Destroy me

***

Раскаленные за день крыши глиняных и кирпичных домиков медленно остывали, издавая тихие потрескивающие звуки. Степной орел, восседающий на сухой ветке фигового дерева, почти лишенной каких-либо листьев, уже несколько минут следил за серой мышью, выжидая удобный момент для атаки. Прохладный ветерок принес с собой песчинки, осевшие на клюве и перьях хищника. Резко спикировав, птица вонзила острые, словно кинжалы, когти в тело грызуна, вызвав у того истошный предсмертный визг. Взлетая, орел покрепче сжал когтями добычу и взмахнул сильными крыльями, поднимая в воздухе облачко пыли. Опустившись на крышу одного из домов, птица прижала мертвую мышь к кирпичу и уже хотела вонзить в тушу грызуна клюв, когда услышала звуки шагов быстро приближающихся к ней людей. Вновь подобрав свой ужин, орел взмыл в ночное небо в поисках более спокойного места. Альтаир ибн Ла-Ахад стремительно несся по крышам глиняных построек в пытке убежать от шайки тамплиеров, с каждой секундой приближающихся к нему. Превозмогая острую боль, которая, казалось, только усиливалась с каждым вдохом обжигающего воздуха, ассасин прижимал к себе старинный артефакт. Треклятые тамплиеры откуда-то узнали о местоположении Яблока Эдема и открыли за ним охоту. Альтаир уже убил четверых преследователей, но понятия не имел сколько еще противников гонится за ним. Действие адреналина в крови начало спадать и араб стал ощущать, как каждая мышца его тела стала наливаться свинцом. Перед глазами всё плясало от недостатка воздуха и непрекращающейся тряски. Казалось, еще мгновение и Ла-Ахад упадет от бессилия прямо перед ногами тамплиеров. Лишь прерывистое дыхание преследователей за своей спиной придавало ему сил двигаться дальше. Запрыгнув на крышу одного из самых высоких строений, ассасин вдруг резко остановился на краю. Поблизости не было ни других зданий, ни тюка сена, чтобы смягчить падение. Замешкавшись, Альтаир обернулся назад ровно в тот момент, когда клинок, кинутый тамплиером, пролетел в миллиметре от его лица. — Ну что, ассасин? Смотрю ты сам себя загнал в угол, — противно усмехнулся преследователь, подкидывающий в руке клинок. — Отдай нам Яблоко и, возможно, мы убьем тебя быстро и безболезненно, — вторил другой мужчина, голос которого был гораздо грубее первого. — Я ожидал большего от ассасина, о силе и выносливости которого слагают чуть ли не легенды, — смеясь, произнес третий тамплиер, — Другие ассасины тоже похожи на слабых глупых псов? Мозг Ла-Ахада с бешеной скоростью пытался найти хоть какой-нибудь выход. Вступать с тамплиерами в схватку было не лучшей идеей, ведь тело, истощенное многочасовой погоней, грозило прямо тут безвольно рухнуть словно мешок зерна. Для побега не было ни сил, ни возможностей. Альтаир выпрямился и немигающе смотрел на тамплиеров, мысленно уже решившись на единственный возможный шаг. — Они похожи на Орлов. Действительно свободны, — сжав в руках Яблоко Эдема, араб откинулся назад и прыгнул навстречу своей судьбе. Уже начав молиться перед неминуемой гибелью, Ла-Ахад почувствовал тепло, разливающееся по всему телу, и яркое свечение, исходившее от артефакта. Свет был настолько ярким, что ему пришлось как можно сильнее зажмурить глаза. Ослепленные на краткий миг тамплиеры непонимающе уставились на то место, куда должен был упасть ассасин, но не увидели там совершенно ничего.

***

Алекс Мерсер, которому также дали имена Зевс и Прототип, прижимал руку к истекающей кровью ране на животе, которая никак не могла затянуться. Очередная "экскурсия" в улей красной зоны должна была развеселить бывшего ученого корпорации "Гентек", но не тут-то было. Его бывшая подружка Паркер оказалась предателем, выдав местоположение Алекса капитану "Черной Стражи". И все бы ничего, но капитан Кросс перед смертью успел вколоть ему антивирус, который заблокировал почти все его сверхспособности, включая ускоренную регенерацию. В арсенале Мерсера остались только щупальца, когти и совсем капелька нечеловеческой скорости, выносливости и силы. Как назло, на пути к выходу из красной зоны на него напал Джаггернаут. Размахивая своими огромными руками, зараженный пару раз чуть не превратил Алекса в лепешку. Тварь не желала отстать от него, поэтому бывшему ученому пришлось призвать подчиненных Охотников, чтобы хоть как-то унести ноги от здоровяка. Антивирус также блокировал способность Мерсера к подчинению новых Зараженных, поэтому первостепенной задачей было скорее попасть в город и поглотить несколько людей, чтобы хотя бы немного восстановиться. Пролетая над крышами высоток, Алекс высматривал одиноких людишек, прогуливающихся по ночному Манхэттену. Поблизости что-то сверкнуло, но мужчина не придал этому значения. Приметив милую парочку подростков, гуляющих по мрачному переулку, Мерсер плавно спланировал на крышу трёхэтажного дома. Спрыгнув вниз, он всем весом навалился на розововолосую девушку, припечатав ее к асфальту. Громко закричав, девица она вырываться и звать на помощь. Но вот беда — кавалера и след простыл, а жильцы домов в округе либо крепко спали, либо не хотели ввязываться в проблемы. Заткнув крикунье рот, Алекс поднял ее на метр над землей и уже стал протягивать к ней щупальца, выращенные из биомассы, когда почувствовал холодное лезвие, входящее откуда-то сбоку в его грудную клетку. Опустив взгляд, Мерсер засмеялся, когда увидел проткнувший его предмет. Это был долбанный меч, рукоять которого слабо поблескивала в лунном свете. Фан-блядская-тастика! Только меча в легких ему и не хватало! Сотрясаясь от истерического смеха, Алекс отпустил девушку и потянулся к мечу, желая его извлечь. Вытаскивая кусок металла, он буквально прочувствовал каждый его сантиметр. Лезвие с хлюпающими звуками выходило из тела мужчины, моментально орошаясь его кровью. Наконец вынув меч, Мерсер посмотрел на девушку, которая замерла от испуга и смотрела на него расширенными от страха глазами. Взмахнув мечом, Алекс стряхнул с него собственную кровь, брызги которой упали на лицо без-пяти-секунд ужина. Завопив, девушка мигом поднялась на ноги и скрылась за углом, по пути столкнувшись с тем, кто по всей видимости и воткнул меч в мужчину. Развернувшись, Мерсер наконец-то обратил внимание на смельчака и замер в удивлении. — Да вы, блядь, издеваетесь? — зарычал Алекс, с раздражением ощущая, как кровь, вытекающая из раны в проткнутых легких, начинала пузыриться и всасываться обратно с каждым вдохом.

***

Открыв глаза, Альтаир огляделся и пришел к выводу, что Яблоко перенесло его в другую страну. Поднявшись, ассасин отряхнул полы плаща и вышел из переулка. Здания вокруг были какими-то причудливыми, растительности тут было даже меньше, чем в Масиафе, а дороги повсюду были выложены чем-то серым и шероховатым на ощупь. Аккуратно ступая по дороге, Ла-Ахад прислушивался к каждому шороху. Опасностей стоило остерегаться на каждом углу, ведь Яблоко будет неактивным еще несколько часов, а Альтаир едва ли восстановил свои силы для борьбы. Свернув за угол, ассасин услышал женский крик и инстинктивно направился в сторону источника звука. Пробежав между несколькими домами, мужчина настиг кричавшую девушку. Только от увиденного он сам застыл от страха. Альтаир точно никак не представлял себе ничего подобного: странно одетый мужчина, ростом чуть ниже самого ассасина, поднял испуганную девушку над землей. От незнакомца за версту несло металлическим запахом крови. Из-за спины мужчины выросли какие-то непонятные кроваво-красные... Хвосты? Ла-Ахад не понимал кто или что стоит перед ним, но от незнакомца исходила опасность и его хвосты явно не сулили девушке ничего хорошего. Опомнившись, Альтаир моментально схватил рукоять меча и, преодолев разделяющее их расстояние в несколько шагов, вонзил меч в грудь чудовища. Ассасин ожидал услышать крик или хотя бы ругательства, но чудовище даже бровью не повело! Напротив, он рассмеялся так, словно араб воткнул в него не меч, а соломинку! Отпустив девушку, незнакомец с улыбкой на лице стал вынимать оружие из груди. Вытащив меч так, словно для него это ежедневная рутина, чудовище втянуло хвосты обратно и занесло ассасинов меч наверх. Казалось, еще мгновение и девушка останется без своей, украшенной розовыми перьями, головы. Подсознание кричало Альтаиру о том, что нужно остановить незнакомца и спасти девушку, но ноги словно приросли к земле. Резко опустив меч, чудовище немало удивило араба, ведь опасения Ла-Ахада не сбылись и незнакомец лишь смахнул с него кровь. Закричавшая вновь девушка пробежала мимо Альтаира, задев его плечом, от чего тот наконец-то пришел в себя. Развернувшись всем телом в сторону ассасина, незнакомец окинул араба таким взглядом, что по телу последнего прошла мелкая дрожь. Откинув меч куда-то в сторону, чудовище шаг за шагом начало приближаться к Альтаиру. Ла-Ахад никак не мог поверить в реальность происходящего. Складывалось ощущение, что он не должен был находиться здесь, не должен быть в этом мире и уж тем более не должен был пересекаться с этим мужчиной, само нутро которого казалось насквозь пропитанным злобой и смертью. — Отъебите меня в зад! Ты что, косплеер? Или может неподалеку сходка объевшихся экстази фриков? — голос незнакомца звучал как-то ядовито. Альтаир был удивлен тому, что он, хоть и не знал языка, на котором говорил мужчина, но подсознательно понимал некоторую часть из того, о чем говорил незнакомец. Возможно, это были последствия активирования Яблока Эдема. — Я не понимаю всего, что ты говоришь, — Ла-Ахад выпрямил спину и встал в защитную стойку, готовясь в любой момент атаковать незнакомца, ведь безобидным он явно не выглядел. Лишившись меча, ассасин сейчас мог разве что сражаться в рукопашном бою и наносить удары скрытым клинком. — Вау! Ты явно говоришь на другом языке, но я тебя понимаю. Да и ты меня, судя по всему, — Чудовище наклонило голову на бок, по-другому смотря на мужчину, атаковавшего его, — Впрочем, меня это не особо интересует. Из-за тебя мой ужин сбежал, и раз уж ты возомнил себя спасителем — как раз и заменишь ту девушку. — Ты пытался ее съесть? — Альтаир многое встречал в своей жизни, но он уж точно никогда не видел, чтобы люди поедали себе подобных. — Ну да. Знаешь ли, всем живым существам надо питаться. Я отличаюсь от других лишь тем, что мой рацион состоит преимущественно из людишек. И если ты хочешь начать говорить мне что-то о каннибализме, то знай — меня даже человеком можно называть с огромной натяжкой, — незнакомец пожал плечами и словно в доказательство своих слов снова выпустил те странные хвосты, растущие из-за его спины. — Мне все равно что или кто ты, но знай — так просто я тебе не сдамся, — Альтаир встал в обороняющуюся позу и приготовился отразить любую атаку со стороны незнакомца, — Не хочешь для начала представиться? Я — Альтаир ибн Ла-Ахад, ассасин. Услышав последнюю фразу чудовище разразилось громким смехом, — Извини, извини. Просто это звучало немного нелепо. Обычно я не представлюсь своей еде, но раз ты решил драться со мной, то сделаем для тебя исключение. Алекс Мерсер — основная головная боль этого города. За исключением той металлической штучки у тебя на руке ты не обладаешь никаким оружием, так что, справедливости ради, я тоже буду драться с тобой голыми руками. Нападай первым, — втянув щупальца обратно, Алекс раскинул в стороны руки, стараясь не обращать внимания на зияющую дыру в груди. Уверенно рванув вперед Альтаир нанес молниеносный удар в солнечное сплетение Мерсера аккурат возле открытой раны на животе, от чего тот немного пошатнулся. — А у тебя сильный удар. Неплохо, — выпрямившись, Алекс перестал усмехаться и переменился в лице, — Тогда я буду бить в полную силу. Подойдя к сопернику, Мерсер нанес хук справа, который был моментально заблокирован. Среагировав, чудовище ударило левой рукой в грудь Альтаира, заставив его закашлять. — Взаимно. Я тоже не буду сдерживаться, — быстро приблизившись к Алексу, ассасин начал один за другим наносить удары, приходящиеся то в грудь, то в живот, то в лицо мужчины. Мерсер не отставал, начав бить не только руками, но и ногами. В схватке оба мужчины совершенно потеряли счет времени и количеству как заблокированных, так и пропущенных ударов. Усталость начала брать верх и движения обоих перестали быть такими сильными и быстрыми, как до начала схватки. Алекс поймал кулак Альтаира, который, как предполагалось, должен был ударить его в грудь. Потеряв бдительность, Мерсер пропустил неслабый удар, прилетевший в челюсть. Алекс почти отключился на пару секунд, что позволило Ла-Ахаду быстро вскарабкаться по лестнице на крышу одного из домов. О'кей, вот теперь мутант и правда разозлился. Пропустить удар от какого-то человечишки! Всё, шутки кончились! Зарычав, Мерсер поднялся с пола и вскинув голову вверх заметил ускользающий плащ Альтаира. Выпустив когти, Алекс в два прыжка преодолел разделяющее его и крышу расстояние. Чудовище появилось на крыше как раз в тот момент, когда ассасин хотел попробовать активировать артефакт. С яростным ревом Мерсер рванул к арабу, повалив того навзничь. — Черт бы тебя побрал! — от удара Ла-Ахад выпустил частицу Эдема из рук, которая стремительно покатилась к краю крыши. Проследив за взглядом Альтаира, мутант заметил удаляющийся небольшой шар. Сменив когти на щупальца, мужчина придавил ими соперника к шиферу. Сообразив, что хреновина имеет какое-то значение для Ла-Ахада, Алекс отправил одно из щупалец за ней. Поймав шар, он притянул его к себе и бегло осмотрел. Предмет был увесистым и теплым, с выгравированными на нем странными узорами. Мужчина под ним стал вырываться, явно желая заполучить пропажу обратно. — Тише ты. Не съем же я его, — Алексу почему-то вспомнились слова пожилой цыганки, которая как-то предсказала, что его может убить некое Яблоко с золотыми узорами. Слова гадалки всегда сбывались. До этого старуха уже предсказала Мерсеру, что он перестанет быть человеком и будет причиной гибели многих людей. К слову о старухе, может не стоило ее есть в порыве злости? К тому же, на вкус женщина была так себе. Алекс тогда чувствовал себя так, словно он сожрал всю коллекцию книг Аллана По и запил это все древесными опилками. Фу! — Верни его! Яблоко не должно оказаться в твоих руках! — Альтаир не переставал биться и всячески извиваться в попытке сбросить с себя чудовище и эти противные хвосты. Когда один из них попытался заткнуть ассасина, он со всей силой впился в него зубами и почти откусил целый кусок. — Ау! Чем тебе не угодили мои щупальца? — от размышлений Мерсера отвлекла острая боль от одного из щупалец. Подкидывая в руках Яблоко, мутант призвал одного из летунов. Если этот шар и правда мог уничтожить Алекса, то стоит его куда-нибудь запрятать. Подальше от сраного Гентека, чтобы те его не нашли. Хотя, в этом мире ищейки из Гентека и правда его найдут. Странное существо с крыльями летучей мыши, никогда прежде невиданное Альтаиром, выхватило артефакт из рук Алекса и улетело прочь. Ла-Ахад, разозлившийся больше на себя, чем на чудовище, стал еще яростнее вырываться в попытках освободиться. — Вот задрал! Никуда твоя херня не денется. Если тебе и стоит о чем-то переживать, то только о своей жизни, — Мерсер перевел взгляд на трепыхающегося араба, красный пояс которого развязался и больше не сдерживал белый халат, надетый поверх туники. Забавный капюшон в форме клюва немного сполз, приоткрывая вид на шрам, проходящийся по губам ассасина, кроткие темные волосы и янтарные глаза, смотрящие на Алекса с такой ненавистью, что могли испепелить его. Почувствовав дискомфорт внизу, Мерсер опустил взгляд на пояс своих джинсов. Охереть просто... У него была неслабая эрекция. Впервые, с момента захвата вирусом тела ученого. Все бы ничего, но на мужика? Еще и в такое время? Хотя, за сегодняшний день произошло столько дерьма, что Алекс уже ничему не удивлен. Ну, не упускать же такую возможность. — Знаешь, я передумал. Я не буду тебя поглощать. У меня появилась идея покруче... Когда Альтаир посмотрел на штаны чудовища, которые тот так сосредоточенно разглядывал, до него наконец дошел смысл сказанного Мерсером. — Ты что, серьезно? Еще скажи, что хочешь возлечь со мной! — А ты догадливый. Именно об этом я и подумал, — мутант поднял голову именно в тот момент, когда ассасин высвободил свою левую руку и, вытащив скрытый клинок, проткнул им подбородок и нёбо Алекса. Еще чуть-чуть, и клинок смог бы войти в мозг, но длины лезвия немного не хватило. — Охо! Пфентеффа, фколко мофно мня ланить? (Ого! Принцесса, сколько можно меня ранить?) — Мимолетно коснувшись руки ассасина и надломив пальцами лезвие клинка, Мерсер стал аккуратно его вынимать. Кажется, Альтаир поставил себе цель дня — превратить Алекса в решето. Особенно неприятно было вытаскивать лезвие из нёбной кости и подъязычной мышцы. Выкинув обломок клинка, мутант прикоснулся к подбородку, из дырки в котором начинала медленно вытекать кровь, вперемешку с вязкой слюной. — Вообще-то это было очень больно! Теперь мне еще и приходится постоянно глотать собственную кровь, — Мерсера уже начинала бесить своенравность гордой птички. Мутант изменил мягкие закругленные концы трех щупалец на когтистые отростки и вонзил два из них в руки ассасина, в то время, как третьим разрезал его тунику. Алекс с наслаждением слушал те немногие крики боли, которыми Альтаир одарил его. Когти воткнулись прямо между локтевой и лучевой костями рук, не задевая крупные кровеносные сосуды, нервы и сухожилия. Араб все еще мог двигать руками без особой кровопотери, но делать это было крайне опасно и, казалось, Ла-Ахад об этом догадывался, судя по тому, что он притих. Мерсер с нескрываемым удовольствием разглядывал мускулистый торс мужчины под ним. От желания прикоснуться к нему и вонзить в него зубы просто сносило крышу. — Ты просто больной... — Альтаир неверяще покачал головой, — Я ни за что не лягу под другого мужчину! — Как бы тебе сказать, я не особо-то и интересуюсь твоим мнением, — Алекс, слегка надавливая свободным когтистым щупальцем, провел по рельефному прессу, оставляя тонкий красный след. Заметив, как ассасин безвольно прикрыл глаза и шумно втянул в себя воздух, мутант приблизился к животу Альтаира и кончиком языка слизал выступившую кровь. Намереваясь продолжить истязать Ла-Ахада, Мерсер услышал звуки летящего в их сторону патрулирующего вертолета. Выругавшись, мутант осторожно вытащил когти из рук ассасина и, не дав тому опомниться, поднял его на руки. Нарастив немного мышечной массы, он одним прыжком взмыл вверх и приземлился на крыше другого дома. Альтаир предпринял несколько попыток вырваться из рук чудовища, которые были сразу же пресечены. — У меня нет времени на возню с тобой. Если они найдут меня, то умрем мы оба, — Алекс запрыгнул на самое высокое здание и вновь выпустил щупальца, которые обвились вокруг тела Ла-Ахада и прижали его к мутанту, — Будешь рыпаться — разобьешься. Мерсер оттолкнулся от края и рывком устремился вперед. Расправив руки и ноги в полете мутант стал парить над городом в сторону его квартиры. Альтаир готовился к падению, но, почувствовав ночной ветерок, обдувающий его, открыл глаза и посмотрел вниз. Мужчины плавно летели над городом. Кое-где в квартирах еще горел свет, несколько людей прогуливались по тихим улицам. Наконец приземлившись на крыше одной из высоток, Алекс отпустил ассасина и, схватив его за руку, повел в свою квартиру через лестницу, ведущую на крышу. Заперев входную дверь, мутант буквально вытолкал птичку в спальню. Хлопнув дверью комнаты, хозяин квартиры в темноте по памяти ввел код на небольшой панели, от чего замки внутри двери моментально закрылись. Услышав звук захлопывающегося механизма, Ла-Ахад кинул быстрый взгляд на окно, которое, конечно же, было защищено снаружи решеткой. Араб лихорадочно осматривал комнату, но никаких других возможных выходов не нашел. Альтаир наткнулся на небольшие портреты Алекса и светловолосой девушки, которых явно связывали романтические отношения. — Разве это не твоя жена? — ассасин кивнул на совместные с Карен фотографии. — Она-то? С Карен мы, к счастью, никогда не были женаты. Наверное, если бы меня предала моя жена, то было бы вдвойне обидно, — Мерсер горько усмехнулся и откинул фотографию в рамке куда-то в угол комнаты. Мутант словно втянул в себя созданные из биомассы обувь и одежду, запачканный собственной и чужой кровью. Подойдя к кровати, мутант устало опустился на нее и прикоснулся рукой все еще твердому члену, — Достаточно разговоров. Раздевайся. — Что? — Альтаир словно вкопанный остался стоять на месте, все еще не веря в происходящее. — Ты решил поиграть в игру "Доведи Алекса до бешенства"? Тебе все равно некуда бежать, так что снимай свою чертову одежду, пока я не снял ее с тебя сам вот этим, — мутант нарастил на руки биомассу в виде когтей и многозначительно пошевелил ими. Ла-Ахад внутренне содрогнулся от страха, представив, что эти пять острых когтей могут сделать с ним. Перспектива быть порезанным на ломтики уж точно не прельщала. Бежать и правда было некуда, но возможно ему удастся что-нибудь придумать, когда чудовище снизит бдительность. Ассасин вперил взгляд, полный ненависти в монстра и стал медленно снимать с себя снаряжение и остатки изрезанной одежды. Испачканный капюшон, потрепанный плащ, грубую обувь из кожи, а следом и белую рубаху с потемневшими от грязи и времени рукавами. Альтаир остался стоять в одних серых штанах, свободно висящих на бедрах. — Полностью, Альтаир. И я бы посоветовал тебе не испытывать мое терпение, — Мерсера забавляла и возбуждала непокорность Ла-Ахада, который даже на волосок от гибели пытался сохранить свою гордость. Только раздражение грозило пересилить возбуждение. Плотно сжав челюсти, Альтаир рывком стянул с себя последний элемент одежды. Выпрямился и, вздернув подбородок, с вызовом посмотрел на Алекса сверху вниз, — Любуйся сколько влезет! И Мерсер любовался. О, посмотреть у Ла-Ахада действительно было на что! Развитые мышцы всего тела, смуглая кожа с глубокими, украшающими ее, шрамами. Синяки и ссадины, как свежие, приобретенные во время битвы с Алексом, так и старые, полученные несколькими днями ранее. Мускулистые руки с успевшими высохнуть кровавыми дорожками. Внушительных размеров член с обрезанной крайней плотью, который, ожидаемо, не испытывал никакого интереса к происходящему. — Подойди, — властный голос Мерсера эхом пронесся по комнате. Альтаир, словно упрямый ребенок, скрестил руки на груди и не сдвинулся с места ни на миллиметр. — Будь по твоему, глупая гордая птичка, — Алекс пересек разделявшее их расстояние и припечатал мужчину к стене. Мутант поднял обе руки ассасина над головой и сжал их одним из щупалец, выросшим из-за спины. — Забавный ты — пытаешься сопротивляться и дерзишь, хотя знаешь, что все бесполезно, — Мерсер огладил бока Альтаира и, обхватив руками талию мужчины, укусил его плечо. Мутант прокусил кожу и услышал приглушенный стон боли. Довольно улыбнувшись провел по ране еще не до конца затянувшимся языком. Кровь ассасина, вперемешку с его собственной, была горячей и солоноватой на вкус. Дернув Ла-Ахада за волосы, Алекс впился в шею араба губами. Присасываясь к нежной коже и слегка покусывая ее, Мерсер добился большого ярко-красного засоса. Оставив по всей шее еще несколько таких засосов-укусов, мутант опустил голову ниже и обвел кончиком языка темный сжавшийся от ласк сосок. Прикусив его, мужчина двинулся ниже и влажными поцелуями осыпал ребра и бока Альтаира, чем вызывал едва слышные постанывания. Опустившись на колени, Алекс отрастил еще одно щупальце, но с заостренным концом. Заметив плохо скрытую панику в глазах ассасина, Мерсер провел щекой по его животу и мягко поцеловал в ямочку над пупком, — Расслабься. Проведя языком по косой мышце живота, Алекс приблизил к коже щупальце и стал медленно погружать его в плоть. Приглушенно застонав от боли, Альтаир с облегчением выдохнул, когда щупальце покинуло тело и его место занял скользкий и теплый язык мутанта. Слизывая и высасывая выступившую кровь, Мерсер каждой клеткой своего организма ощущал, как возвращаются его регенеративные способности, а действие антивируса потихоньку сходит на нет. С каждым мелким глотком солоноватой жидкости Алекс чувствовал прилив сил. Облизав напоследок рану, мутант разлепил прикрытые от удовольствия глаза и только сейчас заметил, как что-то тыкается в его горло. Опустив взгляд, мутант заметил полуэрегированный член ассасина. Подумать только! А птичке-то, оказывается, нравится боль. Поднявшись, Алекс взглянул на непроницаемое лицо Альтаира, уши которого, тем не менее, горели то ли из-за стыда за эрекцию, то ли из-за удовольствия от странных, непривычных и болезненных ласк. Мерсер провел руками по ягодицам ассасина и коленом раздвинул его ноги в сторону. Затем резко дернул на себя, поднимая мужчину и ступая вместе с ним в сторону кровати. Почувствовав под собой твердый член мутанта, Альтаир с перепугу ударил лбом нос Алекса. Послышался хруст и бывший ученый протяжно замычал от боли, но не отпустил Ла-Ахада, пока не повалил его на кровать. — После продырявленных лёгких и кинжала в нёбе, сломанный нос кажется дешевой банальщиной, — почти обиженно заметил Мерсер и вновь связал щупальцем руки ассасина над головой. Благодаря регенерации нос генетика довольно быстро восстановился. Слизнув с губ успевшую вытечь из носа кровь, Алекс неспешно вел рукой по груди и торсу Ла-Ахада. Усмехнувшись, он ввел фалангу указательного пальца в рану на животе, оставленную острым щупальцем. Со стороны араба показалась незамедлительная реакция в виде болезненного стона и начавшего снова твердеть члена. Что и требовалось доказать. Заменив палец на язык, мутант стал почти любовно вылизывать края и стенки раны. Наконец немного утолив жажду, Алекс сплюнул на ладонь немного смешанной с кровью слюны и прикоснулся к твердому, поблескивающему от выделившейся смазки, члену ассасина. Обхватив рукой головку, Мерсер сделал пару движений вверх-вниз, чем вызвал несколько достаточно громких стонов удовольствия. Алекс навис над краснеющим и смотрящим куда-то в сторону Ла-Ахадом и, развернув его лицо к себе, жадно впился в пересохшие губы араба. Ассасин пытался увернуться и, не возымев успеха, до крови укусил мутанта за нижнюю губу. Не обратив на это почти никакого внимания, мутант продолжил настойчиво целовать Альтаира. В какой-то момент ассасин сдался и монстр был вознагражден неуверенными, но ответными касаниями губ. Алекс ускорил движения рукой, заставляя Ла-Ахада стонать громче и чаще. Воспользовавшись возможностью, мутант скользнул языком в приоткрытый рот мужчины и заскользил по зубам, деснам и щекам ассасина. Растворившись в ощущениях, Альтаир начал толкаться бедрами в сжатый вокруг его члена кулак. Оторвавшись от опухших губ, Алекс опустился ниже и укусил кожу внутренней стороны бедра. Вскрикнув от яркой вспышки боли на фоне удовольствия, Ла-Ахад излился в руку мутанта, ласкавшего его. Не дав птичке и пары минут, чтобы отдышаться, Мерсер пальцами собрал немного спермы Альтаира и приставил их к сморщенной дырочке ассасина. Алекс не успел ввести и одного пальца, когда опомнившийся Ла-Ахад стал вырываться и пинать генетика ногами. — Опять что-ли? Сколько можно? Тебе же понравилось, так в чем проблема? — от бесконечных ударов и сопротивлений у Мерсера уже разболелась голова. — Одно дело ласкать меня и совсем другое — брать как женщину! — Альтаир старательно дергал руками, пытаясь освободиться, но что мог человек противопоставить этому чудовищу? — Слушай, я правда пытался быть милым с тобой, но эти попытки сбежать уже охренеть как надоели. Если не хочешь по-хорошему, то я не буду нежничать. Алекс грубо перевернул Ла-Ахада на живот и приподнял его зад. Размазав чужую сперму по своему члену, Мерсер надавил рукой на поясницу Альтаира и стал потихоньку проникать внутрь. Ассасин задержал дыхание и прикусил губу в попытке сдержать рвущийся наружу крик. Член мутанта грубо проникал в его тело, словно разрывая на части. Ла-Ахад судорожно трясется от боли и в глазах появляются предательские слезы. Стиснув зубы, Альтаир мысленно поклялся во что бы то ни стало убить чудовище. Войдя в тело ассасина до упора, Алекс замер, давая ему немного времени, чтобы отдышаться и хоть как-то привыкнуть к ощущениям. Он едва сдерживал себя, чтобы не начать грубо и быстро втрахивать беднягу в кровать. Мутант медленно вышел из окружающей его тесноты, чтобы потом также плавно вернуться в нее. Даже не видя лицо Альтаира, Алекс знал, что каждая его фрикция причиняет жгучую боль мужчине. Знал, но не мог заставить себя покинуть мягкое тело Ла-Ахада. Глубоко вздохнув, Алекс выскользнул из ассасина. Мутант развернул его к себе лицом и, вновь плавно проникая внутрь, провел языком влажную дорожку от ключицы до яремной вены. Припав к ней губами, монстр стал нежно целовать шею ассасина. Опустив руку ниже, он прикоснулся к лежащему на животе члену Альтаира и сжал его. Когда Алекс вошел в ассасина под другим углом, Ла-Ахада слегка тряхнуло от удовольствия. Протяжно застонав, Альтаир выгнулся дугой навстречу члену мутанта. Мерсер замер и наконец выпустил руки ассасина из хватки щупальца. Он ожидал ударов со стороны мужчины, но тот удивил его, обняв за шею и обвив ногами талию. Алекс вновь начал двигаться, стараясь задеть ту самую точку, заставившую Ла-Ахада срывать голос от криков удовольствия. Перейдя на бешеный темп, мутант стал нещадно вбивать в кровать ставшее податливым тело ассасина. Короткие ногти Альтаира царапали спину и плечи Мерсера. Немного отстранившись, Алекс обхватил рукой шею Ла-Ахада и стал сжимать ее, продолжая грубо трахать ассасина. С каждым толчком Альтаир все больше задыхался от удовольствия и почти полностью перекрытого воздуха, но не убирал руки Мерсера со своей шеи. За несколько глубоких и резких толчков Алекс, с оглушительным ревом, подвел их обоих к долгожданной разрядке. Убрав руку с шеи Ла-Ахада, на которой, скорее всего, остались следы от его пальцев, мутант рухнул на пытающегося отдышаться любовника.