён семьёй и работой, а Магнусу вновь придётся иметь дело с нескончаемыми требованиями клиентов. Они оба переоделись, и Алек лёг на спину. Он немного нерешительно протянул руки к Магнусу, всё ещё выглядя так, словно не был уверен, правильно ли он всё делает. — Иди сюда, — слегка хрипловато прошептал он Магнусу. Стараясь не краснеть и не смущаться, Магнус медленно, нервно пополз в объятия Алека, позволяя ему притянуть себя ближе и крепко прижать себя к его груди. — Эй, не смущайся, я тоже хочу этого, — прошептал Алек на ухо Магнусу, пока тот пытался не краснеть и не обращать внимания на участившееся сердцебиение. Эти слова были отголоском слов Магнуса, когда они только начинали встречаться, и Алек всегда смущался, когда их прикосновения и поцелуи становились более страстными, и они начинали снимать друг с друга одежду. Просто спокойно лежать и обниматься с Алеком всё ещё казалось немного странным — не только потому, что Магнус не позволял себе длительных объятий с романтическим партнёром в течение многих лет, но и потому, что в этот раз у них обоих было время на то, чтобы просто расслабиться и насладиться близостью, и ничто им не мешало. Магнус почти ожидал, что Алек в любой момент отстранится, или у него зазвонит телефон, или ещё что-то, но время шло, а они всё так же уютно лежали в объятиях друг друга. И всё же, несмотря на то, насколько непривычно было лежать, уткнувшись носом в шею Алека, и чувствовать, как Алек крепко обнимает его за талию, Магнуса всё никак не покидало чувство, что он, наконец, вернулся домой. — Тебе удобно? — едва слышно спросил Алек, укрывая их обоих одеялом, всё ещё звуча так, словно он не был уверен, что сделал достаточно для того, чтобы исполнить Запрос Магнуса. Магнус кивнул, чувствуя себя так комфортно, как никогда прежде. — Всё идеально, Александр, — прошептал Магнус в шею Алека, наслаждаясь ощущением того, что он находится в объятиях любимого мужчины, ощущением тёплого тела, к которому он был прижат; он полностью расслабился и начал засыпать. Именно об этом он и мечтал. Ему бы только хотелось, чтобы Алек обнимал его так почаще, чтобы они оба чаще могли просто отпустить всё и расслабиться. Через какое-то время Алек начал медленно и успокаивающе гладить Магнуса по спине, мягко лаская его кожу кончиками пальцев. Купаясь в этих нежных прикосновениях, Магнус невольно издал звук, похожий на мурлыканье кошки. Он бы смутился, если бы на лице Алека не возникла нежная улыбка; и он почувствовал, как Алек издал тихий смешок. Магнус тоже не смог сдержать улыбки, и они оба рассмеялись над тем, насколько непривычно, но от этого не менее замечательно было просто лежать и наслаждаться объятиями друг друга. Всего около года назад Магнус был уверен, что уже больше никогда не сможет испытать такой близости. Интересно, думал ли Алек о том же не так давно? Алек в шутку закатил глаза на счастливые вздохи Магнуса, но продолжил мягко поглаживать его по спине, даже нежно целуя Магнуса в лоб; Магнус лишь ещё крепче обхватил ногой его талию, пытаясь прижаться к Алеку ещё ближе, если это вообще было возможно. Впервые за последние несколько недель Магнус чувствовал себя абсолютно спокойным, довольным и счастливым. Он чувствовал себя любимым. В этот момент он знал, что Алек защитит его, позаботиться о нём, что ему в кои-то веки не нужно беспокоиться о том, чтобы делать кому-то ещё какие-либо одолжения, или использовать магию до изнеможения, или оставаться сильным, чтобы защитить тех, кто слабее его. Было приятно сделать передышку и просто расслабиться. — Спасибо, Александр, — прошептал Магнус и нежно поцеловал Алека в грудь, прямо над сердцем. — Тебе не нужно благодарить меня, — слегка удивившись, пожал плечами Алек. — Все пары так делают, верно? Магнус собирался сказать, что не все пары делают это, или что они должны делать это, только если они этого хотят, но он слишком устал для того, чтобы озвучить свои мысли вслух. Как бы ему ни хотелось не спать подольше и насладиться объятиями ещё немного, соблазн наконец поспать после тяжёлого рабочего дня был слишком велик. Магнус заснул, почти собственнически вцепившись рукой в футболку Алека, словно пытаясь удержать его на месте.

***

Спустя всего несколько часов Магнус проснулся, сонно и растерянно моргая. Ему потребовалась пара секунд, чтобы понять, почему его кровать ощущалась не так, как обычно, а затем он почувствовал, как под его головой поднимается и опускается грудь Алека, и внезапно он вспомнил, что заснул в его объятиях. Бросив быстрый взгляд на часы у кровати Магнус увидел, что уже далеко за полночь, и, следовательно, Вечер Особых Запросов закончился. Он медленно и осторожно высвободился из объятий Алека и перелёг на другую сторону кровати. Алек спланировал для него идеальный Вечер Особых Запросов, но теперь, когда он закончился, маг не хотел, чтобы утром Алек проснулся со всё ещё прижатым к его груди Магнусом. В конце концов, большинству его бывших нравилось иметь в постели личное пространство. — Магнус, что ты делаешь? — прозвучал в темноте слегка раздражённый голос Алека. — Прости, Александр, я не хотел тебя будить, — прошептал Магнус. — Спи дальше. — Эмм… Магнус? — продолжил Алек, игнорируя слова Магнуса, хотя его голос всё ещё звучал устало. — Почему ты лежишь на другой стороне кровати? — Ну, Вечер Особых Запросов закончился, Александр, — с тихим вздохом ответил Магнус, — и я хотел предоставить тебе лич… — Магнус, это неважно, — перебил его Алек, — вернись сюда. Магнус неуверенно, нерешительно вернулся в объятия Алека, растерянно хмурясь. — Магнус, расслабься, я хочу этого, — сказал Алек, очевидно, чувствуя его неуверенность. Несколько минут они молча лежали в объятиях друг друга, пока Алек снова не заговорил. — Магнус… — начал он, глубоко вздохнув, словно тщательно обдумывая, какие именно подобрать слова, чтобы выразить свои мысли, или словно нервничая перед тем, как сказать что-то важное. — Я люблю тебя. И мне нравится… хм… обниматься с тобой, то есть, мне нравится, что тебе это тоже нравится… Магнус практически чувствовал, как Алек краснеет. — Просто… хм… просто у Сумеречных охотников привязанность не считается приоритетом. Она воспринимается как нечто непрактичное, отвлекающее. И… я просто хочу сказать, что для меня немного неестественно обнимать тебя так, или инициировать случайный физический контакт… и ты знаешь, что для меня это всё в новинку, и я не всегда буду знать, хочешь ли ты этого после тяжёлого дня, или иногда я настолько погружаюсь в работу, что просто перестаю мыслить здраво. Поэтому, хотя мне нравится обниматься с тобой, и я хочу, чтобы мы это делали, и я обещаю, что постараюсь обнимать тебя чаще, тебе, возможно, придётся немного помочь мне и иногда просить меня об этом; скорее всего, даже просто прямо говорить мне, что ты хочешь объятий или принять ванну вместе… Магнус почувствовал, как его сердце наполнилось гордостью после того, как Алек произнёс свою речь, радуясь, что он был честен с ним, и, конечно же, тому, что ему тоже нравились объятия. — Я обещаю постараться быть более честным с тобой о том, чего я хочу, Александр, — согласился Магнус, напоминая себе, что это были первые отношения Алека, и что ему всё ещё нужно будет точно говорить Алеку, что именно он чувствует — так же, как он всегда поощрял Алека быть честным с ним. — К тому же, ты ведь не хочешь тратить на это свои Особые Запросы, ведь мы можем обниматься когда угодно, — пожал плечами Алек. — Будет лучше использовать их для чего-то более… знаешь… — Развратного? — ухмыльнулся Магнус, наслаждаясь тем фактом, что теперь уже Алек чувствовал себя неловко, когда речь шла о сексе, а не о близости. — Эм… да… пожалуй, — пробормотал Алек, крепче обнимая Магнуса, всё ещё смущаясь. Магнус хотел сказать Алеку, что он вовсе не считает свой Вечер Особых Запросов пустой тратой времени, но он чувствовал себя слишком счастливым — теперь зная, что Алеку тоже нравится обниматься с ним — и слишком довольным в объятиях Алека, чтобы сейчас говорить об этом. Вместо этого он вновь погрузился в сон, с нетерпением ожидая и возможности почаще обниматься с Алеком, и особенно того, как будет просить Алека о чём-нибудь, что заставит его покраснеть — для их следующего Вечера Особых Запросов…