Брат моей девушки

       Что делать, если ты вдруг резко изменился? Если все ценности, которые раньше казались самыми важными, сейчас стали пустышками… Что если люди, которых ты считал самыми близкими, вдруг превращаются в чужих холодных незнакомцев? После произошедшего я окончательно убедился, что у меня появились чувства к новому для меня человеку. Сколько можно это отрицать, если моё тело говорит всё за меня? Каждый миллиметр моей кожи жаждал прикосновения сильных мужских рук. Мне хотелось снова ощутить манящий аромат мяты и карамели, исходящий от Мишеля.        Как странно… А ведь раньше я был ярым гомофобом, презирающим любое нарушение границ между двумя парнями. Так что изменилось сейчас? Почему одна чертова мысль об этом парне заставляет меня трепетать? Быть может гомофобы так ненавидят геев, потому что сами чувствуют в себе эти задатки? В любом случае, мне было стыдно. Стыдно перед самим собой за свою непостоянность, за то, что так быстро сменил приоритеты и даже не пытался отрицать это.       В тот вечер я больше не видел Мишеля. Парень просто ушёл в свою комнату, поставив меня в тупик. Я просто не понимал, играет ли он со мной или просто боится заходить дальше или, быть может, я всё себе придумал?        Вернувшись в дом, я первым делом отправился в душ и, что скрывать, первый раз в жизни дрочил, думая о парне. Признаться, наслаждения я получил больше, чем при сексе с любой девушкой. Вернувшись в комнату, я обнаружил Леру уже спящей. Девушка лежала в полупрозрачной шелковой пижаме. Раньше мне бы показалось это соблазнительным, но сейчас вызывало отвращение. Лера уже давно не заводила меня, страсть пропала ещё около года назад, когда наши отношения окончательно превратились в рутину. Я аккуратно лёг на край кровати, чтобы не разбудить её, мне не хотелось даже разговаривать с ней. Тем не менее, я не мог успокоиться. Первый раз в жизни я задумался о том, каково быть геем. Смог бы я трахнуть парня или позволил бы это сделать со мной? От таких мыслей мне было не по себе, но они просто преследовали меня. Я не собирался переступать эту черту и вообще надеялся, что мои чувства со временем угаснут, но я уже был на самой границе.       Утром я с опаской спустился на завтрак. Лера с братом уже накрыли стол на веранде, и мне оставалось только присоединиться к ним. Едва увидев Мишеля, я вспомнил все вчерашние впечатления и чувства. Как же мне было страшно увидеть его реакцию, но парень вёл себя спокойно, словно ничего не произошло. — Доброе утро. — как-то безразлично сказал он, ковыряясь в тарелке.       Дальше беседу продолжила Лера. Девушка жаловалась, что мы так долго играли, что она заснула от скуки. В этот момент я взглянул на парня и встретился с ним взглядами. Мишель смотрел словно с каким-то сожалением, не отводя глаз. Мне же стало не по себе и я отвернулся, услышав сразу после этого вздох парня. Я не понимал. А что если теперь он презирает меня? Что если хотел подшутить надо мной, но шутка вышла из-под контроля?        Ближе к полудню мы втроём пошли на речку. Расположились на небольшом пляже, рядом был мостик и тарзанка, которую сразу же опробовал брат девушки. Как же мне нравилась эта задорность и безрассудство в нём…        Лера купаться не любила, поэтому побыв в воде минут пять, вышла на берег загорать. Я же остался в воде вместе с Мишелем. В какой-то момент парень вдруг нырнул под воду. Я не придал этому значения, потому что он делал это постоянно, но в этот раз прошло уже достаточно времени, а парень так и не показался из воды. Я начал нервничать, панически оглядываясь вокруг себя. — Лер, ты видишь его? Он не выныривает! — позвал я девушку, но она даже не пошевелилась. — Мишель надолго задерживает дыхание, скоро появится.        Слова девушки меня ничуть не успокоили. Она ни капли не переживала и даже не смотрела в сторону воды. Я всё ещё оглядывался по сторонам, и вдруг прямо передо мной медленно показалась голова парня. Он подплыл ко мне так близко, что встав на ноги парень оказался ко мне лицом к лицу. Он просто встал передо мной, жадно хватая воздух и пронзительно смотря мне в глаза. Между нами было около сорока сантиметров, но я словно слышал, как часто бьется его сердце. — Нашлась пропажа? — спросила девушка, всё также не смотря в нашу сторону. — Всё в порядке, сестрёнка! — крикнул парень, резко прерывая зрительный контакт и выходя на берег.        Кто бы знал, как сильно билось моё собственное сердце в этот момент… Я просто лег на воду, смотря в небо. Что мне делать?       Мы были на речке ещё около двух часов. За это время мы ещё несколько раз искупались, Лера загорала, а я пару раз прыгнул с тарзанки. Мы почти не разговаривали. Лишь только Мишель иногда начинал что-то рассказывать, но его разговор лишь изредка поддерживала сестра. — Мне нравилось путешествовать. В каждой стране или городе тебя ждёт совершенно новая жизнь. — размышлял парень. — Ты снова куда-то уедешь? — вдруг спросил я, чем, несомненно, удивил парня. — Да, мне нужно заниматься тату-салоном, поэтому я вернусь в Норвегию.        От этого мне вдруг стало очень грустно. Кто знает, может, он уедет уже завтра или через пару дней, и я его больше никогда не увижу… — А что на счёт девушки? Ты не хочешь вернуть Веронику? — спросила Лера.       Вероника… От одного имени меня передёрнуло. Видимо, эта та девушка, чей портрет я рассматривал. Девушка… Конечно, Мишель издевается надо мной. Вряд-ли он променяет такую красивую девку на парня. С чего я вообще взял, что он гей? — Нет. С ней всё кончено. — ответил парень. Его слова смягчили мои бушующие эмоции. Я не стал оборачиваться, думаю, он специально наблюдал, как я отреагирую на его слова. Я не должен поддаваться ему, это может слишком дорого мне стоить.        Только сейчас я стал понимать, то поездка на дачу изначально была плохой идеей. Даже не считая возникших проблем между мной и Мишелем, нам попросту было скучно. Лера разговаривала с братом только из вежливости, девушка, конечно, пыталась наладить с ним отношения, но чувствовалось, как ей это трудно. Я же из-за сложившихся обстоятельств боялся оставаться с парнем наедине, а с Лерой мне тоже было неуютно. Только Мишель с виду вёл себя как обычно, но кто знает, что творится у него в голове.        В самое жаркое время дня мы просто разошлись по комнатам, а вечером запланировали затопить баню.        Делать было, действительно, нечего так, как ни телевизора, ни интернета тут не было. Лера увлеклась книгой, Мишель играл на гитаре, а я просто слонялся по дому и двору в поисках досуга. В конце концов, я нашел покой на качелях. Это были не обычные качели типа тонкой дощечки на двух цепях. Это были действительно большие деревянные качели ручной работы, на которых могли с лёгкостью поместиться два — три человека. Я просто сел на них, подобрав под себя ноги, и закрыл глаза. Мне стало хорошо. Я сидел так достаточно долго, пытаясь отдохнуть от навязчивых мыслей. Вдруг я почувствовал лёгкий толчок, от чего качели невольно набрали большую амплитуду. Я распахнул глаза. Передо мной стоял Мишель, он облокотившись на одну из опор, легонько раскачивал качели. — Эти качели сделал мой отец, когда мне было девять. Это был его последний подарок на мой День Рождения.        Я озадаченно посмотрел на парня. — Он погиб через пару месяцев, так и не увидев, кем вырос его сын. — Так разве Федор Александрович не твой отец? — Нет. У нас с Лерой разные отцы. Мать разошлась с моим папой, когда мне был всего год, на тот момент она уже была беременна Лерой от Фёдора. Отец всегда навещал меня, дарил подарки, да и вообще был хорошим папой.        Парень вдруг остановил качели и сел рядом со мной, смотря куда-то вдаль. — Фёдор как-то хотел их снести, но я отвоевал своё. — задумчиво произнес парень. — Почему? — Он ненавидел меня. — с грустью улыбнулся Мишель. — Я рад, что эта скотина подохла.        Федор Александрович действительно умер два года назад, и я помнил, как тяжело это перенесла Лера. Я плохо знал его, но один его внешний вид вызывал у меня неприязнь. Я хотел было задать Мишелю ещё вопрос, но он вдруг перевёл взгляд на меня, спутывая все мои мысли. — Пойдем приготовим что-нибудь? Я голоден.        Я не мог отказать ему. Уже через пятнадцать минут мы вместе возились на кухне, пытаясь придумать, что можно сделать. Мы купили не так много продуктов с собой, в основном это была лёгкая еда, которую выбрала Лера, но потом Мишель достал из морозилки пачку пельменей, которые мы вскоре отварили и пожарили. Всё это время мне было неуютно. Парень вёл себя, как ни в чем не бывало, он снова смеялся и рассказывал что-то, но я не мог общаться так же открыто и дружелюбно. Все мои ответы были коротки и ясны. Я старался не смотреть на него и держаться на расстоянии. Мишель несомненно заметил это, когда нечаянно задел меня за руку, и я испуганно отдёрнул её. Он ничего не сказал, а лишь отошёл дальше.        Мы затопили баню, но готова она была лишь к девяти вечера. К этому времени мы накрыли в предбаннике стол. У нас был настоящий пир для любителей чего-то вредного: пиво, чипсы, сухарики, сушёная рыба, соленый арахис и самое главное — вареные раки. — Ну, что… За встречу и за хороший отдых! — радостно провозгласил первый тост Мишель.        С помощью алкоголя обстановка значительно разрядилась. На всеобщее удивление Лера сегодня пила достаточно много, даже не причитая, какой урон алкоголь наносит организму. Буквально с двух кружек девушка перешла грань занудной барышни и наконец стала смеяться и веселиться. Мишель пил немного и его состояние в принципе не менялось, потому что он всегда был весёлым. Я тоже вроде расслабился, но всё же был настороже. Меня успокаивало то, что парень понял, что ставит меня в неловкое положение, и больше не лезет ко мне. Мы несколько раз ходили в парилку. Это было весело. Лера постоянно хотела нас попарить, пытаясь сорвать с меня простыню, в которую я был обернут. Хватая веники, девушка начинала нелепо хлестать меня по спине, вызывая у Мишеля дикий смех.        Уже была ночь, а мы всё не унимались. Алкоголь кончился, как и силы. Мы последний раз зашли в парилку, перед завершением посиделок. — Я что-то больше не хочу. Устала. — пролепетала Лера и вышла, спотыкаясь о свои собственные ноги.        Мы остались с Мишелем наедине, и это вдруг стало снова меня напрягать. Пугало то, что мы были наедине и практически раздеты. Тонкие простыни, которые едва скрывали наготу, немного просвечивали, смущая меня. Я хотел уйти, но парень меня остановил. — Куда ты? Посиди ещё немного. Не хочу сидеть один.        Я вернулся в прежнее положение. Повисла тишина, лишь наше дыхание и шум печки заполняли пространство. — Я хотел извиниться… — вдруг начал парень. — Я должен лучше контролировать свои эмоции.        Я растерялся. Единственное, что пришло мне в голову, так это притвориться дурачком. — Ты про что? Я не понимаю о чём ты. — я натянуто улыбнулся, удивлённо взглянув на него для убедительности.        Парень опустил взгляд куда-то в пол, а на его лице появилась досадная улыбка. Я уже обрадовался, что смог уйти от темы, но вдруг Мишель снова посмотрел мне в глаза, словно готовясь к рывку. — Ты же понимаешь о чём я… — Нет. — испуганно сорвалось с моих губ. — Об этом. — вдруг рука парня легла мне на пах, обхватывая мой член через простынь.        Это произошло так быстро и неожиданно, что я ахнул. Только сейчас я понял, что всё это время мой пенис был твердый. Чёрт…        Ещё секунда и ладонь парня отпускает мой орган, быстро проникает под тонкую материю и снова обхватывает его, на этот раз контактируя с возбуждённой плотью.        Внутри меня словно что-то вспыхнуло. Возбуждение нахлынуло, затрагивая каждую мою клеточку и полностью отключая мозг. Мне нравилось чувствовать его горячую мокрую ладонь на себе. И вся эта атмосфера… Тело словно горело от чувств, а не от обжигающего воздуха.       Мишель несколько секунд смотрел мне в глаза, а потом его вторая рука нежно коснулась моего подбородка, притягивая меня к нему. Наши губы вдруг столкнулись в горячем, в прямом смысле, поцелуе. Язык парня так стремительно и нагло ворвался в мой рот, что я непроизвольно издал звонкий всхлип. Но я был не против, моё тело с того момента, как он прикоснулся ко мне, было согласно на всё. Мне хотелось принадлежать ему, хотелось быть игрушкой в его руках, лишь бы всё это не кончалось. Рука парня плавно двигалась вдоль моего пениса, вызывая у меня непроизвольные судороги. Мишель почти не отрывался от моих губ, лишь изредка давая мне возможность вдыхать новую порцию воздуха. Его вторая ладонь блуждала у меня в волосах, а иногда переходила на мою талию, притягивая меня ближе к нему.       Мне хватило нескольких минут, чтобы окончательно проиграть в этом сражении. Я громко застонал, когда сперма стала стремительно вырываться наружу. Мишель впился в мой рот сильнее, что подавить эти звуки, но вряд-ли у него, что-то получалось. Ещё минуты две я приходил в себя, пока мою нижнюю часть тела преследовали судороги от столь сильного оргазма. Мишель уже более расслаблено что-то мурлыкал мне на ухо, иногда оставляя мягкие поцелуи на моей шее. От произошедшего кружилась голова, а в глазах темнело. От высокой температуры я всё не мог прийти в себя. — Нам нужно на воздух… — словно прочитал мои мысли парень.        Перед возвращением в предбанник, я боялся, что Лера поймет, что произошло, поэтому я долго стоял у двери, не решаясь выйти. В конце концов, Мишель сам толкнул дверь, буквально выталкивая меня.       Я боялся абсолютно всего. Вдруг Лера заметит, что оба возбуждены или, что прерывисто дышим или волнуемся? Но увидев девушку, буквально лежащую на столе, мне стало легче. Лера заснула, не стоило ей так много пить. — Лер, вставай… Пойдем в дом. — я аккуратно подхватил её на руки.       Пьяное тело даже не пришло в себя. Девушка лишь что-то бубнила себе под нос. Я положил её на кровать и едва успел выйти за дверь, как оказался прижатым к стене. Мишель так неожиданно и резко накинулся на меня, что я немного стукнулся головой о стену. Наши языки моментально сплелись в одно целое. — Я не хочу чтобы она услышала… — тихо прошептал я.       Мишель оторвался от меня с какой-то досадой. — Прости. Я не должен принуждать тебя. — тело парня вдруг отдалилось от меня, словно он вообще собирался уйти. Я схватил его за руку и потянул обратно. В глазах парня появилась искра нежности и признательности. — Это какое-то безумие… — я аккуратно прошел костяшками пальцев по его слегка небритой щеке. — Хочешь ещё большее безумие?        Мишель вдруг потянул меня за руку, направляясь к выходу. Уже скоро мы покинули двор и мчались по темной улице к реке. — Нам стоит охладиться. — в этот момент парень перешёл на бег, и я последовал его примеру. Мы словно малые дети неслись сломя голову. Моя простыня уже давно слетела с моих бедер, и я бежал по ночной мгле совершенно нагой. Лишь луна освещала нам дорогу, а сверчки словно призывали к любви.       С брызгами Мишель забежал в речку. Я остановился у самого порога воды и медленными шагами начал погружение. В этот момент Мишель смотрел на моё тело, и мне первый раз это было так приятно. Мишель подплыл ко мне, его руки нежно оплели мою талию, прижимая к мокрому торсу. Вода, на удивление, была очень тёплая и даже не приносила должного охлаждения. Хотя разве сейчас я должен думать о воде?       Я едва отдавал себе отчёт в том, что я делаю. Обхватив парня ногами, я повис на нём, целуя каждый миллиметр его шеи. От влаги запах парня казался ещё сильнее. Сладкий манящий, но в то же время свежий и бодрый аромат… Мишель вдруг, крепче подхватив меня под бедра, стал медленно выходить из реки. Пройдя так несколько метров, он аккуратно положил меня на спину и навис надо мной. — Какой же ты красивый… — совсем тихо прошептал он.        Я прильнул к его губам, блуждая ладонями по широкой спине. Я был готов на всё. Все мои предрассудки испарились, в голове не было ничего кроме страсти и безумной тяги к нему, но парень вдруг отстранился от моих губ и лег рядом на спину. — Ты не хочешь меня? — взволнованно спросил я, когда увидел, что лицо парня стало каким-то хмурым. — Хочу… — Но тогда я не понимаю… — Я безумно хочу тебя… Просто… Я чувствую вину. Вину, что принудил тебя, что из-за меня испортятся твои отношения с Лерой. Если она узнает, то больше никогда не простит меня. Я лишь только запутал и тебя, и себя. — Ты не прав… Мои отношения с Лерой давно зашли в тупик, а ты лишь дал мне это понять. То, что я испытываю к тебе не сравнится ни с чем… — я склонился над парнем касаясь его губ, но давая ему возможность самому начать поцелуй. Как только Мишель откликнулся, моя рука интуитивно легла на его пенис, который, к слову, уже давно стоял, как кол. Он был большой. На пару сантиметров больше моего, а также более толстый и изогнутый.        От моего прикосновения парень застонал, видимо, возбуждение уже давно раздирало его на части. Я аккуратно двигал ладонью вдоль органа. Делал я это неумело, но судя по тому, что из головки уже выделялась жидкость, у меня получалось не так плохо. Выделений было так много, что рука с лёгкостью скользила туда-сюда. В лунном свете пенис блестел, словно, приманивая меня ближе. И я сделал это. Мои губы обхватили сначала самый кончик головки, пробуя её на вкус, а потом медленно стали поглощать всё больше и больше плоти. Мишель зарычал, схватив рукой мои волосы. Это только возбудило меня, и я стал более интенсивно работать ротиком, вбирая в себя член по самые яйца. Иногда я чувствовал неприятное ощущение в горле, когда член заходил слишком глубоко, но старался терпеть ради Мишеля. К слову, тот всё сильнее сжимал мои волосы, направляя меня. Ещё несколько движений и парень двинул бедрами навстречу моему рту и вогнал член так глубоко, что я застонал. По горлу потекла горячая жидкость, мне не было противно. Сперма была достаточно приятная на вкус, хотя мне не с чем было сравнивать. — Ты зря дал мне кончить так рано… Это ещё не всё… — шептал парень, выравнивая дыхание. — Я знаю. — я перекинул ногу через парня и сел рядом с его членом, который, кстати, никапли не обмяг.       Мишель протянул руку к моему пенису и нежно помассировал головку. Я ахнул. За это время я уже изнемогал от очередной эрекции. Но Мишель не спешил, он словно дразнил меня, играясь с моим членом, как кошка с мышкой. Он то мял его, то прислонял к своему, то играл с моими яйцами. Наконец парень приподнялся, обхватив меня за зад, нежно раздвигая мои булки. — Ты точно уверен? — Ты ещё сомневаешься?       Мишель довольно расплылся в улыбке и стал массировать мой анус. Я чувствовал, как его скользкий палец медленно раздвигает стенки прохода, проникая все глубже и глубже. Я испытывал странные ощущения, но мне было приятно, особенно, когда палец начал двигаться во мне. — Какой ты чувствительный. — как-то зловеще улыбнулся парень и ввел в меня второй палец. В этот момент я ахнул. Это было неожиданно и немного некомфортно, но всё же пугающе приятно. Мишель со временем стал двигать пальцами быстрее, всё более чаще задевая внутри меня самую чувствительную точку, иногда он немного раздвигал пальцы, растягивая меня. Третий палец вошёл в меня не так скоро, и я почти не почувствовал изменений. — Теперь ты… — тихо сказал я, целуя шею парня.        Снова хитрая ухмылка на его лице, которую прежде я бы принял за издевательство, но ему просто льстило, что я так сильно хочу его.        Пальцы моментально покинули мой задний проход, а его место занял настоящий инструмент. Мишель входил в меня медленно, но всё же мне было немного больно. Его член сильно отличался в толщине, и мне надо было привыкнуть к нему. В конце концов, он был во мне. Мы замерли на какое-то время. Мишель словно сам давал мне возможность начать. Я медленно приподнялся, а затем снова опустился на член до упора. Это пока приносило дискомфорт, но я уже чувствовал отголоски наслаждения. Ещё несколько подобных движений и мне стало легче. Мишель, поняв это, тоже стал двигаться мне навстречу. Его руки обхватывали мою талию, спину, блуждали около ореолов моих сосков, дразня меня. Мне нравилось ощущать его губы и обжигающее дыхание на шее, когда его щека немного щекотала меня, а темные пряди волос лезли в лицо. Также мне нравилось ощущать его внутри себя. Одна мысль о том, что он находится так глубоко, затрагивая район пупка, доставляла мне ещё большее удовольствие. Я буквально скакал на парне. Мишель начинал тихо постанывать, всё крепче сжимая мои бёдра. Неожиданно он перевернул меня, повалив животом на траву и резким толчком ворвался в меня, заставляя громко стонать. — Сильнее… — прохрипел я.        Мой зад в момент попал под атаку. Мишель начал с такой силой входить в меня, что по берегу стали разноситься звонкие хлопки. Я не мог сдерживать крики, мне было так хорошо, что было плевать, если нас кто-то увидит или услышит. Пальцы Мишеля сильно впивались в мои бедра, направляя их ближе к нему. Я уже изнемогал. Моё тело начало сводить судорогой, я застонал ещё громче, обильно кончая на траву под собой. Мишель кончил через несколько секунд прямо в меня, после чего упал рядом, притягивая меня ближе.       Время шло, а мы всё валялись. Я лежал у парня на груди, нежно водя пальцами по его животу. Мишель, щекоча гладил меня ладонью по спине. Мне не хотелось уходить и прерывать это блаженство. Я бы мог вечно лежать с ним под этим звёздным небом.