То, что мы не видели

Им оставалось пробыть во Флоравии всего несколько дней. Королева Амелия настаивала на том, что Барби, по крайней мере, получит шанс провести настоящий отпуск и повеселиться со своими друзьями после беспорядочной смены принцессы и непредвиденных осложнений ее коронации. Поэтому, пока новоиспеченный монарх разбирался с последствиями ареста членов королевской семьи другой страны, Барби и ее друзья искали новые приключения. Они гуляли по красивым лесам, купались в подземном озере, учились местным народным танцам и катались на лучших дворцовых лошадях на королевской конюшне.    Кен был счастлив видеть, что Барби делает перерыв, оставляя свою камеру выключенной, просто живя в данный момент, не пытаясь документировать каждую секунду для социальных сетей. Он был счастлив видеть ее счастливой. Но он не мог избавиться от чувства разочарования, поскольку дни шли, а у него все еще не было ни единого шанса поговорить со своей лучшей подругой наедине. Она всегда была окружена людьми. Их друзья, дворцовый персонал, возбужденные поклонники или сама королева. Он пообещал себе, что поговорит с ней до конца их путешествия, а время поджимало. Это делало их приключения чуть менее приятными.    По ночам, когда все ложились спать и дневной шум утихал, Кен часто лежал без сна, уставившись в потолок, его мысли были слишком заняты, чтобы отдыхать. Может быть, ему следовало просто сказать это. Прямо там, на коронации. Он почти сделал это. Но там было так много людей, что любой посторонний мог подслушать. Кен хотел, чтобы Барби была первой, кто услышит его признание. Она была его лучшей подругой с незапамятных времен. Они знали друг друга вдоль и поперек. Но в то же время он боялся потерять ее, боялся, что его признание повлияет на их дружбу и все будет уже не так, как прежде. Он ворочался с боку на бок, снова и снова представляя себе разные сценарии, пока усталость наконец не позволяла ему уснуть.   Им оставалось пробыть во Флоравии всего несколько дней. Скоро ему придется это сказать. Три слова, которые были так просты, но несли в себе столько веса. "Я люблю тебя." *** Спустя день компания сидела в комнате королевы вместе с самой Амелией и обсуждала какие-то интересные вещи, моду, архитектуру и культуру Флоравии. Барби тоскливо разглядывала потолок, краем уха слушая болтовню подруг. На душе тяжелым камнем висел вопрос о том, в чём же ей тогда хотел признаться Кен. Её рука лежала на его голове и легко ворошила его мягкие волосы, отчего глаза парня периодически блаженно закрывались, а по лицу расползалась довольная улыбка. Сам сёрфер же сейчас сидел по-турецки, облокотившись плечом о ручку кресла, на котором расположилась Робертс. Кен отстранённо слушал рассказы девушек, задумавшись о своём. На душе неприятным осадком плескалась частичка злости на самого себя и лишь нежная ласка, окутывающая и лелеющая его волосы заставляла позабыть о проблемах хотя бы на какое-то время. Наконец решившись, он глубоко вдохнул и взял в свою широкую ладонь тонкую кисть Барби, что гладила его голову, а затем прошептал: - Мы можем поговорить минутку? Снаружи, наедине? Барби посмотрела на него, затем на подруг. Слегка удивившись, Робертс кивнула, а затем тихо встала с кресла и осторожно вышла из покоев теперь уже королевы, постаравшись не заскрипеть массивной дверью. Кен последовал за ней. Как только эти двое покинули комнату, подруги весело захихикали, определенно заметив, что они слиняли. Амелия, лежавшая на кровати на животе уткнулась лицом в локти, приглушенно хохоча. - Я не люблю лезть не в своё дело, - она наконец подняла голову на смеющихся девушек, продолжая улыбаться, - но чёрт, кто-нибудь ещё кроме меня шипперит их? Услышав её реплику, компания тут же громогласно ответила, продолжая весело хохотать: "МЫ!" Азиатка, на плече которой лежала темнокожая Никки, довольно улыбнулась, в своей манере проговорив: - Надеюсь, они пошли целоваться. И надеюсь, куда-то в не слишком замкнутое пространство! - на этих словах на Рене лукаво уставились четыре пары глаз, - Что? Девушки лишь вновь засмеялись, начиная ждать, пока пройдёт достаточно времени с того момента, как эти двое удалились из комнаты. Пара тем временем прошла по коридору к большому балкону, с которого открывался вид на королевский сад. Было все еще дождливо и серо, но Кену стало жарко. Его сердце бешено колотилось. Он сунул руки в карманы, чтобы они не дрожали. Когда они подошли ближе к перилам, Барби прислонилась к мраморной колонне и выжидающе посмотрела на него. Она не спрашивала и не торопила его, терпеливая и добрая, как всегда. Кен посмотрел на неё, позволяя чувству доверия захлестнуть его. - Итак ... э-э ... я хотел поговорить с тобой кое о чем. - Блондин облизнул вдруг пересохшие от волнения губы, посмотрев сверху вниз на стоящую рядом девушку - у него перехватило дыхание, - Это действительно очень важно... Для нас обоих... Для меня. - Я заметила, что ты ведешь себя немного ... по-другому в последние недели, но я не хотела совать нос не в свое дело, - Барби стиснула руки, будто сдерживаясь, чтобы не потянуться к нему, - Все в порядке? - Я в порядке! Я имею в виду, всё в порядке, я надеюсь, это не ... - Кен провел рукой по волосам. Они были влажными от мягкого моросящего дождя. Он вдруг понадеялся, что у него действительно достаточно сильный иммунитет, чтобы не заболеть. - Эй, - Барби подошла ближе и положила руку ему на плечо, - Ты уверен, что с тобой все в порядке? - Я... Я... Да! Просто... Боже! - его тряхнуло крупной дрожью и от этого он едва не задохнулся, - Барби. Она внимательно смотрела на него, наблюдая за ним и прекрасно видя волнение парня, отчего собственные ладони слегка потели. Кен взял в свои руки аккуратные ладони собеседницы, серьёзно смотря на неё. - Барби... Я... - он чуть сжал её кисти в своих, пытаясь отогнать тревожность, - Я люблю тебя. И я не хочу потерять тебя, если ты не примешь мои чувства... Последовавшее за этим молчание показалось ему вечностью. Блондинка отдернула руку и прикрыла рот в беззвучном “о!”. Она в шоке уставилась на него. Сердце забилось в бешеном темпе. Румянец покрыл её щеки. Руки затряслись от переполняющих её эмоций и Барби прикрыла рот ладонями, почти со слезами на глазах смотря на него. Эмоции переполняли её и девушка едва не задыхалась от затопившей её нежности. Спасатель затаил дыхание, его грудь сжалась, когда тяжесть его слов легла между ними. Внезапно Барби прыгнула вперёд и заключила его в крепкие объятия, которые разрушили напряжение между ними и принесли волну приятного облегчения. Он обернул руки вокруг её талии, зарывшись лицом в её волосы и вдыхая родной аромат. - О, Кен! - Прошептала Барби, уткнувшись носом ему в шею. - Ты никогда не потеряешь меня! Она крепко держала его, пока они оба восстанавливали дыхание. Интересно, чувствовала ли она, как колотится его сердце? Она держала его, пока их обоих не перестало трясти. Затем она отстранилась и посмотрела на него. - Я тоже люблю тебя, и это никогда не изменится. Кен тепло улыбнулся, прикрывая глаза и сквозь ресницы наблюдая за девушкой, на лице которой расцвела нежная улыбка. - Могу я поцеловать тебя, Барби? - он посмотрел ей в глаза, чуть прикусив губу от глупости своего вопроса, и ожидая её реакции, нерешительно отведя взгляд в сторону, - Всмысле... Можно? Все ещё держа руки на его плечах, она привстала на носочки, ласково касаясь чуть щетинистой щеки губами и оставляя на ней горящий след светло-розовой помады. - Можно. Первые пару секунд после этого слова Карсон осоловело таращился на неё. Отойдя от шока, он осторожно коснулся её виска, убирая мешавшую прядь ей за ухо и заставив сердце девушки сделать высокий кульбит. Его взгляд излучал нежность, ту, которая всегда появлялась в его сердце, когда он смотрел на блондинку. Не удержавшись, Робертс первая потянулась к нему, встав на носочки и трепетно коснувшись нежных уст возлюбленного. Он с удовольствием ответил, касаясь языком её нижней губы и прижимая к своему крепкому телу своё самое дорогое сокровище, обняв девушку руками за талию. Оказавшись прижатой вплотную к сильному торсу, она обняла его за шею, аккуратно зарываясь ладонью в его волосы. Как только они с тихим причмокиванием отстранились друг от друга, Кен едва успел приоткрыть глаза, как Барби тут же переняла инициативу на себя, снова утягивая его в поцелуй и становясь главной в пламенном танце их губ. Её напор удивил Карсона, но он все же решил поддаться искушению, в которое его затягивали сладкие, манящие уста возлюбленной, что сейчас нагло ласкали его собственные. Сердце колотилось так, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Он обхватил ладонями её бедра, подтягивая её вверх, на что она податливо подпрыгнула, обвивая ногами пояс блондина. Оказавшись на его руках, девушка лишь прижалась ближе, прямо вплотную, грудью к груди. Парень поддерживал её за ноги, легко удерживая тело возлюбленной в воздухе. Когда они наконец оторвались друг от друга, их губы непривычно припухли. Барби смущенно прижалась виском к плечу Кена, прикрывая глаза. Щеки горели. Сам парень был невероятно доволен, держа её на руках. Само только присутствие девушки рядом делало его счастливым, но то, что сейчас она так самозабвенно целовала его, поднимало его настроение в разы. Они не знали, сколько простояли так, просто наслаждаясь друг другом. Однако, им всё же пришлось оторваться друг от друга и постараться объяснить своим шокированным подругам то, что они сейчас увидели. Заметив девушек, что с шипперскими улыбочками наблюдали за данной картиной, пара уставилась на них, не находя слов, чтобы что-то сказать. Барби смущенно спрятала своё лицо на груди парня, скрыв ото всёх свои красные щеки. Аккуратно поставив все ещё сидевшую до этого момента на его руках девушку на мраморный пол, он переместил руки на её талию, а затем, мило улыбнувшись, пожал плечами в сторону девушек, мол, "это само как-то получилось". Амелия, стоявшая около одной из колонн, добро улыбнулась, а затем, что-то тихо сказала подругам и те поспешно удалились шипперить их дальше, а Барби с Кеном остались на балконе, продолжая наслаждаться объятиями друг друга. Этот день стал одним из самых важных дней в их жизнях. Им оставалось пробыть во Флоравии всего несколько дней. Теперь они были вместе и знали, что их любовь взаимна, а остальное не имело значения.