Беда не приходит одна

При осмотре Сюэ Яна Стигийской Тигриной печати при нем не обнаружилось. Цзинь Гуаншань дал страже приказ обыскать каждый уголок комнаты, в которой раньше жил Сюэ Ян, и пообещал казнить его через неделю — вызнав перед этим все необходимые сведения — а также сообщить, если он обнаружит какие-то следы этого страшного артефакта где-то поблизости. Когда приглашенные заклинатели разъезжались, Цзинь Гуаншань и Цзинь Гуанъяо еще долго расшаркивались перед Сяо Синчэнем и Сун Ланем, благодаря их за содействие, а также — перед братьями Вэй, извиняясь за такую вопиюще возмутительную ошибку. — А-Нин, как думаешь, — спросил брата Вэй Усянь, — то, что они готовы казнить Сюэ Яна, означает, что они уже восстановили Стигийскую Тигриную печать, и он им больше не нужен? — Не знаю, — пожал плечами Вэй Нин. — Его же еще не казнили. Думаю, это станет понятно через неделю. Хотя даочжаны отказались от любых даров, предложенных Цзян Чэном, он все же настоял на том, чтобы они отправились с ними вместе в Пристань Лотоса — и хотя бы согласились остаться на ужин. Также к приглашению присоединились Мянь-Мянь, которая страшно смущалась, и Цзинь Цзысюань с Цзян Яньли и сыном — Цзинь Цзысюань был слишком зол на своего отца, чтобы видеться с ним в ближайшее время, — а заодно вместе с ними как-то незаметно отправились два Нефрита Гусу Лань. Цзян Чэн заметил их не сразу — а после того как заметил, всю дорогу до Юньмэна не спускал с Лань Сичэня глаз. Когда всех гостей разместили в гостевые комнаты, Цзян Чэн ушел показывать даочжанам резиденцию, перед этим строго-настрого наказав Вэй Усяню следить за своим братом и ни в коем случае не оставлять его наедине с Лань Сичэнем. Вэй Усянь клятвенно заверил его, что так и сделает, после чего благополучно заперся в комнате вдвоем с Лань Чжанем, милостиво разрешив Вэй Нину занять их собственную комнату. — Цзян Чэн очень бдительный, — сказал Вэй Нин, заходя в комнату и нервно посмеиваясь. — И как вообще шицзе с таким братом смогла выйти замуж?.. Да еще и ребенка родить. Неужели он считает, что Цзинь Цзысюань — лучшая партия, чем глава Ордена Лань? — Думаю, дело не в этом, — ответил Лань Сичэнь. Вэй Нин закрыл за ними дверь и устало привалился к ней спиной. Его организм только сейчас начал понемногу отходить от шока и осознавать, что сегодня их с Вэй Усянем могли приговорить к смертной казни. Они с Лань Сичэнем некоторое время стояли друг напротив друга молча, а затем Лань Сичэнь вдруг опустился вниз и обнял ноги Вэй Нина, прижимаясь щекой к его животу. — Вэй Нин… — пробормотал он. — Вэй Нин… — Лань Хуань, ты чего? — удивленно спросил Вэй Нин, который от этого действия чуть не споткнулся. — Быстро встань, у нас в комнате не очень чистые полы, ты испачкаешься! — Я испугался, — тихо сказал Лань Сичэнь. — Я испугался, что они и правда не отпустят вас. — Лань Хуань… — протянул Вэй Нин, обнимая его голову, и согнулся, чтобы касаться губами его макушки. — Ну что ты в самом деле? Там же был А-Ин, он бы не позволил им ничего со мной сделать. — Я бы тоже не позволил, — ответил Лань Сичэнь почти со злостью. — Если бы они что-нибудь сделали с тобой… Я клянусь, я бы уничтожил их всех. Всех до единого. Ха-Нин… Вэй Нин сполз вниз по стене, тоже становясь на колени, и обнял Лань Сичэня, притягивая его к себе. Лань Сичэнь вцепился пальцами ему в спину и рвано выдохнул где-то на уровне его шеи. — Лань Хуань, все хорошо, — улыбнулся Вэй Нин, проводя ладонью ему по затылку. — Тебе не придется никого уничтожать, как и нам. Даже если бы нас приговорили к смерти, ты же не думаешь, что мы бы безропотно позволили себя убить? — Но твои духовные силы… — Лань Сичэнь слегка отстранился, чтобы заглянуть ему в глаза. — Когда я увидел кандалы, блокирующие поток Ци, я… — Лань Хуань, — Вэй Нин посмотрел на него с улыбкой, — неужели ты думаешь, что у меня на такой случай не припасен козырь в рукаве? Лань Сичэнь приподнял брови. — О каком козыре ты говоришь? Но Вэй Нин не успел ничего ответить, потому что Лань Сичэнь вдруг нахмурился и прижал руку к его шее, как будто собирался потрогать пульс. — Ха-Нин, — непонимающе произнес Лань Сичэнь, — что с твоей Ци? — А, это? — Вэй Нин беспечно отмахнулся. — Я заблокировал свои духовные каналы, как только мы долетели до Пристани Лотоса. Они скоро придут в норму, поэтому нужно будет сделать это еще раз. Лань Сичэнь удивленно моргнул. — Заблокировал? Но зачем? Вэй Нин глубоко вздохнул и выпустил его из объятий, чтобы развернуться и сесть рядом, соприкасаясь с ним плечами. — Лань Хуань, только не злись на меня. Я давно должен был тебе это сказать, но я не хотел, чтобы ты волновался. — Даже если я очень захочу, я не смогу на тебя разозлиться, — ответил Лань Сичэнь мягко. — Расскажи мне, что случилось? — М-м-м, — протянул Вэй Нин, потерев глаза, — если вкратце, у меня есть подозрение, что у меня снова может быть искажение Ци. Вздох, который издал Лань Сичэнь, был таким тяжелым, что Вэй Нину показалось, что его сейчас придавит к земле. — Беру свои слова обратно, может быть, я действительно разозлюсь, — сказал Лань Сичэнь слишком спокойным, ровным голосом. — Почему ты так решил? — С моей духовной энергией в последнее время творится что-то странное, — с неохотой ответил Вэй Нин. — Я иногда ощущаю себя нестабильно, и это ощущение очень похоже на то, которое было у меня в детстве. Кроме того, эта сила… я не знаю, как это объяснить, ее как будто слишком много. У меня ощущение, что еще немного — и я утрачу над ней контроль, как А-Ин иногда над темной энергией. Лань Сичэнь задумчиво поднял глаза к потолку. — Может ли это быть связано с тем, что ядро Вэй Ина слишком быстро развивается в твоем теле? — Возможно, — согласился Вэй Нин. — Но я специально в последнее время не медитирую — ядро должно прекратить развиваться или хотя бы замедлиться. Я говорил по этому поводу с Вэнь Цин, она тоже не знает, что это, но вариант с искажением Ци кажется ей вполне возможным. К тому же, если я один раз уже был на грани искажения Ци — так почему это не может произойти еще раз? Поэтому, если честно, я и сам хотел попросить тебя… сыграть мне «Омовение». Когда я слушал, как Цзинь Гуанъяо играл его Чифэн-цзуню, мне показалось, что мне стало лучше. — Вэй Нин, — Лань Сичэнь повернулся к нему лицом и положил ладони ему на щеки, — как долго это длится? Вэй Нин отвел глаза и пространно повел плечами. — Ну… может быть, пару лет. Пальцы Лань Сичэня на его щеках едва заметно дрогнули. — Пару лет?.. — Лань Хуань! — быстро заговорил Вэй Нин. — Мне было не до этого, правда! Все не так уж и страшно! У меня почти не бывает приступов! — Приступов?.. — Ох… — Вэй Нин закрыл лицо ладонями. — Прости, Лань Хуань. Наверно, я выгляжу, как полный идиот. Приступы — это я их так называю, но все не так серьезно, как звучит. У меня просто иногда может пойти кровь из носа. Или изо рта… Но очень редко! — Ха-Нин, — сказал Лань Сичэнь очень серьезно, продолжая смотреть ему прямо в глаза, — пожалуйста, пообещай мне, что ты больше не будешь скрывать от меня такие вещи. — Обещаю, — буркнул Вэй Нин и уткнулся лбом ему в грудь. — Прости. — Мы сегодня же отправимся в Гусу, — произнес Лань Сичэнь, вставая на ноги и помогая подняться Вэй Нину. — Мне нужен будет мой гуцинь. Я понесу тебя на мече — и даже не пытайся мне возражать. — Ох, — Вэй Нин рассмеялся, — не уверен, что Цзян Чэн отпустит меня с тобой вдвоем… — Пусть глава Ордена Цзян отправится с нами, если волнуется, — в голосе Лань Сичэня прозвучали холодные нотки. — Может захватить с собой хоть половину Ордена и спать со мной в ханьши, чтобы убедиться, что я не буду тебя трогать. Сейчас это не имеет значения. Лань Сичэнь посмотрел на Вэй Нина, и его взгляд был ясным, как небо после грозы. — Я уже один раз спас тебя от смерти, — сказал он, — и сделаю это еще столько раз, сколько потребуется. Вэй Нин посмотрел на него в ответ и прикусил губу. Чувство, бушующее у него в сердце, было готово разорвать его изнутри. Он потер кольцо на безымянном пальце, чтобы напомнить себе, что это не сон — что Лань Сичэнь с ним, всегда с ним, что он всегда готов будет его поддержать. — Чертов Вэй Усянь! — послышался из-за двери гневный голос Цзян Чэна. — Так и знал, что он их прикрывает! Ну и где мне теперь искать эту парочку?! — А-Чэн, я не думаю, что что-то плохое может произойти прямо в Пристани Лотоса, — второй голос принадлежал Цзян Фэнмяню. — Тебе стоит быть спокойнее, А-Сянь уже взрослый, он сам сможет разобраться. Вэй Нин резко замер и даже на всякий случай задержал дыхание. Если они увидят их вдвоем в комнате — точно неправильно все поймут, особенно с учетом мнительности Цзян Чэна. А еще его привело в неописуемый восторг то, что Цзян Фэнмянь наконец-то начал называть сына ласковым именем. И правда, услышав это от отца, Цзян Чэн словно смягчился. — Ну а что мне остается делать? — спросил он, и его голос звучал неловко. — Я хочу, чтобы у моего брата все было правильно. Вэй Нин не видел, что происходит за дверью, но был уверен, что Цзян Фэнмянь улыбнулся. — А-Сяню можно только позавидовать, что у него есть такой брат, как ты, — сказал он Цзян Чэну. — И я уверен, ему очень приятна твоя забота. Но все же не стоит забывать, сколько ему лет. — Ему три года, судя по поведению, — мрачно усмехнулся Цзян Чэн. — А то и полтора. Но Цзян Фэнмянь был единственным человеком, которому Цзян Чэн никогда не умел противостоять, поэтому вскоре Вэй Нин услышал, как шаги Цзян Чэна удаляются и стихают. Он успел только выдохнуть, когда дверь в комнату открылась. — А-Сянь, — с каменной улыбкой произнес Цзян Фэнмянь, — глава Ордена Лань, выходите. В следующий раз, пожалуйста, не давайте нам повода подумать о чем-то неправильном. Я не смогу каждый раз прикрывать вас перед А-Чэном, а он очень переживает. — Дядя Цзян! — удивленно воскликнул Вэй Нин. — Как ты понял, что мы здесь? — Ты слишком громко дышал, — дружелюбно ответил ему Цзян Фэнмянь. А затем они с Лань Сичэнем посмотрели друг на друга, и Вэй Нин внезапно понял, почему улыбка Первого Нефрита еще с первой встречи показалась ему такой знакомой. — Дядя Цзян, а у тебя точно нет еще одного сына? — спросил он с нервным смешком. — Вроде бы, нет, — озадаченно ответил Цзян Фэнмянь. — Но ты прав — мне стоит уточнить этот момент у Юй Цзыюань.

***

Вэй Усянь запер дверь в гостевую комнату, тихонько посмеиваясь. — Лань Чжань, это просто кошмар какой-то, — пожаловался он. — Цзян Чэн теперь следит за А-Нином, как за своей несовершеннолетней дочерью. Я думал рассказать ему, что мы с тобой тоже, ну… Но теперь я понимаю, что это плохая идея! — Вэй Ин, — сказал Лань Чжань, не двигаясь с места. — Лань Чжань? — хлопая глазами, спросил Вэй Усянь. — Вэй Ин, — повторил Лань Чжань. Вэй Усянь склонил голову набок, ожидая, что тот скажет дальше. Он уже знал такую его интонацию — Лань Чжань говорил так, когда был на грани. — Вэй Ин, — повторил Лань Чжань на выдохе, словно пробовал это имя на вкус, и резко дернул Вэй Усяня на себя, прижимая его к груди. — Вэй Ин. — Да-да, Лань Чжань, я тут, — рассмеялся Вэй Усянь, обнимая его в ответ и поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза. — Соскучился по мне? Руки, обнимающие его за пояс, сжались сильнее. — Глава Ордена Цзинь переходит все границы, — произнес Лань Чжань, и от холода, прозвучавшего в его голосе, даже воздух в комнате словно стал морозным. — А самое мерзкое заключается в том, что нам абсолютно не в чем их обвинить, — вздохнул Вэй Усянь, утыкаясь лбом ему в плечо. — Черт бы побрал эти правила поведения в обществе! Если бы я был бродячим заклинателем, подловить Цзинь Гуаншаня было бы проще. Но, будучи адептом Юньмэн Цзян, мне нужно быть осторожнее: если мы обвиним главу Великого Ордена во всем том, в чем хотим его обвинить, это может перерасти в полномасштабную войну. Лань Чжань горячо выдохнул ему в макушку. — Я бы не позволил им причинить тебе вред. Брат — тоже. — Разумеется! — согласился Вэй Усянь. — Лань Чжань, да там с самого начала не о чем было волноваться, со мной же был А-Нин! — Вэй Ин, — Лань Чжань отстранился и посмотрел на него серьезно. — Вернись со мной в Гусу. — Опять? — удивился Вэй Усянь. — Хорошо, я как раз хотел увидеться с А-Юанем… — Не так, — покачал головой Лань Чжань. — Навсегда. Вэй Усянь глупо моргнул. — Лань Чжань, что ты хочешь сказать? Лань Чжань слегка нахмурился. — Если на вашей стороне будет дядя, нам проще будет противостоять Ордену Цзинь. — Лань Чжань, — фыркнул Вэй Усянь, — не думаю, что если я поселюсь в Облачных Глубинах, твой дядя будет очень этому рад! Да и с чего бы ему… — Дядя строг, — ответил Лань Чжань, не дав ему закончить фразу, — но он всегда защищает своих. Он не бросит молодого господина Лань в беде. — Хм… — протянул Вэй Усянь задумчиво. — Ты что, предлагаешь мне покинуть Юньмэн Цзян и вступить в Орден Гусу Лань? Никогда бы не подумал, что ты такой хитрец! — Не совсем так, — возразил Лань Чжань, и мочки его ушей порозовели. — Я предлагаю тебе вступить в клан. Вэй Усянь расхохотался. — Лань Чжань, ты что, собираешься усыновить меня, как А-Юаня? Лань Чжань прикрыл глаза — и Вэй Усяню на долю секунды показалось, что на его висках вздулись гневные жилки, прямо как у Цзян Чэна, когда ему приходилось объяснять что-то, чего он объяснять не хотел. — Не усыновить. — Ну а как тогда? Лань Чжань вскинул на него светлый взгляд. — Вэй Ин, в каком случае ты сможешь взять фамилию Лань и вступить в клан? Вэй Усянь искренне развел руками. — Понятия не имею! — Хорошо, — терпеливо согласился Лань Чжань. — А если бы ты был девушкой из клана Цзян? — Ну… — Вэй Усянь почесал затылок. — Только если я выйду замуж за… Он резко замолчал, как будто на него наложили заклятие молчания. Лань Чжань смотрел на него долгим, нечитаемым взглядом, преданно ожидая, когда же до Вэй Усяня дойдет, что он хочет сказать. — Ох, Лань Чжань… — Вэй Усянь расширил глаза. — Это ты что, получается, предложение мне делаешь? — Мгм, — кивнул Лань Чжань. Его поза была как всегда сдержанной и спокойной, лицо равнодушным и холодным, но Вэй Усянь уже научился различать по неуловимой перемене взгляда или дыхания, когда Лань Чжань был взволнован. И сейчас он был очень взволнован, словно боялся, что ему сейчас откажут. — Хм… — лукаво протянул Вэй Усянь, кладя руки ему на плечи. — Смотря как ты будешь себя вести… — Хорошо, — мгновенно ответил ему Лань Чжань. А затем опустил взгляд в пол, краснея ушами, и добавил тише: — Буду вести себя… хорошо. — Ох, Лань Чжань!!! — воскликнул Вэй Усянь, едва не запрыгивая на него. — Гэгэ, ну что ты в самом деле, это же была шутка! Разумеется, я согласен, разве же в моих силах отказать тебе? Взгляд Лань Чжаня потеплел, и Вэй Усяню на долю секунды показалось, что он улыбнулся. — А я обязан буду стать адептом Гусу Лань? — засуетился Вэй Усянь. — А могу я быть адептом сразу двух Орденов? А я могу оставить свою фамилию? А мы будем составлять дату свадьбы по гороскопу? А мы купим кольца, как Лань Хуань и А-Нин? А может, лучше не кольца? Давай купим парные браслеты? Те, которые обычно носят на двух руках, но мы их разделим — один буду носить я, а второй — ты. А-а-а-а, Лань Чжань, а меня что, будут нести в паланкине, как невесту? Или тебя? А может, мы оба поедем в паланкине?! Такую свадьбу точно запомнят надолго, ха-ха! — Вэй Ин, — сказал Лань Чжань, взяв его за руки. — Как ты захочешь, так и сделаем. — Это же просто потрясающе! — обрадовался Вэй Усянь и наклонился, чтобы быстро поцеловать тыльную сторону его ладони. — Только вот Цзян Чэн… Я бы не хотел, чтобы он узнал об этом раньше времени, он еще не отошел от новости про А-Нина и Лань Хуаня. Мы сможем попросить твоего дядю пока что ничего не говорить ему? Лань Чжань едва заметно пожал плечами. — Постараемся.

***

— Пойдем, пойдем же немного выпьем, все наверняка уже собрались в трапезной! — Вэй Усянь едва ли не вприпрыжку бежал в сторону обеденного зала, таща Лань Чжаня за собой. — Лань Чжань, я сейчас так счастлив, ты даже представить себе не можешь! А если мы поженимся, то, получается, А-Юань будет и моим сыном? Неужели я наконец-то смогу заставить его называть себя папой, а не старшим братом? — Мгм, — подтвердил Лань Чжань, который шел спокойным, медленным шагом, но при этом каким-то волшебным образом не отставал от Вэй Усяня. — Ура! Аха-ха-ха, Лань Чжань, если так, то я готов сыграть свадьбу уже сейчас! — Хорошо. — Ха-ха-ха, Лань Чжань, ты хоть в чем-то можешь мне отказать? — Нет. — Ох, Лань Чжань!.. Когда их шаги и голоса стихли, Цзян Чэн, стоящий за колонной, наконец обрел способность говорить и смачно выругался. — Да вы шутите… — пробормотал он, закрывая лицо рукой. Уголки губ Госпожи Юй изогнулись в усмешке. — Старейшина Цзян, — обратилась она к Цзян Фэнмяню, протягивая ему руку ладонью вверх, — в этот раз ты проспорил мне ужин в Юньмэне.