Swan Song

      Кристина сидела за рабочим столом в своей комнате, рисуя непонятные закорючки и линии в тетради. Перед ней на ярко-красной подставке стоял потрёпанный учебник по английскому. Кристина должна была уже давно решить всю страницу упражнений, но её голова была забита совершенно другим. Она чувствовала, что не должна здесь находится. Она должна быть в другом месте. Вместе с мамой, которая её по-настоящему любит. И Кристина бы сейчас там была, если бы не он. Это всё он! Всё из-за него! Кристина настолько сильно вдавила ручку в лист, что оставила разрез на бумаге. Девушка встрепенулась, смотря на тетрадь. Она устало потёрла руками глаза, стараясь избавиться от ненужных на данный момент мыслей.       Кристина вырвала испорченный лист из тетради, затем встала со стула и направилась к мусорному ведру, что стоял в углу комнаты. Мусорка оказалась переполненной. Кристина раздраженно вздохнула, кое-как запихала туда порванный лист и вытащила чёрный мешок, наполненный мусором, из ведра. Затем она заправила в ведро новый пакет и, завязав старый, вышла из комнаты. Слегка размахивая пакетом из стороны в сторону, Кристина спустилась вниз по широкой мраморной лестнице. Она открыла парадные двери, миновала крыльцо и направилась по пошаговой дорожке к забору. Он был настолько высокий, что закрывал собой крыши домов, стоящих напротив. Девушка вышла из калитки, прошла небольшое расстояние по тротуару к мусорному баку и выкинула мешок.       Кристина посмотрела на безоблачное небо своими уставшими глазами, снова думая о матери. Прошло несколько минут, пока Кристина вспоминала, как она с Юлией играли в догонялки, бегая вокруг этого гигантского дома и иногда прячась в самых неожиданных и укромных местах. На глаза снова начали наворачиваться слёзы. «Почему именно моя мама? Почему не чья-то другая?» — Кристина постоянно задавала себе этот вопрос. А потом сама отвечала: «Потому что она была женой мэра столицы Беларуси». — Кристина! Подойди ко мне! — раздался голос Виктора.       Девушка раздраженно закатила глаза и не спеша направилась в дом. Она нашла Виктора на кухне. Он замер спиной к входной арке, в которой стояла Кристина, скрестив руки, и смотрел в окно на большой задний двор, выпивая кофе из чашки, подаренной президентом. — На открытии парка, которое было первого июня, я пригласил Александра Григорьевича на соревнование по водным лыжам, которое проходит сегодня, — мужчина покачал кружку в руке, заставляя напиток закручиваться в небольшой водоворот. — Прекрасно. Езжай, — Кристина вопросительно на него посмотрела. — Сегодня у нас в доме генеральная уборка, о чём ты конечно же благополучно забыла. Тут будет татарам. В прямом смысле. Я решил, что ты поедешь со мной. — Я могу посидеть в саду! — В этот раз там будут косить траву, красить беседку, кусты подстригать и так далее. — Ну... тогда я пойду погуляю где-нибудь. — Ты же знаешь, что я тебе не разрешаю покидать окрестности. — Тогда я по нашей улице похожу, музыку послушаю. — От этого никакой пользы, Кристина! Почему ты такая упрямая? Я же сказал, что ты едешь со мной. Больше ни слова! Иди готовься. Через полчаса Максим приедет за нами. — Но... — Кристина! Ты меня не услышала?       Кристина развернулась, громко фыркая, и направилась в свою комнату. Почему эта уборка именно сегодня? Девушка зашла в свою комнату и подошла шкафу. Она открыла дверцу и, не глядя, вытащила одежду. Это оказался короткий комбинезон в бело-синюю вертикальную полоску. Кристина быстро надела его, а затем собрала волосы в хвостик. Она взяла свой ноутбук, включая на нём какой-то подкаст на английском языке, и легла на кровать.

***

— Мы приехали, Виктор Глебович, — Максим открыл дверь машины. — Прошу вас.       Мэр Минска гордо вышел из машины, рукой маня за собой дочь. Кристина вздохнула и последовала за отцом. К ним сразу подошёл крупный телохранитель в строгом костюме. Вокруг дороги стояли высокие деревья, отбрасывающие узорчатые тени. Сразу за ними начинался плавный, но длинный спуск к воде, где и располагались места для зрителей. Погода была очень жаркой, спасала только протекающая рядом речка, от которой исходило немного влаги. Кристина мысленно поблагодарила себя за то, что не оставила волосы распущенными и выбрала очень лёгкий комбинезон. Люди с интересом наблюдали за мэром Минска и его дочерью. Некоторые даже снимали их на телефоны. Кристина чувствовала себя очень некомфортно. Наконец они спустились к первому ряду пластиковых разноцветных сидений и прошли к середине, садясь на места. Кристина прижала к животу свой рюкзак, прикрыла безразличные глаза, слушая чьи-то разговоры и посторонние звуки.       Прошло около пяти минут. Кристина почувствовала вокруг волнение и открыла глаза. Сверху спускался Александр Лукашенко, одетый в потрёпанную спортивную кофту. «Наконец-то он приехал. Я тут почти заснула» — Кристина вытерла пот со лба, натягивая свою фирменную ненастоящую улыбку.       Каково же было удивление Кристины, когда она увидела, что следом за президентом шёл Николай. На солнце его уложенные волосы казались рыжеватыми. Кристина поначалу улыбнулась этому, но вспомнила первое июня. Её улыбка медленно превратилась в гримасу лёгкого отвращения. «Что он тут забыл?» — девушка с непониманием следила за ним. Он посмотрел на неё, слегка улыбаясь. Кристина быстро перевела растерянный взгляд на президента. Они с отцом привстали с сидений. — Александр! Я очень рад, что ты приехал, — Виктор широко улыбнулся. — Витёк, ну какой Александр! Я тебе сто раз уже говорил, что для тебя я Саша, — Лукашенко по-дружески обнял приятеля. — Кристина! Мы с тобой давненько не виделись.       Он так крепко сжал её руку, что девушка поморщилась, неловко смеясь: — Добрый день, Александр Григорьевич. Очень рада снова видеть вас.       Николай стоял следом за отцом, осматриваясь по сторонам. — Я с собой Колю взял, а то ему дома скучно, — Александр перевёл взгляд на сына, который, услышав своё имя, вернулся в реальность. — А тут ты, Кристиночка. Вот и хорошо. Вы ровесники, вам будет интересно друг с другом.       Николай смущённо улыбнулся, здороваясь рукопожатием с Виктором и кивком с Кристиной. Кристина слегка кивнула в ответ и сразу же перевела "заинтересованный" взгляд на взрослых, делая вид, что до Николая ей нет совершенно никакого дела. — Кристина, подвинься пожалуйста на одно место. Александр Григорьевич сядет рядом со мной, — Виктор пристально посмотрел на дочь.       Она кивнула, пересаживаясь на другое сиденье. Президент — довольно крупный мужчина, поэтому он занял часть места Кристины. Она максимально отодвинулась от него, вжимаясь в другого соседа. Девушка повернула голову, чтобы посмотреть, кто это. Им оказался Николай. Он почувствовал, что Кристине не удобно, и постарался подвинуться, чтобы дать ей больше места. Однако с другой стороны Николая села женщина с пышными формами, также занявшая больше своего места, это заставило юношу наоборот придвинуться к Кристине. Подростки, теперь тесно прижатые друг к другу, неловко смотрели перед собой. Николай нервно постукивал ногой, а Кристина играла со своим браслетом. Она осторожно оглянулась. Все остальные места оказались заняты, а из колонок зазвучал голос ведущего, приветствующего зрителей. «Просто замечательно!» — Кристина фыркнула, прислоняясь к её маленькой части спинки ярко-синего сиденья.

***

      Раздались аплодисменты. Кристина вздрогнула, возвращаясь в реальность. Чемпионат по водным лыжам закончился, вызвав у зрителей бурные эмоции. Кто-то радостно кричал, кто-то громко возмущался. Девушка же вообще не следила за ходом соревнований. Ей было жарко, тесно, а сидящий рядом Александр слишком много двигался и прыгал на месте, иногда задевая Кристину. В её голове был только один вопрос: «Что я тут делаю?»       Через какое-то время, получив медали, спортсмены подошли к мэру и президенту. Мужчины поздравляли их, пожимали им руки и говорили длинные речи. Кристина наконец-то полностью заняла своё сиденье, отодвигаясь от Николая. Она осторожно повернула голову, чтобы посмотреть, чем он занимается. Он крутил в руках солнечные очки, явно о чём-то раздумывая. Николай, почувствовав на себе пристальный взгляд девушки, повернул к ней голову. Кристина быстро посмотрела на воду позади него. Там плавала небольшая группа уток. Птицы ныряли под воду, ища себе еду на дне реки. Теперь Кристина перевела вопрошающий взгляд на Николая, мол, что смотришь? Ни Кристина, ни Николай не были в силах отвести зачарованный взгляд друг от друга. Всё это было похоже на глупое клише из дешёвых романтических мелодрам. — Ну, ребятки! — Александр Григорьевич накрыл своей тенью подростков, заставляя их встрепенуться и посмотреть на него. — Мы с Виктором Глебовичом пойдём обсудим пару государственных дел за рюмкой коньяка. А вы тут посидите, пообщайтесь. Мы недолго.       Николай и Кристина проводили взглядом отцов, парочку телохранителей и спортсменов. Народ потихоньку покидал трибуны, бурно обсуждая соревнования. Вскоре вокруг почти никого не осталось. Они вдвоём молча сидели и смотрели на серебряную воду. Вдруг раздалось громкое кряканье. Кристине в голову пришла идея. Она же взяла с собой булку с сахаром! «Лучше покормить уточек, чем сидеть тут с ним» — Кристина достала из рюкзака булку, бесшумно встала и пошла в конец ряда трибун, где и плавали птицы. Николай проводил её взглядом и с интересом стал наблюдать за утками и девушкой. Она отрывала маленькие кусочки и бросала в воду. Утки оживились, стали больше и громче крякать, выпрашивая еду. Кристина специально кидала так, чтобы досталось каждой птичке. Никто не должен остаться голодным. «Была бы я птицей, улетела бы отсюда куда подальше» — Кристина задумалась, уставившись в одну точку и оперевшись подбородком о тыльную сторону ладони. — Вы знали, что селезни не умеют крякать?       Кристина повернула голову на источник звука, заранее зная, кто там стоит. Николай Александрович. — Нет, — Кристина резко оторвала кусок булки, порвала его на мелкие кусочки и кинула в воду.       Николай присел на сиденье, стоящее через одно от девушки. — А ещё у них шейных позвонков больше, чем у жирафов.       Кристина в ответ слишком громко и тяжело вздохнула, отчего ей самой стало неприятно. Как будто она говорила про кого-то гадости, а этот кто-то стоял прямо за её спиной. — Я могу уйти, если хотите, — тихо, но твёрдо произнёс он. — Если вам не нравится моя компания, так и скажите.       Кристине стало очень стыдно. Ладони сильно вспотели, а лицо покраснело. Она почему-то почувствовала внезапную, но сильную жалость к юноше. «Что со мной происходит?» — её глаза нервно забегали, а дыхание сбилось. Кристина неуверенно протянула ему булку. Николай вопросительно посмотрел на девушку. — Будете кормить уток? — Кристина виновато улыбнулась.       Николай кивнул, отрывая большой кусок от булки. Они молча кормили птиц, каждый думал о чём-то своём. Тягучая тишина не нравилась Кристине. Это было странно, потому что со смерти матери девушка любила побыть в тихом одиночестве. Сейчас же ей хотелось поговорить о чём-нибудь с Николаем. Обида на него куда-то пропала, заменяясь внезапным интересом. Кристине это не нравилось, но она ничего не могла с собой поделать. Можно что угодно себе внушать, но от искренних чувств и желаний никуда не деться. — Что вы ещё знаете? — неуверенно спросила Кристина. — Об утках? — Да. — Ну... — Николай резко оживился. — У них целых три века. Это что-то вроде очков, помогающих им лучше видеть под водой. На самом деле такое веко есть у многих животных. Ещё был случай, когда утка столкнулась с самолётом. Это произошло на высоте... около девяти километров. А самая высокая зарегистрированная скорость полёта утки — сто семьдесят километров в час. Невероятно, правда? — Да, — Кристина задумчиво улыбнулась. — Откуда вы всё это знаете? — Я очень люблю биологию. К тому же у нас дома, можно сказать, целый зоопарк живёт.       Кристина усмехнулась, а потом неожиданно встрепенулась и спросила: — А у вас есть лебеди? — Да, штуки три наверное. Они плавают в озере, которое у нас на участке.       Николай посмотрел на Кристину. Она понимающе кивнула ему, мило улыбаясь. — Почему вы спросили про лебедей? — Николай кинул уткам последний кусочек хлеба. — Просто я люблю лебедей. Они такие царственные, величественные. — Согласен. Если я не ошибаюсь, лебеди — символ долгой и счастливой супружеской жизни.       Кристина вспомнила маму. У Юлии и Виктора на свадьбе был торт, украшенный съедобными фигурками двух белоснежных лебедей. Кристина прерывисто вздохнула, чувствуя горький ком в горле. — Всё в порядке?       Кристина резко перевела растерянный взгляд на Николая. Он взволновано смотрел на неё. Кристина устало провела рукой по лбу и кивнула: — Всё нормально. Я просто...       Раздались смех и громкие разговоры. Подростки обернулись, видя приближающихся взрослых. «Слава богу, сейчас они твёрдо стоят на ногах» — Кристина встала с сиденья, направляясь навстречу. За ней последовал Николай. — Ну, ребята, как вы тут? — Александр Лукашенко уставился на них. — Всё в порядке. Мы тут уточек покормили, — Кристина снова фальшиво улыбнулась.       Президент как-то необычно посмотрел на сына, получив от второго кивок. — Замечательно. Витя, ты два раза меня приглашал на такие интересные мероприятия, теперь моя очередь настала. Приходи к нам с Колей в гости. И, Кристина, ты тоже приходи. — Спасибо за приглашение. Мы с папой с удовольствием придём к вам, — Кристине так не хотелось это говорить и, тем более, идти к ним в гости, но выбора, как обычно, не было.       Все они поднялись с трибун на дорогу, попрощались, сели по машинам и разъехались. Кристина крутила в руках браслет, думая о Николае. Она не знала, что с ней происходило. С одной стороны, она на него по прежнему злилась за то, что в тот вечер он нарушил все планы девушки. Но с другой стороны, из всех людей, с которыми она общалась на данный момент, Николай был самый "живой". Кристина закрыла глаза, запрокидывая голову на мягкое светлое сиденье автомобиля.