Наши номера

      Недопонимание. Чувство, способное вызвать войну. Оно способно разрушить любые отношения, сложившиеся в течение определённого времени. Иногда из-за недопонимания, эти самые отношения не развиваются дальше приветствия, а иногда рушатся целые семьи. Почему же происходит недопонимание в отношениях? Потому что один человек не хочет выслушать второго? Потому что есть какой-то посторонний фактор, препятствующий взаимопонимаю? Потому что человек просто стесняется и боится выразить все накопившиеся внутри его сердца эмоции? Нет точного ответа на этот вопрос. Однако в отношениях Мии Атсуму и Сакусы Киёми вот уже несколько лет присутствует это самое недопонимание и, естественно, недосказанность.       Когда же Атсуму осознал свои чувства? Точно нельзя назвать дату или время, светило ли солнце или шёл снег. Однако, Мия точно помнил те эмоции, которые он испытал в тот момент. Удивление, непонимание самого себя, некоторая злость, но в большей степени - интерес. До этого никогда не влюблявшийся, чтобы про него там не думали окружающие, он хотел испытать какого это - юношеская любовь. В манге и аниме её описывают как что-то, что может преодолеть любые преграды, что-то, чему не будет помехой осуждающее общество. Мир становится ярче, поют птицы, падающие лепестки сакуры скользят по воздуху. Ты чувствуешь счастье лишь от того что существует какой-то человек, наполняющий твоё сердце нежностью и лёгкостью. Да, обычно мальчик и девочка. И что? Да, принц и принцесса, оказавшиеся в своей собственной сказке. Ну и что? Да, свадьба и детишки с милыми щёчками. А дальше-то что? Всё это никогда особо не волновало Мию. Не волновало его, девушка-то будет или парень. Он просто хотел испытать первые объятия, прикосновение чужой руки, первый поцелуй, похожий на взрыв фейерверков, и так по нарастающей. Оказавшись на тех самых сборах в свои почти семнадцать лет, Мия не за что бы не подумал, что впервые влюбится именно там. Понимая, что это какая-никакая возможность показать себя, он выкладывался настолько, насколько позволяла его мнимая гордость. Его изучающий взгляд и лукавая улыбка, а также специально выкрашенные в светлый цвет волосы, чтобы отличиться от придурка Осаму, стали его отличительной чертой. Никто бы не смог пошатнуть его невозмутимость и великолепность. Ага, да. Вечно шатающийся от других, говоривший только с избранными и действительно интересными ему людьми, носящий свою идиотскую медицинскую маску всё время, кроме тренировок, Сакуса Киёми всё поломал. Вывести его на разговор, заставить улыбнуться и дать Мие пять после классной атаки, было крайне сложно, да что там, невозможно. Атсуму сначала не понимал, зачем он сам пристаёт к человеку, которому судя по всему неприятна его компания. Зачем он прикалывается над ним и терпит шутки над собой. А когда осознание всё же пришло, стало как-то не по себе. Ни ярких цветов, ни пения птиц, ни падающих лепестков сакуры. Ничего, чего так ждал Мия от встречи первой любви. Лишь серость и тлен, неприятная тишина на любой его, не относящийся к волейболу, вопрос, и холод, неприятный холод в таких тёмных глазах, обращённых на него, будто с презрением. Что именно сделал Мия, чтобы к нему так "по-особенному" относились, он так и не понял. Проведя на тех сборах не больше недели, он вернулся в Инаризаки и постарался забыть свою такую "прекрасную" первую любовь. Надолго его не хватило. Встретившись на национальных, в груди Атсуму неприятно кольнуло. "Ну, ничего страшного. И не такое бывало. Я ведь справлюсь. Как и всегда." Лишь эти мысли утешали Мию Атсуму, когда он смотрел на аса Итачиямы. "Во всяком случае, я надеюсь на это." Всё же не быть рядом с тем, кто тебя привлекает так, что аж неприятно от самого себя - это хорошо. Не плачешь в подушку, не рвёшь на себе волосы, не надеешься на что-то, чего никогда не будет. Однако, влюбится в кого-то, чтобы забыть первую любовь - не такая хорошая и удачная мысль. Ведь как бы ты не старался ради новых отношений, дольше двух недель они, пожалуй, не протянут. И дальше держания за руки вы не зайдёте. Проверенно на личном опыте Атсуму Мией. Порой он задавал вопрос, говоря сам с собой, пугая этим Осаму:"Чтобы было, если бы я тогда ему признался? Или если бы признался чуть позже, когда убедился, что чувства не испарились? Интересно, чтобы он тогда ответил? Наверное, что-то по типу:"Отойди от меня и не дыши воздухом, которым дышу я." При мысли о последнем, глядя в потолок в полной тишине, на глазах наворачивались слёзы. Однако скатиться вниз, добраться до футболки или подушки, Мия им не позволял. Он же всё-таки не тряпка. Осаму лишь раз спросил у брата, о ком тот постоянно болтает сам с собой, да ноет заперевшись в комнате. Тот взгляд, которым одарил его Цуму в тот момент, Саму никогда не забудет. И те слова, которые читались в том взгляде, ему тоже не забыть. Он всегда мог в нужный момент поддержать брата. Дать подзатыльник или моральную пощёчину, встряхнуть и настроить на победу. Однако, в той ситуации нужных слов или действий, Осаму Мия не нашёл. Спустя несколько лет, когда Атсуму не удалось избавиться от чувств, но удалось запихнуть их подальше в самую глубь подсознания, чтобы у них не было возможности выбраться, он вступает к Чёрным Шакалам. И, о Боже, что за издевательство над бедным Мией. Эти чёртовы кудрявые тёмные волосы, к которым всё время хотелось прикоснуться и зарыться пальцами, эти две родинки над бровью, на которые хотелось слегка надавить и пригладить, эти сумасшедшие запястья, которые не поддавались пониманию и могли сделать всё что угодно с мячом. Всё это и многое другое, что так старательно стирал из памяти Атсуму Мия, составляло Сакусу Киёми, который теперь был с ним в одной команде. Атсуму ничего уже не ждал от Оми-куна. Он и от себя ничего уже не ждал. Понимал лишь, что скорее он будет притворяться, что ненавидит Сакусу, чем даст тому понять о своих истинных чувствах. Может у них когда-нибудь и получится стать друзьями. "Ой, да кого я обманываю?" Скорее, он надеялся, что их отношения хотя бы не ухудшатся и они смогут нормально вместе играть. Мие ведь нравилась эта команда. Она по достоинству ценила его как связующего и как товарища, которому можно довериться в случае чего. Сам же кому-то довериться Атсуму себе не давал. Он не особо откровенничал о себе. Когда спрашивали, лукаво или саркастично отвечал. И всем этого вполне хватало. Но только не Бокуто Котаро. Этот человек всегда лез к тебе в душу и пытался зарядить своей нескончаемой энергией. От него Мие сложно было отделаться, поэтому приходилось высказываться более откровенно, но ничего сверх меры Атсуму себе не позволял. Так он поддерживал со всеми довольно хорошие дружеские отношения, порой искренне смеясь чужим шуткам и радуясь общим победам. Почти со всеми. Быть искренним и открытым к общению с Сакусой, как мы уже поняли - невыполнимая задача. Держаться, возможно, слегка отстранённо и даже с лёгкой неприязнью, но продолжать поддерживать командный дух и товарищескую атмосферу, не переступая отведённую самим Мией границу в их отношениях - намного проще. Приход в команду Хинаты Шоё - это здорово. Просто отлично. Игрок, которого всегда недооценивали, а он вопреки всем доказывал, что этого делать не стоит. Уважение он заслужил быстро. И теперь, после стольких лет, прошедших с тех самых национальных, Мия Атсуму может отдать этому человеку пас. Шоё восхищается им, как связующим, восхищается тем, как тот может найти общий язык абсолютно со всеми в команде. Атсуму поглядывает в сторону Киёми и лишь молча кивает, мол: "Да-да-да. Спасибо большое, но ты прав не во всём". В другой жизни он мог бы влюбиться в Хинату Шоё, и, даже возможно, быть счастливым. Однако в этой, его сердце отдано человеку, которому оно абсолютно без надобности. В день матча против Орлов, кровь кипит в жилах у всей команды, как лава в вулкане, готовом взорваться. Это ощущается в атмосфере вокруг них. Это сводит с ума, заставляет двигаться на повышенных скоростях, адреналин поднимается до максимума и, лишь в игре, ты наконец можешь его выплеснуть для благого дела. Тогда, выиграв со счётом 3:1, Атсуму Мия был искренне счастлив. Он многое доказал своему брату, соперникам и самому себе. Не пойти и не отпраздновать это дело - грех. Вот поэтому, в компании двух энергичных и приятных в общении товарищей и, к сожалению Мии, одного абсолютно апатичного и необщительного, но тем не менее самого обворожительного парня в его жизни, он идёт есть и выпивать. Сидя рядом с Бокуто, он не волнуется и не переживает так, как мог бы, окажись он близко к телу Оми-куна. Ацуму и так каждый день боролся с соблазном прикоснуться к нему. К его великолепному телу с точёнными, будто из белого мрамора, мышцами. К его красивому лицу и шелковистым волосам. К его губам, которых, как казалось Ацуму, никогда не касалась улыбка. А ещё Сакуса был выше и сильнее него. Так что, если бы сегодня он не сдержал свой прилив нежности, то оказался бы придавленным реальностью и с синяком под глазом. Поэтому он выбрал сидеть рядом с Бокуто, как меньшее из трёх зол. Он не против Шоё, что вы, однако его энергетика сегодня вечером подсказывает Атсуму, что тот думает о чём-то, от чего Мие лучше пока держаться подальше, а то зашибёт. А затем, когда Бокуто уже основательно набрался спиртным, хотя и выпил столько же, сколько и Мия, начинается тот самый диалог, из-за которого состояние и без того сдержанного в общении с Сакусой Мии, станет настолько плачевным, что это заметят даже его, на первый взгляд, самые недальновидные и невнимательные товарищи. -Сакуса-сан, ну, рассказывай. Есть ли у тебя кто-то, кто заставляет твоё сердце делать ТУДУМ-ТУДУМ-ТУДУМ, лишь при одном взгляде в его сторону? Кто-то, ради кого ты бы перестал бояться своих микробчиков, и со всей душой раскрыл свои объятия? - Нет. - Кратко, без каких-то лишних слов ответил Оми-кун. - Да даже, если бы и был, тебе бы я этого не сказал. "Вот значит как. Чего и следовало ожидать. Интересно, а мне бы он тоже не сказал, если бы я спросил про такого человека в его жизни. Пфф, ну конечно нет. Что это я о себе тут возомнил?" - Цуму-Цуму, тот же вопрос. Есть ли человек, рядом с которым ты просто БТУУУУМ!, разрываешься на части, жаждя, чтобы вы остались вдвоём в этом мире? - Да. - Не стал лукавить в этот раз Мия, - Я тебе даже больше скажу, ты знаешь его лично. Причём довольно неплохо."Вот намекнул так намекнул. Сейчас небось гадать начнёт." - ЧТОООО??!!! Вот так новость! Ну кто же это, кто?! Неужто я? Хотя нет...Хината!? И тоже неверно, - Как и предположил Мия, Бокуто стал гадать следя за его реакцией, - кто же, кто же...Дай ещё подсказку! - Отвянь, Бок-кун. Я сказал всё, что хотел. Тот, кого я люблю пока не готов к моим чувствам. А если ты узнаешь, то узнает пол-Японии. -"Он и не будет готов. Никогда."- Я конечно люблю внимание, но в этой ситуации оно точно будет лишним. Дальше в тот вечер всё было как в тумане. Мия что-то говорил. Сакуса, на удивление, его даже в чём-то поддерживал. Но все те откровения, которые сыпались от каждого из них, кроме, наверное, самого Бокуто, который мастерски избежал вопросов к своей персоне, были для Атсумы и приятны, и, в какой-то степени, били под дых. Когда он шёл на тренировку на следующий день, он не особо думал, что скажет кому-то из тех троих. Но "сразу видно, что с похмелья" Бокуто вообще не жаждал разговаривать, пожалуй впервые на памяти Мии. Сакуса же наоборот, крайне удивил и тем, что поздоровался и тенью улыбки, когда Цуму что-то съязвил, указывая на состояние Котаро. Вот эта вот тень и погрузила Мию в давно забытую им пучину переживаний и угнетения. Только появившийся, будто из ниоткуда, Шоё смог вынуть его оттуда. Говоря с ним, Мия еле сдерживался, чтобы не кричать от того, что он вообще не понимает этого дурацкого Оми-Оми. "То он меня, значит, отталкивает и награждает презренными взглядами и комментариями, то вроде как улыбается и первым здоровается. И при всём при этом, ничего не испытывает ни ко мне, ни к кому-либо ещё. То постоянно отмалчивается, когда я с ним разговариваю, то откровенничает после пары рюмашек с Шоё и Бокуто. Либо он настолько меня ненавидит, либо у меня едет крыша." Откровение от Хинаты Шоё. Признание, на которое он решился буквально за неделю, и, последовавшие за этим признанием, отношения, из-за которых Шоё буквально светился. Сочувствующие взгляды с его стороны, и подозрительные со стороны Котаро - всё это не на шутку давило. Когда же достаточно надавив на Атсуму, тот не выдерживает и рассказывает правду, на душе и правда становится чуточку лучше. Признаться Сакусе. Этот вариант отпал ещё несколько лет назад. Точную и объективную причину Цуму не помнит, ну, или не хочет вспоминать. Помнит лишь те чувства, которые, как ему кажется, последуют за этим признанием. Мия не был трусом, вовсе нет. Мие было страшно. Нет, даже не так. Было неприятно лишь от того, что ему просто могут не дать шанса рассказать о своих чувствах. Каково же было его удивление, когда всё же решившись попросить о встречи после тренировки, Мия получает положительный ответ и приглашение поужинать в тот же вечер.