Упоротые дни двух писателей

Приятный запах кофе, лучи солнца, проникающие в кухню сразу создавали хорошее настроение. Алиса стояла с кружкой кофе и поглядывала в сторону двери, ожидая своего соседа. В мыслях все еще всплывали моменты прошлого дня. Ельская хорошо сумела вывести Марка из себя, что он даже отпросился с работы раньше и всю дорогу бурчал, изредка поворачиваясь в сторону назойливой девушки. На этот раз девушка была поражена, что она умудрилась встать раньше Амурского. На часах время было уже десять часов утра, а в доме полнейшая тишина. Конечно, Алиса понимает, что в выходной день можно вставать и позже, но в голове у нее не укладывалось такое сочетание как — долгий сон и Марк. Все-таки не выжидая, девушка пошла к комнате соседа. Тихонько открыла и дверь и тут же глаза сразу обратили внимание на заправленную кровать и полное отсутствие живности. «Когда он удрать-то успел? Так нечестно» — первое, что подумала Ельская. Некоторое время девушка просто стояла в дверях все еще обдумывая увиденное. Несколько секунд и на Алису снизошла хитрая мысль пошнырять в комнате соседа пока для этого есть прекрасная возможность. Еслькая тихо закрыла за собой дверь и дошла до середины комнаты внимательно разглядывая её. Первое, что повергало девушку в шок, так это идеальная чистота! Алиса даже поморщилась от этого. «У него что, синдром чистюли? Даже пылью не пахнет». Позже размышления о её гипотезе синдрома сменились ещё одной потрясающей мыслью. Ельская увидела на рабочем столе Марка тот самый чёрный блокнот! Девушка вальяжно уселась в кресло у рабочего стола и потянулась за блокнотом. После этих, как думала Алиса, изящных действий она решила полистать содержимое и может даже что-нибудь почитать. Первое, что успела прочесть Ельская это небольшой и очень драматичный стих. «Отлично, он ещё и меланхолик… Ну, в принципе как и я». Хотела девушка и дальше разузнать о работах соседа, как тут он явился собственной персоной. Амурский поджав губы и нахмурившись смотрел на девушку, стоя у двери. Он явно раздумывал как отругать наглую соседку. Долго ждать не пришлось, парень тут же выпалил: — Тебя в детстве не учили, что копаться в чужой комнате нельзя? После чего Марк не дожидаясь ответа быстро подошел к девушке и выхватил из рук свой драгоценный блокнот. — Да ладно тебе, живем всё-равно в одном доме — тихо пробубнила Алиса. — Думаю ты знаешь что такое личное пространство? Не успела девушка ответить, как тут же оказалась за дверью. Алиса раздражённо уставилась на пол под своими ногами, обернулась к двери. Ельская хотела высказать всё своё негодование по поводу его отношения к ней, но остановилась и вернулась на кухню. Кофе почти остыл. Девушка медленно его допила, наблюдая за ясным голубым небом за окном. Погода была отличная. Судя по спортивному наряду Марка, тот был на утренней прогулке. — Мог бы и меня с собой позвать. — пробурчала себе под нос девушка. Алиса быстро промыла кружку и отправилась к себе в комнату. В ней был явно «творческий» беспорядок. Вещи лежали в разных местах, в зависимости от того, где их оставила хозяйка. На столе множество тетрадей с конспектами и пара учебников на стуле. Зато кровать! Кровать была свободна, как птица в небе. На ней было удобнее всего читать, поэтому этот островок спасения был неприкосновенен. Ельская достала из стола свой блокнот с записями и небольшую тетрадь с розовым отливом. — И почему не показать? Девушка поняла, что была не права. Не стоило лезть в блокнот Марка из своего любопытства. Сама бы она, будь на его месте, тоже выставила б любого за дверь за нарушение творческой зоны. Наверное, ему было неприятно. Да и к тому же, ни разу Алиса не видела, чтобы он кому-то постороннему показывал свой блокнот. — Видимо, он скрывает это хобби так же, как и я. Ну, хоть в чём-то мы похожи. Ельская резко вскочила с кровати и направилась к выходу, захватив с собой свой записной блокнот и тетрадь. — Если я ему покажу своё детище, то он мне разрешит посмотреть на своё. Равноценный обмен! — и, напевая себе под нос какую-то песенку, она подошла к комнате Марка. * * * Дверь аккуратно скрипнула и в проёме показалось довольное лицо Ельской. — Чего тебе ещё надо, мисс «Я лезу туда, куда меня не просят»? Если ты пришла извиняться, что странно, то я тебя выслушаю. Но не обещаю простить. Алиса после этих слов быстро проскочила в комнату и прикрыта за собой дверь. Она вынула руки из-за спины: в одной был белый блокнот, в другой розоватая тетрадь. — Вот. — наконец выговорила она. Глаза азартно блестели и следили за каждым взглядом Марка. — Это жертвоприношение или что? — Это мои записи. — в голосе девушки звучала обида. — Можешь их посмотреть. Раз я твой блокнот без разрешения открыла. Я не буду против, если ты позволишь мне прочитать твой. Амурский скептически выгнул брови. Это была явно какая-то сделка, которую заключали без его участия. Просто ставят перед фактом. — И что в этих тетрадях? Твои злоключения о том, как меня добить? Нет, спасибо, я и без них обойдусь. Хватает того, что на практике. Девушка надула губы и подбоченилась. Алиса положила тетрадь с блокнотом парню на стол и вытянула руку. — Давай сюда свою записную книжку. Равноценный обмен! — Что-то не особо похоже, что он равноценный. — сухо произнёс парень, откладывая книгу в сторону. — Ну знаешь. Мне тоже не особо легко далось решение показать Это тебе. — она ткнула пальцем на свои принадлежности. — Может тебе ещё никто не говорил, но я открою тебе глаза. Ты извиняться вообще не умеешь! — Просто прочти уже! И мы квиты! — взорвалась девушка. Амурский всё-таки подал ей свой блокнот с кольцами, на что Алиса радостно улыбнулась и пошла к его кровати. Некоторое время парень молча наблюдал за наглой соседкой с «равноценным» обменом. Алиса села, скрестив ноги, и с предвкушением и трепетом зачарованно открыла блокнот Марка. Первое мгновение она оставалась не подвижной. Затем до парня донесся короткий шорох. Ельская облокотилась о стену. После непродолжительного молчания девушка издала сдавленный смешок. Марк с интересом наблюдал за её концентрированным чтением. Временами девушка чему-то утвердительно кивала головой, почёсывала пряди пшеничных волос, видимо чего-то не понимая, но, к удивлению парня, она была полностью поглощена «тем» миром. «На уроках бы ей так заниматься, как она читает» — подумал Амурский, снова обращаясь к новоявленному блокноту. Честно, Марку с большим трудом верилось в то, что Алиса была такой же «недописательницей», как и он. Но особого рвения к её работе, как у её соседки, у парня не было. «Ладно, посмотрим, что она выдумала». Парень повернул стул к рабочему столу и открыл для начала белый блокнот. Первая страница обладала шаблонной информацией о девушке. Что-то вроде такого: рост, возраст, город где живёт и даже вполне неплохой псевдоним состоящий из первых двух букв имени и фамилии — Aliels. В основном в нем содержались заметки, которые в дальнейшем, возможно, пригодятся при написании некоторых сцен; описания каких-то людей или природы, характеристики местности или другая полезная информации. У Марка тоже имелся такой блокнот, который он таскал с собой всюду, куда бы не направился...до того момента, как он закончился. Теперь ему нужен новый. Но в том, что Ельская собирала такую мат часть была своя прелесть. Парень даже немного её зауважал. Наконец, он дошёл до розоватой тетради, которая скромно дожидалась своей участи у лампы. * * * — КАКОГО ЧЁРТА?! Алиса резко оторвалась от блокнота и уставилась на Марка. Он зарылся руками в свои волосы, склоняясь над розовой тетрадью Алисы. Его вид полностью говорил о каком-то ментальном трауре, который испытал парень за это короткое время. Левый глаз Амурского непроизвольно дергался. Он опустил ладони на лицо и глубоко вздохнул. В этом вздохе было что-то отчаянное… По крайней мере, так показалось Ельской. Девушка свесила ноги с кровати и собиралась подойти к Марку, но он её опередил. Парень повернулся к Алисе лицом и посмотрел на неё так, как будто увидел что-то необычайно удивительное… Хотя, в какой-то мере, он мог в это легко поверить. «Это же Алиса!» — вот чем это объяснялось. — Скажи. Ты это сделала специально или да? — Не понимаю о чем ты? — удивилась Ельская. Марк не мог сдержаться. — Грамматика! Орфография! Построение не сложных конструкций предложений! А про Пунктуацию вообще молчу?! Ты серьёзно? — Что, так много ошибок? — робко спросила девушка, несколько съежившись. — Да тебя словарем прибить мало! — грозно проговорил Марк, стукнув ладонью по розовой тетради. — Этой штукой можно убить любого здравомыслящего человека. Я удивлён, что ты сама этого не заметила. — Разве там на стóлько всё плохо? Парень тяжело вздохнул и мрачно взглянул сначала на тетрадь, затем на её обладателя. Этим всё было сказано. — Мне кажется, что ты слишком уж придираешься. Когда я читала, там всё было в порядке. Ну да, некоторое надо переписать, но всё же… Алиса замолкла, так как Амурский указал девушке на дверь. — Что? — Иди. Учи. Орфографию. Живо! — Ни за что. Мне делать, думаешь, нечего? — Пшла вон! И чтобы не смела и на метр приближаться к моей комнате, пока не повторишь хотя бы элементарные правила выделения причастных и деепричастных оборотов! — Ты ведь шутишь? Но не успела Ельская возразить, как парень выставил её за дверь своей комнаты, которая с громким хлопком закрылась прямо у её носа. — Какого? За дверью не было никакого ответа. «Ещё «спасибо» скажешь». — подумал Марк, встряхнув свои руки, которые прикоснулись к невиданной до селе безграмотности. — Ещё заражусь от неё дуростью. Во век не разгребу.