Взрослая дочь

Автомобиль с символикой ФЭС остановился возле пятиэтажного дома на окраине городка. Из автомобиля вышли два человека — мужчина и женщина. Рита окинула дом взглядом, вычисляя на каком этаже живет Порошина. — Второй этаж, — произнесла Власова. — Пошли, — они вместе вошли в подъезд. Подъезд представлял собой жалкое зрелище: ремонта тут не было лет двадцать, а то и больше, штукатурка давно отвалилась, краска облезла, но местами еще держалась. Из-под последнего слоя грязно-синей краски выглядывала зеленая, из-под зеленой голубая и так далее… все стены были исписаны из баллончиков, при чем все надписи были неприличными. Окна в подъезде были побиты, из-за этого тут гулял такой же сильный ветер, как и на улице. Лампочки давно разбили или выкрутили, в подъезде было темно, только уличный свет и освещал это богом забытое место. Уборки в подъезде тоже, судя по запаху, никогда не было. Ребятам показалось, что этот подъезд давно облюбовали для своих посиделок бомжи и алкаши. Оперативники поднялись по грязной, захламленной лестнице на второй этаж. Они подошли к двери, звонка не было. Гранин постучал в квартиру, но никакого ответа не было. Паша постучал еще громче, на этот раз за дверью послышалось какое-то движение, через пару минут дверь открыла полная женщина. Она была одета в некое подобие халата, на голове прическа «галки гнездо свили», женщина была пьяна и едва держалась на ногах. — Капитан Власова, капитан Гранин, — ребята показали удостоверения. — Вы Порошина Анна Петровна? — поинтересовалась Рита. — Да, молодые люди, — женщина улыбнулась беззубой улыбкой. — А чего вы тут забыли? — она отошла в сторону. — Проходите. Правда, у меня выпить нет, но вы не переживайте, сейчас мужика пошлю — он сходит, — Порошина обернулась в строну комнаты. — Лешка, подь сюды! — раздался ее громогласный голос. Из недр квартиры, если ее можно так назвать, вышел худющий мужчина, на вид ему был лет сорок или около того. Он представлял собой примерно то же зрелище, что и женщина. Одет в некое подобие штанов и футболки, нечесаные волосы и запах перегара, который ощущался за несколько метров. — Спасибо, но мы на службе, — вежливо отказался Павел. — У нас к вам дело есть. Анна Петровна, не могли мы поговорить? — Могли бы, кивнула Порошина. — Только о чем? — О вашем бывшем муже, — произнесла Власова, девушка была немного не в себе. От такого ужасного запаха у нее кружилась голова, и стучало в висках. — О Пашке что ли? — заулыбалась женщина. — Так он и не муж мне никакой, — продолжила она после положительного кивка Риты. — Мы расписались по тому, что ему прописка была нужна. Я его только в ЗАГСе и видела, больше не видела. Он вообще все сам делал, я только подпись поставила, — женщина замолчала. — Да, вы это, проходите. Лешка сейчас пивасика принесет. — Спасибо, но мы пойдем, — Гранин понял, что спрашивать о врагах или ссорах Жданова бесполезно, женщина все равно ничего не знает. Они вышли на улицу и сели в машину. — Ну и запах, — Власова глубоко вдохнула свежий воздух. — Еще немного, и я бы сошла с ума. — Понимаю, — кивнул Паша, он завел мотор, машина тронулась с места.

***

— Галина Николаевна! — в кабинет полковника ввалился Тихонов. — Иван, что случилось? — удивилась полковник. — У нас пожар или нас вот-вот затопит? — Нет, — отмахнулся Ваня. — Все гораздо интереснее. — Что же может быть интереснее пожара или потопа? — Галина улыбнулась уголками губ. — В квартире второго убитого ничего не обнаружено. Но есть и кое-что интересно, — Тихонов замолчал. — Если не скажешь, то я тебя прямо здесь закопаю! — Галина схватила со стола карандашницу и была готова в любой момент запустить ее в несчастного парня. — Прошу прощения, — Иван присел на стул. — В квартире Жданова были обнаружены отпечатки пальцев некой Фроловой Марии Георгиевны 1992 года рождения, — он протянул распечатку полковнику. — Откуда у нас ее пальчики? — поинтересовалась Галина, просматривая материал. — Девушка была судима за грабежи. Она втиралась в доверие к мужчинам, те приглашали ее домой, а на утро просыпались в своей квартире, только уже без денег, техники, дорогой одежды. — Понятно, старая схема, — вздохнула полковник. — Клофелин? — Он самый, — согласно ответил Ваня. — Все как всегда, ничего нового. Уж хоть бы что-нибудь оригинальное изобрели, а то все клофелин, да клофелин. Может, самому что-нибудь придумать? — И грабить девушке? — в тон ему ответила Рогозина. — Мне всегда казалось, что тебе и зарплаты достаточно. — Ну, дополнительный заработок еще никому не навредил, — уклончиво ответил Тихонов. — Я тебе дам: дополнительный заработок! — пригрозила кулаком Галина. — Только попробуй мне! Что там с отпечатками Фроловой? Удалось что-нибудь про нее узнать? — Да, — кивнул Ваня. — Она проживает в Подмосковье, в деревне Дружинкино, больше ничего узнать не удалось. — Мало. И где ее наши ребята искать будут? Хорошо, что хоть фото нашел. — Только фото трехлетней давности, в нашей базе только такое сохранилось, как раз тогда она и первый срок получила. Вышла недели две назад, — продолжал Ваня. — Как она выглядит сейчас, никто не знает. — Да что за день такой! — воскликнула полковник. — Это не день, а просто недоразумение. Как ее ребятам теперь найти? Иван, звони ребятам, пусть не возвращаются, а сразу едут к этой Фроловой. — Понял, — кивнул Тихонов, он встал и собрался уходить. Дверь отворилась, в кабинет полковника вошли Власова и Гранин. — Куда там нас опять собираются направить? — устало поинтересовалась Рита, видимо, она слышала последние слова начальницы. — А, на ловца и зверь бежит, — произнесла полковник. — Сейчас собираетесь и отправляетесь разыскивать Фролову Марию Георгиевну. Точный адрес вам даст Тихонов. — Хорошо, — вздохнули ребята, они забрали у Ивана распечатку и поехали в подмосковную деревеньку Дружинкино.

***

С выезда ребята вернулись очень поздно. Как оказалось, деревня Дружинкино была довольно большой, ФЭСовцам пришлось провести остаток дня в поисках Фроловой. Девушку удалось найти в маленьком, полуразвалившемся домике на окраине деревне. Там она жила со своим сожителем, тридцатилетним Шлыковым Вадимом Олеговичем. Сожитель, по словам соседей, постоянно пил и избивал свою молодую пассию, но девушка продолжала с ним жить, так как идти ей больше было некуда, родители от нее давно отказались, а бабушек и дедушек не было вовсе. Естественно, что молодые люди нигде не работали и вели, так называемый, асоциальный образ жизни. Однако, они не пили, а вели свое натуральное хозяйство. То, что Шлыков поколачивал и иногда избивал сожительницу, оказалось правдой, на теле девушки не было ни одного живого места, так что та была даже рада тому, что ее заберут из этого ада и кошмара, как выражалась Мария. Гранин хорошенько проучил Шлыкова и доходчиво объяснил ему, как надо обращаться с девушкой. В данный момент Павла не очень волновала его честь, было гораздо важнее, что он может научить Вадима Олеговича обращаться с девушкой правильно, как это и положено в современном мире. Приехав в офис, ребята поместили Фролову в камеру. Как ни странно, но девушка и сама была не против. Она надеялась, что здесь Шлыков не доберется до нее, и тут можно будет нормально отдохнуть, не опасаясь за свою жизнь. Этими словами Мария Георгиевна несказанно обрадовала капитанов, которые ожидали, что с размещением будут проблемы. Допрос и разговор назначили на завтра, ведь было уже поздно, все устали и всем хотелось домой. — Рит, давай, я тебя до дома провожу, — едва Власова вышла из раздевалки, как к ней подошел Гранин. — Паша, давай, не сегодня, — устало вздохнула Маргарита. — Я слишком устала, у меня нет сил, да еще и сын дома один. — Сын? — удивленно переспросил Павел. — Ты замужем? — Была когда-то, развелись, — грустно хмыкнула Власова. — Тебя это так интересует? — Немного, — пожал плечами Гранин. — Давай, я тебя подвезу? А то ты еле на ногах стоишь, поздно уже, транспорт скоро перестанет ходить. Как до дома будешь добираться? Обещаю, что просто подвезу до подъезда, и если попросишь, то провожу до квартиры, не более. — Хорошо, — кивнула Рита. — Так согласна. Они вместе вышли из офиса ФЭС и пошли к стоянке, где располагались автомобили сотрудников. Павел снял машину с сигнализации, открыл перед Ритой дверцу, девушка села в машину. Гранин сел на водительское сидение и завел мотор, автомобиль тронулся с места. К дому Власовой они подъехали минут через сорок, Паша вышел из машины, обошел ее и открыл перед Ритой дверь, подав руку, чтобы помочь девушке выйти. Капитан обворожительно улыбнулась. — Спасибо, — произнесла она. — Спасибо, что подвез, а то я и правда не знаю, как бы я добиралась до дома, поздно уже. — Всегда пожалуйста, — Паша открыл дверь перед Ритой. — Тем более, что я живу в соседнем дворе. Давай, я завтра заеду за тобой, и мы вместе поедем на работу.  — Хорошо, — согласила Рита, открывая дверь подъезда. — Паш, спасибо тебе еще раз. Извини, не приглашаю, сын давно спит. Пока. — Я все понимаю, — кивнул Гранин. — До завтра. Власова подошла к почтовому ящику и открыла его. В ящике лежал конверт. Девушка нажала на кнопку вызова лифта и стала ждать, вскоре подъехал лифт, Рита пошла в него и нажала на кнопку шестого этажа. Она вышла на лестничную площадку, открыла дверь квартиры и переступила порог. В квартире было темно и тихо, сын давно спал. Власова скинула туфли и прошла в кухню, включив свет, она стала распечатывать письмо. Из конверта выпал маленький листок бумаги, Рита подняла его с пола и углубилась в чтение, написано было всего несколько строк. Здравствуй, Риточка! Я знаю тебя всего несколько дней, но уже сейчас понимаю, что ты не безразлична мне. Когда я тебя увидел, то сразу понял, что я люблю тебя. Но люблю не как мужчина, а как отец. Да, у тебя есть отец. Возможно, что ты его и не помнишь, но он есть. Тебе было тринадцать лет, когда мама увезла тебя в Печенегу. Наверное, ты даже забыла, как я выгляжу. Но я все равно люблю тебя, дочка. Ты даже не представляешь, что твой отец рядом с тобой, мы вместе работаем. Я не буду говорить тебе кто я, не считаю нужным. Я просто буду наблюдать за тобой и оберегать. И знай, что если тебе понадобиться моя помощь, то я всегда буду рядом. Я люблю тебя, дочка. Папа.