Повелительница ветра

      Темари всегда была очень женственной девушкой и одевалась подобающе: платья, туники, кимано, юкаты. Очень редко можно было увидеть ее в шортах или брюках, которых у нее было лишь пара штук в шкафу на верхней полке. Кто-то из куноичи скажет, что неудобно так сражаться, но Сабаку-но как женщина не могла отказать себе в удовольствии иногда покрутиться перед зеркалом, когда никто не видит, привстать на цыпочки, чтобы казаться выше и выбирать различные позы, как у девиц со страниц мужских журналов. Темари по-настоящему нравилось быть женщиной, демонстрировать стройные ноги, обтягивать талию поясами, чтобы та казалась еще уже, подводить глаза карандашом, чтобы это было заметно лишь чуть-чуть, но все же подчеркивало взгляд.       После переезда к Шикамару, стыдно признаться, она полюбила широкие кофты Нары с гербом клана. Бывало, что рано утром она встанет с зарей и, пока Шикамару еще спит, стащит его футболку и отправиться прогуляться по саду поместья в ней, пока никто не видит. Готовила завтрак, а после наконец-то просыпался Шикамару и на его лице появлялась улыбка. После Темари одевала бриджи и футболк и шла гулять по Конохе с Ино или Тен-тен.       И вот однажды в Темари проснулась маленькая девочка, желающая шалостей. Это было очередное обычное утро в Конохе, только вот дождливое. Капли стучали о черепичную крышу, ветерок сквозь щель незакрытых седзи на эвгану приносил наэлектрезованный и влажный запах. По обыкновению встав раньше мужа, Темари хотела уйти и готовить завтрак, как вдруг ее взгляд остановился на идеально выстиранном и выглаженном костюме. В голову залезла одна мысль, совершенно не свойственная куноичи... ***       Шикамару проснулся и не обнаружил своей рабочей формы, стоял перед пустой вешалкой в домашней юкате и понять не мог, куда она делась. С вечера Темари его повесила сюда, к двери. Потом выяснилось, что и сигареты каким-то образом испарились с тумбы. Выйдя в коридор Нара прислушался - тихо, но пройдя в зал, Шикамару чуть не упал на равном месте. Его жена сидела за столом на татами в его форме с не зажженной сигаретой в зубах, склонившись над кулинарной книгой, как будто это был важный международный договор. Черные бриджи и майка собирались небольшими «гармошками» на изгибах тела от избытка ткани. Но плащ сидел хорошо на ее фигуре, а кожаные перчатки добавляли ее образу некого шика и привлекательности. Его жена в его одежде... Это очень манило и смешило одновременно.       – Как же это проблематично, – прошептала с негодованием Темари, зажав сигарету между средним и указательным пальцами и «выпустила изо рта облако дыма», подражая привычному вечернему состоянию супруга, когда тот разбирает бумаги.       – Может мне тоже стоило нарядиться в твое кимано? – спрашивает Шикамару, присаживаясь рядом с Темари за стол и забирая у нее сигареты.