Индиана Джонс и семейная жизнь

Крепление отодвигаемых занавесок противно лязгнуло, и в пока закрытые глаза ударило яркое солнце. Что ж, кажется, сегодня от него не отстанут. Вот вам и выходной. Отлично. Генри Третий постепенно приподнял веки, и взгляду его предстала весьма недвусмысленная картина в виде собственной расстегнутой рубашки, грязных джинс и одного носка, украшающих лежащее поверх одеяла тело. Какой облом! И почему до сих пор он не услышал ни слова?.. Долго исследовать помещение взглядом не пришлось, ибо тот, едва поднявшись над кроватно-телесной поверхностью, выцепил того самого сумасшедшего профессора, оказавшегося, до кучи, в меру счастливым отцом. Парень вновь прикрыл глаза, кладя руку на сухой горячий лоб. Физические ощущения являли собой убийственный гибрид из позапрошлогоднего сотрясения мозга и того самого гриппа из далекого детства, когда мама на протяжении недели не отходила от него больше, чем на полчаса. По-своему, славный был период - целая неделя без вездусущих детских страхов, ведь бояться рядом с такой мамой можно лишь ее эмоций. Спустя минуту воспоминаний Джонс все так же стоял у кровати, держа в руках полный графин воды и столь же полную аптечку подмышкой, склонив голову набок и едва улыбаясь. – Очень смешно, – едва выговорил страждущий, пытаясь ухватиться за плотно лежащий на подушке затылок. – Я присяду? – невозмутимо уточнил непрошенный спаситель. – Угу, – равнодушно промычал парень, подтягиваясь на локтях, – мама не в курсе, да? – затеплилась в его голосе надежда. – В курсе, – усмехнулся отец, протягивая парню графин, – держи крепче, сейчас найду аспирин. – Крепче?! Спасибо, что предупредил! – взвился Третий. – Ну, все довольно неплохо, – пожал плечами Джонс. – И что же она говорит? – Что ее беспокоит твое здоровье и благонадежность твоей Маргарет. Мы решили,что остальное точно переживем. – Маргарет?! – пролив на себя часть воды, подскочил парень, – Я же... – Ты упорно путал меня с ней, – состроил неопределенную гримасу отец, – А так как ты вдобавок слишком громко грохотал, пока я волок тебя, мама не так много пропустила... – Спасибо, – без уточнения, но с искренней улыбкой негромко сказал парень, ставя на прикроватную тумбочку осушенный графин. – Пожалуйста, – ответив более широкой улыбкой, бросил не сводивший с него глаз отец. – Ты хочешь сказать что-то еще? – Ну-у, потом нужно будет обязательно поесть, это помогает. – А еще? - видя напряжение старшего, потребовал парень. Глубоко вдохнув (аж зажмуриться захотелось), Джонс без предупреждения потянулся к парню, и тотчас крепко прижал к себе, как маленького, уткнувшись лицом в растрепанную макушку, едва слышно что-то бормоча. Вопреки ожиданиям, сын, громко шмыгнув носом, изо всех имеющихся сил, обнял его в ответ.