Смерть в черной дыре

      Оби-ван замер на кровати пытаясь не сбиться с глубокого дыхания. В тишине кто-то был. Ничего не шуршало, не двигалось, не дышало. За границами маленькой комнатки его окружало огромное покинутое и тихое пространство. Не было слышно ничего. Ничего кроме безмолвного чужого присутствия. Прямо здесь. Внутри. Нет. Не чужого. Знакомого. Обеспокоенного и одновременно смущенного. Оби-ван нахмурился и открыл глаза. Темно. Сила, хоть глаза выкалывай.       Перевернулся на спину и уставился в потолок. Присутствие оживилось, и кажется, стало еще более обеспокоенным и смущенным. Собственное лицо чувствовалось опухшим. Губы будто склеились и разорвать их казалось непосильной задачей. Левая нога до колена затекла. В черепе звенели отголоски недавней головной боли. Отвратительно.       Вверху медленно разгорались реагирующие на движение лампы. Оби-ван, с трудом оторвав тяжелое тело от кровати, сел, и вовремя спохватившись, впихнул ступни сразу в сапоги. Пол здесь ледяной. Где здесь?       Оперся локтем о бедро и другой рукой стал массировать затекшую ногу морщась от покалывания. Нижняя туника перекрутилась вокруг талии и сползла с плеча, сковывая движения, а туника Энакина, все еще валялась темным комком у контейнера. Моя каюта. - Вы в как? - Оба слегка дернулись от звука. Голос, слишком громким для окружающей тишины, гулким эхом разнесся по пространству. Кеноби, все еще одутловатый и напряженный, посмотрел на торгуту. Асока, подавшись чуть вперед, скрестив руки и ноги, стояла прислонившись спиной к стене. Выход в коридор рядом с ней зиял темнотой в тусклом свете каюты. Оби-ван перестал массировать ногу. Похоже я проспал разгрузку. - Будильник не прозвенел. - губы, оказалось, разлепить было легче, чем признать свой промах при падаване. Асока усмехнувшись откинулась назад. Восприятие наконец начало реагировать на команды. - Или, вы его не поставили. - Оби-ван зарылся рукой в волосы и слегка потянул. Присутствие все еще было обеспокоенным. За границами остывающего безмолвия кипела разноголосая масса разумных. - Честно говоря, когда Коди, просканировав, сказал что на Переговорщике остались разумные формы жизни.- Асока весело фыркнула. - Не вас я ожидала застать. Думала может боец какой проспал подъем, или на крайняк у нас самовольный пассажир. -Присутствие резко стало нерешительным. - Вы же. Не ранены? - Восприятие нервно скомкалось до границ небольшой каюты-коробки стоило только случайно наткнуться на сенат и идущую там пылкую дискуссию. - Нет, нет. Я в порядке.- Кеноби быстро оделся, скрывая неловкость и рассеянность за привычными движениями пальцев, закрепил пояс с мечом, подтянул рукава до локтей и пошел умываться. Эхо от его шагов разошлось по каюте и поскало дальше в каридор. Зашумела вода. Оби-ван намылил и ополоснул руки один раз, другой, третий, четвёртый, наконец вспомнил о лице.. - Энакин говорит что по количеству слов "нет" в предложении можно определить степень погруженности шила не дающего вам просто по человечески принять помощь, или хотя бы признать наличие необходимости в ней. Это цитата. - Оби-ван застыл смотря на своего двойника глупо хлопающего на него глазами из отражения в зеркале. - Присутствие резко разволновалось и смутилось еще больше. - Извините. Это было. Грубо. Простите. - Торгута оторвалась от стены и направилась к темному комку у контейнера. Оби-ван поглядел на ее передвижения через зеркало, в пятый раз натирая руки и промывая их под водой. Асока удрученно шлепнулась на пол рядом с комком и подняла его. Встряхнула. Принялась складывать. Резко застыла осторожно принюхавшись. Разложила тунику и встряхнула за плечики. - Это что. Нижняя туника Энакина? - Оби-ван замер с вновь до локтей намыленными руками. Неслышно вздохнул. - Да, это она. - А-А что она здесь делает.- Присутствие охватило резкое осознание, потом неверие, и в конце, добило тонной яркого смущения. Промолчи. промолчи, промолчи, пожалуйста. Не будь Асокой Тано, будь кем-то еще. Сила. - Вы. Что. - Падаван скептически воззрилась на ворот туники. - Вы. Ну. Гм.- Оби-ван мысленно встал в стойку соресу. Встряхнул головой прогоняя образ. - Честно говоря, легче дать тебе считать что мы спим с друг другом, чем признаться в том, как на самом деле она здесь оказалась. - Асока отмерла. - Правда? И как же? - Мы. Решили расслабиться после боя, - торгута снова слегка напряглась. - и купили бутылку горячительного. Не одну. И решили сыграть в саббак. - Вы на раздевание что ли играли? - ДА. То есть. Дыши глубже. На кону твоя честь. - Нет, не на раздевание. Погружение. - Мы играли. И как-то так получилось. Смутно помню как мы к этому пришли. Но мы поспорили о том. Кто сможет дотянуться кончиком языка до своего соска. - Асока большими глазами уставилась на напряженную спину непривычно заспанного, помятого и медлительного Учителя своего Учителя. Оби-ван же недоуменно уставился на свое опухшее отражение.

***

      Быстрые шаги гулко и непозволительно громко разносились эхом по пустым коридорам. Как-то повлиять на этот шум не было ни возможности, ни времени, хотя паранойя чуть ли не сереной выла, прося быть тише. Коммандер задержалась там слишком долго. Не стоило ее одну отпускать. Что если ее взяли в заложники. Коди ускорился и при этом стал стараться ступать еще тише. Ожидать нужно чего угодно. Еще два поворота и буду в нужном коридоре. Коди остановился. Быстро вытащил ноги из берцев. В одних портянках, одновременно глуша щелчок предохранителя бластера, бесшумно преодолел еще один поворот. Концы металлической молнии на гражданской куртке тихо стукнулись. Боец замер. Стал слышен хриплый мужской голос и шум льющейся воды. Коди неосознанно усилил хватку на бластере. Подкрался еще ближе. Голос затих.       Боец уже был на пути к островку тусклого света бившего из каюты Генерала Кеноби, как вдруг, услышал поначалу тихий, а потом усиливающийся, смех Коммандера Тано. За ним послышался узнаваемый, гулкий в пустых коридорах, смех Генерала Кеноби. Коди замер. Постоял в нерешительности. Ослабил хватку на бластере. Слегка шаркая по полу размотавшейся портянкой на правой ноге настороженно заглянул в каюту. Там торгута, сидя на полу, и Магистр Кеноби, судорожно хватавшийся за раковину, заливисто над чем-то ржали. Коди в проёме смущенно почесал затылок.

***

      Отсмеявшись Оби-ван повернулся и с лучиками веселых морщинок в уголках глаз произнес: - Только не делись этим. Тебе все равно никто не поверит. - Асока прыснула. - Зато у меня появилась еще одна тема для подколок. - В проеме мялось новоприбывшее знакомое присутствие. - Даааа. Предчувствую Энакин за это мне спасибо не скажет. - Оби-ван тепло улыбнулся в ответ на клыкастый, но не менее теплый оскал торгуты.