Amor non est medicabilis herbis

      — Сыграй, — Юнхо не приказывает в своей привычной манере, а просит. Отчаянно.       — Конечно, Ваше Величество, — Хонджун садится за рояль, невесомо ведя пальцами по клавишам.       Кто он такой, чтобы отказывать королю? Человеку, из-за которого сердце бьётся быстрее, создавая собственную мелодию, которую сейчас он и играет на инструменте, стараясь передать всю нежность и любовь.       — Хонджун, — Юнхо, как только затихает музыка, нежно-нежно по спине проводит, — ты же знаешь, что мне, кроме тебя, не нужен никто?       — Знаю.       — Знаешь, что я всё ради тебя сделаю?       Юнхо оставляет на шее невесомые поцелуи, руками обвивая торс, а Хонджун шумно носом воздух втягивает.       Слишком много для него. Слишком много чувств, прикосновений, эмоций и боли. Накрывает лавиной. Он задыхается.       — Даже трон оставлю. Ты только скажи, и мы покинем эту страну навсегда. Будем счастливы где-нибудь далеко. Вдвоём. Только скажи.       Хонджун кулаки сжимает, ногтями впиваясь в ладони. Чтобы физическая боль отрезвила.       — В том-то и проблема, Ваше Величество. Вы король. Вы не можете оставить своих подданных на произвол судьбы.       А самому тошно от собственных слов. Он бы так хотел ответить «да», поцеловать, наконец, в ответ со всей страстью и любовью. Хотел бы послать всех людей к чёрту.       Хотел бы, но не смеет. Не имеет права.       Он всего лишь безродный музыкант, играющий во дворце на потеху придворным. Юнхо — король, на чьих плечах лежит огромная ответственность за королевство.       Они не должны быть вместе. Они не могут. Им не позволят.       Юнхо и сам всё прекрасно понимает, просто отчаяние уже с головой накрывает, подталкивая к безумствам. Он любит. Нежно. Сильно. Он жаждет говорить о своей любви всему миру. Вот только тяжесть короны на челе вынуждает держать чувства в тайне.       Хонджун встаёт, мягко высвобождаясь из родных и любимых объятий.       — Мне пора, Ваше Величество.       Они должны быть сильными, должны вовремя останавливаться, пусть и не хочется этого вовсе. Хочется наоборот с головой в эту любовь окунуться, вкусить наконец запретный плод. Но нет. Они должны быть сильными, даже если от этой силы выворачиваются внутренности и выхаркать их охота.       Они обязаны быть сильными.       И Хонджун покидает помещение, чтобы на следующий день вернуться обратно, к родным объятиям и повторяющимися из раза в раз словам, что причиняют боль, потому что он не может без своего короля точно так же, как и Юнхо без своего маленького музыканта.       Потому что они любят, хоть и задыхаются от боли.