Правила игры

Как только Хейли произнесла эти слова, я смог заметить резкие перемены в ней. Радостная искра в глазах превратилась в ТУ самую грязь из моего сна. Лицо источало боль и ненависть. Расстройство и отчаяние. Голос начал дрожать, а ее огненно-рыжие волосы как будто перестали гореть ярким цветом. Мне казалось, что сейчас она умерла изнутри, вспоминая ту историю, которую хотела мне поведать. Я хотел ее обнять, но боялся, что если прикоснусь к ней, то грязь из ее глаз, наполнит мои легкие и я умру на полу в этой палате. Рядом с Хейли и Фрэнком. Очень странное, непреодолимое и до сих пор непонятное мне чувство. Мне никогда еще не было так больно смотреть на человека, которого я едва знаю. Но нас уже кое что связывало. Это был вчерашний вечер. Я знаю, что очнувшись в этой больнице, вместе с ними, я не вылезу из этого дерьма один. И неизвестно, выкарабкаюсь ли я вообще. Казалось, страх за столь короткое время успел стать постоянным моим спутником. Хейли дрожала. В глазах был страх. - Моего брата зовут Билли, - тихо продолжила она. - Мы познакомились на море, когда мне было пятнадцать, а ему шестнадцать. Наши родители развелись очень давно, и долгое время я даже не знала о его существовании. Я жила с мамой, он с папой. Мы случайно встретились на том курорте. Родители сразу начали флиртовать друг с другом, ну а я сдружилась с Билли. Правда, наша дружба длилась несколько дней от силы, после чего он... изнасиловал меня, - Хейли уже буквально рыдала, но все равно продолжала рассказывать, - потом родители снова поженились, и нам пришлось жить в одном доме всей семьей. Билли перестал ко мне лезть, но скоро я познакомилась с Лин, а та начала ходить ко мне в гости. Билли, естественно, видел ее, предлагал ей встречаться пару раз, и она согласилась. Я пыталась уговорить ее не встречаться с мои братцем, но она не слушала. В итоге, он стал часто подсовывать ей наркотики, чтобы потрахаться с ней, - Хейли скорчила гримасу отвращения, - слава Богу, у Лин хватило ума его бросить. Девушка явно была не в состоянии продолжать рассказ, поэтому я позвал медсестру, чтобы та помогла ей дойти до палаты. Сам я вновь почувствовал сильное головокружение и тошноту, поэтому решил не вставать с кровати без нужды. Фрэнка расспрашивать было бесполезно - каждый раз, когда я заводил разговор на "опасную" тему, он либо отворачивался к стене, либо просто претворялся спящим. По правде, подобное поведение меня жутко раздражало, потому что мой учитель вел себя как маленький ребенок. Через несколько дней меня выписали, и, несмотря на запреты, я решил посещать занятия. Как оказалось, Лин тоже ходила в школу, но вела себя очень странно - она будто и не знала о моем существовании, и учитывая то, что мы пережили, я не понимал такого поведения. Фрэнк все еще находился в больнице, из-за чего его уроки проводили другие преподаватели. Во время этих занятий я чувствовал себя разбитым. Учителя, казалось, не общались с классом, а бубнили заученный материал себе под нос. Поэтому, чтобы как-то себя занять, я стал наблюдать за Лин и Рэем. Больше всего меня удивляло то, что они вели себя так, будто ничего не случилось. Будто и не было тех выстрелов, криков и больницы. Я же почти каждую ночь просыпался в холодном поту из-за кошмаров, да еще и головная боль преследовала меня на протяжении нескольких недель. В глазах Лин и Рэя я не видел ни капли беспокойства, страха, или чего-то подобного. Нет, они продолжали спокойно жить дальше. А я не мог. После уроков я направился в больницу, что бы навестить своего препода. По пути я увидел Боба и Рэя. Они стояли с какими то мужиками и что то бурно обсуждали. Я не стал лезть и пошел дальше. В палату Фрэнка меня не пустили, ссылаясь на то, что он спал, но сказали, что завтра его должны выписать. Я решил не ждать пока он проснется и поплелся домой. Вдруг кто-то чуть не сбил меня с ног. Это была Лин. Я снял наушники и стал смотреть на нее в упор. - Уэй, ты оглох что ли? Я тебя с другого конца улицы зову. Ты сейчас куда? - Прости, я не слышал, - в знак оправдания я показал ей наушники, из которых все еще громыхала музыка, - я домой. А что? - Надо поговорить. Только не в людном месте. Может, пригласишь даму в ресторан? - хитро ухмыльнувшись, спросила Лин. - Эм.. ну ладно, - просто ответил я, ошеломленный резкой переменой отношения ко мне у этой девушки. Лин отвела меня в маленький ресторанчик, мимо которого я проходил каждый день, но почему-то не замечал. В итоге мы просидели там целый час, болтая о самых разных вещах. Я так и не понял, о чем именно она хотела со мной поговорить, но темы произошедшего в актовом зале мы не касались. По дороге домой у меня заметно поднялось настроение. Стыдно признаться, но я стал испытывать симпатию к этой девушке, несмотря на ее недавнюю выходку. Пройдя в дом, я обнаружил смятый листок на полу. Развернув его, я прочел криво написанное послание: "Не лезь не в свое дело. Иначе ты можешь потерять самое дорогое, что у тебя есть". Липкий страх вновь овладел моим существом. Дыхание сердцебиение участились. Я разорвал листок на тысячу маленьких кусочков и выбросил на крыльцо, после чего захлопнул дверь и опустился на пол, зажав голову руками и тщетно пытаясь успокоиться. ОНИ знают, кто я. ОНИ знают, где я живу. И ОНИ наверняка не отстанут. Только не теперь.