Взрослая дочь

День в ФЭС прошел тихо, скучно и как-то однообразно. Не было новых происшествий, а так как ФЭСовцы работали над одним делом, которое сейчас в тупике, то и делать было особо нечего. Из допроса Фроловой стало известно, что она была на месте убийства за три до его совершения, хоть ее волос был «свежим». Свое появление в квартире Жданова она объяснила тем, что когда-то была с ним знакома. Якобы Жданов позвонил ей и предложил начать все с начала, зачем и пригласил в московскую квартиру. Но волос — слабая улика, так что держать женщину в камере никто не собирался. Ее отпустили под подписку о невыезде. Зато проверка телефона Шлыкова дала интересные результаты. Вышки сотовых операторов зафиксировали, что в день убийства он находился в зоне покрытия вышки, которая находиться недалеко от места убийства. Шлыкова вызвали на допрос. Мужчина приехал в тот же день, он был совершенно спокоен. Все объяснил тем, что телефон давно потерял или продал по пьяной лавочке, а уж кто его купил или нашел — он не помнит. Так что алиби у него нет, но и улик против него тоже нет. Ребятам пришлось поверить ему на слово, ведь доказательств его причастности к убийству не было. Вечером все собирались по домам. Первой ушла Амелина, Оксана не любила сидеть на работе допоздна, тем более, что у нее была тренировка. Около девяти вечера слинял Майский, спеша на очередное свидание со своей пассией. Как ни странно, но Тихонов тоже ушел довольно рано, что было на него не похоже, ведь компьютерщик любил ночевать на работе, за что неоднократно получал выговоры от Рогозиной. Таким образом, вскоре в ФЭС остались лишь дежурные оперативники и охрана. Власова и Гранин тоже собирались уходить, они стояли на ресепшене и что-то обсуждали. Рогозина вышла из своего кабинета и посмотрела на ребят. — Тоже домой, Галина Николаевна? — поинтересовался Павел, обращаясь к начальнице. — Пока нет, — вздохнула полковник. — Рита, зайди ко мне, мне нужно с тобой поговорить. — Прямо сейчас? — удивленно поинтересовалась капитан. — Уже поздно. Галина Николаевна, давайте завтра? — Нет, сейчас, — коротко отрезала Галина. — Жду тебя в своем кабинете через пять минут. Идти тут меньше, так что успеешь, — с этими словами она ушла к себе, оставляя ребят одних. — Что она от тебя хочет? — поинтересовался Гранин, когда начальница скрылась за дверью своего кабинета. — А я откуда знаю? — ответила вопросом на вопрос Маргарита. — Сейчас пойду и узнаю, — она решительно направилась в сторону кабинета Рогозиной. — Подожди, — Паша взял ее за руку и остановил. — Я жду тебя внизу, — с этими словами Гранин направился к стоянке, а Рита пошла к кабинету начальницы. — Галина Николаевна, что вы хотели? — поинтересовалась девушка, заглянув в открытую дверь. Полковник сидела за столом и что-то писала. Когда Власова вошла, то женщина оторвалась от бумаг и подняла на капитана красные воспаленные от долгой работы глаза. — Проходи, — произнесла Рогозина. Она поднялась со своего места и прошлась по кабинету, опуская жалюзи на окнах, и заперла дверь. — Разговор у нас будет долгий и серьезный. Так что ты можешь присесть, — полковник вернулась к креслу и устроилась в нем, откинувшись на спинку. — Что вы хотели, Галина Николаевна? — поинтересовалась Рита. Девушка осталась стоять, несмотря на то, что полковник предложила ей сесть. — Что тебя связывает с Кругловым? — спросила Галина. Женщина смотрела куда-то вдаль, словно сквозь Риту, даже не замечая сотрудницу, которая стояла перед ней. — В смысле? — удивлено спросила Маргарита. — В прямом, — спокойной ответила Галина и осмотрела Риту таким холодным взглядом, что девушка невольно поежилась. — У нас обычные рабочие отношения, — произнесла Рита. — Я их даже дружескими назвать не могу, товарищеские скорее. Да и какая может быть дружба с начальством? Потом же проблем и сплетен не оберешься. — Рабочие? — переспросила Галина. — Да, исключительно рабочие, — повторила Власова. Она действительно не понимала, что от нее хочет начальница. — А как ты можешь объяснить, что он постоянно следит за тобой? Часто говорит о тебе и так далее? — Галина Николаевна, вы ревнуете что ли? — удивленно спросила капитан. — Я бы поняла вашу ревность, если бы вам было лет двадцать, или в том случае, если бы мы все были одного возраста, но в данном случае… У нас с Николаем Петровичем разница в двадцать лет. Да и вам далеко не двадцать. Вы действительно считаете, что у нас могут быть какие-то отношения? Или вы ревнуете? — Рита была очень удивлена тем, что Рогозина сорвала ей вечер из-за такой ерунды. Но еще больше девушку удивило то, что Рогозина ревнует ее к мужчине, который намного старше. — Нет, Рита, я не об этом, — мягко улыбнулась полковник. — Я тебя не ревную к майору Круглову. Хотя, не буду таить грех, он мне симпатичен, но не более того. Я не сомневаюсь, что у вас нет никаких отношениях, — продолжала она, глядя на капитана, которая все больше удивлялась. — Дело в том, что Круглов интересовался твоим прошлым. Он даже просил Тихонова узнать твою биографию. Власову словно током ударило. Девушка вздрогнула и покачнулась, опустившись на стул, она долго не могла прийти в себя. Рита смотрела в одну точку, пытаясь разобраться в себе и своих чувствах. Рогозина, которая давно все поняла, молчала, поглядывая на девушку. Женщина понимал, что Рите нужно все понять и обдумать. Сегодня она случайно услышала разговор Власовой и Круглова, когда те стояли возле морга. Полковник поняла, что капитана давно дошло, кто является ее отцом, но она сама боялась признаться себе в этом. Из этого полковник сделала вывод, что сотрудникам нужно просто помочь, иначе сами эти двое никогда не смогут объясниться. Для выполнения своего замысла Галина выбрала Власову. Во-первых, Рита женщина, а это значит, что ей будет проще понять и осознать всю сложность ситуации. Во-вторых, Власова смелее, ей будет проще решиться на диалог с отцом. И в-третьих, — Рогозина слишком хорошо знала Круглова, он бы никогда не решился поговорить с девушкой, даже если его будет умалять об этом весь офис, чего Рогозиной не очень-то и хотелось. — То есть вы хотите сказать… — Да, Рит, — Рогозина кивнула, она улыбалась, радуясь, что Рита догадалась. — Я пойду? — спросила девушка дрожащим от волнения голосом. Она очень волновалась из-за этой новости. — Иди, — кивнула Галина. — Только не забудь о том, что я тебе сказала. Власова вышла из кабинета начальницы и направилась к стоянке. Она как тень прошлась по темным коридорам Службы и подошла к двери, ведущей на стоянку. Девушка открыла дверь и собиралась войти, как ее окликнул Павел. — Рит, все нормально? — спросил он. В голосе были слышны волнение и тревога. — Да, — кивнула девушка. — Все нормально. — Точно? — переспросил удивленный Павел. — Ты сама на себя не похожа. — Паша, я же сказала, что все нормально! — отрезала Власова. — А ты чего здесь, а не в машине? — она попыталась придать взгляду и выражению лица непринужденность, но получалось с большим трудом. — Тебя ждал, — спокойно ответил Гранин. — Пойдем, — он открыл перед девушкой дверь, давая ей пройти. Они вошли на стоянку, Павел помог девушке сесть в машину, сам обошел автомобиль и сел за руль. — В кафе? — у слыбкой поинтересовался он, глядя на девушку. — Паш, какое кафе? — Рита посмотрела на часы. — Поздно уже, все закрыто давно. Поехали лучше ко мне? — предложила капитан. — Рита, с тобой точно все нормально? — Гранин все больше удивлялся, глядя на девушку, она казалась ему несколько странной. — А что такого? Я же тебя не в постель зову, а просто в гости. Или у тебя пошлые мысли? — усмехнулась девушка. — Почему сразу пошлые мысли? — спросил Паша. — Я не против, поехали, — он выехал со стоянки, автомобиль направился к дому Власовой.

***

К обычной многоэтажке на окраине Москвы автомобиль подъехал примерно через полчаса. Дороги были свободны, лишь иногда попадались редкие автолюбители, которые запоздали с возвращением с работы. Павел вышел из машине и открыл перед Ритой дверцу, подал руку, помогая ей выйти. Власова вышла из автомобиля и подошла к двери подъезда, выискивая в сумке ключи. Павел стоял рядом, первые пять минут он терпеливо ждал, вторые десять начал нервничать. Минут через пятнадцать вышла женщина с собакой, благодаря чему ребята смогли попасть в подъезд. Женщина как-то странно посмотрела на парочку, но ничего не сказала. Рита и Паша поднялись на последний, восьмой этаж и подошли к квартире. — Рит, ты долго будешь ключи искать? — поинтересовался Павел, посматривая на девушку, которая рылась в сумке, в надежде, что ключи все же найдутся. — Не знаю, — отмахнулась капитан. — Я же точно помню, что клала их в сумку! Я еще не совсем с ума сошла. — Подожди, успокойся, — произнес Паша. — Вспомни, что было сегодня утром, что ты делала до того момента, как вышла из квартиры, — Гранин увидел удивленный взгляд коллеги. — Что ты так на меня смотришь? Я всегда так делаю, если что-то теряю. Маргарита прислонилась к стене и углубилась в размышления. — Черт! — вскрикнула она через некоторое время. — Я совсем с ума сошла. — Что случилось? — Дело в том, что сегодня я разбудила Никиту рано, чтобы отправить к отцу. Сам понимаешь, что у меня нет времени заниматься с сыном. Я сутками на работе, а он один. Никита закрывал дверь, а я ключи дома оставила. Гранин вздохнул. Похоже, что совместный ужин, а возможно, что и не только ужин, могли накрыться медным тазом. Он присел на корточки перед замком и внимательно осмотрел его. Паша вытащил из кармана ключи и без труда открыл дверь. — Прошу, — произнес он, открывая дверь перед Ритой. — Ты мне замок сломал? — разозлилась Власова. — Нет, — улыбнулся Павел. — У нас просто одинаковые замки. Ключи похожи, — он вытащил ключ из замочной скважины и продемонстрировал его Рите. — Если будем жить вместе, то ключи менять не придется. — Пашка, знаешь что? — посмотрела на него Рита. — Что? — он смотрел ей в глаза. — Я люблю тебя, — прошептала она. — И я тебя, — их губы слились в страстном поцелуе.