Мой странный возлюбленный.

— Я… Наконец начал говорить Зеницу. — Опять кошмар… Но не тот, что раньше… Как-бы, у них общая тема, но они разные… И в них я совершаю… Самоубийство… Стараясь объяснить как можно более понятно выдавил из себя парень. — Но я не хочу умирать! Я не хочу терять тебя! Закричал он, прижимаясь к Танджиро. — Не волнуйся, это лишь сон. Я всегда буду рядом с тобой и уж точно не допущу твоей смерти. Спокойно, почти что шепотом говорил тот. Новая волна ласк, объятий, милых слов. Так уютно и так до боли приятно. Хочется чувствовать это тепло, вслушиваться в ритмичные удары сердца, проводить пальцами неровные линии по спине и рукам, улавливать еле заметные нотки любимого одеколона Камадо вечно. Так они и просидели в обнимку, досматривая фильм, пока солнышко не посмотрел на часы, что висели возле двери и тихонько тикали. — Ого… Уже прошло так много времени. Хм… Скоро кстати время обеда, еды не осталось, а в холодильнике у тебя пусто. После своей реплики, Танджиро посмотрел на друга чуть рассерженно, однако, вспоминая его состояние всё же вновь смягчился глубоко вздохнув. — Как насчет того, чтобы сходить в ближайший супермаркет, закупиться продуктами, а после приготовить вместе простенький обед? Нежно улыбнувшись, парень посмотрел на собеседника. — Мгм… Думаю, немного пройтись и наконец пополнить запасы было бы неплохо… Ладно, пойдём! Немного «потупив» ответил одуванчик. — Пхпхах. Ты же не собираешься идти прямо так? Слегка насмехаясь над своим другом уточнил Камадо. — Ааа…? Ой. Конечно нет, я шёл переодеться, да! Поняв, что направился к выходу прямо в домашней одежде, Агацума смущённо подошёл к шкафу с одеждой, выбирая сегодняшний наряд. — Почему бы тебе не надеть ту чёрную футболку с жёлтой рубашкой и, скажем, джинсы? Ну, короче говоря, то, что надевал на мой день рождения… Тебе очень идёт этот наряд, надо было наверно сказать об этом раньше… На обоих нахлынули воспоминания Скромное празднование. Лишь три человека. Незуко, Зеницу и сам именинник — Камадо. Комната была ярко украшена, настолько, что некоторые оттенки и вовсе слепили глаза. Громкий звук хлопушки и конфетти рассыпающиеся в разные стороны. Весёлый смех компании и громкие поздравления. Сладкий чай с не менее сладким тортом, ибо все присутствующие были теми ещё сладкоежками. Сонное окончание праздника. Тепло двух тел, что мирно спали в обнимку… — Правда? Тогда надену именно его, спасибо! Оживлённо произнес парень, доставая одежду. «Переодеваться при Танджиро довольно смущающе… Да и моё тело выглядит ужасно… Ах, ладно, не важно. В этом ведь нет ничего такого да и он никогда не подумает обо мне плохо, по крайней мере я на это надеюсь…» Поглощённый своими мыслями, обладатель медовых глаз стал переодеваться. Танджиро же открылся вид на оголённое туловище Агацумы. Он такой худой. Ребрышки аккуратно выглядывают, бедра слегка торчали, плоский живот и гладкая кожа так и манили к себе. Но все прелести тела тучки тут же скрылись за футболкой, оставляя лишь хрупкие запястья и чуть заострённый локоть вместе с частью худого предплечья. Далее были стянуты спортивки, что скрывали всё такие же худые ножки. Зеницу всегда носил мешковатую и вообще любую скрывающую тело одежду, так как жутко стеснялся и, возможно, даже ненавидел свою худобу. Когда же наконец одуванчик переоделся, они с Камадо прошли к выходу.