Cinnamon love

— Грядет битва, Бисквитик. Великая битва. Погибнуть суждено многим. Темный ангел войны, капитан Последней Стражи, Магнус Бейн опустился на деревянный табурет, изящно сложив бордовые крылья за спиной. Совсем юная ангела, погибшая человеком всего три месяца назад в свое четырнадцатилетие, подняла на него заплаканные глаза. — Неужели ничего нельзя сделать? — Ничего, Бисквитик. -Закон суров, но это Закон. Закон Абсолюта. Ему подчиняются все. Даже Темные Ангелы, — ответил Магнус, задумчиво касаясь серебряного кольца на своем безымянном пальце. — Не думала, что ты из тех, кто следует каждой букве закона, — ангела горько усмехнулась. В круглый кабинет вошел командир Светлых Сил. — Алек! — Магнус бросился к нему, замечая рану на покрытой сажей щеке. — Все в порядке, — командир усталым движением отстегнул рваный плащ, и Магнус помог ему справиться с поврежденными латами. — В этот раз Азазель. Бросив короткий взгляд на Алека и дождавшись легкого кивка, Магнус опустился на колени перед юной ангелой. — Демоны все сильнее, — констатировал капитан Последней Стражи. — Клэри… я не имею права просить тебя. -Они убили мою семью… тебе не нужно просить. Я сделаю все, что потребуется. Встав, Клэри подняла руки, и ладони ее зажглись ярким, ослепляющим светом. Светом, что положил конец последней Величайшей Битве Добра и Зла. Получившие слишком тяжелые для своих земных оболочек раны капитан Последней Стражи и командир Светлых Сил, переплетя окровавленные пальцы, возносились на Небеса. Клэри горько плакала, глядя на них. — Не плачь, Бисквитик, — Алек сильнее сжал ладонь Магнуса, криво улыбаясь, и подмигнул своему брату, Воину Чистых Сердец. — Позаботься о ней, Джейс. Тот кивнул и поднял перекрещенные указательный и средний пальцы, провожая ангелов. Когда растворилась красно-золотая пыль, Джейс осторожно притянул Клэри к себе, утешая. — Пока мы, ангелы — воины во плоти, нам друг друга не разрешено знать, но на небесах сама любовь и есть мы. Не горюй по ним. Там они будут вместе.