Из бунтарки в тихоню и обратно

Утро субботы было чудесным, по мнению Маринетт. Никто не звонил, не писал, не требовал, чтобы она немедленно проверила очередные документы, да и девушка, наконец, смогла хоть немного выспаться. «Возможно, повлияло вчерашнее хорошее настроение, » — мысленно прокомментировала она, отбрасывая одеяло в сторону и спуская ноги с кровати на холодный пол, что ей не очень понравилось после теплой постели. Затем всё же встала и пошла в ванную. «Кому там приспичило?» — про себя возмутилась брюнетка, выйдя в спальню с тюрбаном на голове и обмотанной в полотенце. На прикроватной тумбочке, не переставая, вибрировал телефон, что никак не радовало голубоглазку, ведь кому-то она опять нужна, причём так сильно, что он уже долгое время названиевает.  — Слушаю, — немного недовольно произнесла Маринетт, приняв вызов.  — Доброе утро, мадемуазель Дюпен-Чен. Ваши родители хотят сегодня с Вами встретиться, — оповестила Лорен. «Оно было хорошим, пока мне не сообщили эту новость, » — про себя фыркнула девушка. Она собиралась навестить родителей, но сейчас об этом совершенно не хотелось думать, когда такое хорошее настроение, по крайней мере, таковым оно было.  — Хорошо, Лорен, — и она скинула вызов, бросая телефон на кровать. Мари устало прикрыла веки, понимая, что без очередной ссоры не обойдётся, по крайней мере, вероятность велика. Хотя, может, в этот раз всё пройдёт хорошо? Дюпен младшая несколько раз глубоко вздохнула и открыла глаза. Надо было подготовиться к встрече. Наверняка будут спрашивать о компании, что не очень-то пугало, но подготовиться надо было, как морально, так как она с большой уверенностью могла заявить, что отец захочет взять всё под свой контроль, чего девушка просто не могла допустить, ведь он ещё не полностью восстановился, так и душевно, ссоры она очень непросто переживала, что не удивительно, учитывая, какой её семья была два года назад, и что с ней стало. «Мне просто надо прийти, побыть хорошей дочкой, и я смогу пойти домой. Ссор не будет… Да кого я обманываю, конечно же будут?! Это же я и моя везучесть. Да и очень редко было, когда наши встречи проходили более-менее спокойно, что не могло не радовать, ведь эти вечные споры и скандалы с разбиванием всего, что попадётся под руку, сильно надоедают и выматывают, на душе становится плохо, а сердце просто разрывается, » — брюнетка поморщилась, когда в голове пронеслось, как болезненно для неё проходили ссоры с отцом и матерью. Воспоминания были не из приятных. Девушка помотала головой из стороны в сторону, отгоняя эти мысли. Она натянула на себя серый свитер и посмотрела в зеркало, оценивающе проходясь взглядом по фигуре, хорошо спрятанной за одеждой. «И не подумаешь, что это-дочь Дюпен-Ченов, » — про себя усмехнулась голубоглазка, поправляя очки и растрёпанный пучок, — «Представляю, как маме «понравится» это всё, до сих пор не привыкнет к моему новому виду, хотя прошло уже достаточно много времени» — уголки губ немного приподнялись, когда она вспомнила первую реакцию её родителей на столь мрачный и невзрачный стиль одежды, чего они явно не ожидал от столь яркой девушки, однако, спорить было абсолютно бесполезно, да к тому же, это был первый раз, когда они вообще увидились, спустя довольно долгое время прибывания брюнетки неизвестно где и с кем. Именно в тот день синеглазка чётко обозначила новые границы общения с родителями и пресекла все их попытки как-то вмешаться или чем-то помочь ей. Тогда же она сообщила и о том, что собирается жить одна. Не имея возможности противоречить решениям дочери, которая итак потеряла к ним доверие, Том с Сабиной согласились, но помогли с жильём, устроив всё наилучшим образом, чтобы не так сильно волноваться и переживать о состоянии девушки, ведь квартиру купили они в самом лучшем районе Парижа, где предусмотрели все условия для благоприятного проживания синевласки, что не скрывала своего недовольства по поводу их выбора, но молчала. Ещё заселяясь, голубоглазка забрала у родителей все дубликаты ключей от входной двери, демонстрируя свой характер и обиду на них. Сейчас младшая Дюпен-Чен прекрасно понимала, что поступила правильно, разграничив свою личную жизнь и отца с мамой, заранее обрубив все возможные способы воздействия на неё или какого-то сближения с этими людьми. Нет, обида не прошла. Немного остыла, но не прошла, слишком многие дорогие ей люди были замешаны в этом, слишком тяжело переварить и простить всё, оставить в прошлом. Надев куртку и накинув капюшон на голову, Маринет вышла из своей комнаты и пошла в прихожую, где уже через минуту хлопнула дверь.  — Оууу… — слетело с губ девушки, когда она вышла из своего подъезда и наткнулась на дорогой лимузин, возле которого стоял водитель родителей и, по всей видимости, ждал именно её. Когда брюнетка подошла поближе, мужчина поздоровался и открыл дверь, приглашая сесть.  — Мои родители попросили тебя привезти меня? — выгнув бровь, хмыкнула синеглазка, не очень-то этим довольная.  — Да, мадемуазель. Прошу, — он ещё раз показал на заднии сидения. Дюпен лишь кивнула, садясь. «Что ж, быстрее всё закончим, и я смогу уйти, » — вздохнув, подумала девушка, наблюдая за мелькающими в окне домами и людьми.  — Мари! Как мы рады тебя видеть! — как только она зашла в столовую, на неё сразу налетела мадам Чен, обнимая дочь.  — Привет, — поздоровалась брюнетка, когда женщина отстранилась от неё.  — Присаживайся, — Том кивнул в сторону стула, прекрасно понимая, что от ещё одних объятий девушка откажется и будет очень недовольна.  — Простите, что не навещала вас, было много дел, — произнесла синевласка, нехотя принимая приглашения.  — Мы понимаем, — Сабин немного улыбнулась младшей Дюпен-Чен.  — Так о чём пойдёт речь? — сразу перешла к делу Маринетт, не желая очень долго здесь находиться.  — Мы давно не виделись… — проговорил мужчина, пристально смотря на дочь.  — Три дня, — хмыкнула она, откидываясь на спинку стула, однако, напряжение от этого никуда не делось.  — Как дела в компании? — понимая, что девушка не намерена вести длинных разговоров, спросил месье Дюпен.  — Всё хорошо. Растём. Нет никаких проблем. Если что, ты сможешь увидеть все отчёты за то время, пока я вела дела, когда закончатся твои небольшие выходные, — уверенно ответила брюнетка, кладя руки на стол.  — Хорошо. На счёт фирмы… Я могу взять управление в свои руки, — твёрдо произнёс мужчина.  — Нет, — Маринетт нахмурилась. «Так я и думала, » — про себя фыркнула она, серьёзно смотря на отца, — Я не дам тебе вести дела, пока не пройдёт неделя, это опасно для твоего здоровья.  — Маринетт, в этом уже нет необходимости, ты вернёшься к школе, а я к своим делам, то есть делам фирмы, — сказал Дюпен старший, смотря на то, как его дочь явно начинает злиться.  — Я не пойму, ты опять хочешь попасть в больницу?! Ты не восстановился полностью, а уже лезешь в дела. Врач чётко сказал, что тебе необходима неделя отдыха. В чём проблема?! — воскликнула Маринетт, сжимая руки на столе в кулаки, — Я справляюсь с компанией. Да и на школу у меня времени хватает, поэтому об этом тебе вообще не стоит переживать.  — Маринетт… — хотел вставить своё слово Том, но был прерван.  — Дорогой, я думаю, Мари права. Не стоит пренебригать словами месье Кале, он хороший врач, и если сказал, что стоит сделать передышку в работе, то не надо противиться, — взяв мужчину за руку, проговорила Сабин, тут же охладив пыл мужа.  — Но… — пробормотал месье Дюпен.  — Никаких «Но», ты сидишь дома и отдыхаешь. Наша дочь уже достаточно взрослая и ей можно доверять, — ласково промолвила тёноволосая женщина.  — Я могу идти? — задала вопрос голубоглазка, надеясь, что этот день пройдёт без ссор.  — Мари, что нам сделать, чтобы ты нас простила? — спросила мадам Чен, грустно смотря в глаза дочери.  — Во-первых, Маринетт, во-вторых, мне ничего от вас не надо, — безэмоционально проговорила брюнетка, пустым взглядом смотря на родителей.  — Это должно когда-то закончиться, — произнёс Том, качая головой.  — Когда-то, — бросила девушка, быстро поднимаясь со своего места и выбегая из помещения, не забыв захватить свой рюкзак. Она вышла из дома и, обогнув ожидавшего её водителя, сама вышла за ворота, не желая ехать в машине с тем, кого прислали её родители, пусть он и не был виноват в этом. «Отлично. Настроение испорчено, » — про себя хмыкнула девушка, — «Хотя чего я ожидала от этой встречи?! Всё, как всегда, » — она перешла улицу, краем глаза наблюдая за пешеходами вокруг, — «Я даже забыла позавтракать, выходя из своей квартиры, » — вспомнила синеглазка, увидев какое-то кафе на горизонте, — «Но это не надолго, «. Успешно пройдя оставшиеся несколько метров, девушка зашла в заведение, тут же понимая, что это именно то кафе, в котором работает Льюис, однако, сейчас ни с кем болтать не хотелось после очень «удачного» разговора с родителями, поэтому она просто села за один из столиков у окна.  — Не думал, что встречу тебя здесь, — послышался удивлённый возглас какого-то парня, и Мари перевела свой взгляд с улицы на того, кто стоял перед её столиком, а вернее тех, перед ней стояла вся элита в полном составе.  — И вам привет, — нехотя махнула им рукой брюнетка.  — Знаешь, а хорошо, что мы увиделись пораньше, — проговорил Ким, падая рядом с ней. Мари удивлённо приподняла бровь, — Веселее будет, — девушка лишь фыркнула, отпивая чай из своей чашки.  — Вам что-нибудь принести? — к ним тут де подбежала одна из официанток, обслуживающих этот столик. Голубоглазка пусто посмотрела на парней, что быстро что-то заказали.  — Мне, пожалуйста, ещё два шоколадных мафина и малиновый торт, а также ещё чая, — попросила брюнетка.  — Хорошо, — немного шокированно пробормотала девушка, постукивая каблучками удаляясь от них.  — Тебе плохо от такого количества сладкого не станет? — задал вопрос Нино, смотря на уже стоящие пустые тарелки явно из-под каких-то сладостей.  — Неудачный разговор с родителями, испорченное настроение в следствие чего много сладкого, — поморщившись от воспоминаний, произнесла младшая Дюпен-Чен.  — И сколько ты уже здесь сидишь? — осторожно поинтересовался Макс.  — Где-то полчаса, — ответила синеглазка, переведя взгляд на часы.  — Мда, — многозначительно изрёк Натаниэль, уже представляя, какое количество всего успела съесть эта, казалось бы, хрупкая девушка. Маринетт лишь фыркнула.  — А что там с родителями?! — неуверенно спросили Иван и Плагг.  — Вызвали, как только я проснулась, к себе, пришлось ехать, — пробормотала синеглазка, благодарно кивнув пришедшей официантке, без особого интереса смотря на торт, который тут же начала поедать. Сладкое она всегда любила, особенно тогда, когда ей было плохо или грустно, что, собственно, сейчас и происходило с ней. Она могла поедать его очень долго, чем даже гордилась.  — Не боишься потолстеть? — с итересом смотря на девушку, прочем на неё смотрела вся элита, задал вопрос Агрест.  — Я не толстею, — фыркнула в ответ она, поднимая на него взгляд.  — Пора вытаскивать тебя из этого места, — промолвил Ли Тьен, забирая у девушки маффин из рук, который она как раз собиралась укусить, за что голубоглазка недовольно на него посмотрела, что выглядело довольно мило, и поднимая её.  — Эй! — воскликнула девушка.  — Подержи, — шатен отдал её в руки Нино, что тоже как раз собирался отойти ненадолго.  — Агрест, — парень передал брюнетку в руки блондину.  — Я вам что, эстафетная палочка?! — возмутилась голубоглазка, пытаясь вылезти из хватки парня.  — Кстати, Ким был прав, ты действительно очень лёгкая, — прокомментировал Адриан, игнорируя вопрос.  — Вообще-то у меня есть ноги, поставьте меня на землю, — проговорила Маринетт, проклиная себя, что решила пойти именно в это кафе.  — Ага, чтобы ты сбежала, — без особых усилий зеленоглазый перекинул её через плечо, что совсем не понравилось девушке, и она начала вырываться, — Успокойся, — парень легонько шлёпнул её по пятой точке. В отместку Мари извернулась и укусила его за лопатку, на что блондин ойкнул. За этим всем наблюдали парни, шедшие за этой парочкой.