Kill this love

Лисе пришлось сбавить темп. Каждый вечер она отсылала отцу отчеты о проделанной работе. Каким бы ни был результат, девушка обязательно о нём докладывала. Ночью она написала отцу длинное сообщение, в котором упомянула все детали минувшего вечера. Утром её ждал незамедлительный ответ. Манобан похвалил дочь, но ещё настоятельно попросил не торопить события. Разработанный им план подгонялся под одно событие, поэтому раньше выполнять ту или иную часть задания было бы ошибкой. Лиса немного огорчилась, ведь её вполне устраивало все, и через недели две Чонгук был бы полностью её. Но против отца она идти не могла. Через некоторое время Лиса поняла, что такой точный расчёт ей только на руку. Ведь в любом деле важно не количество, а качество. Лисе предоставилась возможность укрепить заинтересованность Чонгука в ней. Сегодня она на физкультуру не пойдет. Из спальни вышла Дженни с опухшим от слез лицом. Она проплакала всю ночь, но это даже пошло ей на пользу. Девушка вышла с твердым намерением привлечь Чимина снова, и в её головке постепенно складывался план. — Я решила, что больше не хочу быть девчонкой на ночь, — сообщила Дженни, подтверждая свои слова резким звуком расчески, проводимой по волосам. — Покажу ему, что меня надо добиваться. — Так держать, — Лиса подняла кулачок. Завтрак в общежитии проходил в гостиной, потому что кухня была слишком мала для толпы народа. Как выяснилось, на каждый день есть дежурные, которые готовят общий завтрак. В основном, это было то, что могут есть все: яичница, хлопья, каша. К тому же, у каждого была возможность готовить себе самому, но тогда приходилось тратить личные деньги на продукты. Лиса изучила график дежурства. поскольку она была новенькой в общежитии, её вписали в последнюю строку, хотя по общим правилам она должна была готовить вместе со своей соседкой, но Дженни не нравилась кухня общежития, ей она предпочитала кафе или рестораны. — Ох, не повезло, — сказала какая-то девушка. — Тебе одной придется готовить на всех нас. — Ничего, справлюсь, — как полагается тихой девочке Лиса скромно улыбнулась и пожала плечами. — Лучше попытайся уговорить Дженни. Это хоть и трудно, но может тебя она послушает. Лиса долго не задерживалась в гостиной. Каждый считал нужным обратить внимание на новенькую и что-нибудь ей сказать. Девушке не нужно было излишнее внимание, поэтому она быстро поела, помыла тарелку и вернулась в свою комнату. У неё было много свободного времени из-за прогула физкультуры, но впустую Лиса тратить его не собиралась. Заметив забытый на вешалке пиджак Чимина, у неё появился новый план. Можно было поспособствовать Дженни и напомнить ей вернуть пиджак или же помочь себе и сделать Чонгука ещё больше доступным. У Лисы было время на эксперименты, два месяца — это не так уж и мало. По предположениям девушки, Чимин был таким же клишированным и с легкостью повелся бы на что-то новенькое. Можно использовать его для сближения с Чонгуком. Лиса начала собираться. Стратегия была проста: подойти к Чимину, отдать пиджак, смутиться, спросить про Дженни, изобразив тем самым переживающую подругу. Чимин сам поведется на милый и невинный образ, который Лисса сейчас кропотливо создавала. Она припомнила, во что одевались девушки в университете. Черный или красный цвет, с вырезом, короткое и обтягивающее. Ей нужно что-нибудь закрытое, теплых цветов, что выделит её из всей остальной массы. Лисса провела рукой по мягкой одежде в шкафу. Ей недоставало её привычных вещей — огромных толстовок, леггинсов, ботинок со всякими ремнями и побрекушками. В новых светлых вещах девушка чувствовала себя не очень комфортно, словно своими спокойствием и теплотой они подрывали образ юной преступницы., Но в то же время такая одежда ей нравилась, хоть Лиса и отказывалась мириться с таким. Ладоням были приятные мягкие ткани свитеров, пальцы с какой-то нежностью перебирали шуршащие рубашки. Заметив в себе слабость, Лиса упрямо тряхнула головой. Хорошо, что эти нежные цвета только на время. Из общежития Лиса вышла позже всех, заслужив суровый взгляд охранницы. Неся в одной руке сумку, а в другой — пиджак Чимина, она легким шагом скользила по тротуару, привлекая прохожих своей свежестью. Девушке льстило, что все заглядывались на неё. Она правда того стоила. Контраст дерзкого рыжего цвета волос и нежно-розовой рубашки многие находили привлекательным. Раз такой образ срабатывал на случайных прохожих, то и с парнями проблем не будет. Осознание своего положения грело Лисе душу. На парковке перед университетом она увидела знакомую машину, через минуту из которой выпрыгнули Чимин и Чонгук. Лиса нахмурилась. тоже прогуляли физкультуру? Чонгук забрался на бампер и достал сигареты. Лиса, спрятавшись за другую машину, внимательно за ним наблюдала. Парень зажал зубами сигарету, потом повернулся к Чимину, который элегантным движением руки поджег ему. Лиса поморщилась: она не переносила сигаретного дыма. Девушка выскользнула из-за машины и направилась к парням. Они заметили её, и весь свой путь Лиса проделала под их взглядами. Чимин увидел свой пиджак и хотел было сделать шаг навстречу, но Чонгук удержал его. Лиса видела, что он приятно удивлен из встречей. — Привет, — как можно добрее сказала девушка. — Ты забыл свой пиджак. — Спасибо, что вернула. Чимин потянулся за вещью, но Лиса перехватила его руку. Тут же она отругала себя за поспешный шаг, но отступать было уже поздно. Чимин удивленно на неё посмотрел. Краем глаза Лисса заметила, что Чонгук соскользнул с бампера. — Дженни плакала после твоего ухода, — холодно сказала она, примеряя образ отважной подруги. Лиса почувствовала, каким взглядом пронзил её Чонгук. На мгновение её эмоции перестали поддаваться контролю, и девушка обернулась. Чонгук не встретил встревоженного взгляда Лиссы. Он рассматривал её ноги в черных джинсах, медленно переводя взгляд на талию, очертания которой чуть просвечивались через тонкую ткань рубашки. Лиса моментально пришла в себя. Таких оплошностей надо стараться допускать как можно меньше. Заметив, куда смотрит Чонгук, она мысленно поставила ещё одну галочку: увлечен. Потому что девушек, не представляющих интереса, так долго и внимательно не рассматривают. Чимин не заметил этой заминки, как и того, что Лисса по-прежнему держалась за его руку. Он тоже был увлечен рассматриванием девушки. Ещё вчера в комнате Чимин обратил на нее внимание и сразу же отметил, что она не похожа на других, на ту же самую Дженни, которая даже понравилась ему. Чимин был эстетом. В отличие от Чонгука, который просто пользовался женским телом, он изучал его. Чимин рисовал и у него были понятия о формах, пропорциях, изгибах. Его привлекла кожа молочного цвета, на которой алым бутоном выделялись пухлые губы. Большие карие глаза Лисы тоже ему понравились. Чимин опустил взгляд на свою руку: длинные пальцы Лисы обхватывали его запястье, а рукав её рубашки чуть спал назад, обнажая тонкую руку. Чимин со своим изощренным вкусом не назвал бы Лису красавицей, но в ней была своя изюминка, которая привлекала парня. Первой опомнилась Лиса. Она отдернула руку, возвращая в реальность Чимина, который вздрогнув, отвлек Чонгука от девушки. Несколько секунд они растерянно смотрели друг на друга, прежде чем снова приняли равнодушный, а Лиса ещё чуть испуганный вид. — Дженни плакала, — повторила она, ставя своими словами Чимина в тупик. Он слышал, что девушки иногда плакали из-за него, но до Лисы ему никто об этом в лицо не говорил. Поскольку парень долго молчал, Лиса вновь повторила. На этот раз Чимин отвлекся на движение её губ. Пухлые, намазанные бесцветным блеском, не искусанные грубыми поцелуями — это сводило его с ума. Вновь повисшее молчание заставило Чонгука опять начать рассматривать девушку. Он остановился в области груди и теперь поднимался выше, к молочной нее, острому подбородку, пухлым губам, выразительным глазам. Чонгук редко рассматривал девушек, с которыми спал. Между ними было минимум разговора и больше дела. К тому же, девушки сами редко разговаривали с ним, больше висли. Лисса была проявлением чего-то нового не только во внешнем виде, но и в поведении: Чонгук улавливал в словах «Дженни плакала» укор. Лиса чувствовала на себе два внимательных и чутких мужских взгляда. Она была привлекательной, но то, что на неё сейчас во все глаза смотрели самые престижные парни университета, удивляло её. С таким же эстетическим чутьем, как у Чимина, Лисса разглядывала их. Чонгук выглядел более брутальным. В его взгляде и позе — сложенные на груди руки, читались равнодушие и сила. Чимин был больше похож на грациозную скульптуру в музее: у него были идеально отточенные скулы и бледная кожа. Лиссе нравились оба парня. Не будь сейчас на её плечах задания, она бы сбросила с себя все притворные образы и посвятила себя сначала одному, потом второму. И о другом мечтать было не надо, но девушка была слишком ответственной в плане дел. Даже при такой ситуации на первом месте для неё всегда оставалась цель. Через секунду Лиса снова держала все под контролем. — Не заставляй её больше плакать, пожалуйста — негромко произнесла она и поклонилась, потом развернулась и хотела уйти, но её остановил голос Чонгука. — Прогуливаешь занятия? Конечно, разве Чонгук так просто отпустит заинтересовавшую его девушку? Если Чимин был эстетом, то Чонгук был экспериментатором. Ему наконец попался неизведанный материал, потому что все предыдущие он доставал из одной коробки. Чонгук понимал, что соскучился по играм с девушками, флирту, нежной грубости, которую он собирался применять в каждом прикосновении к Лисе. Он видел в ней непорочность, и это только сильнее распаляло в нём желание. Чимин чувствовал то же самое. Лиса остановилась. Если вчера девушка только предвкушала победу, то сейчас она полностью наслаждалась её вкусом. Лиса уловила желание в его голосе. Теперь игра становилась проще, ей больше не нужно прилагать никаких усилий, чтобы завоевать Чонгука, главное просто держать его на расстоянии какое-то время. Она может с ним играть. — У меня болела голова, поэтому не пошла на физкультуру, — как положено начала оправдываться Лиса, вызывая этим тонкую улыбку парней. — В таком случае, у нас каждый день болит голова, — усмехнулся Чимин. — Игнорируешь правила? Они играли в чертовых соблазнителей, и делали это так непринужденно, что Лиса не могла их уличить. Но она это чувствовала. Чимин провел языком по губам, и девушка ощутила приятное покалывание в пальцах. Может быть, когда-нибудь, она даст себе вздохнуть свободно и начнет делать все, что хочет, но не сейчас. Украшения еще не в кармане у её отца, а значит вести игру нужно дальше. Лиса потупилась. Чонгука забавляло неуверенное поведение девушки. Он знал, что они с Чимином заинтересовали её, но она строит из себя недотрогу, которую придется уламывать. Чонгук чуть заметно улыбнулся — предстоящий процесс внушал ему удовольствие. — Я п-пойду. Этот неуверенный голос прогнал мурашки по рукам Чимина. Теперь он был готов обойтись без шлюх сколько потребуется, потому что позже всё это окупится большим удовольствием — этой девушкой. — Спасибо за пиджак, — сказал на прощание он. Чонгук и Чимин из машины наблюдали за уменьшающимся силуэтом Лисы. Оба знали, что теперь видят в друг друге соперников — кто же первый сорвет нежную розу? Внешне они не подавали никаких признаков вражды, но внутри по их венам разливалось горячее трепещущее чувство, в котором смешались опасность, удовольствие, уверенность в своём первенстве. Чонгук был на шаг впереди: ему было известно её имя, а Чимин, потерявший голову от пухлых губ, совсем забыл его спросить. Лиса знала, что сейчас чувствуют парни. Она вскружила им головы, она удвоила интерес Чонгука к ней: теперь он будет соперничать со своим лучшим другом ради неё. Из этой игры Лиса выходила победительницей.