Beyond the Dream

Я в первый раз иду против правил. Не то, чтобы парни меня принуждают, я и сама знала, что рано или поздно это понадобится. И наплевать на последствия, главное – это то, что я как-то хоть могу им помочь. Я чувствую… смешанные чувства. Для начала, страх, конечно же. Потом, не знаю, трепет? Если коротко, я сама не знаю, что я чувствовала в тот момент, когда закрыла глаза и очутилась в голове Ванхо. В его сознание, когда я открыла глаза, я поняла, что нахожусь в саду около большого дома. Я глазами нашла Ванхо, который в этот момент, весело насвистывая, поливал цветы. Он, слава богу, стоял ко мне спиной и не заметил моего присутствия. Я сосредоточилась и, вскоре, передо мной появилась дверь. – Ну, Рина, давай, ты сможешь… – Я открыла дверь и вошла в темноту. На меня сразу же навалился чудовищный ливень из чёрной слизи, который обжигал кожу, и я со всех сил старалась не закричать от боли. Что такое чёрная слизь на самом деле? Это сгусток самых ужасных, омерзительных качеств, поступков, мыслей человека. Они есть у каждого, даже у пресвятой монашки. И когда ты открываешь дверь в сознание другого человека, первым делом этот сгусток обрушивается на тебя, проникая в тебя самого и поедая медленно и мучительно. Вот этим и страшен этот долбанный способ. И поэтому он запрещен. Кагэ… Если бесконтрольно проникать в разум чужого человека этим способом… Чёрная слизь убивает тебя, превращая в тот ужас, каким и стал Кагэ. Ему больше не помочь. Его не спасти… Я, отогнав от себя плохие мысли, сосредоточилась на воспоминаниях этого парня и сразу же нашла зеркало, в котором были воспоминания о том дне. Но зеркало было сломано. – Она хорошо постаралась… – Его фрагменты были разрушены, кроме одного маленького кусочка. Эх, этот малюсенький осколок это всё, что Ванхо помнит о той девушке. Я протянула к нему руку, и моё собственное сознание поглотило этот кусочек. – Всё, нужно убираться отсюда. Но сначала… – Перед тем, как уйти, я «подкорректировала» сегодняшние его воспоминания о нас. Думаю, ему не стоит помнить ни меня, ни допрос парней.

***

Я пришла в себя одновременно с Ванхо. Чхвэ поднялся и с полным непониманием в глазах посмотрел на парней. – Ч-что я здесь делаю? – Отрешенно спросил он, почесав затылок. – Хён, ты не помнишь? – Тэхён удивленно приподнял брови. – Не помню что? – Что ты... – Что ты упал в обморок рядом с общежитием. – Лим перебил Кима. – Нам пришлось принести тебя сюда, и, кажется, ты упал лицом вниз, у тебя ссадина на лице. Если бы я сейчас себя хреново не чувствовала, я бы посмеялась. – О, верно, – Он схватился за голову. – Я не помню даже, как сегодня проснулся. Я, э, лучше пойду, спасибо вам большое. – Он поклонился и вышел из комнаты, неуверенно шагая. – Может, нам его проводить? – Всё ещё не отошедший от шока Джин обратился к Лиму. – Не стоит. – Коротко отрезал он. – Как я понял, ты стёрла ему память. Молодец, Рина. В ответ же я смогла выговорить, то есть промычать краткое «мм». У меня нет сил, вообще. Я проникла к человеку в сознание запрещенным способом без энергетиков. Чего ещё я ожидала... – Эй, что с тобой? – К моему «бесчувственному» телу подошёл Юнги и помог принять сидячее положение. Я хотела сказать «ничего страшного», но опять получилось какое-то мычание. – Она же сказала, что понадобятся стимуляторы! – Воскликнул Джун. – У неё нет сил, даже пошевелиться не в силах! – Я попыталась кивнуть, но вышло, что я просто опустила голову. Блин, я даже кивнуть никак не могу! Такое у меня частенько случалось, но очень давно, когда я безрассудно хотела помочь людям, за ночь помогая больше десяти нуждающимся. Нужен крепкий сон или стимуляторы. Так как последнего у меня нет, а парни не смогут их достать, я закрыла глаза и провалилась в темноту.

***

– … она не… что же… хён… – Меня разбудили голоса, а точнее чей-то разговор. У людей нет никакой совести. – Хинаи, сколько просила не будить… – Более-менее разборчиво проговорив это, я кинула подушку куда-то в сторону. – Хён, она проснулась! – Крикнул Тэ, радостно выходя из комнаты. – А? – Я открыла глаза и поняла, что я не в своей комнате в Ойте, а в комнате Юнги. И меня разбудила не моя сестра, а разговор хозяина этой комнаты с Тэхёном. – Ты, наконец, проснулась. Мы уже подумывали, что ты коньки отбросила… – Шуга сел на край кровати, на котором я лежала. – Сколько я проспала? – Около 26 часов… – ЧТО?! – Взвыла я. – Это слишком мало! – Мало?! Это день с лишним! – Юнги, мягко скажем, офигевал от этого разговора. – Этого мне хватить лишь на три часа! Это мало! Мне нужно минимум три дня! – К сожалению, у нас нет столько времени. – В дверях показался Лим, а за ним и остальные бантан. – Мы не знаем, когда она опять начнёт наступать. Хотелось послать всех к чертям, и от души поспать, но опять же… Сердце. – Ты узнала, кто это? – Мягко спросил Намджун. В ответ же я покачала головой. – Я не знаю точно, кто это, но я узнала, что она из стаффа. И в день твоего отравления, она была здесь, в компании, но… – Что? – В тот день я была в гостиной стаффа и там, кроме меня, были три девушки. Асон говорила, что это все, кто остались. – Значит, у нас три подозреваемых. Назови имена. – Девушка-близнец Квон, я не знаю её имени… потом… Кан Мунён, она, кстати, странно себя вела в тот день. А третья – Асон. Ли Асон. – Наступила тишина, и я поняла, что каждый пытается вспомнить этих девушек. – Раз уж такое дело, мне нужны стимуляторы, чтобы прийти в себя. В Сеуле есть одно место, где их можно получить. Там же я смогу получить информацию о Кагэ. – Каким образом? – Шуга скрестил руки на груди. – Семья Ванг, они делают стимуляторы. И, как было известно, у них веками не рождались баку. Но они скрыли Кагэ, а это против закона. Они должны были сообщить нам. – Ваша семья что типа главная в «вашем» мире? – Спросил Лим. – Семья Судзуки – одна из трёх главных и могущественных семей. В моём мире статус определяют баку. А в наше время они есть только в трёх кланах. Таких, как я, не так уж много, всего пять. Я единственная в своём клане. Семья Ванг когда-то была четвёртой, но из-за того, что они потеряли всех своих баку, она стала второстепенной семьёй, подчиняющаяся нашей. Не скажу, что они в восторге, по правде говоря, они нас ненавидят. – И думаешь, они тебе помогут? – Скептично проговорил Соджун. – Таблетки-то дадут. А вот информацию… Они скрыли рождение баку, за это их накажут, если, конечно, я не буду держать рот на замке. Шантаж чистой воды. – Хмыкнула я. – Так, а теперь кто отвезёт меня? – Я отвезу. – Подал свой голос Юнги. Неожиданно, но надо уже перестать удивляться. – Пока мы не вернемся, хён, – Он обратился к Лиму. – Найди максимальное количество информации про этих троих. – Менеджер кивнул, и Шуга обратился ко мне. – Встать можешь? – Конечно… – Слава богу, у меня получилось встать без происшествий. – Пойдем. – И мы вышли из комнаты.

***

– У тебя есть права, но нет паспорта? Мило. – Подходя к машине, насмешливо поговорила девушка. – А у тебя вообще нет прав и паспорта. – Открыв для неё дверь, ответил парень. – Дурак. – Дура. – Другая девушка, наблюдавшая за этой парочкой, сморщила нос в отвращении. – Эх, Юнги-Юнги. – Когда уже машина скрылась из виду, вздохнув проговорила девушка. – Я дала тебе столько шансов красиво умереть, а ты..? Связался с этой Судзуки. – Почти что выплюнув последнее слово, пробормотала она. Взяв мобильный в руки, она начала набирать уже хорошо запомнившийся ей номер. – Ну, ничего, скоро вы оба узнаете, что такое настоящая боль. Как там говорили? «Что посеешь, то пожнёшь?» – Приложив к уху мобильный, девушка ждала, когда же ей ответят. Через пару гудков, послышался хриплый голос абонента. – Кагэ, милый, надеюсь, всё готово? – Жестоко ухмыляясь, поговорила она.