The confrontation of the killers

Стеклянным градом на парней сыпятся осколки. Полотно штор, что висело на карнизе, было несщадно превращено в решето. "Бедные мои шторки. Я ж за них столько денег отдал!" Дождавшись, пока стихнет поток выстрелов, им удалось встать. — Нин-и, ты как? — Обеспокоенный взгляд метался по телу младшего, ища любые, даже незначительные ранения. — Ты не поранился? На такое проявление заботы со стороны старшего Ян лишь улыбнулся, потому что делиться нежностями не было времени. — Чан-и хён, я в порядке, — Чонин аккуратно выглянул из-за угла комнаты, чтобы выглянуть в коридор. — Нам нужно скорее уходить. Но не тут то было. Дверь не выдержала и со стуком открылась, пропуская внутрь чужаков. Тяжёлые ботинки звучно стучатся о пол, хрустя при том разбитым стеклом. Чонин едва успевает спрятаться обратно за угол прежде, чем его заметил бы незнакомец. Чан же хмурым взглядом пилил дверной проем, в котором уже встретился взглядом с незваными гостями. Девушка так же встретилась глазами с Крисом и лишь едко ухмыльнулась. Белла Тристан-да-Кунья. Обладательница тех самых кофейных глаз, что сейчас смотрели на Чана. Они были знакомы ещё очень давно,когда только проходили практику по стрельбе и боевым искусствам в Тэгу. Крис и Белла были одними из лучших. Жизнь сделала их очень близкими друзьями, а может и не совсем друзьями. Кто же знал, что когда судьба их разучила, отправляя Криса в Австралию на повышение квалификации, Триса готовилась к самому сложному поступки в своей жизни – признанию, но не успела. Тогда, когда возможности поддерживать связь не осталось, в ней что-то щёлкнуло. Белла стала больше работать над собой, и в итоге достигла того успеха, что желала. Убивая все силы на тренировках, изматывая свое тело до иступления, времени на тоску не оставалось, а некогда существовавшие чувства отправились в самое дно хрупкого сердца, оставаясь там навсегда, где и исчезли совсем. Франция. Токио. Морокко. Она объездила слишком много стран и городов, и спустя столько лет, наконец вернулась в Корею. Как же она скучала по этим родным улочкам и домашней еде. Вот только она не знала, что встретит того, кто помог ей стать такой. — Ну, здравствуй, Бан Кристофер Чан. Откидывая смолянные волосы назад, девушка подошла ближе к Крису. — И тебе, Триса. В тот же момент Чан замечает эмблему на форме девушки. Орёл. У него же Змееносец. Они противники. — Здравствуйте, нуна. Белла повернулась на голос того, за кем пришла. — Чонин-а, я пришла за тобой, — Внутри неё сразу включился решим актрисы. — Надеюсь этот монстр с тобой ничего не сделал? Наигранно встревоженный взгляд был брошен на Яна. — Нуна, хён не такой, как ты сказала. Теперь же в глазах девушки плескался огонёк злости. — Чонин-а, ты просто плохо его знаешь. Он сделал много плохого для всех, — Она взяла младшего за руку, пытаясь увести из квартиры. — Пошли, нас ждут остальные. — Чт... — Молчи,Кристофер. Тебе сейчас лучше молчать. В сердечке Чонина появилась некая обида на Трису, ведь она говорит то, чего не знает, пытается выставить его хёна плохим. Хотя Чан сделал для него больше, чем родные родители. Он всегда был добр к нему, звал ласковым именем и выслушивал капризы. А теперь, его хотят забрать туда, где этого всего не будет? Туда, где нет Чана? Нет. "Я так не хочу.." — Я не пойду никуда. Чонин вырвал свою руку из захвата девушки, что старательно пыталась вывести его из квартиры. — Да как ты смеешь! Белла не на шутку разозлилась и собиралась уже ударить младшего за непослушность, но сильная рука перехватила её почти у самого лица Яна. — Не смей и пальцем его трогать. Угрожающая атмосфера исходила от Криса, а глаза чуть ли не горели алым от ярости. Девушка пыталась вырваться, но Чан лишь сильнее сжал руку, заставляя  скривиться от боли. — Пусти, ублюдок. — Проваливай отсюда. Сейчас же. Кристофер резко оттолкнул девушку от себя. Она, не успев среагировать стукнулась затылком о стену, но не стала перечить. Не получив то, что должна была, Триса покинула квартиру. — Нин-и, ты как? Чан смягчил свой взгляд на младшем. — Все хорошо, хён. Тяжело вздохнув, Чан обнял младшего, крепко прижимая к своей груди. — Пойдём, нам нужно скорее уходить.