Под прицелом

— Санджун, ты уверен? Женщина стоит возле окна, в комнате темно, только свет лампы и фонарей за окном освещает ее. — Я несколько лет не могу быть уверен хоть в чем-то. Не прекращая искать папку, мужчина поочередно открывает каждую тумбочку, в поисках нужных ему документов. — А если что-то пойдет не так? Обнимает себя за плечи холодными руками, пытаясь прогнать противный холодок страха, пробежавший по позвоночнику. Женщина внимательно следит за каждым движением и тем, как сменяют друг друга эмоции на лице мужчины. — Тогда нас убьют. Честно ответил альфа, он тяжело выдыхает, понимая, что идет на большой риск. За предательство — смерть, и это еще самая маленькая расплата. — Если нам повезет, то нас просто убьют, если же нет, то устроят ад на земле. Достав из нижнего ящика нужный документ, Санджун внимательно вчитывается в дело двадцатилетней давности. Его передергивает от воспоминаний той ночи, он сводит брови к переносице, пробегая глазами по буквам.

Дело N1864 Подозреваемый: Ким Намджун Возраст: 21 Вторичный пол: альфа Причина задержания: Подозреваемый был взят под стражу во время проведения продажи оружия на складе. Также было задержано еще десять человек во главе с подозреваемым. Оружие было передано для проведения дальнейшей экспертизы.

Потерев пальцами переносицу, Санджун опустил очки обратно на нос, вчитываясь в детали и проверяя, не избавился ли он тогда от важных бумаг. Он никогда не забудет тот день и запах крови. Они взяли десять человек только по одной причине, остальных убили на месте еще до прибытия копов. — Санджун, — произнеся имя мужа, женщина замолчала, дожидаясь, пока ее муж хотя бы посмотрит на нее, чтобы она поняла, что ее слушают. Когда мужчина поднял взгляд на омегу, та продолжила. — А что будет с Ёнджуном и Юнги? Мужчина снова тяжело вздохнул, это был самый сложный вопрос, на который он не хотел бы отвечать. — Ёнджун сейчас в Китае, он занимается машиностроением, его, возможно, не тронут, он на постоянной основе вносит деньги в казну Намджуна. А Юнги... я поговорю со своим знакомым, если с нами что-то случится, то он заберет Юнги к себе. Он мальчик не маленький, так что многого ему не нужно. — Тебя не смущает то, что он омега? И то, что ему четырнадцать? У него еще даже течки не было. Женщина хмурит тонкие брови, ей не нравится затея альфы. Она во многом готова поддерживать своего мужа, но это его решение просто не оставляет шансов на хороший расклад событий. Такое же предчувствие у нее было и двадцать лет назад, до встречи с их личным кошмаром. — Я был его возраста, когда мне пришлось впервые выкручиваться из взрослых проблем, в которые я попал не по собственной воле. — Но ты альфа! А он омега. — Воскликнув, женщина подошла к столу, закрывая собой луч фонаря за окном. Санджун ничего не ответил на это, потому что омега права, он альфа и ему было в некотором роде проще. Ему не нужно было беспокоиться о течках, в то время, когда омеги себя не контролируют, он не боялся темных переулков и ночного города со всеми его секретами. Как будет выживать Юнги самостоятельно, будучи омегой в этом городе, представить сложно, а если еще на него и откроют охоту, как на младшего сына Мин Санджуна, то становится страшно. Санджун уже прожил большую часть жизни, он успел наделать ошибок, успел побыть счастливым и вляпался в проблемы по самое не хочу. В проблемы, которые завели его в тупик, которые не дают дышать из-за страха за детей, что даже не подозревают, чем их отец занимался все это время. — Пак Чонсу о нем позаботится, если с нами что-то случится. У него тоже сын омега, он мне не откажет, если я попрошу. — Санджун накрывает своей ладонью руку женщины, он хочет успокоить ее, хотя сам с трудом верит в собственные слова. — И все же, разве у нас нет другого выбора? В голосе женщины слышалась мольба, она тоже прожила много, но в то же время многого не успела и, возможно, не успеет, как и Санджун. Даже самое банальное — они не успеют стать бабушкой и дедушкой. Они не успеют, если правда всплывет. — Нет. Пан или пропал. Мужчина откладывает папку с бумагами, на которую кладет свои очки. Он поворачивается к жене, с которой прожил больше двадцати лет, которая подарила ему двоих прекрасных детей. Будет жаль, если дети не выживут, а они уже пожили. Крепко сжимая хрупкие плечи, Санджун беспрерывно повторяет: «Спасибо за все. Прости. Я люблю тебя». Не говоря ничего в ответ, омега сильнее жмется к альфе, позволяя мужу намочить воротник рубашки слезами. Она знает, что у них не будет другого конца. Все закончится, таймер начнет тикать, как только этот документ попадет в руки СМИ и отдел полиции. Какую должность не занимал бы Санджун в прокуратуре за взятки, покрывание преступников и много чего другого его посадят. А Ким Намджун долго решать не будет. Он просто уберет Санджуна и его семью, которая больше не будет ему полезной и легко найдет замену. Этим миром ничто так не правит, как деньги.

⛓

— Юнги... — Мужчина сокрушительно выдыхает, когда видит омегу на корточках, держащего себя за голову. Его тонкие пальцы запутались в темных волосах. Он не обращает никакого внимания на мужчину, продолжая раскачиваться вперед-назад, шепча себе что-то под нос, пока дрожащая рука не прикоснулась к его плечу. Смаргивая слезы, омега притягивает за плечи Мина к себе. — Пойдем домой. Шепчет на грани слышимости мужчина, но Юнги слышит и только кивает, говорить совсем не хочется. Звуки мигалок подъезжающих патрульных и машин скорой помощи глушат остальные звуки на их фоне. В висках начинает стучать, уши закладывает пронзаемый до костей свист. От этого свиста кровь стынет в жилах, хочется спрятаться и закрыть уши. Видя состояние Юнги, мужчина прибавляет шагу, почти волоча Мина за собой к машине. Машина едет долго, на фоне играет только лишь классическая музыка. В любое другое время Юнги бы закрыл глаза и просто вслушивался в прекрасные звуки, от которых обычно он чувствует, будто кто-то нажимает на его нервные клетки, которые приводят ток к мозгу, по пути посылая по его телу приятные мурашки. Но не сейчас, не в этой ситуации. Может больше вообще никогда, как и мелодия из-под маминых пальцев, которые порхали над клавишами их любимого рояля. Немного придя в себя после случившегося, Юнги смотрит в зеркало, пытаясь вспомнить, где он видел этого мужчину раньше. Будто почувствовав, омега за рулем тоже смотрит в зеркало, замечая взгляд темных глаз. Пак Чонсу? Омега растягивает губы в несмелой улыбке. — Узнал-таки? Я уж думал, ты совсем забыл меня, сколько времени ж прошло. Юнги разве назвал его имя в голос? Плевать, главное, что он знает кто это, иначе пришлось бы плохо, и плохо было бы точно не Мину. Отвернувшись к окну, Юнги обрывает всякие попытки Чонсу заговорить с ним, он ненавидит этого мужчину. Зачем он приехал за ним? Он отвезет его к Ёнджуну? Это маловероятно, Ёнджун в Китае, он, наверное, даже не подозревает о том, что происходит здесь. Юнги так не хватает его объятий и поддержки именно в эту секунду. Чонсу воспринимает игнор на свои слова по-своему и больше не пытается вывести омегу на разговор. Сейчас не самая подходящая ситуация, а если учесть, что между ними было, так лучше вообще промолчать, чем попытаться привести хоть один пример их нормального разговора. Чтобы хоть немного разрядить обстановку, омега переключает музыку. 100 Ways (Jacson Wang) могла бы быть уместной для разрядки обстановки, если бы не тусклое настроение обоих омег. Не самая лучшая перспектива после такого слушать эту песню. Поэтому Чонсу переключает на Дункан Лоуренс — Arcode. Юнги упирается головой в стекло, смотрит на мелькающие силуэты прохожих, светящие фонари и темные здания, в которых нигде не включен свет. Он видит все будто в замедленной съемке. Песня наталкивает на не такие давние воспоминания. Он давно хотел сходить с родителями куда-то, брат обещал приехать, как только сможет выбить себе выходной. Они должны были посидеть как раньше, в любимом кафе, под песни, что звучали из старого патефона. Владельцы кафешки крутили одни и те же песни на протяжении всего времени, сколько омега себя помнит. Юнги с Ёнджуном в детстве всегда соревновались, когда приходили в кафе, они угадывали последовательность песен. Это было только их соревнование. Поначалу выигрывал омега, но со временем Ёнджун запомнил алгоритм, и угадывать стало неинтересно. Где-то среди альбомов в кладовой были фотографии, которые так любила делать его мама. Но фотографий больше нет, остались только хрупкие воспоминания. Машина притормозила у многоэтажного дома. Чонсу повернулся к омеге, отстегивая ремень. Надежды Юнги на что-то хорошее рухнули, когда он увидел знакомый дом. Он слишком хорошо его знает и точно так же ненавидит это здание, как и Чонсу, но желание снова увидеть бывшего лучшего друга и его маленькую принцессу немного поумеривает желание дать по роже этому омеге, который возомнил себя святым и теперь помогает бедняге. Мин решил не обращать внимания на этого омегу, он тоже отстегнулся и вышел из машины первым. Проигнорировав обращение Чонсу с его глупыми вопросами, Юнги открыл дверь подъезда, проходя внутрь здания. Поднимаясь в лифте на десятый этаж, Чонсу бросает все время обеспокоенные взгляды на Юнги, который смотрит в одну точку, не выражая никаких эмоций. В глазах Мина океан пустоты и безразличия, такое чувство, будто это не его Чонсу часом ранее поднимал с земли и тащил к машине. Как два разных человека, аж в дрожь бросает, как можно так безразлично относиться к смерти родителей? Если бы такое случилось с Чонсу, то он бы рвал и метал. Пошел в полицию и начал бы искать виновных, но точно не относился бы ко всему настолько безразлично. Пак открывает дверь и пропускает Мина в квартиру первым. С другого этажа по лестнице слетает растрепанный парнишка в футболке с уточкой и штанах в клубничку. Розовые волосы торчат во все стороны, немного пушатся при легком дуновении, будто волосы намагничены. — Хён, — парень улыбается так же, как и два года назад. Даже щечки не пропали. — Привет, — безэмоциональный ответ не стирает улыбку с щекастого личика. — Я уже боялся, что не увижу тебя больше, как ты? Ты решился, наконец, прийти к нам в гости? Чимин так наивно улыбался, он не знает об истинной причине, почему Юнги оборвал их общение и вообще все, что могло бы хоть как-то напомнить ему о Паках. Чонсу, стоявший за спиной Мина, активно жестикулирует руками и во всю использует свою мимику, показывая руками «нет» и что-то постоянно говорит одними только губами. Чимин внимательно смотрит на все, что показывает папа, но ничего из этого не понимает. — Прекратите делать это за моей спиной. — Произнесенные громко слова заставляют Чонсу замереть на месте. Чимин немного начинает напрягаться, чувствуя неладное. Уже становится не так весело. — Просто скажите как есть, скажите, что моих родителей убили, а вы, как благотворительная контора, решили приютить бедного несовершеннолетнего. Плюсик в карму перед смертью захотели, да? С наглой ухмылкой Юнги на пятках разворачивается к Чонсу, старший омега опускает голову. — Юнги, ты уже не маленький, ну пойми ты... — Отказываюсь! Нагло перебивая мужчину, Юнги заносит руку для удара и в последний момент останавливается. Он не хочет прикасаться к грязи, не хочет. — Фу, даже руки марать не хочется, вдруг ты заразный. Брезгливо обтирая руки об первую попавшуюся ткань висячие на периле, Юнги морщится, ему противно прикасаться ко всему в этом доме. Даже если это только что выстиранная ткань, для него здесь всегда будет грязно. Недолго думая, омега шагает прямо по памяти, он знает, что где-то в этом доме есть детская, где должна быть его маленькая принцесса, которую он не видел целых два года. Это, наверное, единственный человек в этом доме, не считая Чимина, кто не грязный. Чимин так и остался стоять возле двери, не зная, что и сказать. С одной стороны, он рад, что его бывший лучший друг решил снова появиться в его жизни. Но с другой, Юнги появился в его доме не для того, чтобы увидеться и продолжить многолетнюю дружбу, а всего лишь потому, что у омеги умерли родители и ему теперь некуда пойти. Чимин знал, чем занимался отец Мина, но никогда не говорил об этом Юнги, потому что считал, что если он не знает об этом, то от чужого человека он точно не должен слышать. Невозможно предсказать, как бы среагировал на эту новость Юнги. Не зря же говорят, что стоит бояться спокойных людей. Пак не говорил обо всем, что знал, Юнги прямо, он только использовал тонкие намеки. Скорее всего, Мин даже не понимал, что он пытался ему донести. — Ты не говорил ему? Чимин, задавая этот вопрос, стирает со своего лица улыбку. Юнги так пофигистично относится к этой ситуации. Может, он сам догадался? — Ничего я ему не говорил. Если бы сказал, он еще больше возненавидел меня. В тон сыну отвечает омега. Если учитывать, что родителей Юнги убил один конкретный человек, то им нужно будет быть в разы осторожными. Юнги не должен знать о тесном сотрудничестве семей Пак и Ким. Ведь пока он будет находиться под крышей Паков, Намджун не тронет его.

⛓

Касаться омег приятно, их податливость возбуждает, их покорность каждому сказанному слову удовлетворяет. Тэхён любит омег, любит их касаться, любит слышать их негромкие стоны по ночам у себя в кровати, любит не заморачиваться. Он может купить себе омегу в этом городе любую, кроме двух, омега друга уже не его омега. Вечер только в самом разгаре, а Чонгук сидит, скучает в углу комнаты, подальше от клубных омег, готовых на все ради пары тысяч вон. Чимин сегодня не придет, к нему переехал жить давний друг. Оторвавшись от губ приставучего омеги на коленях, Тэхён подозвал Чонгука. Альфа выдохнул через нос, стараясь сбросить накопившееся раздражение. — Твое трагическое лицо убивает весь настрой. Иди тогда к нему, не порть настроение другим. Ким снова возвращается к вылизыванию шеи омеги, который просто не прекращает ерзать на нем и покусывать ушко, беспрерывно повторяя, как он хочет альфу в себе. Чонгук только рычит на такое заявление. Тэхён просто не понимает, каково это - любить одного омегу и испытывать отвращение к тем, которых не так давно нагибал сам Чон. Сейчас же он смотрит на этих омег с отвращением, задает вопрос о том, что же такого он в них находил тогда, чего не видит сейчас? Чонгук возвращается на свое место, краем глаза замечает, как рука его друга проскользнула под ткань мокрых шортиков омеги, что так и не слез с его колен. Поморщившись от этой картины, Чон снова написал Чимину.

[Малыш]

Тогда давай я к тебе приеду. Ты же сегодня один дома, не считая твоего друга?

Гуки, тебе настолько скучно без меня? :)

Умираю от скуки...

Через десять минут папа собирается ехать обратно в компанию, его всю ночь не будет, а отец уже как месяц в командировке.

Это ты меня так приглашаешь?

Возможно? Быстро попрощавшись с друзьями, Чонгук выскочил из вип-комнаты. Ему не интересно, чем собираются заниматься Хосок и Тэхён после его ухода. Ему интересно, что там за старый друг у его Чимини, ради которого он даже от вечеринки отказался и остался дома.

⛓

— Что твой отец собирается делать с младшим сынишкой Санджуна? Хосок поглаживает омегу по бедру, та извивается в его руках, не прекращает насаживаться на игрушку. — Его под свою защиту взяла семейка Чимина. Скорее всего, он пока что даст мальчишке шанс пожить нормальной жизнью. Если же Паки откажутся давать мальчишке работенку, которую им пришлет отец, то его уберут, как и его гнилых родителей. С раздражением альфа бьет омегу на своих коленях по правой ягодице, отчего парнишка приподнимается, выстанывая его имя. — Заткнись. — Тэхён рычит на омегу, этот парнишка один из лучших работников клуба, но Кима раздражает то, что он так громко стонет и постоянно повторяет его имя. У этого омеги слишком громкий и высокий голос, он делает все просто превосходно, все, что требует от него работа. Но, похоже, в водовороте клиентов этот пупсик забывается, что Ким Тэхён не любит громких омег в своей постели. Они его только раздражают, обрубая желание на корню. — Как думаешь, он проблемный, тот мальчишка? Усмехаясь, Чон отстраняет от себя омегу. Та дрожит от желания, но Хосок слишком сильно любит игры, поэтому он прекращает двигать игрушкой и просто начинает поглаживать омегу. — Не знаю, но надеюсь, что нет. Отец сказал, что если я собираюсь занять его место, то мне нужно будет убрать его. — Он хочет, чтобы ты убрал мальчишку? Удивившись такому заявлению, Хосок даже останавливается, прекращая поглаживать омегу. — Я же тебе уже говорил, отец даст ему шанс. Этот шанс означает не попадаться мне на глаза, а если этот мальчишка еще и откажется от работенки, то тогда уже отец за него возьмется. Так что, пока у него есть время... — Беспощадные же вы. — Посмеиваясь, Хосок возвращается к омеге, снова насаживает ту на игрушку. — А со старшим, этим, как его? Мик Ёнджуном? — Хоть у кого-то из семейки Мин есть мозги, этот парень сразу понял, что здесь ему ничего хорошего не светит. Он перебрался в Китай, открыл свою фирму и лично пошел под крылышко отца, подписав с ним контракт. Мы ему неприкосновенность, он нам товар и канал для поставки наших товаров. Этот Ёнджун успел уже две компании подогнать под отца, думаю, он такого полезного человечка трогать пока что не станет. Омега на его коленях снова недовольно захныкал, испортив Тэхёну настроение окончательно. Альфа сталкивает омегу со своих колен. Не обращая внимание на вновь удивленные взгляды, он закидывает одну ногу на другую, наливает себе виски в стакан и просто откидывается на спинку кресла. Как же все достали. — Скоро экзамены, — невзначай напоминает Хосок, возвращая Кима в реальность, где ему до главы их компании, как к Луне на четвереньках. Его отец не имеет ничего против развлечений сына, но приказал быть хорошим учеником и сдать все на отлично. Ему еще предстоит много учебы в будущем. — Без тебя знаю. С еще большим раздражением Тэхён вливает в себя стакан виски.

⛓

В комнате темно, и только свет от ночника позволяет увидеть личико маленькой девочки, которая во сне обнимала плюшевого щенка. Эту игрушку Юнги подарил Давон, когда девочке исполнился годик. Она так выросла за то время, что он ненавидел ее папу и все, что связано с этим домом. Давон была все такой же маленькой, но небольшие изменения в ее детском личике все равно были хорошо заметны. Поддавшись непонятному порыву, омега ложится позади девочки, пытаясь не разбудить ребенка, аккуратно кладет на ее талию свою руку. Давон начала переворачиваться, отчего Юнги застыл в одной позе, не желая будить ее. Она только уткнулась в грудь омеге, начала сопеть куда-то в район ключицы. Обняв Давон все той же рукой, Мин зарылся носом в светлые волосы девочки, вдыхая ее запах свежескошенной травы. Его мама пахла похоже, отчего на глаза начали наворачиваться слезы. Как ни странно, но Давон была очень похожа на мать Юнги. Прикрывая веки, Юнги снова возвращается на несколько часов назад, когда он подошел к своему подъезду и увидел толпу людей, смотрящих на этажи выше. Его сердце упало в пятки, когда он увидел, как окно его комнаты лопнуло и осколки полетели в толпу, что так удачно стояла прямо под домом. Мин чувствует, как его охватывает паника от некого осознания происходящего, его родители могут быть там и все, что ему так дорого, сейчас поглощает огонь. Пожарная машина ехала очень долго, до их прибытия толпа немного разошлась, сменяя старых зевак на новых. Течением людей Юнги снесло почти к обочине, где он просто осел и схватился за голову. Вся его жизнь превращается в пепел, все альбомы с фото, их любимый с мамой рояль, комната Юнги, которую он раньше делил с братом - все превратится в никому не нужный пепел. Горло душит огромный ком, омега не может ничего сказать, он только рыдает беззвучно, иногда всхлипывая. Люди проходят мимо, они, наверное, даже не подозревают о том, что этот дом был его. Мин даже не заметил, когда день сменился вечером. До этого времени пожарные уже давно уехали, приехали другие. Юнги сам лично видел, как из дома выносили на носилках большие темные пакеты. Их было всего два. Глотая слезы, Юнги пытается успокоиться, ему нужно хоть немного поспать. Завтра нужно будет думать, что ему делать дальше. Ему нужно будет очень много сделать. Шмыгнув носом в последний раз, Юнги обещает сам себе, что с этой секунды он прекращает плакать, хотя бы до того момента, пока не отомстит. Он не верит, что это был несчастный случай.

⛓

4 года спустя... Очередная смазливая мордашка на фото мозолит глаза, какие же они все одинаковые, и большенство блондины с загаром, как же надоело. Альфа откладывает фото подальше, отец просил приехать через неделю обратно в Корею, из солнечного Лос-Анджелеса. Годовой обмен прошел и пора возвращаться, закончить школу в родном городе Сеуле. Хотя родом Ким из Тэгу, а его родители так вообще из двух разных городов, но родным Тэхён считает именно Сеул, он с родителями переехал в этот город когда ему было четыре. Странно что отец ждет сына не одного, а хотя бы с парой, вместо сына и головы омеги, которого он должен был убить еще в свои четырнадцать, как только старший альфа расправился с родителями того парнишки. Тэхён даже не пытается вспомнить как выглядел тот парень, которого отец оставил в живых. Почему-то когда-то ему показалось хорошей идеей доверить Тэхёну последний, никому не нужный мусор, да еще и пригрозил что пока альфа не убьет мальчишку, не видать ему свободного места в компании отца, даже на работу уборщиком не возьмут, просто потому что Ким ни разу не убивал. Так думал отец. Настоящую правду знал хён, который последовал за Тэхёном в другу страну, только для того чтобы младший не натворил делов. Хосок всегда помогал отмазаться и выйти сухим из воды. Тэхёна ни разу не поймали на месте преступления, благодаря визению и хёну, Тэхён испробовал все способы, он сбивал людей своей машиной, забивал до смерти, играл с ножами, научился стрелять по людям, как по банкам в тире, такое разнообразие возможностей избавление от ненужного мусора. У Тэхёна было только одно правило, он не трогает детей, которым не больше десяти лет, те кто старше, за них не так мучает совесть, хотя она его в принципе и не мучает. Он живет в свое удовольствие. Жизнь под покровительством отца, у которого IT компания, по созданию игр, одновременно сложно и весело. Сложно иногда себя сдерживать, зато весело было пробовать все виды оружия которое отец транспортируется в разные страны. Его родители создали свой бизнес вместе, по большей части над созданием игр работает папа. Отец же заниматся черным рынком, который приносит не малые деньги, на пару тысяч долларов больше чем папины игры, так что Тэхён всю жизнь живет с золотой ложкой во рту. Его хотят омеги любого возроста, наверное даже тот парниша захотел бы, если бы Тэхёну не нужно было его убить, то альфа с удовольствием узнал на что способен омега. Омегу в Корею он похоже не приведет, все с кем он спал, были не плохими партнерами в сексе, но не такими какими бы он хотел видить их в отношениях. Как альфа Тэхён не единожды задумывался о том что рано или поздно отец скажет ему «женись», и точно начнет настаивать на кандидатурах которые выберет он, поэтому до конца школы, ему нужно выбрать себе омегу, это было единственное условие отца, по поводу женитьбы, если Тэхён самостоятельно найдет себе омегу до выпуска, то старший Ким не будет лезть к нему со своими кандидатами. Складывая вещи в открытый чемодан, Тэхён обещает себе серьезней подумать над теми с кем он будет знакомится, нужно будет он даже к омегам изо всей школы будет присматриваться, лишь бы потом не нужно было выслушивать отца и то о каких хороших омега он говорит, как правильно те войдут в их семью и повлияют на прибыль бизнеса. Телефон в заднем кармане издал короткую мелодию от пришедшего сообщения. На экране было три сообщения, одно из банка, второе от оператора, и только третье от друга.

[Чонгук]

Собираешся устроить вечеринку в честь своего приезда?

Почему бы и нет?

Есть идеи где можно все организовать?

Как всегда в Stigma За время твоего отсутствия там поменялся директор, стало в разы круче. Мысли о том что в любимом клубе дела пошли только в гору, желание вернуться в Сеул прибавилось.

⛓

(за 2 года до этого) Метал рукояди пистолета приятно холодно кожу, пуская легкую дрожь по телу от отдачи после выстрела. Мишень раскачиваться в разные стороны, летящие пули только сильнее раскатывают ее, тем самым усложняя работу стрелку. Просто попасть в мишень легко, сложнее тогда когда она движется. Но даже так это не мешает Мину опустошить магазин и только трижды промахнуться. Сменив магазин омега подходит к слующей мишени. Нажав на нужную кнопку, Юнги видит как саморобное чучело начало тягать из одной стороны в другую, тросы то и дело дергают куклу, создавая хоть какую-то иллюзию движения, опустошил в очередной раз магазин, омега обнаруживает что ни разу не промахнулся. Довольная улыбка расплываеться на лице, если бы они не прекратил общение с Чимином, снова, то Чонгук может быть гордился бы Юнги, ведь именно Чон впервые научил его стрелять, познакомил с оружием, и научил с ним обращаться. Ровно год назад, Юнги сказал что хочет жить отдельно, с новым жильем проблем не возникло, Чонсу так яро хотел извиниться перед омегой, что без вопросов нашел Мину квартиру, закупил мебель и сделал ремонт в кротчайшие сроки, и теперь ежемесячно высылает Юнги несколько тысяч вон, омега откладывал эти деньки, он начал подрабатывать еще когда только переехал в дом Паков, так что проблем с деньгами и так не было бы, но Чонсу был не приклонен в своих доводах, так что Мин просто смирился, благодаря этим деньгам он смог купить оружие, не легально правда, но все же. Сейчас же омега откладывает на мечту, которая идет второй по списку, если после мести его не посадят то он хочет заняться продюсированием, музыка это как раз то что помогает Юнги хоть ненадолго почувствовать себя счастливым. Брат перестал с ним общаться еще до смерти родителей, сначала из-за работы, а потом просто кинул номер младшего брата в черный список и делал вид что у него никогда не было младшего брата, или его просто убили вместе с родителями. Сняв наушники, Юнги оставляет пистолет на столе, перед тем как покинуть комнату, омега выключает свет, проходит дальше по коридору к выходу из подвала дома, имея фамилию Мин и находясь под "покровительством" семьи Пак, Юнги без лишних вопросов отдали в свободное распоряжение подвал который так был ему нужен. Его квартира на первом этаже, хотя по началу омега хотел сделать из этого подвала полноценный цокольный этаж только для себя, но потом передумал. Чимин навещал его в последний раз неделю назад, по просьбе Мина, он приехал к нему не один, а с младшей сестренкой от которой омега просто без ума. Он безумно любит маленькую альфочку, как только та переступает порог его квартиры, то каждый раз Юнги почти подлетает к малышке, лишь бы потискать ту за щечки, Давон всегда из-за этого на него обижается, но потом сама же и дерется к нему на ручки. В квартире по ногам бегает холодок, а на встречу из спальни доноситься цоканье по ламинату, кучерявый комочек настолько сильно разгоняется, что не может остановиться, скользит подушечками по тому же ламитану, врезается прямо в левую ногу Мина. Присев на корточки, омега протягивает руку, гладит кудрявую шерсть. — Я дома Холли. С легкой улыбкой, Юнги проходит на кухню, попутно захвачивает с тумбочки возле двери пакет с продуктами, что он купил до того как спустился в подвал. В пакете было не так уж и много чего, две коробки хлопьев, столько же корма для Холли, несколько консерв, с тремя упаковками рамёна, и свининой. Щенок носиться по кухне радуясь присудствию хозяина, тявкает, и просто путается возле ног, мешая Юнги передвигаться по и так небольшой кухне. Когда корм насыпал, чайник закипевший, а Юнги переодетый уже в домашнее сидит и попивае кофе со льдом. На глаза попадается коробка с посылкой, которую он так и не открыл, хотя пришла посылка еще две недели назад. Идея уже не казалась такой удачной, а одно только представление того как люди будут смотреть на него в этом, ставила задумку под еще больше сомнения. Может ну его и не трепать себе нервы, а просто пойти в компанию где сидит тот самый Ким Намджун и просто порострелить ему меж глаз? Но тогда он даже из кабинета не успеет выйти, как его тут же повяжут. О Ким Намджуне, Юнги узнал довольно таки случайно. Это когда он впервые решил обратиться за помощью сразу после церемонии захоронения. В полицейском участке было шумно, люди сновали то туда, то сюда, пробравшись в кабинет к главному окружном прокурору, Юнги положил свое заявление где во всех деталях были расписаны номера телефонов людей которых он мог подозревать и описаны причины почему он их подозревал. Но его заявление просто порвали прямо перед глазами, объясняя это тем что дело закрыто э, а смерть его родителей это просто несчастный случай. Бесконечные попытки обратиться хоть к кому-то за помощью отвергали на корню, ни кто не хотел браться за это дело, последней каплей стал Чонсу который сказал не лезть не в свое дело если не хочет иметь проблемы с Ким Намджуна. После такого заявления, Мин только в очередной раз убедился что ненавидит этого омегу. Заливая кипяток в тарелку с рамёном, Мин еще немного думает и все же решается, ему нужна хоть какая-то маскировка, а если Чимин узнает его? Придется маскироваться по полной, чтобы он был немного похож на себя, но не настолько чтобы это было слишком очевидно. Придется позвонить Соре и просить помощи, она девушка и точно знает как косметикой скрыть все что только нужно, настолько что даже мать родная его не узнала, если бы она была жива, то точно не узнала. Мысли о матери успокаиваивают, в то же время и разжигают, он должен отомстить, это не должно сойти с рук какому-то директору, какой-то там большой компании, да будет этот человек двести раз самым богатыми человекам Кореи если не всего мира, он не имеел права убить его родителей, не имел права оставить четырнадцати летнего мальчишку родителей. Есть всеобщее мнение о том, если омеги за что-то беруться то у них все выходит хорошо, все кроме работы которой должны заниматься альфы, Юнги относиться к подобным убеждением спокойно, ведь у каждого свое мнение, и может они и правдивы, судя по тому как он сейчас сидит на кровати и вшивает юбку, которая оказалась немного велика, это ж надо было так промахнуться с размером. Сделав последний стежок, омега завязывает узелок на конце подходит к зеркалу, снова одевает юбку. Сидит как влитая на талии, в бюстгалтере немного неудобно, скорее непривычно, даже небольшое занятие как вшивание юбки, не избавили его от мысли что на нем что-то неудобное. А ведь это еще самый маленький размер, и у Мина груди как таковой и нет вовсе, пришлось и здесь немного схитрить, пришить к внутренней стороны чашечки (нужно сказать спасибо консультантке в магазине которая обьяснила что это вообще такое), ненужную ткань. Кто там видеть будет что у него под рубашкой? Закончив с примеркой, Юнги взялся за парик, через неделю начало нового учебного года, в новой школе, где он будет учится и привыкать к новому образу, не Чонсу, не даже Чимин не догадываться об этом, и ему нужно научиться одивать его, чтобы не было понятно, настоящие они или нет, лучше чтобы думали что настоящие. С большими усилиями, и бесчисленное количество мата, омега таки смог прилепить парик к голове как надо. Его настоящие волосы сливались с париком, длинной в каре, выглядит неплохо даже. Теперь нужно хотя бы час побыть с этим париком на голове, лишь бы хоть немного привыкнуть к таким длинным волосами. Наверное все же для убедительности он отпустит свои волосы, чтобы уж точно было видно что не парик. Выпускной в ближайшие несколько лет должен стать сенсацией где СМИ так и будут выпускать новости с заголовками «Сын Ким Намджуна, Ким Тэхён был убить сыном капитана полиции Мин Санджуна, Мин Юнги. Что это? Месть или зависть?» Омеге плевать если его засудять и посадят, он просто должен отплатить всей семейке Кимов той же монетой. Это единственная причина почему он еще живет, даже маленькая Давон не удержала бы его в этом мире, если бы не месть. Мысли о мести будоражат кровь, вызывая на лице улыбку. — Тик-так, тик-так, тик-так...