я всегда буду рядом.

      

Я подожду, пока ты заснёшь, И тогда начну я рисовать твои сны, Выключу шум, сосчитаю до трёх, Сломаю будильник и сломаю часы…

      Конец очередного насыщенного дня. Пора готовиться ко сну. Вот только Сиэль спит очень беспокойно и плохо, он часто быстро просыпается. Но никто об этом не знает, ведь мальчик ненавидит слабости, даже его верный дворецкий и то не имеет об этом понятия. Всё началось два года назад, когда Сиэлю стали сниться умершие родные. Подобные кошмары постоянно не давали расслабиться и успокоиться. Себастьян по обыкновению потушит свечи, накроет одеялом, прикроет все окна, чтобы не допустить сквозняка, пожелает спокойной ночи и уйдёт готовиться к завтрашнему дню.       Себастьян остаётся ровно до того, пока его Господин не уснёт, убедившись, что тот заснул, он покидает покои, не зная, что буквально через час милорд проснётся, и уснуть ему больше не удастся. Сиэль садится на просторной кровати, сворачиваясь в комок и наблюдает за взошедшей луной, умиротворенной улицей, всё ещё пытаясь заглушить голоса, пришедшие из сна. Он слышит голос матери – самый чёткий, видит образ, недавно совсем похороненной тётушки и её ссоры с сестрой. Мужские образы практически никак не запоминает, они не столь существенны для него. Образ отца является смутно, без особых красок.       Лорда больше беспокоит то, что он этих снов пугается, что они имеют способность влиять на его сознание, и он ещё долго не в силах это отпустить. Потом весь день может быть задумчив и молчалив, либо расспрашивать Себстьяна о могиле родных, вновь начиная копаться в этом сложном деле. Сиэль бы вовсе всего этого не хотел. Этого всего могло и не быть, если бы он кому – то позволил охранять свой сон, но это есть слабость, которую мальчик ненавидит.       Он сам замечает: когда Себастьян рядом, пока он с ним в комнате, тревога сама собой уходит, он расслабляется, пока горят свечи, пока его слуга произносит эти простые два слова: « спокойной ночи», а затем уходит, и милорд знает, что спокойной она теперь точно не будет. Не будет, ибо он не в силах себя переступить и произнести эти простые два слова: «останься рядом», зная, что ему не посмеют отказать, он всё равно продолжает молчать.       Сиэль старается думать о чём – то хорошем на ночь. Например, о Себастьяне, почему бы и нет? Тот столько раз его спасал, стал самым близким человеком из простого слуги. А родители думали, что пожалеют, даже платить ему сначала не хотели, а в итоге оставили завещание, по которому Себастьяну отходила часть дохода их семейного бюджета и собственный дом, отстроенный отцом мальчика. Никогда не знаешь, что случится в жизни. Никто не знал, что тот пожар унесёт столь молодые жизни, а Себастьян успеет вынести Сиэля из горящего поместья, которое нынче отстроено заново. Два года спустя.       Сиэль видит тот пожар во снах. Слишком ярко и жестоко. Постоянно просыпаясь, сразу думает о своём дворецком, лишь бы скорее успокоиться, он представляет его рядом. Как он держит за руку и медленно успокаивает. Интересно: умеет ли он вообще успокаивать? Сиэль слышал, как тот хорошо и приятно поёт, он безупречно выполняет свои обязанности, и мальчик искренне сожалел, что у столь ещё молодого человека совсем нет семьи. С отцом у Фантомхайва были отношения не сильно хорошие. Виделись они нечасто. А мальчику нужен отец. Вот он постепенно и привязывался к своему слуге. Он его чаще видел, чем кого – либо из родных. Мать была постоянно занята личной жизнью, тётя и подавно интригами против сестры, а ещё наследственный бизнес. В такой семье не до детей. Вот Себастьяну пришлось стать и дворецким и учителем в разных направлениях и душевным собеседником. Если коротко, то близким душевно человеком для своего господина, наследника кампании фамилии Фантомхайв, занимающейся выпуском игрушек для королевской семьи. Связи, в общем – то, были крупные.

Верю себе и своим голосам, Чтоб узнать их не нужен шазан, Верю своим глазам, полюсам...

Но не смотря на все трудности и то, что он был недолюбленным ребёнком, Сиэль любил свою семью и ещё долго носил траур, на который времени особо и не было. Постепенно мальчик стал закрываться, черстветь. Отсюда не было и невесты и праздников, даже свой день рождения он не любил отмечать. Зачем, если ты и так за день повзрослел лет на двадцать?       Он стеснялся собственных чувств, слабостей и даже привязанности к Себастьяну. Это так странно. Больше, чем чувств он стеснялся только своей внешности и комплектовал. Тот пожар оставил ему «подарок», въевшийся в память, лишив его глаза, так что на месте него теперь была повязка, которую мальчик никогда не снимал, только на ночь и позволял это исключительно Себастьяну.       Вот очередная ночь, в которую не удаётся уснуть. Сиэлю всегда было любопытно узнать, чем занимается его дворецкий, пока тот спит, куда он всё время уходит. Время было около полуночи. Лорд проснулся после очередного кошмара, но в этот раз не стал сидеть и раздумывать, а поднялся с кровати и покинул покои. Гулять по длинным коридорам родного поместья было жутковато, особенно после того, что он видел в своих снах. Свечи освещали помещение в некоторых местах, видимо, Михаэлис оставил их для себя. Спустившись, практически на ощупь, на первый этаж, Сиэль остановился перед входом в комнату своего слуги, приоткрыв дверь, он подсмотрел: Себастьян был по – прежнему в своём обыденном облике и совсем не готовился ко сну. В комнате его горел слабый свет. Мальчик только успел разглядеть, как тот подошёл к столу и устроился за ним, принимаясь с кем – то связаться.       « Глупый» - Думает про себя синеволосый. – «Почему я просто не расскажу ему?». Он не уходит, а садится там, рядом с дверью, опуская голову на колени, и сам не знает: уснёт или заплачет вновь? Себастьян ночью не покидает своей комнаты на самом деле. Он управляется с обстановкой всего поместья до полуночи, а после остаются мелочи. В основном это составление расходов, планы, подсчёты. Себастьян не привык много спать. Сиэля поднимает в восемь, сам может вполне лечь в три. Просто многолетняя привычка. Сиэль всё же засыпает. Он снова рядом с Себастьяном, и это оказывает влияние. Но уже через шесть часов его ждёт пробуждение. Из – за повышенной тревожности организм даёт сбои. Да, он просыпается на час раньше обыденного. И только успевает подняться и прокрутить в голове эту ужасную ночь, как дверь открывается, и его верный слуга предстаёт немного удивленным.       - Мой Господин, уже проснулись? – С некоторой тревожностью спрашивает дворецкий. – Вы ожидали меня? Что – то стряслось так рано?       - Просто… ты всегда меня будишь, но сегодня я решил сам разбудить тебя. Вот только собирался войти, а ты уже тут… - Врёт мальчик, скрывая дрожь в голосе.       - Это очень мило с Вашей стороны, но нарушать режим вредно для здоровья Господина. – Улыбается Себастьян, ничего не подозревая.       - Я больше не стану так делать… просто хотел немного развлечься. – Себастьян смотрит с пониманием. Единственное, что осталось, связывающее мальчика с детством – сладости, которые он по – прежнему любил. И чтобы поднять скорее настроение, Себастьян накрывает на стол, подавая любимые десерты. Всё снова входит в обычный ритм. До следующий луны.       Себастьян не покидает его, как положено, весь день, всюду сопровождая, и Сиэлю хочется, чтобы ночь никогда не наступила более. Он помыслить не может, что Михаэлис уходит. Он настолько привык, что словно тень за ним следуют, привык чувствовать себя защищённым. И осознание, что Себастьяна нет рядом в какую – то минуту его жизни, кажется слишком парадоксальным. Сиэль ещё не отвык от родителей, особенный и трудный возраст – двенадцать лет.       Милорд всем своим видом не показывает, что ужасно подавлен мрачными мыслями и страхами, но понимает, что вынести подобного больше не может, он еле как дожидается вечера, этого заветного времени, что всё выговорить. Снова всё по кругу: Себастьян его переодевает, подаёт молоко для крепкого сна, зашторивает окна, чтобы лунный свет не побеспокоил.       «Доброй ночи» - И вот он сейчас уйдёт. – Сиэля охватывает сумасшедший страх, потому разговора, которого он так хотел, не выходит, он произносит лишь имя в надежде, что его услышат, но нет, и мальчик вновь себя проклинает, сам не понимая, за что. Он падает на подушку с желанием забыться и уснуть, но в этот раз побеждают слёзы, и он, не стесняясь, именно так переживает его отсутствие.       Это всё случается ещё до полуночи. Как раз во время обхода, и Себастьяну удаётся услышать звуки рыданий. Значит, чутьё его не подвело, и господина действительно что – то тревожит в ночное время. Он осторожно приоткрывает дверь в покои и видит свернувшегося в комок на постели мальчика, который пытается заглушить звуки собственного плача, сквозь который Себастьяну удаётся расслышать собственное имя. Он звал его. Интересно, какая это по счёту подобная ночь?       Михаэлис сам пугается, начиная осторожно поглаживать по волосам. Мальчик инстинктивно вздрагивает и поднимает голову, уставившись на своего слугу. - Мой Господин, что случилось? - Прости… что соврал тебе… Я тогда, когда пришёл, не спал ночью. Я пришёл потому что… - Он не смог договорить из - за нахлынувших слёз. - Выпейте воды…всё – всё хорошо. Почему Вы не пошли тогда спать?... - Я никогда не сплю… потому что… ты уходишь…Я засыпаю, а потом ты сразу уходишь, и мне снится кошмар, а потом я не могу больше уснуть. - Вы всерьёз напугали меня. Но, пока я рядом, можете спать спокойно. - Пока ты здесь, в моей комнате… как только ты уходишь, всё превращается в кошмар. Себастьян устраивает его в постели, помещая голову на подушку. Сиэль глаз не смыкает, думая, что тот снова уйдёт, но мужчина ложится рядом, прижимая к себе за талию. - Я здесь, рядом, засыпайте.

Твои сонные глаза засыпали, Когда рядом был я, Оберегаю я твои тайны, Шепчу тебе слегка: ‘Засыпай’.

      Сиэль поворачивается лицом в его сторону, утыкаясь куда – то в грудь. С этого дня его ночи стали спокойнее, и Себастьяну совсем несложно было выполнять и эту обязанность, но однажды ему всё же пришлось срочно отлучиться. Сиэль тогда уже крепко спал, и мужчина думал: ничего страшного, но и часа не проспав, мальчик снова кинулся бежать вниз по лестнице, совершенно не боясь упасть. « Он же обещал… обещал ему..»       В этот раз Фантомхайв уже вбегает в комнату, заставая дворецкого за телефонным разговором, и понимает, что тому, похоже, позвонили, поэтому он ушёл, но понимание сие факта не спасает его от слёз и злобы. Увидев Господина, Себастьян вешает трубку, обещая перезвонить завтра, и опускается на колено перед Сиэлем, вытирая слёзы с его лица. - Что – то случилось? Вы очень крепко спали. Простите. Мне неотложно позвонили, и я отлучился. Пойдёмте, я уложу Вас. - Нет, здесь! Я лягу здесь! - У меня…? Здесь совсем не протоплено, Вы простудитесь. - Себастьян! – Сиэль вцепился в него, и это было весьма ощутимо. «Ладно, хватит на сегодня истерик…» - Решил тёмноволосый, подхватывая Сиэля на руки. – «К тому же и виноват сам». Он уложил его у себя, боясь теперь совсем куда – либо двигаться, но ничто не мешало ему посмотреть рецепт снотворного, в распоряжении была целая одна свободная рука, так что… - Я всегда буду рядом. – Произносит Себастьян, но в ответ слышит лишь тишину.       Что же, поиск можно отложить до завтра. Сейчас есть целых три часа на сон, к чему упускать возможность?