"Неизвестный писатель - моей меланхолии".

      Обычный осенний денек. На улице дождь, люди снуют туда-сюда, пытаясь укрыться от непогоды неожиданно настигнувшей их.       В квартире тихо, серо, тоскливо, на прозрачном столике стоит чашка черного кофе рядом стопка бумаг, черная ручка, в которой почти не осталось чернил. Осаму сидит в кресле, смотря на капли дождя, сегодня ему опять не удалось дописать главу своей второй книги. Вдруг раздается чих, кажется, он заболел, а Чуя ведь предупреждал, что нельзя ходить без шарфа и нараспашку в такую погоду. Завернувшись в пушистый белый плед, он побрел на кухню за аптечкой, взял градусник, померил температуру, 38.3.       — Как же вовремя, — недовольно пробубнил Осаму и пошел в спальню, зашел, закрыл шторы, завалился на кровать и уснул.

Прошло около трех часов, тишину в квартире нарушает звон ключей в двери. Чуя вернулся с работы. Парень весь промок, замерз и настроение само собой отвратительное, радует одно он наконец-то дома. — Что-то подозрительно тихо, — подумал про себя парень.       — Осаму, я дома, —       Рыжий снял шляпу и прошел в квартиру, занес пакеты на кухню, Осаму здесь не было, тихонько прошел в спальню. Он зашел в комнату, раздвинул шторы и услышал недовольное мычание.       -Дазай, ты чего это спишь под вечер, —       — Я заболел, — хриплым голосом ответил Осаму.       — Заболел? — удивился Накахара и сел на край кровати. — Иди сюда, дай лоб потрогаю, —       Осаму слегка приподнялся и повернулся к Чуе. Рыжий тем временем наклонился и притронулся губами ко лбу.       — Да у тебя жар, а я ведь предупреждал, —       — Ой, только не начинай, —       — Молчи уже. Сейчас градусник принесу, —       И он вышел из комнаты.       — Вот, мерей давай, —       Через минуту градусник пропищал, 39.1.       — Дай посмотрю, —       Осаму протянул градусник Чуе.       — О, боже! Ложись быстро в постель, пойду, посмотрю, есть ли у нас жаропонижающее, —       Чуя пулей понесся на кухню и начал рыться в аптечке. Ровно через секунду он вернулся назад уже с таблеткой и стаканом воды.       — Я нашел, выпей это, —       — Я не буду, —       — Я тебе не буду, быстро пей, давай иначе насильно выпьешь, —       — Ты и сам знаешь, я ненавижу пить лекарства, —       — Осаму, ты что ребенок. Ничего не знаю, пей, давай, —       — Не буду, —       — Я не позволю тебе помереть от простуды, быстро взял таблетку и запил водой. Живо! —       — Ладно, ладно, — Осаму покорно проглотил таблетку, запив ее водой.       — Вот и хорошо. Теперь ложись и отдыхай, а я пойду, приготовлю ужин, —       И Накахара ушел, закрыв дверь.       Когда он приготовил ужин, проходя мимо гостиной, на столе он увидел стопку бумаг. Чуя подошел и решил посмотреть, это оказалась та самая книга, которую сейчас писал Дазай. В ней он описал все чувства, переживания, моменты, события, которые он пережил вместе с Чуей. Рыжего парня тронуло каждое слово, написанное горе писателем. Пока он читал, не заметил, как в комнату вошел Осаму и обнял со спины. Тот вздрогнул.       — Напугал, ты чего встал? —       — Мне не спиться, —       — Бегом в постель, сейчас ужин принесу, —       — Все, все, иду, —

Когда они поужинали было уже поздно, Чуя наказал Дазаю, чтобы тот не вставал с постели, ну Осаму не Осаму, если послушается, поэтому пока Накахара был на кухне и мыл посуду, горе писатель вылез из кровати и достав из шкафа первый том своей истории, завернувшись в плед вышел на балкон. Небо было чистым, темным, необъятным и таким неисследованным. Звезды словно тысячи маленьких частичек человеческих душ, рассыпаны по небу, блуждая среди неизвестности и пытаясь найти что-то родное, знакомое, волнующее душу. Пока еще неизвестный писатель стоит, любуясь этому вроде обыкновенному, но такому прекрасному явлению, не переставая думать о том самом человеке, который подтолкнул его писать, который сам занимается прекрасным, изображая поразительные пейзажи жизни. Чуя, закончив с уборкой, заглянул в спальню проверить этого «непослушного ребенка», а его нет, только открытый балкон. Рыжий парень, зная о дурных попытках суицида, сорвался с места, выбежав на балкон.       Дазай спокойно стоял, наблюдая за небом.       — Фух, живой, придурок… У тебя температура, а ну бегом в кровать! —       И в эту секунду Осаму обнял своего парня.       — Я тебя люблю.-       — У тебя температура, похоже, повысилась, — Осаму обиженно надул щеки.       — Как будто я тебе это никогда не говорю, —       — Ну, ладно, ладно не дуйся и иди в кровать, —       — Хорошо, —       Парни зашли в комнату.       — Уже поздно, Дазай, иди, отдыхай, —       — А ты? —       — Я пойду, поработаю, мне нужно закончить отчет, —       И Чуя ушел на кухню.       На часах 3 часа ночи. Осаму никак не мог уснуть и пошел проверить, как там Чуя. Когда Осаму зашел, Чуя спал сидя за столом, положив голову на стол. Осаму тихонько подошел и увидел, что под рукой у него лежал тот самый второй том книги, которую Дазай сейчас дописывал.       — И когда только успел свистнуть, —       Писатель аккуратно взял рыжего на руки и донес до кровати, осторожно уложив и накрыв одеялом, а сам тихонько сел рядом, взяв второй том и ручку.       — Я тоже тебя люблю, Осаму, — вдруг послышался хриплый сонный голос.       — Спи работник, я знаю, — улыбнувшись и нежно поцеловав в щечку, произнес Дазай.

***

Дождик продолжал идти на зло всем. Две души, которые не собирались никуда выходить, чашка давно остывшего черного кофе и всем давно знакомые книги уютно лежат на кофейном столике.       Две души, которым ничего не нужно в этом мире лишь бы они были рядом. Сидеть рядом, прижавшись друг другу, завернувшись в теплый плед и забыть обо всех мирских заботах………………