Зачем тебе знать?

Этот день не предвещал ничего необычного. Привычная школьная рутина: утренние собрания в кабинете директора, два урока у старшеклассников, ланч и сплетни с коллегами за столом. После — еще два урока, затем — внеклассная отработка с двоечниками. Клара достаточно любила свою работу, чтобы изо дня в день получать от нее удовлетворение. Конечно, периодически ей хотелось наорать на этих бессовестных бездельников, каковыми являлись подавляющее большинство ее учеников, но молодая учительница старалась не принимать это близко к сердцу. Ведь в остальном преподавание в школе было приятным и увлекательным делом: почерпнув новые знания из книг, мисс Освальд нравилось делиться ими с ребятами и видеть, как у некоторых загораются глаза и появляются вопросы. В общем, все было не так уж и безнадежно. Кроме того, молодой учитель математики, недавно заменивший на посту миссис Альбек, не шел у Клары из головы. Несмотря на свое военное прошлое, этот мистер Пинк был очень милым: робкий, застенчивый, но, в то же время, умный и внимательный. Девушка видела, что нравится ему, и ждала, когда Денни наконец-то решится сам пригласить ее на обед в ближайшую забегаловку. От этих мыслей на лице сама собой появлялась улыбка. Что же касается Доктора, то этот галлифрейский чудак снова умотал в какие-то неведомые дали, буркнув на прощание, что после путешествия по внутренностям далека ему необходимо проветриться и пообщаться с венерианским психотерапевтом. Ну, или что-то в этом роде — Клара не очень-то слушала, погруженная в свои мысли. Стоило выйти из ТАРДИС, и разом наваливались повседневные заботы: составить контрольную на следующую неделю, проверить тетради с заданиями, позвонить родителям Кортни, которая опять прогуляла школу. А еще — навестить бабушку, сходить на шопинг со старой школьной подругой, найти рецепт того земляничного пирога и занести пальто в химчистку… В общем, дел у Клары было вполне достаточно, и все они ее устраивали; порой ей просто не хватало обычной жизни с обычными заботами. Путешествия в пространстве и времени ей, конечно, тоже нравились. Но вечно они происходили как-то некстати, когда она меньше всего была к ним готова. Нет, в следующий раз, когда Доктор прилетит, нужно сказать ему, что стоит сделать перерыв! И он прилетел. Только все оказалось совсем не так, как она ожидала. Знакомый звук неотжатых тормозов раздался почему-то не в ее спальне и даже не на кухне, куда ТАРДИС так любила приземляться, ударной волной сметая со стола тарелки и приборы. Вместо этого синяя будка возникла аккурат у входной двери, буквально поглотив ее в себя. Захочешь — и из дома даже не выйдешь, сразу угодишь в приключение. Клара подумала, что это ловушка хитрого галлифрейца, и уже набрала в грудь воздуха, чтобы высказать ему все, что она думает по этому поводу… и тут Доктор вошел в ее квартиру, и девушка разом позабыла все, что хотела сказать. Нет, ей не показалась странной его одежда, которая была местами порвана и покрыта слоем серой пыли, будто повелитель времени только что вылез из вулканического кратера — с Доктором бывали дела и похуже. Странным было его лицо, которое (Клара не думала, что такое можно сказать о его нынешней инкарнации) выглядело действительно старым. Дело было даже не в парочке новых морщин и белизне волос, резко утративших свой цвет со времени их последней встречи — нет, дело было в его глазах. В серо-голубых старческих глазах, в которых отсутствовал прежний живой блеск. Теперь его место занимало какое-то отрешенное, остекленевшее выражение. — Эм, Доктор? Ты в порядке? — девушка даже забыла о каком-то возмущении, которое испытывала всего минуту назад. Внутреннее чутье подсказывало: нет, на этот раз все действительно очень плохо, так плохо, что даже предположить страшно. Клара бросила быстрый взгляд на окно: а вдруг там уже нет атмосферы, всех людей сожрали пришельцы, а вокруг царит космическая пустота? Однако мир был на месте: слышались недовольные автомобильные гудки и вопли играющих во дворе детей, все как обычно. — Знакомое место… — тихо, будто бы про себя произнес Доктор. Его глаза с некоторым любопытством окинули помещение, длинные пальцы пробежали по дверному косяку, исследуя его. — Интересно, я бывал здесь когда-нибудь?.. — Доктор, ты чего? Память себе стер? — Клара осторожно приблизилась, стараясь не делать резких движений. Этот сумасшедший шотландец был полон неожиданностей, поэтому с ним нужно было быть настороже. — Не помню, — честно отозвался галлифреец, по-прежнему не глядя на спутницу. Он пристально глядел на свою сухую руку, окаймленную расстегнутыми манжетами некогда белой, а теперь пепельно-серой сорочки. Клара заметила на светлой коже свежие, едва поджившие рубцы. На секунду ей показалось, что по выступающим венам пробегают золотистые искры, которые бывают, когда… Нет, Доктор ведь регенерировал всего пару месяцев назад, вот он стоит перед ней, живой-здоровый (разве что немного усталый и грязный), поэтому ей совершенно точно показалось. — Я не помню, стирал ли я себе память, а раз я этого не помню, то тут пятьдесят на пятьдесят… — Доктор отсутствующим взглядом посмотрел на девушку и издал какой-то резкий кашляющий смешок. — Поэтому будет не лишним, если ты мне все-таки объяснишь. Кто ты такая и почему я здесь? Клара почувствовала, что по спине, под тонким кашемировым свитером, ползет неприятный холодок. Человек (ладно, пришелец), стоявший у нее на пороге, не был ее Доктором. Не был он даже тем встрепанным хмурым незнакомцем, который сидел рядом с ней в баре в викторианской Англии. Кажется, он действительно не понимал, что происходит. И, что еще более странно, он явно не узнавал Клару. «Что ж, вот мы и начали заново», — пронеслись в голове у мисс Освальд слова мадам Вастры. Как бы ей сейчас пригодился совет этой боевой ящерицы, черт возьми! — Доктор, ты правда меня не помнишь? Это же я, Клара! Мы путешествуем вместе! — Клара? — Доктор пристально вгляделся ей в лицо и по-птичьи наклонил голову к плечу. На миг ей показалось, что в светлых глазах повелителя времени мелькнуло узнавание. Но нет — лишь показалось. Доктор рассеянно улыбнулся — и от этой улыбки девушке стало холодно. От галлифрейца веяло такой безнадежностью, что хотелось заорать в голос. Что с ним стряслось? Подойти бы, встряхнуть за плечи, заставить проснуться — может быть, даже, влепить пару пощечин. Пусть злится, пусть разносит ее кухню, пусть тащит на край вселенной в пасть к космическому дракону — только не этот застывший, стеклянный взгляд. Совершенно чужой. — Ладно, видимо, в ТАРДИС сбились настройки, — произнес Доктор и шагнул обратно за дверь. — Прости за беспокойство, но у меня много дел. — Доктор, подожди! — Клара бросилась за ним. Консольная была освещена синим цветом, в ней царил разгром. И она выглядела как-то по-другому: подсветка была не такой, как в прошлый раз. На площадке, рядом с временным ротором, были установлены большие колонки, чуть поодаль на подставке стояла видавшая виды электрогитара. — Ты что, музыкальный магазин ограбил? — девушка невольно хихикнула, представив себе, как строгий и невозмутимый повелитель времени рубит убойные панковские риффы, вскочив на какой-нибудь космический танк, просто смеху ради. — Что-то не так, — ровным голосом сказал Доктор, дергавший какие-то рычаги на консоли. Он отступил на пару шагов назад и в недоумении уставился на механизм управления. — ТАРДИС не двигается с места. Говорит, что это последняя точка назначения. «Вот и хорошо, — подумала Клара. — По крайней мере, в ближайшее время ты не улетишь, и мы во всем разберемся». — Хорошо, откуда ты прилетел вообще? Ты можешь сказать? — девушка решила начать издалека. Присев на ступеньки, она приглашающе похлопала по теплому железу рядом с собой. — Вопрос в том, почему я тебе доверяю, — задумчиво сказал Доктор, опускаясь рядом с ней. Клара почувствовала острый запах гари, исходивший от него. — И почему ты совсем не удивляешься. Почему ты не удивляешься? — он вдруг уставился на девушку так, будто пытался просветить кости ее черепа рентгеновским лучом. Клара только глаза закатила: — Да-да, ТАРДИС внутри больше, чем снаружи, каждый раз одно и то же. Тебе самому не надоело? — Знал я в своей жизни одну невыносимую училку… — пробурчал под нос галлифреец, и у Клары вновь вспыхнула надежда на узнавание, но тут же пропала. — Доктор, не уходи от темы. Я очень беспокоюсь, а тебе лучше не доводить меня до такого состояния. Выкладывай. — Она постаралась вложить в свой тон как можно больше стали, представив, будто сурово отчитывает ученика за невыполненное домашнее задание. Это позволило Кларе держать себя в руках. — Ну, с чего бы начать… — повелитель времени вновь сухо рассмеялся. — Сначала мы попали на корабль, на котором было разное время, потом мою подругу сделали киберменом, потом пришел Мастер в старом воплощении, потом кибермены нас нашли, и мне пришлось взорвать их всех вместе с собой, пока Нардол уводил людей… Что? — от чувствительного тычка под ребра он будто бы очнулся и взглянул озадаченно. — Доктор, что ты несешь вообще? Какие кибермены? Последним киберменом, которого мы видели, был Ручки — ты тогда еще сидел на Трензалоре, и это был твой друг! — Да, но с тех пор прошло много… всего… — внезапно лицо галлифрейца вытянулось. — А откуда ты знаешь про Трензалор? — Здрасте, приехали! Ты что, уже забыл, как в небе открылась трещина, ты раскидал всех пришельцев, а потом регенерировал на моих глазах? А потом динозавр проглотил ТАРДИС, и мы грохнулись в чертовой викторианской Англии! — Да, да, я это помню… — Доктор нахмурился, сдвинув свои суровые брови. — Помню динозавра и тот кошмарный ресторан — о, да, им стоило внести изменения в меню… Но при чем здесь ты? — Но ведь я была рядом с тобой. Ты совсем не помнишь? — Клара ухватила его за костлявый подбородок и повернула лицом к себе, заставив посмотреть в глаза. На секунду их взгляды встретились, а затем Доктор отпрянул и заморгал, как ребенок, увидевший что-то такое, во что даже поверить страшно. — Хочешь сказать, что ты Клара Освальд? — очень спокойно, даже деловито осведомился он, глядя себе под ноги. — Что ж, у нас явно наметился прогресс, — девушка почувствовала небольшое облегчение. Может, все и не так плохо вовсе? Ну, подумаешь, временная амнезия… Но повелитель времени вдруг начал смеяться, и в его голосе Кларе послышались истерические нотки. — В таком случае, у нас очень большие проблемы… — выдохнул он.