Чай

Уже наступил вечер. Хотя, какой там вечер: для студентов вечер – это уже ночь. На кровати в двухместной комнате общежития сидели две девушки. Волосы первой белели, сливаясь с полосой отсвета от фонаря на стене, а взгляд темных глаз, обрамленный густо накрашенными ресницами, рассеянно спускался по лицу другой. Та же, собрав редкие русые пряди в небрежный хвост, пыталась поправить очки с вечно покосившейся оправой. Девушки держали в руках по стакану бледного чая. Одна, та, что белая, бесшумно отпила немного и произнесла хрипловатым голосом словно давно заученную фразу: – Закончишь университет, и переедем жить в Данию. Или в Швейцарию. Улыбка дрогнула на лице соседки по комнате. Их взгляды встретились. – Тебе ещё книгу дописать, Лэр. Повисла минутная пауза. Воздух в комнате, перенимая настроение студенток, тоже становился дымным и тягучим. Разговор, неторопливый и, должно быть, со стороны странноватый, неплохо вписывался в общую атмосферу. – Кстати, у нас есть завтрак? – Не бойся. – Алекса усмехнулась потрескавшимися губами. – Йогурт. Лэра устало кивнула. Хорошо. – Чай кончился. Поставим чашки под кровать. Снова тишина. Алекса встала, убрала кружки с остатками напитка, вопреки сказанному подругой. – А ведь у нас совсем, совсем ничего нет. – прошептала Лэра безэмоционально. - И никого-о-о, - протянула она, уже громче и с хлопком сложив руки на обнаженных коленях.. – Ну почему же? У нас есть чай и йогурт. У тебя есть мама и брат с сестрами, - безмятежность Алексы навевало ощущение, что она слышит подобное вовсе не впервые, как и отвечает. – Младшей только четырнадцать стукнуло. А старшим до меня нет дела. – Ну, а у меня есть отец. А у тебя всегда останется мать с отчимом. Лэра горько усмехнулась. – Не всегда. Ни они, ни мы с тобой не будем нигде всегда. - последнее слово она произнесла четко и с торжественностью, медленно приблизив свое лицо к лицу Алексы. – А ещё у меня есть ты. Лэра мгновенно преобразилась, сменив уныло-дымный взгляд на хитрую, довольную ухмылку и пристально посмотрела в глаза собеседнице. Русоволосая ответила ей таким же смешливым взглядом, а потом отвела его в сторону, словно стараясь скрыть смущение. Девушка придвинулась поближе к Алексе. Рука коснулась ее щеки, потом скользнула к подбородку, медленно очерчивая скулы. Ветер, выбившись из тонкой щелки приоткрытой форточки, распахнул ее настежь и всколыхнул шторы, но никого это уже не волновало. Губы девушек легко соприкоснулись. – У меня тоже есть ты. И пока я этим вполне довольна.