Кто сказал, что крысы не умеют рисовать?

- Тсуму, что ты делаешь? - Баа, это же очевидно, нет? Я рисую. Осаму бросил озадаченный взгляд на своего брата. Ему пришлось обыскать весь дом, прежде чем найти блондина. Атсуму сидел на полу, согнувшись в три погибели над листом бумаги и вырисовывал каракули. Он подошел чуть ближе. - О, да? И с каких пор у тебя есть художественный талант? Атсуму резко сморщился, на его лице появилось возмущенное выражение. - Возможно он был с рождения, но ты просто не знал! Кроме того, это даже не твоё дело!- ответил блондин сухим тоном, наклонившись, чтобы продолжить свой рисунок. Честно говоря, Осаму был уверен, что узнал бы раньше, будь Ацуму хорош в искусстве. Они проводили буквально всё своё время вместе, и его близнец никогда не проявлял интерес к такого рода практике. Иначе он бы заметил, и они оба прекрасно знали об этом. Осаму пожал плечами, ухмыльнувшись, - недавнее увлечение, значит. Талант так внезапно всплыл? -Верно, верно... - отрезал Атсуму, гораздо громче, чем нужно. Нападающий сдержанно посмеялся, и решил сесть на диван, поближе к Атсуму, наблюдая за ним. Его глаза задержались на лице брата, который был слишком сосредоточен на своей работе, не замечая ничего вокруг себя. Брови нахмурены, взгляд прикован к рисунку ниже. Это придавало ему подозрительно серьезный вид, не соответствующий обычному образу, который демонстрирует Атсуму. Пока его близнец рисовал, Осаму продолжал тщательно наблюдать. Его взгляд быстро пробежал по щекам, затем на слегка вздёрнутый из-за усилий нос. Он задержался на приоткрытых губах, откуда торчал маленький кончик языка, делая розовые губы прелестно блестящими. Осаму приходилось сдерживаться, чтобы не схватить его за воротник рубашки и не поцеловать. Да, он был таким жестоким, но никто никогда не сможет упрекнуть его за то, что он не контролировал себя. Его улыбка расширилась, стоило ему услышать странные звуки, издаваемые блондином во время работы - череду тихих ворчаний и вздохов нетерпения, прерываемые хрустом пальцев.        Осаму слегка кашлянул, чтобы привлечь его внимание. - И что именно ты рисуешь? Атсуму ненадолго поднял взгляд, чтобы посмотреть на него, а затем вернулся к своей работе. - Тебя. Это было сказано так тихо, что Осаму был уверен, что ослышался. - Что? - Тебя. Я рисую тебя, - повторил Атсуму немного громче. - И я закончу через три... два... один... ТАДААА!!! Осаму повернул лист к себе, насмешливая улыбка растянулась на его лице. Рисунок был настолько безобразен, что Осаму пришлось дважды взять себя в руки, прежде чем он смог понять, что же на нём изображено. Это было нечто довольно уродливое, похожее на животное грязно-серого цвета. Осаму брезгливо взглянул на листок, различив маленькие круглые ушки и странный розовый хвост. Крыса. Атсуму нарисовал его в виде крысы. - Ты такой придурок, Тсуму, - начал Осаму. Он собирался продолжить свою тираду, прежде чем кое-что осознал. - Забавно. Знаешь, я могу оскорбить тебя, но не стоит забывать, что одновременно с этим я оскорбляю себя, не так ли? Атсуму открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его. Осаму почти мог видеть, как шестеренки мозга его брата вращаются на полную мощность, а на его лбу словно отпечаталась огромная иконка: загрузка. - Ну раз я крыса, Тсуму, - усмехнулся Осаму, - то у меня для тебя плохие новости, ты тоже! -Заткнись, Саму!!! Брат раздраженно вздохнул, видимо, недовольный тем, что его шутка обернулась против него. Он снова склонился над своим рисунком, бормоча и вынимая из кармана другие карандаши. Осаму смотрел на него, ничего не говоря, ему было любопытно, что связующий собирался нарисовать на этот раз. После пяти минут молчания блондин наконец поднял голову и без единого слова протянул листок. Осаму медленно взял рисунок, боясь испортить его. И хотя он знал Атсуму, как свои пять пальцев, что-то разобрать оказалось трудно.        Стоило ему посмотреть, сердце стало биться быстрее. Рядом с первой серой и мохнатой крысой стояла теперь вторая крыса ярко-жёлтого цвета, нарисованная в спешке. Но одна вещь больше всего привлекла его внимание.        Обе крысы держались за руки. Или, правильнее сказать, за лапы?        Он поднял взгляд на Атсуму и с почти детской радостью увидел, что у его близнеца щеки приобрели красивый розоватый оттенок, а его взгляд был устремлён в пол. Нападающий рассмеялся мягким искренним смехом, опустившись на пол рядом с Атсуму. Он положил рисунок на диван позади себя и медленно приблизился к брату, который продолжал смотреть куда угодно, лишь бы не на него. -Ты хочешь сказать, что ты сделал все это только для того, чтобы дать мне понять, что хочешь подержаться за руки? Лицо связующего приобрело багровый оттенок, краска залила уши и шею. Он не ответил на вопрос, предпочитая вместо этого медленно подкрасться поближе к Осаму, мягко соприкасаясь плечами. - Ты знаешь, что тебе стоило только попросить меня об этом, и я бы это сделал, м..? - прошептал Осаму. Он с нежностью взял руку Атсуму в свою, медленно переплетая их пальцы. Брат издал неопределённый звук, словно одобряя,и положил голову на плечо Осаму, наклонившись, чтобы устроиться поудобнее. Наверняка это было его целью с самого начала, но Атсуму временами нравилось идти хитрыми длинными путями, чтобы брат сам обо всём догадался, хотя всегда можно было сказать ему об этом напрямую. Но как бы то ни было, Осаму это определенно нравилось. Он начал нежно перебирать волосы своего близнеца, с удовлетворением отмечая, что румянец на его щеках никуда не исчез. - Ооу, Тсуму... - сказал он ласково. Атсуму чуть повернулся к нему лицом, надув губы. -Что? Осаму улыбнулся, продолжая ласково гладить его по голове. - Ты так легко краснеешь, Тсуму, - прошептал Осаму, - это очень мило. Никто бы мне не поверил, расскажи я кому об этом. И это было правдой. В глазах окружающих его брат мог казаться надменным, резким и иногда даже немного злым, с удовольствием провоцирующим всех и одержимым победой. Но блондин многогранен, у него есть более мягкая, уязвимая сторона, о которой только Осаму имел удовольствие знать. Атсуму покраснел еще больше, надувая щеки, как смущённый ребенок, и снова отвернулся, уткнувшись лицом в грудь брата. Осаму заметил, что хватка на его руке усилилась, и счастливо улыбнулся. Одним уверенным движением, как будто делал это уже в миллионный раз - а это было именно так - он обхватил Атсуму другой рукой, нежно сжимая его в объятьях, из которых ни один из них не желал вырываться. Близнецы сложили головы друг на друга, закрыв глаза, наслаждаясь моментом. - Эй, Атсуму... Блондин тихонько проворчал, давая понять, что готов его выслушать. - Я люблю тебя. Нападающий почувствовал, как все тело брата задрожало в его объятиях после сказанных слов, которые хоть и не были новыми, но были такими особенными и оказывали на него одинаковое воздействие каждый раз, когда он их произносил. - ...Я тоже, Саму. Я тоже тебя люблю. И Осаму крепко обнял его, улыбаясь. Все благодаря ужасному рисунку крыс, подумал он, у него получилось добиться своего.

На самом деле не существовало никого такого, как его Ацуму.