поездка до счастья

вода забивается в окна, разносится по всему салону волнами. -чонгук, ты зачем окно открыл? - это был риторический вопрос. чон улыбается и выпускает руку под раскаты грома. они там, где грозы, счастье, вода с неба. на глухой дороге, с обеих сторон - бескрайние поля леса, изумрудного, как камни на перстне дамы восемнадцатого века. капли дождя стекают дорожками, которые ты видел на окне и выбирал себе любимую, за гонкой которой ты следил пока ехал куда-то с мамой. -эй, мелочь, если ты мне в салон воды нальёшь — обратно пешком пойдёшь, - юнги за рулём улыбается, но в голосе чувствуется сталь. на фоне тихо играет прямая трансляция lofi hip hop, на заднем сидении в обнимку тэхён с чимином спят в крайне странной позе. от них исходит тихая сонная энергетика. юнги водит аккуратно, но быстро. потому, по пустующей дороге чёрная suzuki vitara гонит все сто двадцать в час. по пути они заезжают на заправку, покупают четыре сэндвича в упаковке. выехали они в девять утра, но всё ещё в дороге. часы на приборной панели показывают половину третьего. к загородному дому они приезжают к третьему часу ночи, сверчки поют свою незамысловатую песню. юнги будит чимина, пока тэхён хватает руку чонгука, а чон в это время берёт портфели парней. юнги включает свет в прихожей, впускает друзей, а сам закрывает дверь на щеколду. двухэтажный дом давит своей тишиной на уши. на улице океан разбивается о деревянные столбы крыльца, чимин опускает туда свои ноги, прохладная вода обдаёт приятным холодом в столь жаркую ночь. -чимин, пошли гулять, - юнги кладёт свои ладони на плечи пака, а на макушке остаётся тёплый поцелуй. чонгук остаётся один на один со своим личным ядом. -чонгук, ты можешь мне обработать руку? - тэхён в ванной отклеивает пищевую плёнку от предплечья. чон тихо подкрадывается к тэхёну, обнимая за талию, тёплые руки обвивают медовую кожу. чонгук оставляет тихий поцелуй на плече. кожа приятно пахнет чем-то смольным, наподобие масел для массажа. чонгук мажет детским кремом татуировку. -она у тебя опухла немного. -мастер говорил, что это нормально, она ещё и покраснела. чешется. -не трогай, балбес, - чонгук бьёт по руке тэхёна, тянувшейся к татуировке. у тэхёна забита вся левая рука: всё началось с боковой стороны безымянного пальца, потом пошёл мотылёк на тыльной стороне ладони, от запястья до локтя красуется дракон, от локтя до предплечья различные растения и доберман на левой стороне груди. а теперь ещё и «satan joked with love» на правом предплечье. у чонгука на костяшках набито грубое и справедливое «shit», точно такой же дракон, и «yes baby» на рёбрах. -давай ещё парные тату сделаем? - ким разбивает тишину. -змей на ключице? или можно тюленьчиков. ким смеётся, помогает обмотать новым слоем пленки руку и выводит чона в гостиную. в гостиной стоит огромный диван почти во всю комнату. плазменный телевизор напротив с мультиками, которые чон любезно включил на фон. по всем краям потолка наклеена светодиодная лента, с тёплым фиолетовым светом. на всём диване раскиданы подушки разных размеров. ким переключает канал на новый фильм от universal pictures, укладывает чонгука на свою грудь, чонгук обнимает его поперёк живота. фильм только начался. через двадцать минут в дом заваливаются мин и пак, кидают в пару пакеты с разными снэками, достают огромное ведёрко мороженого. мин подаёт ложки, фильм идёт очень долго, через два с половиной часа все расходятся по комнатам. распаренный чимин выходит из душа, укладывается в кровать, и тянет мина в свои объятия. тёплое, с приятной тяжестью, одеяло обволакивает и втягивает тебя в царство морфея. в комнате нараспашку открыто окно в пол, тюль гуляет по паркету. в доме тихо. по полу бродит холод с улицы. фонари светят в кухонное окно. в гостиной диван усыпан крошками от чипсов, завтра чонгук устроит взбучку парням, но сейчас он уже видит сны в объятиях тэхёна. сопенье юнги успокаивает нервы чимина, которому пока не особо спится.