Play with fire

Антон Антон Шастун всегда думал, что природа хорошенько так постебалась над ним, сделав омегой. Внешне он подходил по всем параметрам. Рост под два метра, худощавое телосложение, отсутствие выраженной мускулатуры. А еще эта лучезарная улыбка, которая сама за себя говорит: буду сладко стонать под вами. Казалось бы, что тогда его не устраивает. Иди и спокойно запрокидывай ноги на плечи каждому встречному обольстителю в поисках того самого. Вся проблема заключалась в чертах альфы в его характере. Антон был излишне самоуверен и никогда не отступал от своей позиции, вне зависимости от статуса и силы оппонента, желал владеть кем-то и не прочь был покомандовать и, главное, АБСОЛЮТНО не нуждался в защите со стороны. Шаст не думал, что когда-нибудь сможет прогнуться под давлением партнера и уж тем более слушаться его беспрекословно. Парень был уверен, что будь он сам альфой, любая омега бы поддалась на его чары, проигнорировав толпу схожих по типажу соперников. Поэтому в обществе Антон почти всегда прятал тоненькую надпись «омега» на запястье, так предательски выдававшую его, за длинными рукавами рубашек и толстовок. Подобная манипуляция, на удивление, даже работала, многие были готовы поставить деньги на то, что Антон альфа. А кто не был готов, того Шастун отлично мог заставить это сделать. Тяжелые времена, связанные с течкой, парень старался проводить дома, не забывая пить препараты, подавляющие в нем животную похоть. Загвоздка еще была в том, что Антон действительно мечтал о настоящей верной любви и испытывал сексуальное влечение лишь к альфам. Но их нечеловеческое желание плоти, занудные подкаты и заезженные поступки быстро отбивали у Шаста желание сблизиться с партнерами. Как раз поэтому он до сих пор был девственником. Юноша в свои 22 уже места себе не находил, желая все-таки найти свое родное. Альфу, способную уломать его не своей обыденной дикой страстью вперемешку с нотками нежности, а особой индивидуальностью. Обладавшего исключительным ароматом, который заставил бы забыть о существовании в природе других запахов. Арсений На запястье Арсения Сергеевича Попова неотразимо безупречным почерком было выгравировано «альфа». С таким заявлением никто бы даже спорить не осмелился. Попов всю юность и молодость провел в скитаниях с целью найти своего омежку. Но безжалостная судьба не предоставила ему шанса. Отчаявшись совсем, в 27 он принял фундаментальное решение: открыть клуб только для альф и занять помещение над ним для одноразовых ночей с однотипными омегами, которые были направлены лишь на удовлетворение собственных потребностей. Во время подобных слияний, Арсений вел себя эгоистично, не стремясь ублажить партнера. Однако мужчина был просто виртуозен в постели. Долгие и необычные годы сексуальной практики подарили Арсу сейчас большую славу. Любой омеге было интересно подставить свою невинную белоснежную попку под его пылающие руки и посмотреть за ходом развития событий, а после каждую из них было сложно отогнать от Попова. Даже ходили слухи, что многие из случайных партнеров Арсения заканчивали жизнь самоубийством, не найдя ему стоящую замену. Омеги восхищались необычностью мужчины и желали его. Альфы боялись. Арсений обладал завидной силой, пользовался достойным авторитетом в обществе и варился в больших деньгах. Недоброжелатели только вступали с ним в спор, а могила для них уже была вырыта. Но сам Попов не был доволен своей жизнью. За маской страстного и властного искусителя альфа упорно скрывал душевное одиночество. Арс мечтал найти омегу, которой захочется и не будет страшно и неудобно показать его склонность к романтике, слабости и тайны. Альфе никогда не было стыдно говорить о своих самых грязных и диких фетишах, но открыть душу было некомфортно.

***

У Антона наступили дни очередной течки. В этот раз он решил не запираться дома, а пойти попытать удачу. Возможно это поможет ему наконец найти свое среди чужого. Выпив приличную дозу препаратов во избежание ненужных казусов, Шастун решил идти напрямую, поэтому сейчас находился в продолжающем изо дня в день быстрыми темпами набирать популярность клубе для альф. Антон был знатно наслышан о безумно харизматичном управляющим ночного заведения лет 30, но лично знакомиться не спешил. Подобных ему альф, он считал папиками, давно утратившими юношеский интерес к жизни и пытающимися его вернуть таким нелицеприятным способом. Клуб мог похвастаться одной из самых мощных охран, но благодаря наточенному поведению Антона ни у кого на входе даже вопросов не возникло. Однако это был бы не Шаст, если бы все вышло без происшествий… — Тут тебе не место, омега. Кто тебя вообще сюда впустил?! — больно сжимая руку, напирал на Антона один из охраников. Проходя мимо него, Шаст не вовремя решил почесать запястье, задрав рукав толстовки. Это не скрылось от пытливого взгляда альфы. Не успел Антон и сказать что-либо в ответ, как прямо из-за его спины донеслось: — Это я —  Антон почувствовал раскаленное дыхание у себя на шее и этот запах… у омеги сжались лопатки от пробежавшего по ним холодка… Все альфы пахли схоже: коньяк, море, шоколад, корица, даже перец, а тут запах костра вперемешку с ноткой хвои. — Я разрешил. И что ты мне сделаешь?.. Ничего — продолжал монолог Арс, тягуче выдыхая на каждом слове. Приманил его сюда этот аромат, такой легкий, но не сладкий… будто лепестки роз с карамелью. И это дуновение за секунду образовало тугой узел внизу живота. Но как только Попов подошел ближе к омеге, рядом с привычным развратным состоянием встало желание прижать к себе до боли в груди и никогда не отпускать. Для Арсения это было в новинку. — Извините, Арсений Сергеевич — донесся жалобный голосок Попову в спину, когда он подхватил на руки ничего непонимающего в данный момент Антона и отнес к себе наверх. Звук хлопнувшей двери, вывел Шаста из оцепенения. — И зачем ты влез?! Я бы сам справился. Я же не беспомощный, — взвинтился омега, после того как оказался на ногах — Я не из тех, кто не способен справиться сам. Иди другим помогай. Попов лишь улыбнулся, посмотрев на начинающие намокать джинсы парня. — Ну и хули ты лыбишься? — еще больше злился Шаст, от чего щеки начали пылать алым огоньком. Аромат, исходящий от парня затуманивал разум Арса, а сейчас еще и этот румянец. Он еле сдержался, чтобы прямо сейчас не кинуться на омежку, одним рывком не сорвать с него одежду, не покрыть точенными укусами каждый сантиметр длинного торса и рывком не войти по самые яйца Антона. «Нужно подавить в себе такие мысли» — пронеслось в голове у Попова. Арсений, как никто другой, умеет быть грубым, доводить омег до скулежа и слез всего парой ловких движений и умолять их просить еще несмотря на жгучую боль, разливающуюся по всему телу. Альфа, безусловно, покажет этой «розе в карамели» пляшущие звездочки от желания и разъяснит, кто тут папочка. Но этого юношу с травянистыми глазами он научит, что такое любовь и покажет, что такое быть всем для человека. — Ты течешь как фонтан, — произнес Арс, кивком указав в сторону зеркала — Только на меня у тебя такая бурная реакция, да? —  альфа подошел ближе и, сцепив руки за спиной, посмотрел прямо в глаза Шасту, в которых тот усердно пытался спрятать ответ на заданный вопрос. Получилось у него это плохо, так как настолько близкое присутствие Попова приводило его в мандраж. Защита омеги от альф рушилась с каждым движением старшего. — Ты ведь хочешь попробовать? — над самым ухом прошептал Арс. — Нет — собрав последнюю волю в кулак, тихо, но твердо отозвался Антон. Парню было тяжело, таблетки его подвели, течка была сильнейшая за последнее время. Низ живота уже изнывал под давлением. Однако похоже дело было не в препаратах. Этот запах… он просто повсюду в этой комнате… кажется будто он в лесу, это сводит омегу с ума, но как будто открывает клапан, запуская наконец внутрь воздух. Плюс этот классический черный костюм, так элегантно стягивающий плечи незнакомца. Маленький тайный фетиш Антона, который ломал все принципы парня, превращая его в похотливую сучку. Шаст уже не мог устоять на ногах, поэтому сел на кровать, стараясь из последних сил прикрыться руками. Получив отказ на свое предложение, Арс повернулся в сторону двери, когда до него долетело слабое: Не уходи… су…ка…пожалуйста — Антона уже начало бросать в дрожь от внутреннего желания, но пока устои парня были сильнее. Однако отпускать альфу он в любом случае не хотел. Шаст предполагал, что после его заявления, Арсений махом кинется на него и возьмет силой. Но какого же было удивление омеги, когда владелец клуба вальяжно подошел к нему: — Арсений Попов, для тебя просто Арс. Ты не пожалеешь — ухмыльнувшись, протянул руку парню альфа. — Ааантоон Шаастун — ломающимся голосом произнес омега, ответив на рукопожатие. — А теперь мы уходим — и, сорвав Антона с матраса, старший уверенно потащил его к двери. У омеги загорелись глаза, такой поворот явно пришелся ему по вкусу. Даже тело, будто согласившись с ним, перестало отчаянно изливаться. — Стой, Арс… — не успел Шаст обмолвиться о своих запачканных предэякулятом джинсах, как ему бросили «минуту». Старший, покопавшись в небольшом комоде, выудил оттуда «нечаянно так» одни из самых узких черных брюк и бросил их омеге. Но это был бы не Шаст, если бы не решил повыпендриваться… — Нееее, вот эти вообще не вариант. Я видел там фиолетовые, вот они прикольные — сладко протянул омега. Арс резко развернулся и цепко схватил Антона за шею. Прижав парня к шершавой поверхности стены и перекрыв воздух, игриво произнес: Можешь взять любые. После чего поддался вперед и, ловко вобрав нижнюю пухлую губку омеги в рот, прикусил ее, оставив небольшие алые следы. — Если смелый — закончил Попов, опустив руку и отстранившись от парня. В штанах у Шаста стало заметно тесно. Вот он и узнал, что заводится, когда его душат. Однако Антон не собирался показывать это Арсу. — Угроза не засчитана — глубоко вдохнув, мило улыбнулся омега, обогнул альфу, проследовал к полке и вытащил оттуда фиолетовые штаны. Арсения такой исход событий явно не устраивал. Только Антон успел примерить вещь, как к нему сзади подошли, бесцеремонно расстегнули ширинку, запустили руку в брюки и щекотно провели по кончику ствола. Но этого оказалось мало. И омега ухмыльнулся, он прекрасно знал, что пытается сделать игривый альфа. Теперь Арс был обязан довести дело до конца. Он перевел руки на ягодицы и, смяв их в руках, шлепнул по одной. — Вот сука — на белье Антона появилось мокрое пятнышко — Ну все, все, ты победил — начал омега, осознавая, что внизу живота собирается тугой узел, и попытался отстраниться. — Ну уж нет — почти прорычал Арс. Он не привык оставлять дела незаконченными. Развернув Шаста, он стянул с него пушистую сероватую толстовку, превращавшую омежку в милого мишку. Отбросив ее в сторону, Арсений прильнул к шее парня, оттягивая кожу и оставляя крошечные засосы. Антон надрывно постанывал, пытаясь отстраниться. — Бля, Арс… Прекращай, пойдем — пытался отцепить от себя мужчину, уже знатно возбужденный и мокрый омега — Суууука, Арсений — Попов короткими поцелуями провел дорожку до сосков и успел подуть на один из них. Но в планы Арса не входило заканчивать. — Ага. Сергеевич — манерно высказался альфа, проведя языком по ставшей торчком бусинке. У Антона глаза закатились от нахлынувшей волны блаженства. Он, не выдержав, притянул к себе альфу для смачного поцелуя в губы. Арсений быстро перехватил инициативу, грубо проникая языком почти в глотку. Шастун ломался под давлением старшего. Но он не сопротивлялся, ему впервые хотелось занять вторую позицию и просто расслабиться, передав главенство в чужие руки. — Сделай так еще раз — мельком взглянув на свою грудь, прошептал Антон, и смутился от своих же слов. — Попроси правильно — властно произнес Арс, сладко выдыхая Шасту в ухо и проводя языком по раковине. — А ты случайно не оборзел?! Размечтался блин — омега не был сторонником всех этих развратных разговорчиков. С него разом слетела вся проникновенность к мужчине, и он задергался, скорее для вида, чем с реальным желанием удалиться. Все-таки колом стоящий член явно отвечал взаимностью. Им обоим уже было понятно, что Арсений его никуда не отпустит. Сжав запястья, он завел руки омеги за спину и начал медленно спускаться вниз, оставляя по всему телу парня любовные поцелуи и страстные укусы, которые потом виновато зализывал. Через Антона будто разряды тока проходили, отдаваясь теплотой внутри. Омега скулил, стонал и чуть ли уже не пищал от нарастающего внутри желания. — Арс… отпусти — попробовал выдернуть руку Шастун, мечтая прикоснуться к пульсирующему стволу. Арсений никак не среагировал на просьбу, лишь перехватил запястья омеги в одну руку и принялся массировать низ живота парня пальцами освободившейся руки и языком одновременно. У Антона подрагивали коленки, в уголках глаз начала скапливаться влага. Смотря на лицо омеги и слушая его тоненькие возгласы, у альфы у самого ноги разъезжались. Первоначальный баритон Шастуна превратился в писк и скулеж маленького котенка. Выступившие слезы на глазах омеги заставили альфу подняться и аккуратно всосать их в себя. Обратно плавно сев на корточки, он начал непозволительно медленно раздевать омегу. Антон тихо хныкал, потеряв уже все силы ни то, что вырываться из сильных рук партнера, да и просто говорить или стоять на ногах. А Арсений зубами расстегнул пуговицу и молнию на брюках и рукой стянул штаны вместе с вымокшим уже насквозь бельем. Альфа понимал, что Шастун уже на грани, и если он прямо сейчас хоть что-нибудь не сделает, тот кончит только от прелюдий. Но Арс бы себе не позволил упускать шанс позлить омегу, поэтому он сделал вид, что хочет обогнуть поцелуями ствол. — Господи, да сделай ты уже это — из последних сил нервно бросил Антон. — Что сделать? Одеть тебя и пойти вниз на танцпол? — прищурившись, спросил Арс. — Нет… Ты знаешь про что я — раздражался омега. — Даже не догадываюсь — состроив удивленную, невинную мордочку, воскликнул альфа. — Боже. Да отсоси ты мне — но мужчину такой ответ явно не устроил. Они оба знали, чего он ждет. — Папочка — закатив глаза, произнес омега. Арсений уже был сам возбужден до предела. И это возбуждение сейчас переросло в дикую страсть. В спешке облизав головку, он взял член целиком в рот. Пока альфа был занят, у омеги наконец-то получилось освободить уже порядком затёкшие руки и запустить одну в волосы Арса. Антон плавно водил головой Попова, хотя по факту всем было очевидно, что руководит здесь явно не он, и прогибался в спине до хруста, уже в открытую громко скуля. Умелые резкие всасывания и такие же отпускания заставили омегу обильно кончить спустя пару минут. Парень даже вскрикнул, не успев зажать перед этим рот свободной рукой. Зато этот крик напомнил Арсу о том, что нужно успеть отстраниться. А то как он, Арсений Сергеевич, солидный владелец дорого заведения пойдет вниз не в костюме. — А ты молодец, хорошо держался — усмехнувшись произнес альфа, уложив омегу на кровать. — Пошел ты — прилетело ему в ответ с соответствующим жестом в комплекте. — Не угадал. Пойдем мы — улыбнулся Попов.

***

Спустя 10 минут Антон все-таки надел несчастные черные брюки и парни спустились вниз. — Что тебе взять? — спросил Арсений, захотевший забежать в бар. Ему было страшно оставлять омегу одного в окружении альф, слишком едким был исходящий от него запах. Арс пока не решался ставить метку на теле юноши. Но Попов знал, что если он сейчас попросит Шаста никуда от него не отходить, он получит не только категорический отказ, но скорее всего еще и по морде. Поэтому альфа решил, что он по-быстрому. — Я хочу текилу — донеслось уже из толпы на танцполе. «Не ну, а этого, конечно, ничего не волнует, бессмертный» — вспыхнула мысль в голове у Арса, когда он попросил у бармена две рюмки текилы. В его руках только успел оказаться жгучий алкоголь, а в центре клуба уже разразилась драка. — Сука. Имбецилы — выругался Попов, сразу догадавшись, что ему предстоит лицезреть через пару секунд. Молниеносно поставив алкоголь обратно на барную стойку и добравшись до места инцидента, он застал Антона, который довольно неплохо отбивался от целых четырех альф. Превосходство в росте, хорошо поставленный удар, а еще удачно расположенные кольца на пальцах здорово выручали омегу. Но из-за количества нападавших Шаст уже начал выдыхаться. — Антон, иди в машину. Черная, у входа стоит — строго бросил Арс, с размаху зарядив по носу ближнему альфе. — Обойдешься — впечатав колено в живот напавшему, ответил омега. — Тош, пожалуйста. Это дало нужный эффект. Шаст уклонился от кулака соперника и сразу шагнул за спину Попова. Пока омега продирался через толпу к выходу, до него долетало «Арсений Сергеевич, мы не специально» «Мы же не знали, что это ваше». После «это» у Арса прям крышу сорвало, и он уже не отдавал отчет своим действиям. Мужчина ненавидел, когда альфы пренебрежительно относились к омегам. А тут еще и к Его омеге. Кажется, он даже сломал руку одному из этих мудаков.

***

Омега выскользнул на улицу распаленным, поэтому отказался от идеи сразу садиться в машину. Ёжась от морозного ветра и посильнее кутаясь в толстовку, Антон курил, выдыхая вместе со струйкой дыма скопившееся внутри напряжение. Парень думал о том, как этот мужчина с запахом костра стал целым огнем, пожаром, в котором не осталось бы выживших. В памяти эпизодами отпечатались его смех, его жаркие поцелуи, плавные касания и такое особенное «Тош», делающее омегу просто самым главным сокровищем в мире. Шасту не было неудобно или страшно передать инициативу в руки Арсу, уступить ему или спрятаться за его спину. Он хотел этого. Кажется, омега влюбился… Хотя наверно это слабо сказано. Полюбил. Да, именно полюбил. Его альфу. Арсений пулей вылетел из клуба, запрыгнул в  машину и так хлопнул дверью, что стенки  затреслись, а окна чудом не лопнули и не рассыпались на сотни крошечных искр. Антона разом охватила паника, он быстро выбросил бычок в урну и занял соседнее место в машине. Альфа был в ярости, он до белых костяшек сжимал кулаки и пытался восстановить дыхание. Его аж трясло от злости. — Чшш — чудом успев перехватить кулак, рванувшийся к стеклу, прошептал омега и начал массировать кисть, побуждая альфу раскрыть ее. Когда у него получилось задуманное, он увидел ссадины от ногтей, впивающихся в ладонь. «Проблемы с гневом» — осознал Антон. Но парня это не заботило, а заботило состояние Арса. Альфа весь сжался от напряжения, изредка подрагивая. Омега подполз ближе, и ухватившись за плечи мужчины, принялся массажировать их, одновременно оставляя сладкие поцелуи на шее. Попов размокал в его руках, потихоньку приходя в норму. — Извини меня — тихо произнес альфа, опустив взгляд на свои ноги. — За что? — искренне удивился Антон. — За то, что я не смог удержать себя в узде, переборщил, защищая. За то, что тебе пришлось на это смотреть — стыдливо затараторил Арс. — Эй… Взгляни на меня — когда Арсений посмотрел омеге прямо в глаза, он продолжил — Я люблю тебя, слышишь. Попов ничего не ответил, лишь улыбнулся, показав кристально белые зубки. Но Антону это было пока и не нужно, он просто хотел, чтобы альфа пришел в норму и не корил себя за то, кем является. Тревога окончательно покинула тело Арсения, и он совсем по-детски развалился на заднем сидении, положив голову на колени к Шасту. Оставшийся путь они преодолели, разговаривая о какой-то абсолютно ненужной ерунде, стараясь получше узнать друг друга. Антон обрабатывал небольшие ссадины на теле Попова и избитые костяшки перекисью, которую откопал в аптечке в дверце машины. Арс мимоходом копался в телефоне. Водитель не мешал их идиллии. Долгие годы работы у Арсения Сергеевича научили его предугадывать место назначения. Поэтому сейчас он плавно двигался в сторону дома Попова.

***

Влюблённые завалились в квартиру Арса, сцепившись в жарком поцелуе. Нехотя отстраниться Антона заставил просто неповторимый запах пиццы, льющийся из кухни. Живот омеги громко заурчал. Только сейчас парень осознал, что ел последний раз несусветно давно. — Как ты успел? — расплывшись в улыбке, спросил омега. — Нравится? Мы пока до дома добирались, мне пару моих друзей помогли все доставить. Небольшой способ извиниться… — Господи… За что я должен тебя простить? За то, что ты прикрыл мой зад? — измученно произнес Антон и обнял альфу сзади, зарываясь в его волосы и получая желанный запах костра с хвоей. — Ну тогда подарок… Сюрприз. Да вообщем какая разница… Это просто Тебе — сделав акцент на последнем слове, прошептал Арс и, вывильнув из рук младшего, пошел доставать пиццу из коробок и разливать вино по бокалам. Пока старший возился на кухне, Антон успел вымыть руки и пройти в гостиную. — Пианино. Нифига себе. Ты играешь? — проорал омега из комнаты. — Неее. Оно в общем мне от дедушки досталось. Я все хотел научиться, но работа отнимает чертовски много времени. — Конечно, нужно же еще было успеть всех омег города перетрахать — усмехнулся Шаст. — Антош… — виновато начал оправдываться Арс. — Да я шучу. Че ты напрягся — быстро прервал его омега — Можно я попробую? — Валяй — Мм, это шедевр. Если ты не учишься в музыкалке, то мир явно теряет гениального творца — прикоснувшись губами к макушке парня, произнес Арс — А на кого ты кстати готовишься пойти? — Ты был близок, я в театральном — кусая пиццу из рук альфы и запивая вином, ответил Антон. — А я же тоже на актера отучился, но в итоге в бизнес занесло — жуя, высказался Попов. — Значит тоже дитя сцены…а спорим, я стоны круче изображу? — манерно произнес омега, ставя бокал на пианино. Попова не нужно было просить дважды. Отбросив в сторону все ненужное, он подхватил омегу под бедра и перенес в спальню на кровать. — Сними толстовку, ложись на живот и приподнимись на локтях — приказал альфа. Антон послушно выполнил указания, хоть и был напуган. Он доверял Арсу, но это был его первый секс, а неизвестность не давала расслабиться и поддаться желанию. Арсений сегодня не хотел спешить, желая подарить этой «розе с карамелью» как можно больше любви. Если конечно не сорвется, он будет держаться до последнего. Поэтому поместившись на кровати сбоку от парня, он принялся массировать подушечками пальцев его шею и спину. Антон еще ярко помнил минет и не был готов заново столько ждать. — Давай без этого. Просто трахни меня — почувствовав заметную тесноту в брюках, произнес омега. Альфа сам был непрочь это сделать. Грубо, рвано, жадно. Но его останавливало знание, что он у омеги первый в сексуальном плане. Они успели обсудить данный факт в машине. А первый раз всегда больно. Если раньше Арс мог позволить себе эгоизм, то теперь нет. Но он все же начал расстегивать свои джинсы. — Я передумал, раньше было лучше — пошел на попятную Антон, испугавшись позвякивания металлической пряжки. — Поздно — посмеялся Попов, доставая из тумбочки смазку и презерватив. — Ты у меня еще звездочки увидишь, малыш. Стянув с омеги брюки вместе с трусами, Арсений наградил легким поцелуем ключицу младшего. Обильно вылив смазку на пальцы, альфа все равно решил, что этого может быть недостаточно. — Холодно блять — процедил Антон, почувствовав на своей промежности струйку охлажденной смазки. — Завались — грубо произнес Арс, запустив половину пальца внутрь. Омега вскрикнул, все тело разом обдало болью. — Прости…расслабься, скоро станет хорошо — нежно прошептал старший, проводя другой рукой по самому чувствительному месту внизу живота у Антона и целуя в бедро. Но омега не мог успокоить сердце, первое движение Попова внутри него наградило его отрицательными впечатлениями. — Иди сюда — осторожно пригласил омега к своему лицу альфу, вдалбливаясь языком тому в рот. Поцелуй унял дрожь внутри младшего, и он был готов продолжать. — Перевернись, сможешь видеть, что я делаю — предложил Арс. Когда Шаст оказался лицом к Попову, первый палец протолкнулся в него целиком. Вначале было неприятно, но дикий взгляд альфы помог омеге забыть о боли и вспомнить о желании. Второй палец проник в Антона почти сразу же. И старший начал трахать омегу двумя пальцами, ловко задевая простату при каждом толчке. — Ааааарс… Это охрееееннено — простанывал Шастун, когда в нем оказался и третий палец. — Знаю. Ты безумно тугой и узкий, словно резина — альфа уже раскатывал презерватив по оголенному стволу и лил на него смазку. Ждать уже не было сил. Старший так и не понял, смог ли он полностью провести растяжку. Хотелось здесь и сейчас. Поэтому он рывком вошел наполовину. Антон проскулил. А Арсений вторым рывком вошел до конца. — Блять… Больно — выкрикнул Шаст, из глаз брызнули слезы, но альфа уже не обращал на это внимание. Будет нужно, извинится завтра. Мужчина хотел сделать это с самого первого вдоха этого душистого аромата. Попов грубо трахал стонущего под ним парня. Кровать тряслась, намекая, что может развалиться. У Антона уже взгляд помутнел от подступающего оргазма. Поэтому когда его шею резко сжали, лишив кислорода, он кончил, забрызгав спермой собственный живот и простыни. Во время оргазма, ягодицы младшего сжались так, что альфа излился сразу следом прямо в Антона, навалившись на него всем телом. Оба парня изрядно вымотались. У Арса хватило сил лишь на то, чтобы с громким хлюпаньем выйти из парня, завязать в узел использованный презерватив, бросив его в неподалёку стоявшее мусорное ведро, и вытереть себя и любимого стянутой с себя рубашкой. После он закутал уже тихо сопевшего омежку в одеяло, прижался к нему и уткнулся носом в ключицу. Арсений заснул абсолютно счастливым. А его нюх уловил как запах розы с карамелью приобретает в себе нотки хвои.

***

— Ну все, Антон, ночь прошла. Возьмите на столе в прихожей 5 тысяч, такси подъехало. Спасибо за предоставленную вами услугу, я обязательно вам еще позвоню —  после пробуждения постебался альфа, не увидев в постели омегу. — А мне не понравилось — посмеялся в ответ младший с балкона. — Тош, ты дурак?! Там холодрыга такая, а он стоит курит в трусах — выругался Арс. После сполз с кровати, прихватив с собой большой пушистый плед. Выйдя на балкон, заботливо накинул его на плечи омеги и поплелся обратно. — Хочешь, расскажу секрет? — прервал дымление Антона крик из спальни. Омега быстро потушил сигарету о стену и бросил бычок в пепельницу. Проследовав в комнату, младший сел на кровать в позе лотоса. — Слушаю — прошептал омега, аккуратнно сжав руку альфы в своих. — Я долго не мог найти свою родственную душу, все казались какими-то пустыми и однообразными. Пришло смирение с одиночеством. И тут я встретил одного омегу. Ему было лет 20. До этого такие красивые люди не встречались на моем пути. Эти малахитовые глаза, подтянутый торс, неисчисляемое количество диковинных фенечек на запястье, лучезарная улыбка. Омега попал в небольшую передрягу. Наверно мне бы и не посчастливилось его встретить, если бы не свежий аромат роз с легкой ноткой карамели, будто жженой. Когда я увидел, как он абсолютно не боится альфу, загородившего ему путь, озирается на него свысока и будто говорит «Да куда тебе до меня», я захотел, чтобы на меня он посмотрел по-другому. Не обвиняюще, а по-доброму. Потом я впечатал его в стену, а он будто вклеймил себя в мою душу. Я люблю этого омегу и хочу, чтобы он был Моим. Наверно однажды я осмелюсь ему в этом признаться и попрошу его разрешение… — Да, я согласен — прервал монолог мужчины, улыбающийся омега. По щеке предательски скатилась слеза, и парень утер ее тыльной стороной ладони — папочка — добавил он, ухмыльнувшись. В глазах Попова запылал огонек, он притянул запястье омеги к губам и смачно прикусил, зализав потревоженное местечко. Спустя неделю таким же теплым «Да» парни обменялись в загсе. А через месяц, обнимая своего беременного омегу, альфа прошептал «О да».