Ложные пути

      Прошло около получаса с момента отплытия. Я нервно покусываю нижнюю губу и стучу пальцами по небольшому столику в каюте, где сейчас нахожусь. Времени оставалось всё меньше и меньше, напряжение нарастало, нервы уже ни к чёрту. Совсем скоро я встречусь с Крисом лицом к лицу, который наверняка будет рад моему прибытию. Я знаю, зачем я плыву туда. Чтобы убить его. Это я уже не раз успела себе повторить мысленно и вслух, но, чёрт возьми, как мне убить его? Сколько прошло времени с момента начала игры, сколько было пройдено кругов Ада, сколько клялась себе, что прикончу его, но до сих пор не знаю, как это сделать.       Запрокинув голову назад, слегка покачиваясь на стуле, я начала думать. Сейчас я абсолютно безоружна. Здесь нет совершенно ничего, что можно было бы использовать в качестве оружия. По крайней мере, в каюте точно ничего нет. Здесь даже как-то безопасно, и персонал меня не трогает, что немного подозрительно, но они хотя бы не пытаются меня убить, что является пусть и небольшим, но плюсом. С другой стороны, у меня ещё будет шанс найти себе оружие, когда я приеду. Надеюсь, у меня будет на это время. Хотя кто знает, как там Крис решил себя защитить.       Тяжело вздохнув, решаюсь всё-таки выйти из каюты. За всё проведённое здесь время я её ни разу не покинула. Для такого небольшого судна тут весьма недурно, но у меня нет времени обращать внимание на всякую ерунду. Пройдя немного, я остановилась, выглядывая за борт и наблюдая за волнами, бьющиеся о корпус катера, который словно разрезает воду своей толстой железной кожей. Это немного успокаивает, несмотря на то, что из головы всё никак не выходят мысли о Крисе. Как же убить тебя, засранец? Как заставить тебя страдать, чёртов козёл?       Внутри всё горело адским пламенем, которое должно вот-вот стать огромным взрывом, уничтожая всё живое на своём пути. Нужен лишь толчок, некий катализатор, к которому я стремлюсь. А пока его нет, и этот огонь словно сжигает меня, заставляя всё больше нервничать.       Снова оглядевшись и взглянув куда-то вдаль, я заметила приближающееся к нам что-то большое, то ли чёрного, то ли зелёного цвета. Слишком далеко, не могу разглядеть. Похоже, это земля. Значит, мы почти приплыли. С какой-то безумной улыбкой смотрю в ту сторону. Я даже чувствовала, как мой пульс и дыхание учащаются, как тело горело от нетерпения вцепиться в лицо этому самодовольному ублюдку и вырвать ему глаза, стереть эту дьявольскую ухмылку и забить до смерти. Ничего. Осталось совсем немного.       Оторвав свой взгляд от места назначения, начинаю искать глазами персонал сего транспорта. Сюда сейчас как раз вышел один из них, беззаботно потягиваясь и беспечно улыбаясь яркому солнцу, которое уже успело разогнать все тучи после дождя. Думаю, он может мне пригодится. У него наверняка должно быть хоть какое-то оружие, которым я смогла бы прикончить Криса.       Поразмыслив немного над тем, как бы мне его обезвредить, ничего лучше, чем заманить его в несложную ловушку и вырубить я не придумала. Только надо сделать это по-тихому, иначе будет плохо. Плавать я, конечно, умею, и если что выпрыгну за борт и доплыву куда надо, может быть, но они могут поймать меня и обезоружить прежде чем я успею это сделать, а лишнего риска мне не надо. Осталось лишь придумать, что я могу сделать без свидетелей.       Пока он расхаживал туда-сюда, у меня, как говорится, зажглась лампочка над головой, и я направилась назад в каюту. Тут уже был ещё один из нашего экипажа. Он мирно спал на небольшом диванчике, который и диваном-то не назовёшь, накрывшись собственной курткой. Лишние люди нам не нужны, но он может и помочь. Пробежавшись глазами по каюте, мне удалось найти длинную деревянную палку, которая, возможно, когда-то была шваброй. Взяв её в руки и подойдя к спящему, я хорошенько огрела ей его по голове. Тот что-то негромко крикнул и упал с дивана, и хотел было защититься, но я не дала ему такой возможности, наступив ему на грудь, и сделала ещё несколько ударов. Он закатил глаза, а из его носа начала струиться кровь, ровно, как и из разбитой и несколько посиневшей губы, также из под тёмных волос появился такой же ручеёк из алой жидкости, на палке тоже осталась кровь. Думаю, он уже не проснётся, хах. Не знаю, насколько это было шумно, но если повезёт, то тот парень придёт сюда проверить своего друга. Ещё пару минут, и я уже слышу приближающиеся шаги. Ну что же, Гвен, пора. Прижавшись к стене рядом с дверью, держа своё “оружие” наготове, я стала дожидаться момента, когда он зайдёт сюда. Дверь скрипнула, и он вошёл. Не теряя ни секунды, я сразу же нанесла ему сильный удар по голове, как и другому парню, но этот был даже потише и особо не сопротивлялся, да и вряд ли смог бы, ведь почти сразу отрубился, а потом я просто добила его. Руки немного испачкались в крови, а я лишь улыбнулась, как-то ненормально улыбнулась.       Я быстро обыскала их на оружие. У обоих были одинаковые пистолеты, скорее всего, заряжены. Значит, Крис всё-таки дал им оружие, чтобы они в случае чего позаботились обо мне. Предусмотрительно, но не совсем. Предполагал ли он, что я додумаюсь стащить у них оружие или нет, я не знаю, но факт остаётся фактом. Забрала я только один пистолет, у второго позаимствовала магазин, патроны лишними не бывают.       Оттащив парней в какую-то небольшую комнату и заперев их там, я, выдохнув, направилась назад на палубу, делая вид, что ничего не произошло. Снова взглянула вдаль, где и находилась земля. Ещё несколько минут, и мы приплывём, осталось совсем немного. Я снова начала невольно улыбаться, скрестив руки на груди и глядя туда. Теперь, когда у меня есть оружие, можно немного расслабиться и вдохнуть поглубже, чуть-чуть свободнее.       Через 15-20 минут мы наконец приплыли. Как только я сошла на сушу, сразу начала оглядываться. Здесь довольно пусто, в основном нетронутая человеком природа, лишь несколько больших зданий и разных, в основном крупных, автомобилей, и везде ходят люди, явно агенты Криса. Честно говоря, это место больше напоминает какую-нибудь военную базу, но эти огромные здания в десятки этажей совершенно не вписываются сюда. Кое-кто из тех, с кем я плыла, шепнул мне на ухо, куда надо идти. Туда я и направилась.       Сделав пару шагов, я почувствовала, что наступила на что-то деревянное, явно на доску. Посмотрев под ноги и взяв её, хотела было уже выкинуть её, но заметила на ней надпись «Вавана...», дальше ничего нет, сломано. Да, это и есть тот самый остров, я даже вижу ту огромную скалу. И только сейчас я вспомнила слова Джулии о том, что последнее испытание будет там, где всё начиналось. Остров Ваванаква — место, где всё началось, где началась история Отчаянных Героев. Это место хранит много воспоминаний, как положительных, так и отрицательных, но последних больше всего было. Сейчас оно не то, что раньше, Крис тут хорошо обустроился, я смотрю. Да, есть места, которые он не тронул, но теперь остров больше напоминает какой-то полигон, по крайней мере эта часть. Выбросив, наконец, доску, я лишь хмыкнула и пошла в то здание, в которое меня направили.       Я зашла внутрь. Сначала большая, но плохо освещённая комната, а дальше только бесконечный коридор, куда я, собственно говоря, и направилась. Темно. Очень темно. С трудом могу разглядеть путь, благо здесь нет поворотов, по крайней мере, на пройденном мною отрезке. Хоть и плохо видно, но коридор узкий и с невысоким потолком, под ногами явно ковёр, стены без узоров и на них, похоже, что-то есть, как мне кажется, но моё сумеречное зрение может и обмануть меня, ибо темно. — Смешно, — саркастично бросила я, и через  пару шагов остановилась. Всё равно почти не вижу, куда иду. — Здравствуй, Гвен, — услышала я голос Криса. Похоже, что тут где-то была спрятана колонка, может даже не одна, и камеры, раз он видит меня. — Где ты, сволочь? — сквозь зубы тихо процедила я, даже скрипя ими. Я крепко сжимала руки в кулаках. Настолько крепко, что думала, что пойдёт кровь. — Я давно ждал нашей встречи. Рад, что ты быстро добралась до меня, и теперь мы, наконец, сможем увидеться. Проходи, — не знаю, слышал ли он меня или нет, но после его слов в длинном коридоре постепенно начали загораться лампы, что висели на стенах. Вскинув бровь и пожав плечами, я просто пошла вперёд.       Коридор, если не считать ламп, абсолютно пуст. Всё было красного цвета: ковёр, стены, потолок, даже свет отдавал нежным алым цветом. Как-то странно всё это. Кто-то помешался на цвете крови? Или это попытка свести меня с ума?       Пройдя немного, я заметила вдалеке что-то похожее на два небольших постамента, стоявшие друг напротив друга, и остановилась. Да, похоже на то. Внутри них что-то лежало, прикрытое стеклом. Пожав плечами, решила пойти дальше. Обращать на это внимание у меня нет времени, хотя их внезапное появление кажется довольно подозрительным. Когда я приблизилась к ним, всё же посмотрела на один из них и остановилась, повернувшись спиной к другому. Внутри него лежала рука, явно бальзамированная, и, судя по её ужасному виду, её от носителя оторвали насильно. При виде этого я даже не дёрнулась, но когда мой взгляд опустился чуть ниже, я сразу нахмурилась, тихо зарычав. Мои глаза с ненавистью смотрели на маленькую табличку с надписью “Тайлер”. Изуродованная рука — судя по всему всё, что осталось от нашего незадачливого спортсмена. Обернувшись назад, ко второму постаменту, под стеклом которого, как оказалось, тоже лежала рука, но толще и с кучей царапин, я заметила на нём такую же маленькую табличку, что и на первом, но с надписью “Оуэн”. Тут я уже не выдержала и со всей силы ударила по нему ногой. Ногу пронзила острая боль, но это сейчас совсем не волновало меня. Крис решил собрать музей наших останков? Это уже ни в какие рамки. Сейчас ярость переполняла меня больше, чем когда-либо. Громко хмыкнув и пнув ногой постамент ещё раз, но уже не так сильно, я пошла дальше, ожидая увидеть что-то подобное.       Буквально через несколько шагов я заметила новые постаменты. Там лежала косая половина лица Кортни с застывшим на нём предсмертным ужасом, и остатки черепа Гарольда, в которые “аккуратно” было сложено то, что раньше называлось мозгом, и, кажется, я вижу там его глаза. Чёрт бы тебя подрал, Крис, даже мёртвых в покое не оставишь. Хоть мне уже и плевать на них, но почему-то это только больше злит меня. Если он притащил это сюда с целью побесить меня, то у него хорошо получилось, вот только для него моя злоба плохо закончится.       Как и предполагалось, пока я шла по этому длиннющему коридору, мне встретились ещё постаменты, которые были больше предыдущих, с тем, что осталось от других участников: обожженные останки Линдси, фарш из подорвавшегося при взрыве бомбы Коди, пронзённые ножом части тела Джеффа, Бриджетт и Алехандро, пару кусочков расстрелянной Кэти, чуть-чуть Лишоны с разорванным мною горлом и даже сложенное в кучу, переломанное тело Хезер, которое я даже не представляю, как нашли и вытащили, и многое другое. В конце коридора я встретилась лицом к лицу с прострелянной головой Трента. Сглотнув, не отрывая взгляда от его головы, касаюсь своей руки. Да, кусочек его одежды всё ещё со мной, хотя я и думать забыла о нём. Вздохнув, я вспомнила тот день, когда он умирал, и то обещание, что дала ему, уже мёртвому. Я клялась отомстить за всех, убив Криса, но сейчас я просто хочу убить его, не думая о мести или обещании, просто растерзать в клочья ради собственного удовольствия и свободы. — Неважно выглядишь, — холодно произнесла я, смерив голову своим ледяным взглядом. — Жаль, что ты не рядом, — после этих слов я даже почему-то дёрнулась. Сердце дрогнуло? Сделав глубокий вдох и выдох, я успокоилась. — Зато тебе лучше, чем мне сейчас.       Так как прямо я уже идти не могу, потому что тогда бы я упёрлась в постамент с головой Трента или стену, пришлось свернуть направо, да и больше было просто некуда. На пути мне встретился последний постамент. Он средних размеров, но под ним ничего не было. Почему? Потому что он предназначался для меня, судя по табличке. Извини, Крис, но я не стану твоим трофеем, и свою коллекцию трупов завершишь ты сам, а не я.       Наконец я вышла из этого нескончаемого коридора и вошла в огромнейшее помещение. Оно и вправду было невероятно огромным и практически пустым. Здесь стояли только ящики разных размеров и несколько машин для их перевозки. Ещё были огромные колонны до потолка, явно чтобы его поддерживать. Перестав оглядываться по сторонам, мой взгляд, наконец, переместился на Криса, стоявшего у стены со скрещенными на груди руками. Внутри сразу всё вспыхнуло от злости, начало переворачиваться, как только я увидела его. Хотелось прямо сейчас накинуться на него и порвать ему глотку. — А вот и ты, — ухмыльнулся Крис, облокачиваясь на стену. — Мразь, — моей злости не было предела. Это была уже не просто злость, это была ярость, смешанная с гневом, которая сейчас вот-вот выльется наружу огромной волной, захлестнув меня и Криса. — Зачем же сразу так грубо, Гвен? — он развёл руками и, продолжая улыбаться, сделал пару шагов навстречу ко мне. — Я убью тебя, — рычала я, чуть ли не захлёбываясь собственным гневом. Трудно сдерживать себя, как же руки чешутся. — И это всё, что ты можешь сказать мне после всего того, что я сделал? Я думал, ты будешь злее, — он подошёл к какому-то небольшому письменному столу, стоявшего почти в центре этого огромного помещения, на который я не сразу обратила внимание, и взял с него нож, кинув его мне в руки. — Что это значит? — спросила я, поймав орудие убийства. — Чтобы силы были равны, пока что, — усмехнулся Крис, взяв второй нож. — Ты пожалеешь об этом, — прорычала я, крепко сжимая в руке нож, он лишь беззаботно пожал плечами. — Хотелось бы побеседовать с тобой о многом, но вижу, что ты явно на это не настроена. Жаль немного. Что же, тогда сразу приступим к развлекательной части. — Нападай, — оскалилась я, готовая принять его удары. — Зря, Гвен, очень зря, — улыбнулся Крис.       И он был прав. После этих слов он быстро схватил со стола пистолет, который я не заметила из-за стопки бумаг, и почти сразу выстрелил. К счастью, за секунду до этого я, будто предчувствуя это, сделала шаг назад и в сторону, благодаря чему он промахнулся. Хотя возможно, что это был своего рода предупредительный выстрел. Пока я оглядывалась назад, он уже был готов выстрелить снова, поэтому пришлось искать укрытие среди многочисленных огромных коробок, ящиков и разных машин. — Равные силы говоришь?! — злобно крикнула я, прежде чем спрятаться за ящики. — Я никогда не играю честно! — крикнул он в ответ. А ведь я и забыла, что он и вправду никогда не играет по-честному, вот чёрт.       Сейчас Крис знает, где я нахожусь, и быстрым шагом направляется ко мне с заряженным оружием. Всё, что я могу сейчас делать, это перемещаться за ящиками, убегая дальше, а потом надо снова скрыться, но так, чтобы на этот раз он не знал, где я. Это место огромно, перебежать из одной точки в другую и при этом остаться незамеченным будет нелегко, тем более что места для укрытия не так уж и много. Надо что-то придумать. И быстро.       Пока я пыталась придумать какой-то план, совсем забыла думать о приближающейся опасности, которая была, чуть ли не у меня перед лицом. Пришлось тут же сорваться с места и бежать, Крис тоже прибавил ходу, направившись за мной. Оглянувшись назад на мгновение, я заметила, что он уже прицеливается, но стрелять в движении, как мне кажется, даже ему не выгодно, но глядя на его довольное лицо кажется, что его это совсем не волнует, и он может спокойно тратить патроны. Пуль у него должно быть немного, значит, надо просто от него побегать, пока они не закончатся. Вот только кто знает, что будет потом, вдруг он вытащит новый козырь из рукава.       Я решила сменить укрытие, перепрыгнув через большой ящик, на который я залезла с небольшим трудом, и ринувшись к большой куче коробок. За спиной я услышала странный звук. Кажется, Крис всё-таки сделал новый выстрел. Я смогла убедиться в этом, когда рядом со мной просвистела пуля. Оглянувшись назад, я увидела его слегка недовольное лицо, но сдаваться он явно не собирался. По его виду было ясно, что ему даже нравится, что он может развлечься со мной побольше. Почти добравшись до нового укрытия, я как назло споткнулась обо что-то на полу и упала, что дало прекрасную возможность этому психопату прихлопнуть меня, как муху. Плюс ко всему ещё и лишилась ножа, потому что выронила его в момент падения, а бежать за ним было некогда. Остановившись и прицелившись, Крис выстрелил снова, но на этот раз у меня не получилось, как следует увернуться. Ему удалось задеть меня в руку. Я взвыла от пронзившей её боли, рана начала адски болеть. Глядя на меня и поняв, что смог ослабить свою жертву, Крис начал злобно и одновременно блаженно улыбаться, как будто уже чувствует вкус победы. Оскалившись и одарив его своим грозным взглядом, я быстро встала и бросилась бежать, не обращая внимания на страшную боль в руке, а он лишь медленно шагал в мою сторону. Даёт мне возможность укрыться. Надо воспользоваться этим.       Наконец укрывшись в новом месте, я подумывала о том, чтобы сразу сменить его, ведь Крис и в этот раз проследил за мной. Неподалёку я увидела большую кучу коробок и ящиков, сложенных в беспорядке. Неплохое место для укрытия, к тому же его можно будет использовать для атаки на Криса, и я уже знаю как. Осталось только обмануть машину для убийства и бесшумно подобраться к новому укрытию. На полу лежал какой-то мусор, им я и решила воспользоваться. Взяв в руки алюминиевую банку, уже пустую и помятую, я кинула её в противоположную себе сторону, благо за ящиками этого не было видно. Крис, что попался в мою ловушку, пошёл в сторону, откуда раздался звук столкновения металла с полом, а я в это время старалась как можно быстрее и тише перебраться к этой куче. Через пару минут я уже была на новой позиции, теперь осталось дождаться Криса. Когда он понял, что его обманули, он что-то рявкнул от злости, пнув банку, но потом снова заулыбался. — Куда же ты спряталась? Выходи, всё равно найду. Бежать некуда.       По помещению разнёсся его злобный сумасшедший смех. Большими шагами он передвигался по огромной площади этого места, сбрасывая, швыряя и пиная ящики и коробки, осматривал каждый миллиметр в поисках меня. Я, затаив дыхание, сидела на одной из коробок, что были почти беспорядочно набросаны друг на друге, и выжидала момента, когда он подойдёт достаточно близко, чтобы сбросить одну из них прямо ему на голову. Уже был слышен его ненормальный смех, который становился всё громче, а значит, что Крис приближается ко мне. Я чуть выглянула из-за коробки, чтобы посмотреть на него. Он был совсем близко, ещё немного и...       Я скинула коробку и она полетела вниз прямо на Криса, но этот ублюдок будто знал, что я где-то прячусь, словно крыса, выжидая подходящего момента, и отпрыгнул в сторону, но коробка задела его по ноге, что дало мне время сбежать. Не оглядываясь назад, бросилась наутёк, лишь бы поскорее скрыться вновь, прежде чем он заметит, куда я побежала. Но боюсь, что меня ждал провал, ибо он быстро встал и, сделав выстрел в надежде задеть меня, направился за мной. Это было рискованно, не смотреть на него, ведь он наверняка целился прямо мне в спину или голову, что могло бы сразу стать для меня концом игры, если бы Крис не промахнулся. Сейчас я бросилась к очередным ящикам и скрылась за ними. Было немного тяжело дышать из-за всей этой беготни, поэтому я жадно начала хватать воздух, остановившись на минуту. Судя по звукам шагов, зло быстро приближалось в мою сторону. Я начала скрываться в лабиринте из больших ящиков и коробок, которыми был завален этот небольшой участок территории, а затем, выбравшись из него, забежала за ближайшую колонну, где и остановилась. Это местечко может сослужить мне хорошую службу. Крис, в очередной раз всё раскидав, начал оглядываться в поисках меня, но не нашёл. Громко хмыкнув, он пошёл в первом попавшемся ему направлении, как раз мимо той колонны, за которой я пряталась. К счастью, он шёл с другой стороны, поэтому не видел меня. Пора, наконец, нанести настоящий удар.       Я выскочила из-за колонны и тут же бросилась на Криса. Внезапная атака позволила мне обезвредить его, ведь он, не готовый к этому, был слишком расслаблен, благодаря чему мне удалось выбить пистолет из его руки. Он закатился под грузоподъёмник, и теперь Крис вряд ли сможет его достать. Что-то прошипев, он со всей силы ударил меня в живот. Было больно, но я стерпела, а затем ударилась своим лбом о его, что было не менее больно, но это временно сделало его уязвимым.  Я тут же ударила его коленом в живот, а затем им же по лицу и оттолкнула ногой. У него из носа пошла кровь, а чёрные волосы растрепались и чуть скрыли ему обзор. Но они не мешали мне видеть его озлобленное лицо, с которым он набросился на меня и мы вновь сцепились. Крис хорошенько ударил меня по ногам, а мне удалось вмазать кулаком по его гнусной роже. Пока ноги ещё держали меня, я старалась как можно сильнее бить его. В живот, в челюсть, по голове, ногам — куда только можно ударить, лишь бы сразить, а затем убить. Но сучёнышь не собирался так легко сдаваться. Крис, обманув меня тем, что занёс руку для нового удара над моей головой, снова вдарил по моим ногам, и я на этот раз всё-таки упала, ударившись лицом об пол, а он что-то хмыкнул. Я услышала за спиной звук, похожий на тот, что слышится, когда зажигают спичку о спичечный коробок, а потом быстро удаляющиеся шаги. Я почуяла странный запах и обернулась — горел фитиль от динамита, которым был переполнен ящик небольших размеров. — Оу...       Я сразу встала и бросилась бежать как можно дальше от этого ящика, пока он не взлетел на воздух вместе с этим помещением или его частью, но и не забывала о скрытой угрозе. Скрытой она была в прямом смысле, так как я потеряла Криса. Куда он мог так быстро исчезнуть? Ответить на этот вопрос я не успела, потому что за спиной прогремел взрыв, от которого я едва не оглохла, а огненная волна могла бы уничтожить меня, если бы достала. Но, тем не менее, я упала на холодный пол из-за этого взрыва, точнее из-за мощной волны, созданной им, сильно ударившись головой. Из-под волос по лбу потекла кровь, голова кружилась, в ушах гудит. Вокруг лишь разрушения: пламя охватило около половины помещения, часть потолка рухнула к чёрту, обрушилось несколько колонн и частично стены, кругом только руины и огонь.       Я пыталась чуть привстать, но трясущиеся руки почти не держали, поэтому я практически сразу снова упала. Меньше чем через минуту, сквозь звуки рушившегося здания, я смогла расслышать шаги. Повернув голову и приподняв глаза, я увидела Криса, который был в респираторе и немного странных очках, в руках у него был нож. Наверняка он сейчас злобно ухмыляется или улыбается, по глазам было видно, что он доволен сложившейся ситуацией.  Крис пнул меня в бок так сильно, что я подумала, что этот гад сломал мне пару рёбер. Я лишь скорчилась от внезапной боли, прохрипев, а потом начала кашлять кровью. Хотелось встать и бежать, не взирая на боль и слабость, но чувствую, что уже не могу. Чёрт, я слишком устала, сил почти не осталось. Пока я пыталась подняться, откашливаясь кровью, Крис, уже скинувший с себя респиратор и очки, явно посчитав, что это ему больше не нужно, схватил меня за волосы, поднимая с пола. Больно. — Ну, вот и всё, — усмехнулся он, жутко улыбаясь и глядя прямо на меня, пока я еле стояла на коленях, а он больно тянул меня за волосы. Отпустив их, рука Криса быстро скользнула к моему горлу и больно вцепилась в него, начав поднимать меня над полом. Воздуха стало не хватать из-за того, что он сдавливал моё горло, и было трудно дышать. Едкий дым от пламени, которого я уже успела надышаться, осложнял моё положение. Одной рукой я схватилась за руку Криса, пытаясь что-то сделать, но всё бесполезно.       Улыбка, больше похожая на оскал, с которой он смотрел на меня, выводила из себя. Сильнее сжимая свою руку, Крис поводил лезвием ножа у моего лица, провёл им по горлу, оставляя царапины, а затем остановился у грудной клетки. Пока он любовался моим страдальческим выражением лица, я смогла завести вторую за спину. Это мой единственный шанс, нельзя его упустить. — Думаю, теперь мы можем попрощаться, — заулыбался он, готовясь воткнуть нож мне в грудь, который уже сделал небольшую царапину.       Но его лицо сразу стало серьёзным и настороженным, когда он почувствовал прикосновение к телу чего-то металлического. Медленно опуская свой взгляд вниз и чуть наклонив голову, Крис увидел пистолет, который я держала в свободной руке, мой палец уже был на курке, готовый в любую секунду нажать на него. Он также медленно перевёл взгляд обратно на меня, и было заметно, что он не ожидал такого поворота событий. Расплывшись в довольной ухмылке, я сильнее прижала дуло пистолета к его груди. — Увидимся в Аду.       Выстрел, боль в грудной клетке от входящего в неё ножа, а дальше всё смутно и расплывчато, как в тумане. Его хватка тут же ослабла, он отпустил меня, и я упала на пол рядом с ним. Мы встретились взглядами, его глаза были мёртвыми, наполненные злобой и ненавистью, а в моих, должно быть, читалось сумасшествие. Я быстро начала терять сознание под внезапно появившиеся звуки сирен и крики людей, которых я уже не видела. В глазах всё почернело, и я отключилась.       Тьма. Непроглядная тьма. Всё черным черно. Вокруг лишь пустота. Где я? Куда я попала? Что это за странное место? Как будто в какой-то невесомости, но в тоже время я ощущаю что-то под ногами. Это всё очень странно. Я... Умерла?       Оглядываясь по сторонам, замечаю вдали какой-то свет, больше похожее на белое пятно. Это и есть тот самый свет в конце тоннеля? Даже не задумавшись о том, что стоит сейчас делать, ноги словно сами начинают вести меня к нему. Не знаю, что будет, если я достигну его, но пока не дойду не узнаю. С каждым шагом он становился всё ближе и ярче, и вот я, наконец, достигла его. В какой-то момент он ослепил меня, и вся чернота исчезла, как и я.       Мне холодно. Этот холод был не тот, что обычно чувствуешь, это могильный холод. Он пробирает до костей, от чего становится не по себе. Я нахожусь в небольшом полупустом помещении, где на большом столе лежит моё полностью обнажённое тело с кучей ран, порезов, синяков и других повреждений. Вокруг него кружат санитары, подобно коршунам, явно подготавливая труп к бальзамированию или кремации. Меня пробирает до дрожи, глядя на то, как они прикасаются к моему беззащитному мёртвому телу, трогают его везде, где только вздумается. Хочется броситься и забрать его, но я ничего не могу сделать, я просто застыла на месте, с ужасом наблюдая за этим. Неужели это и есть мой конец? Я просто умру, попаду в холодный морг, в котором по грязному полу бегают какие-то жуки и летают мухи, периодически садясь на труп, над моим телом будут издеваться врачи, после чего, может быть, подготовят его к похоронам, а потом бросят в ящик, называемый гробом, что закопают где-то глубоко под холодной землёй, где он сгниёт вместе с моим телом. — Нет, я не могу умереть, этого не должно быть, не должно! — кричу я словно в пустоту, срывая голос. Сердце бешено колотится, в висках пульсирует, я, задыхаясь то ли от гнева, то ли от отчаяния, смотрю, как врачи продолжают ходить вокруг моего тела.       Падаю на колени, схватившись за голову, закрываю глаза и резко открываю, а перед ними уже новая картина. Совсем другое помещение, чуть больше морга, в центре комнаты стоит каталка с гробом, ещё незнакомая мне машина больших размеров, занимающая часть комнаты. Поднявшись с колен, подхожу к каталке и заглядываю в гроб, больше похожий на большой контейнер, в котором лежу я, одетая в белое платье. Красивое.       В помещение заходит человек, вероятно санитар, и, быстро оглядев комнату своим холодным взглядом, который почти сразу упал на гроб, подошёл к ящику на каталке и подвёз его поближе к машине. Отойдя от него и приблизившись к ней, нажимает какие-то кнопки, и она открывает свою “пасть”, куда санитар поместил гроб с моим телом, перед этим закрыв его крышкой. Снова вернулся к машине и опять начал нажимать на что-то. Оторвав, наконец, от него взгляд, снова пробегаюсь глазами по комнате, после чего замечаю на открытой двери надпись «Крематорий» и, вздрогнув, посмотрела на машину, где уже начинало жариться моё тело, что превратится в никому ненужный пепел. Ещё несколько минут молчания и внезапно по комнате разносится душераздирающий крик, заставивший меня даже подпрыгнуть от неожиданности, который доносился из печи. Санитар даже не дрогнул, продолжая слушать вопли “мертвеца”, ожидая, когда я наконец перестану кричать и умру. Вскоре после того, как я замолчала, в комнату вбегает ещё один человек, набрасываясь на первого с вопросами о криках. — Врачебный недосмотр, — спокойно отвечает санитар, пожимая плечами и иногда оглядываясь в сторону печи. — Либо...       Так значит, я была ещё жива, а они сожгли меня? Просто взяли и сожгли, даже не пытаясь помочь? Но почему?! Из разговоров этих двоих я узнала, что вскрытие решили не делать, а значит, они не могли установить причину моей смерти, а без причины не факт, что человек ещё мёртв. Ещё узнала, что врачи были в курсе и обо мне, и о Крисе, и о том, что случилось, и решили, что проще будет убить меня, чем спасать, отправив без вскрытия в крематорий, чтобы избавиться от трупа, с которым им не хотелось возиться, а семье сказать, что тело не было найдено. От этих ужасных разговоров закружилась голова, ноги подкосило, и я снова падаю во тьму.       Внезапно открываю глаза, в которые тут же бьёт свет от яркой лампы. Когда было уже не так больно, я начала оглядываться: светлые стены, куча разнообразной аппаратуры, часть которой была подключена ко мне, окно, из которого хорошо видно тёмное небо, и прочая мелкая мебель. Лежу на мягкой кровати, перед глазами, словно кадры из кино, всплывают те самые картинки морга и крематория, где я была, от чего даже вздрогнула. Похоже, это был всего лишь обычный кошмар, который так долго не кончался, мучая меня.       Решаю приподняться, чтобы сесть и вновь осмотреться. Ничего особенного, самая обычная больничная палата. Чтобы убедиться, что и это мне тоже не снится, ущипнула себя за руку. Ничего не изменилось. Значит, я жива. С облегчением вздохнув, снова заваливаюсь на кровать от бессилия. Игре пришёл конец, последний круг Ада пройден, наконец-то настал покой. Тем не менее, мне больно. Очень больно. Ничего не чувствую, кроме боли. Она пронизывает всё моё хрупкое тело. Это ужасно. Но этой физической боли не сравниться с той дозой моральной боли, что я получила за всё это время.       Вскоре в палату вошло несколько врачей, тут же набросившихся на меня с расспросами о произошедшем. Я не стала рассказывать им много, лишь о том, как издевался надо мной Крис, больше ничего. Около получаса они беседовали со мной, в основном они спрашивали меня о моём состоянии и делали какие-то выводы, записывая их на листы бумаги или маленькие книжки, что принесли с собой. Как оказалось, моё состояние, по словам врачей, улучшилось с тех пор, как я оказалась тут. Тогда моё состояние было, мягко говоря, паршивым. Сейчас я и сама чувствую, что стало немного легче после той кровавой мясорубки, но мне ещё много времени предстоит провести в больнице до полного выздоровления, возможно, придётся перенести ряд операций. Таков был итог адской игры, из которой я вышла победителем, запачкав руки кровью. — А ведь могло бы быть и иначе, — тихо произнесла я вслух, когда врачи покинули палату, вспоминая свой кошмар. Вздохнув, я накрылась одеялом, повернувшись на правый бок, и закрыла глаза. Мне нужен был отдых, чтобы набраться сил, ведь на этом мои испытания не заканчиваются. Нет, это только начало, начало новых испытаний.       Прошло, немного-немало, два года. Я полностью излечилась от физических ран, оставленных тем событием, исключение составляют только пару психологических травм. За это время у меня часто происходили различные приступы и истерики, связанные с воспоминаниями о том ужасном времени. Я до сих пор наблюдаюсь у психиатра, но ни он, ни антидепрессанты, которые мне выписали, не помогают. В конечном итоге дорога осталась у меня одна.       Теперь меня каждый день окружают мягкие стены, крики психически больных людей из соседних комнат, ещё делают ежедневные уколы странных препаратов, от которых тело не слушается тебя, а разум затуманивается. Небольшая палата с белыми мягкими стенами и решётками на единственном маленьком окне, посреди которой одиноко стояла кровать — единственный предмет мебели здесь. Лёжа на ней, смотрю своими чёрными, ставшими будто мёртвыми, глазами в белоснежный потолок. Смирительная рубашка сковывает почти каждое моё движение, на лице кожаный намордник, для полной безопасности меня привязали матерчатыми ремнями к кровати, перед этим что-то вколов мне, из-за чего тело постепенно немело, становясь словно камень.       Я нахожусь тут уже полгода, постепенно привыкая к этим ужасным для адекватного человека условиям. Ни одно твоё действие не обходится без внимания кого-то из врачей или медсестёр, которые везде и всегда ходят с тобой. Двери в палату постоянно заперты, чтобы не было ни единой возможности выбраться из этой тюрьмы. За мной круглосуточно следят врачи медицинского поста из-за моей буйности. Чем больше они вкалывают в меня свои уколы, пичкают меня таблетками, тем меньше я сопротивляюсь. Препараты словно уничтожают мой разум. Уничтожают меня.          Это и есть мой конец. Или же?..