Кошки-мышки

В серой квартире по потолку расплывался такой же серый дым от сигареты и плевать было Саше на то, что в помещении курить не желательно. Его квартира, а потому можно. Он не настолько безответственен, не уснёт он с сигаретой, а дым в воздухе помогал сейчас освободиться от таких лишних мыслей. От кого он бегает? Зачем? Дима всегда был таким близким, таким необходимым, что без него находиться было просто невозможно. Губительная замена в виде сигарет нашлась и приходилось продлевать их эффект, закуривая всё новую и новую. Вот только тоненькую палочку нельзя было крепко-крепко обнять, прижать к себе. Разве что только «целовать», получая не нужную отдачу, а едкий яд в ответ. За окном серой квартиры находился такой же серый город, солнце не выходило из-за туч уже несколько дней, кажется, ещё с того момента, как он сбежал от него, сбежал от своих чувств. Дима же будто и не заметил – не пытался даже позвонить на незаблокированный телефон, видимо знал, что не поднимут. Но почему-то Саша думал, ему хотелось верить в то, что просто не хотел искать. Так было бы легче. Им обоим. Эти несколько дней шёл дождь, но сегодня прекратился. Если бы Саша верил в знаки природы, он бы приготовился, уехал бы ещё дальше. Но он не верил, а потому, когда в дверь позвонили, даже не задумался, что это может быть он. Кто угодно – мать, решившая, наконец, навестить своё чадо, подруга, которая не появлялась здесь давно из-за того, что он уехал, да пусть даже полиция с обыском, но точно не он. Замок щёлкнул, дверь приоткрылась и тут же была распахнута с обратной стороны. Дима был зол, он даже слова не сказал, просто влетел в квартиру так, чтобы не смогли прогнать и закрыл её за собой, чтобы вновь не сбежали. Сашины чувства были притуплены, но даже так он был в шоке, глаза его расширились и когда его протолкнули на кухню, закашлялись от обилия никотина в воздухе, открыли, не спрашивая, окно, он не возмутился и не попытался выкрутиться. Он лишь затянулся ещё раз, за что получил сильный удар по пальцам. Сигарета выпала из них и была растоптана. Дима ничего не говорил, видел, что Саша ему сейчас ничего толкового не скажет. Обдолбан так, как будто курил наркотики. Он лишь осматривал сбежавшего, подмечал новые детали, такие, как темные синяки под глазами и бледная, как у смертника, кожа. Заболел болезнью под названием одиночество. Зачем он сбежал? Вопрос этот волновал Диму больше, чем самого сбежавшего, он испереживался, не знал уж куда податься. Только когда чувства более-менее поутихли, вспомнилось, что у Саши осталась квартира в родном городе. Её адрес он знал, тут уж проблем не оставалось. Приехать, увидеть, понять. Обнять, утешить, забрать. Пленка дурмана исчезла из Сашиных глаз и настало время задать все вопросы вслух. – Что за игра в кошки-мышки? Почему я должен был тебя искать? – У меня тот же вопрос,– Саша отвёл взгляд, не желая смотреть в обвиняющие глаза. Дима ещё больше вскипел, подошёл ближе, взял его за подбородок и повернул к себе, пытаясь хоть на лице прочитать нужную ему информацию. Но ничего, кроме вызова в нём не нашёл. – Саша... – Что?!– он всё-таки вывернулся и отошёл к окну. – Ну что произошло?– уже более мягко, пытаясь не спугнуть ещё больше. Молчание было ответом. Дима раздражённо потёр переносицу, ничего не понимая, и тяжко вздохнул. В один момент всё стало очень сложно, а ответа на простой вопрос «почему», получить было не у кого. – То, что мы вместе – неправильно,– наконец тихо заговорил Саша.– То, что мы делаем – неправильно. Мои чувства к тебе – неправильны. Также тихо, как будто вливаясь в их общий тон, Дима засмеялся. Саша, не понимая, почему он смеётся, обернулся и вопросительно изогнул бровь. Этого жеста не заметили. Дима, опустив голову, прикрывал рукой глаза. Он не плакал, нет. Скорее этот жест показывал то, насколько Содик глуп, что безмерно того оскорбило. – Ну и?! Это не смешно. Ты тоже должен понять, что мы должны были рано или поздно расстаться! – Возможно,– Дима в один миг стал серьёзен и посмотрел прямо на Сашу,– но не тогда, когда у нас всё было хорошо, не тогда, когда обоим от этого больно. – Тебе не было больно, не ври! Ты даже не позвонил, о чём тогда вообще идёт речь? – Я был в шоке. Сам подумай. Вот представь всю картину от моего лица. Саша опять замолчал. Ему нечего было на это ответить, он знал, что Диме тоже было плохо без него. – Мы... Мы должны это пройти рано или поздно. Просто если поздно... Будет ведь больнее, так? – Глупый, глупый Содик,– Дима подошёл к нему и приобнял, уже не боясь, что от него вновь сбегут. Он заметил, что Саша всего лишь сомневается, а оттого начал заблуждаться. Стоит лишь указать путь и всё будет вновь хорошо,– ты накрутил это себе до такой степени, что не смог наслаждаться моментом. Если уж мы когда-нибудь расстанемся, больно нам не будет. Уж я то от тебя никуда не денусь, ну а если ты вдруг охладеешь... Я приму это. Ты своими мыслями исключил хэппи-энд, а в нашем случае он ой как возможен,– он улыбнулся и уже аккуратнее приподнял лицо Саши. В глазах его читалось недоумение, но уже появлялось приобретающее своё законное место спокойствие. – Может я действительно глупый,– Саша тоже, как мог, улыбнулся, заглянул в глаза Димы и, не увидев там ничего, кроме честности, смешанной с нежностью, не удержался и поцеловал, уже по-настоящему получая отдачу. Сигареты – плохая замена такому. – Саш...– оторвавшись от губ, по которым скучал, заговорил Дима,– поехали домой, а? Кошка поймала мышку. – Мышка плохо пряталась. – Она больше и не будет. Кошка больше не спустит с неё глаз. Ну так что? Я даже разрешу тебе немного покурить. – Куда ж я от тебя денусь, кошара?– Саша уже более открыто улыбнулся и, чмокнув Диму в щеку, побежал собираться. Домой.