Грязная посуда

      По дому разнёсся детский плачь, а за ним Чуино — «ДАЗАЙ». Ну, а я как приличный отец и муж пошлёпал на кухню, выяснять что случилось. Когда я вошёл на кухню, моему взору открылась такая картина: Юичи сидел за своим столиком и пытался стянуть слюнявчик, при этом громко плача, а Чуя сидел напротив, весь в каше. — И что здесь произошло? — я улыбнулся, подошёл к Чуе и положил свою руку на его голову. Он взглянул на меня и тут же перевёл взгляд, обратно, на ребёнка. — Сразу видно, что это твой сын. Я изогнул бровь в немом вопросе. Бывший Накахара вздохнул и пояснил: — Эта мелочь, пытается задушить себя слюнявчиком! Я расхохотался, взял Юичи на руки и чмокнул его в щеку, слегка покачивая и шикая, что бы он успокоился. Чуя нахмурился и ушёл в ванную, отмываться от каши.       Юичи Дазай — плод нашей с Чуей любви. Он родился через год после того как рыжая бестия согласилась стать моим омегой и мужем (между прочим, на его уговоры понадобилось, примерно, столько же времени). У Дазая — младшего густые рыженькие волосы, большие карие глаза, пухленькие щёчки, как у хомяка, и маленький накахаровский носик. Ему уже семь месяцев, он во всю ползает по нашей квартире, всё хватает и тащит в рот. Только отвернёшься на пару секунд, как рыжик уже грызёт пистолет, слава Богу не заряженный, или шляпу Чу, которая успела побывать в его ротике около пятидясети раз, а то и больше. Но это ещё на самое страшное что он может сделать… Как-то это маленькое хулиганьё заляпало своими слюнями отчёт моего омежки, а мы перед этим как раз ели тыковку… И так сложились обстоятельства, что Чуя проспал и не заметил что отчёт испорчен. Ох, и вылетело же ему тогда от Мори. Ну какой нормальный подчинённый притащит на работу, на личную проверку босса, отчёт весь в липких, оранжевых пятнах. Вечером Чу и на меня наорал, а я спокойненко его проигнорил, уложил Юичи спать, пришёл к нему, завалил на кровать и принялся целовать. На следующий день, в Портовую Мафию Чуя пришёл весь в засосах, не выспавшийся и злой, но, где-то в глубине души, довольный…       Я переложил спящего Юичи в кроватку, чмокнул в носик и вышел из комнаты, аккуратно закрывая за собой дверь. Обернувшись, я увидел нахмуреного Чую, неожиданно он поддался вперёд, обнял меня и уткнулся носом в мою шею. Я, мягко говоря, охринел и вообще не понимал что происходит, но потом принюхался и понял, у этого, рыжего недоразумения, началась течка, неудивительно что он обниматься полез. Я взял его на руки, отнёс в гостиную, посадил на диван, укрыл пледиком и отправился заваривать зелёный чай с ромашкой. В комнату, я вернулся с кружкой и любимым печеньем Чу. Уселся рядом с ним на диван, выдал чай, печенье и обнял, вдыхая запах свежих яблок и корицы. Чу-чу живенько выпил чай и полез целоваться. Я, понимающий до чего всё может дойти, отстранился, посмотрел в возмущённые глаза Чуи и, шёпотом, сказал: — У нас в соседней комнате ребёнок спит. Чуя надулся, посильнее закутался в пледик, включил телевизор и отправил меня мыть посуду. Я лишь вздохнул, чмокнул, на последок, носик омежки и отправился, в увлекательное путешествие, по миру грязной посуды…