Улыбка через боль

Было утро. Вся семья собралась на кухне. - Пап, смотри какого большого жука я нашёл на улице, - радостно сказал Хэви, поднося насекомое ближе к отцу. - Это конечно здорово, что ты интересуешься всем подряд, но что мы говорили на счёт этого? Не надо больше приносить в дом никаких жуков, помнишь, что было прошлым летом? – сказал Глэм. - Как тут блять забудешь, всю неделю травили этих мерзких тварей, - недовольно сказала Вики, попивая утренний кофе. - Хэви, убери это членистоногое от меня подальше, я их терпеть не могу, - сказал Ди. - Эх, ладно, пойду выпущу его на улицу, - грустно сказал рыжеволосый и покинул кухню. - Глэм, что у нас на завтрак? – спросила Виктория. - Я испёк печенье, - как всегда с улыбкой на лице сказал музыкант. - О да, обожаю твоё печенье, - радостно сказала рыжеволосая. - Я знаю. - Ох, прикинь, наш новый начальник в мастерской совсем уже задолбал. Бесит он меня, хочется врезать, но нельзя, иначе уволят… - жаловалась Вики, одновременно уплетая уже четвёртую печеньку. Она работала в автомастерской неподалёку. Недавно у них сменили начальство и стало сложней работать. - Не расстраивайся, я уверен, что всё наладится, - сказал гитарист. Старший сын уже поел и стал собираться в школу. - А, кстати, Ди, не мог бы ты присмотреть за своим братом? Ты же помнишь, что он недавно серьёзно учудил, - попросил его Глэм, вспоминая, как Хэви «случайно» поджёг кабинет информатички. К счастью, всё обошлось. - Ладно, буду присматривать, - неохотно согласился подросток. Старший блондин потрепал своего сына по голове и стал собираться на работу. Уже сегодня был последний учебный день для Хэви и Ди, а дальше начнутся их долгожданные летние каникулы. ____ Для Глэма день начался отлично. Прекрасная погода, как всегда отличное настроение и желание работать. Также у него намечается уже с завтрашнего дня отпуск, что тоже очень радует. Всё бы хорошо, но он ещё не догадывался, что ждёт его сегодня. ___ Возвращаясь домой, гитарист заметил, что ему перегородили дорогу. - Простите, можно я пройду, - вежливо попросил Себастьян, пытаясь обойти трёх больших байкеров на и так узкой дороге. Те переглянулись и, схватив того за руки, увели за дом, чтобы не было никаких свидетелей. Естественно, Глэм пытался сопротивляться, но по сравнению с ними был очень слабым. Они швырнули его на асфальт. Музыкант до последнего пытался сохранять спокойствие, пока не увидел… - Отец… - блондин был в ступоре. - Ну вот мы и встретились, Себастьян, - произнёс с неким отвращением Густав. Дальше его опять схватили за руки и рывком подняли с асфальта. Баг подошёл к нему и сильно ударил в живот. - Будешь знать, как чужих баб уводить, мудила, - сказал мотоциклист. Казалось бы, миссия была уже выполнена, но так казалось только Багу, он думал на этом всё и закончится, пока не увидел, как два других байкера кидают блондина на землю и начинают жестоко избивать. Всё что мог сделать Глэм это прикрывать лицо и голову своими руками. - Вы чего, всё, всё, стоп, чё творите! – возмутился Баг, отталкивая своих «друзей» от музыканта. Байкер, конечно, хотел отомстить ему за Викторию, что уже сделал, но то, что они начали делать сейчас, было слишком, даже для Бага. Мотоциклист застыл в ступоре, не зная, что делать теперь. - Отличная работа, - подал голос Густав, подходя ближе к своему сыну. - Ч-что я тебе сделал, за что? – тихо говорил Себастьян, корчась от боли, и пытаясь подняться с асфальта. Но его придавили ногой, не давая встать. Он мог смотреть только на фигуры, которые возвышаются над ним. - За то, что ты родился на свет, ничтожество. Напомни, кого ты там хотел избить бейсбольной битой? – спросил Густав, вспоминая его записи в дневнике. В ту же секунду Глэм получил сильный удар по рёбрам тростью от своего отца. - Ты позор семьи, слышишь, ты никто, - процедил он, наклоняясь ближе к музыканту. Густав придумал, как ещё больше сделать ему больно. - Мать умерла из-за тебя. - Ч-что? – не мог поверить в это Себастьян. - После того, как ты ушёл, она страдала больше всех, а потом скончалась. Вот видишь, ты сплошная ошибка. Последние слова просто добили его. - Уходим, - после недолгой паузы приказал Густав своим «союзникам» и добавил, - Если кому-то скажешь или доложишь в полицию, то твоей семье и всем, кто тебе дорог не поздоровится, ты меня понял? Я знаю о тебе абсолютно всё, так что даже не сомневайся в этом. Расскажешь и я превращу вашу жизнь в ад. Баг всё ещё смотрел на побитого гитариста с сожалением и уже осознавал свою ошибку. - Чего застыл? – сказал старший Швагенвагенс, - Тебя это тоже касается, Баг. - Прости… - тихо сказал байкер, обращаясь к Глэму, и ушёл вместе с остальными.