Nosferatu...

Спустя пару минут незаурядный, странный на вид суп - пюре был готов. Андрей устало отёр мокрые руки о полотенце и, приподняв тяжеловатый поднос, понёс его в комнату. Он как обычно поставил его на тумбу, но мать не спала, как последние 2 недели. Парень распрямился и встретился с уставшим взглядом женщины, и тут он вдруг с ужасом вспомнил, что на нём обычная футболка. -Как самочувствие, мам? -тихо спросил Дрон первое, что пришло на ум. -Мне кажется моё здоровье идёт на улучшение. -Не ври мне, пожалуйста. Мне тяжелее жить в ложных ожиданиях. - все также тихо продолжал Андрей, незаметно заводя руки за спину. -Хорошо - погрустнела мать - мне кажется лекарства мне не помогают. Я лишь... Постоянно хочу спать. Ну, хоть хуже не становится - попыталась улыбнуться она и потянулась за стаканом с водой,  но случайно задела тарелку супа. Та покачнулась и слетела с тумбы, крупными осколками разлетевшись по комнате, разнося зеленоватую жижу за собой. Парень кинулся, но было уже поздно, и он принялся аккуратно собирать куски фарфора, пытаясь не распороть ногу. Когда пол был безопасен, в ход пошла тряпка. И вот, последствий неудачного движения уже не было, а Дротик снова ощутил усталость во всем теле и присел на кровать, уже не думая ни о чём. И тут мать вдруг что-то заметила. -А что с рукой? Откуда синяки? - сразу в лоб спросила она. -А... Эм - замялся парень- упал и поранился - наконец придумал он. Анастасия лишь с грустью вздохнула,  видя ложь сына насквозь. -Андрюш, ты же знаешь - подняла она взгляд серо-голубых глаз - что если тебя кто-то обидел, то ты только скажи. - взяла она своё повзрослевшее чадо за руку - Мы сразу разберёмся. -Я знаю, мамочка - прижался он к похудевшему, но родному и тёплому телу, всегда легко пахнущему то-ли малиной, то-ли ванилью - знаю, что мы для друг друга единственная опора - тихо промолвил парень, почувствовав неприятное пощипывание в носу и лёгкое жжение в глазах. Он пытался держаться и смотрел на потолок, но первая капля уже скатилась по щеке. Андрей зажмурился и стало слегка лучше, но тут женщина отстранилась. Она, чувствуя состояние сына, что-то бормоча, погладила его волосы. -Устал? -Угу - единственное, что смог выдавить из себя Дрон и уткнулся в плечо. Предательские слезы взяли верх. А Анасия крепко обняла его в ответ, тихо причитая: "Человечек мой родной, сынок мой любимый, счастье ты моё" слегка покачивала она его за плечи, иногда целуя в лоб. (автор почти плачет от этой милоты) Постепенно слезы заканчивались, а на душе становилось легче. И он, слегка хлюпая носом, поднял голову. Мама тепло улыбалась. Она ещё раз крепко его обняла. - Ты мой дорогой человечек -  смахнула она последнюю текущую слезу с щеки Андрея. Он обратной стороной ладони стёр мокрые дорожки, восстанавливая дыхание. -Водичку будешь? - протянула мать стакан. Кивнув, Дрон взял его и сделал несколько глотков, а затем поставил на тумбу. Он чувствовал облегчение на душе и усилившуюся слабость во всем теле, но эта лёгкая опустошённость и рассеянность были приятны. -Ты кушать будешь? - спросил он, чтобы как-то перевести тему. -Нет, ты кефирчика принеси, мне на ночь хватит -Точно хватит? - заволновался Дротик. Мать кивнула. Тогда парень поднялся и побрёл на кухню. Быстро достав пакет кефира и чашку, парень исполнил мамину просьбу. Зайдя в комнату, он передал чашку ей в руки. Женщина сделала пару глотков и, заметив, что сын собирается уходить, вдруг сказала: "не забывай наш с тобой гимн. Пока есть прежняя цель.." -Наша цель не сдаваться - уверенно и уже с улыбкой ответил Дрон. -Спокойной ночи. -Сладких снов - зевнул Дрюнчик, направляясь к себе в комнату. Как только голова его коснулась подушки - парень уснул. Он и сам не заметил, как на улице быстро стемнело. -Здравствуй, Рома- послышалось сзади. Вампир моментально обернулся. На пол села чёрная летучая мышь, шелестнув клжистыми крыльями. -А, Учи.... Илья это ты. Напугал. - успокоился Роман -Прости, не хотел - наконец вернулся в человекоподобную версию учитель - есть разговор, надеюсь ты не занят - сел он на обитый кожей диван, положив руку на инструктированный деревом подлокотник - выдалась тихая минутка, вот я и решил тебя навестить. - Сейчас нет - опустился Рома на кресло напротив, выполненное в этом же стиле. Он нервничал, хоть и не подавал вида. На его бледном лице не дрогнулни один мускул - я слушаю. -Как вижу ты пока справляешься с управлением домом и в одиночку. - старший ваприр перевел взгляд на темноту за окном - уже почти освоился тут без меня как вижу - он чуть заметно хмыкнул. На это Роман лишь неоднозначно и сдержано кивнул - но все же вокруг такая гробовая тишина, что начинаешь сторожиться каждого шороха, каждой пробегающей белки. Но я все понимаю. Сейчас это необходимо. -Да, ты прав - легко забарабанил учитель своими бледными длинными пальцами по подлокотнику кресла. - здесь, вдали от города, мы дольше сможем оставаться нетронутыми - Перстни вдруг блестнули в свете поднимающейся луны - никаких жилых поселений на милю вокруг, пока это наш единсвенный вариант укрыться от лишних глаз и ушей. К тому же, пока ты здесь, в мое отсутствие я могу быть спокоен. -Я понимаю, - вздохнул младший - он уже привыкал к такой отшельнической жизни - а как скоро ты вернешься? Как ни как, а дом без хозяина мертв, даже когда в нём кто-то живет - откинул вампир непослушные волосы со лба. Его глаза в очередной раз изучали изысканный, где-то даже черезчур барочный иньерьер. -Хотел бы и я это знать - тяжело вздохнул Илья - но от меня тут совершенно ничего не зависит. Мне уже самому по горло стоят эти дебаты, коими их даже назвать сложно. Одна брань да качание прав, но как представитель западной стотороны вампирского управления - сцепил мужчина пальцы в замок. Строгий черный костюм и самый деловой галстук так непривычно красовались на нём. В своей обычной жизни он конечно тоже отдавал предпочтение рубашкам и брюкам, но никогда не выряжался подобно зажравшимся человеческим аристократам, пытающимся хотя бы видом походить на образованных и элегантных джентельменов, по идеалу и подобию которых воспитывают многих мальчишек. Да, учитель любил выглядить ухоженно и аккуратно, но сейчас его темные, почти черные волосы блестели от нанесенного лака. -я должен там присутсвовать - Давно Рома не видел его таким, наверое еще со времен их первой встречи - хотябы, чтобы не потерять свое положение - скучающе признался старший. Роман пустым взглядом смотрел кудато сквозь учителя, в пол голоса случая его речь. -Как там дела с псинами? - перевёл тему Илья. -Пока удаётся обходиться переговорами - продолжал размышлять о чем-то своём Роман, лекго сжимая от бивку кресла - им отходит северная часть леса - нам южная - поднялся Рома - вина? -Не откажусь, но лишь один бокал. Роман скользнул на кухню и вернулся с двумя бокалами красного вина давней выдержки. Наверное сродню веку его учителя. Но в этом вампир точно не мог быть уверен. В плане возраста Илья был принципиально сух и малословен. -Испания - втянув воздух носом произнёс учитель -Как всегда в точку - со вздохом опустился обратно в кресло Роман. Мертвенно бледный свет луны упал на его лицо. -А это был и не вопрос - поднес бокал к губам и сделал первый глоток старший вампир. На это младший промолчал задумчиво помешивая бордовую жидкость в бокале. -Ты ведь понимаешь, что однажды им станет мало - поправил круглые очки  в голубой оправе Илья и замер, становясь похожим на статую. -Всё возможно - перевёл младший взгляд на собеседника. - у них давольно невыгодное положение. С одной стороны зажимает город, а с другой - оживлённое шоссе, - отрешённость и сквозной взгляд выдавали, мысли Ромы, находящиеся где-то в другом месте - что является большой проблемой. Добыча уходит и очень часто остаётся мертва, но уже на другой стороне. А как я понял, она принадлежит уже другой стае. Или вобще нашим. Но у них давольно миролюбивый вожак. - наконец отпил он вино. Приятная терпковатая сладость наполнила рот. -А что с охотой? - закинул ногу на ногу Илья. Носок черного лакированного ботинка уставился точно в сторону Романа. -Я не голоден. - рассеянно мотнул головой Рома, чуть не выронив бокал. -Тебя это настолько тревожит... - пробормотал учитель. - не можешь отпустить прошлое. - с точьностью эксперта заявил он. Алые отблески интереса сверкади в его глазах. -А, что? - не расслышал младший, на время возвращаясь в реальность. -Я давно не видел тебя таким - смотрел Илья прямо в глаза своему бывшему ученику - и что за человек о котором ты говорил? Он ведь видел тебя? Верно? Тебя настоящего. - метал засквозил в голосе старшего. - Ты уверен, что это безопасно? С тяжелым вздохом Роман открыл глаза.- Я за него ручаюсь - уверенный голос, как гром прозвучал в тишине комнаты. -Тебя не отпускают те события, держат тебя в своих лапах. Мешает существовать. - замер Илья, смотря на ученика - А знаешь, я тебя понимаю. Что? - изумился Роман. Учитель никогда не заикался об этом. Лишь один раз он говорил эту фразу, когда первый раз его увидел. В их первую встречу. Когда он был ещё мальчиком, подростком. После одной ночи с ним что-то случилось. Руки холодели, а еда в горло не лезла. Он стал укрываться больше дома, и медленно терять знакомых и друзей. Его начали опосаться, особенно, когда однажды ночью ребята увидели красным блестнувшие глаза. Он был напуган и непонят. И вдруг, появился Илья. Как всегда в костюме и рубашке. Влетел он к нему в окно в виде летучей мыши одним зимним вечером. Он стал тем взрослым, кто вдруг понял его, слегка испугав паренька. И сам Рома наконец узнал все тайны той ночи. Узнал, что теперь он другой. Не человек, а лишь похож на него внешне. Узнал, что теперь ему не место там, где он был раньше. Что ему придётся бросить все то, что он ценил раньше. И он был рад. Рад, что этот день настал. -Понимаете? - снова перешёл на официальный тон Рома, слишком явно почувствовав прошлое. - Да, Ром, понимаю - вздохнул старший - ведь я и сам однажды все потерял. Потерял все, что было мне дорого и свято. - тяжело закрыл он глаза - Пойдём, сынок, пора и мне, окунуться в эту реку времени, я слишком долго скрывал это, даже от себя- поднялся Илья и поставил бокал на стол - боюсь, что я забыл её за это время. Хотя что я говорю, как её забыть? - уже вышел он из зала, продолжая чтото бормотать себе под нос. Рома последовал за учителем -Она? Учитель у вас была девушка!? - ещё больше изумился младший вампир. -Нет, не девушка, сестрица - тяжело положил он руку на тумбу, стоящую в углу комнаты, на которой всегда находилась всего одна фотография и больше ничего - Конечно не родная, такой у меня никогда не было. Не вампирша даже. - голос стал непривычно глухим и бархатисто низким - Знакомы мы с ней кажется с самого рождения. - медленно открыл он нижний, полупустой ящик -  Прекрасно знали друг друга и понимали. - достал Илья конверт из плотной матовой чёрной бумаги и очень нежно погладил его рукой - она была охотницей. Охотницей на оборотней. - медленно разворачивал мужчина конверт, доставая оттуда тёмную фотографию. - она всегда была волевой, сильной девушкой. Ещё с детства. Все говорили у неё мальчишеский характер. Вспыльчивая, но умеющая направить свою ярость в нужное русло. Разбиралась даже с главными хулиганами в детстве. И сломя голову неслась на врага. Она бесстрашно сражалась с волками, отражая почти любые их атаки - на фотографии была изображена девушка с ярко-рыжим волосами. Её высокий рост, горящие глаза и широкие плечи выдавали как внутреннюю, так и физическую силу - за свою смекалку и отвагу заслужила средний ранг, и спустя ещё месяц уже могла бы взять себе подручного. - светлая рубашка из плотного сукна, кожанный жилет на шнуровке,  джинсы цвета тёмного дуба, прилигающие к телу, обрисовывали изящные ноги высокие сапоги. Увенчивал образ широкий пояс с крупной бляшкой и серебряный клинок, в акккуратных ножнах. В руках девушка держала арбалет с единственной стрелой. -  помню как она каждый раз после каждого своего Рейда приходила ко мне такая счастливая. Рубашка запачкана в липкой подсыхающей крови  - Градус со вздохом прикрыл глаза, окунаясь в воспоминания - помню как мы сидели в зале моего дома, она рассказала обо всём. Как сражалась, сколько псов убила. Сколько стрел пустила. Она всегда так гордилась своим делом. Ей нравилось чувствовать ответственность за чужие жизни, жизни тех жителей, чью деревню она охраняла. Их отряд был небольшой, но всегда выполнял поставленные задачи. Но больше она не придёт... - мужчина все ещё держал глаза закрытыми -Что с ней  случилось? - сразу понял все Роман, слегка склонив голову он наблюдал за учителем. Он не видел. Ни разу не видел его таким удручённым. Взгляд мужчины казалось вдруг опустел, а зрачок потерял цвет. -Её разорвали собаки... - Рома этого не увидел, но глаза учителя уже были на мокром месте - Она как обычно отправилась в рейд. Это точно был вторник. Был уже конец ноября, тридцатое число. Первые заморозки уже давно ударили, вода схвачена плотной коркой льда. Но солнце ярко светило на безоблачном небе, лучшая погода для важного задания. Их команде нужно было зачистить деревню оборотней. Она ещё день назад постоянно мне об этом твердила. И похоже слегка волновалась даже, что вобще на неё небыло похоже. Говорила, что там будет много волков. Даже купила защитные щитки на руки. Они были с серебряными узорами в виде цвнтов, таких же ищящных и в тоже время опасных, как и она сама, это было красиво но и практично одновременно. И в это день я как обычно ждал её у себя. Чтобы она как всегда пришла, по царски скинула сапоги, три раза попыталась бы аккуратно облакотить об стену арбалет, но как всегда бы просто оставила его на полу, посмеялась с этого и рассказала об устройстве жизни этих тварей. Это было почти исследовательское мероприятие. Раньше никто не проникал ни в одну такую деревню. Я точно не знал на сколько затянется это действие. Потому ждал час, два, даже три. И когда даже через четыре часа она не пришла, я понял, что что-то не так. Прошло пять часов и тогда я впал в настоящую панику. На эмоциях хотел сразу побеждать к её начальству и высказать все. Спросить где она. И как всё прошло, но к счастью я этого не сделал. Меня бы не только не стали слушать. Это было бы даже опасно. Непонятно, как бы они меня восприняли, вдруг словно обычную нечисть. Я вспомнил, что она примерно называла мне место, куда отправляется. - наконец открыл глаза учитель, они блестели - Это было где-то за лесом, недалеко от реки. Это стало последней надеждой и я хотел тут же в форме мыши броситься туда, осмотреть все вокруг, но триклятое солнце было ещё высоко, тогда мне еще сложно было бороться с его силой, мне пришлось бежать. Из за паники я совсем забыл об осторожности и чуть не выскочил на оживленное шоссе. Помню, как нёсся через этот лес. Я так хотел успеть.  - Илья интуитивно поднял голову, чтобы остановить слёзы - Лес был уже голый весь. Совсем не спасал от солнца. А когда он  кончился,  я оказался возле реки. Я обследовал казалось уже всё, вверх и вниз по течению. Но когда уже отчаялся что-то найти, вдалеке кто-то взвыл. Я легко нашёл источник звука, правда это оказался щенок, напоровшийся на ежа, но он, испугавшись меня, бросился прямо в деревню, на моё удивление она не была пуста. Я увидел всего пару волчьих трупов, и тогда я окончательно, понял, что произошло страшное. Но мозг до конца отказывался в это верить. Даже тогда, когда я нашёл раскиданную охотничью амуницию и её, совсем недавно купленные щитки. И даже, когда - на этом Градус остановился, сглатывая ком, подкативший к горлу - когда я заметил пролом во льду, где плавала её окровавленная рубаха, это точно была её рубаха - но настоящие мужские слезы все равно потекли из глаз -  она была единственной девушкой в этом отряде - зажмурился старший, пытаясь обуздать эмоции. Но не сумев справиться с ними, он выронил фотографию и закрыл лицо руками. -Илья, учитель! - поднял листок Рома и бросился к Градусу. Он обнял старшего, прижимаясь к его костюму, прямо как в тот день, когда тот спас его, вытащив ещё тогда шестнадцатилетнего подростка, только ставшего вампиром, прямо из его квартиры, когда туда уже ломились враги. -Это было три года назад, но эта ситуация все ещё не отпускает меня. - не отнимал рук от лица учитель - я - он замялся, коря себя за слабось, но ничего не мог поделать - я с ней даже не попрощался. - горечь и отчаяние засквозили в его голосе. Приняв из рук бывшего ученика фотографию, мужчина со всем теплом, на что были способны его ледяные пальцы и душа провел по потрепанной бумаге, сьараясь вновь и вновь запечетлевать в памать до боли знакомые черты и каждый волосок в копне рыжих волос. Илья закрыл глаза и приобнял сыназа плечи.