Потерянная связь

Следующий день успел наступить так же быстро, как и предыдущий. Ханако нервно похаживал вдоль женского туалета и обратно. Сейчас он раздумывал над тем, будет ли правильно с его стороны, пойти одному в подвал? Если же это очередной призрак, который не даёт покоя школе, то справиться с ним не должно состоять труда, но что, если там что-то посерьёзнее? К примеру, утраченная восьмая тайна. Ханако многого наслышан о ней, но верить в это напрочь отказывается. Что вдруг могло понадобится ей здесь? Посматривая на наручные часы, Ханако ещё больше нервничал. Цукаса до сих пор не приходил, а школьные занятия вот вот должны закончится. И как только последний человек ступит за пределы школьного порога, то призрак немедленно двинется в сторону подвала. Сколько можно откладывать? Это ведь не шуточки. Количество пропавших детей возрастает с каждым днём, а седьмая тайна с трудом находит в себе силы, чтобы наконец отправиться в то место. Пролетая школьными коридорами, Ханако окончательно убедился в том, что не сумеет быть замеченным кем-либо. И это его успокаивало. Спускаясь всё ниже и ниже, атмосфера становилась отнюдь из неприятных. Воняло гнилью, тяжело было дышать и, не смотря на то, что Ханако — призрак и тому свойственно ощущать холод, но кожа туалетного мальчишки сумела покрыться мурашками. Дверь в подвал была приоткрыта. Неужели, кто-то ещё остался? Приоткрыв достаточно двери, Ханако вошёл внутрь. Стоило ему сделать несколько шагов вперёд, как дверь позади него захлопнулась. — Эй, какого чёрта...? В подвале было слишком темно. Было бы не плохо поискать источник света. Однако, это было не обязательно, ведь ему на помощь пришли его верные хакудзедаи. Сейчас они светились поярче любого светильника и более, чем достаточно освещали помещение. Ханако принялся осматривать место в котором находился. Повсюду была школьная, никуда не годная мебель. Куча разбитого и потрёпанного стекла. Пыльные шкафы, на которых было тысячи застарелых и порванных книг. А само помещение, так и желало качественной уборки, ведь было «украшено» сплошной паутиной. Прям, как в каком-то ужастике. Но на этом мальчишка останавливаться не стал. Ханако продолжил идти чуть ли не в самую глубь подвала, спускаясь ещё ниже, хотя, казалось бы, куда ещё ниже? Хакудзедаи почуяли неладное и решили предупредить об этом своего хозяина, дабы тот был куда внимательнее и осторожнее, чем обычно. — Хорошо, я понял. Отодвинув старые занавески, Ханако впал в ступор. Перед собой он видел тысячи учеников, которые были подвешены за руки к потолку и, на которых практически не было живого места. Страх, да и только. Впервые Ханако начал испытывать его, ведь никогда не встречал ничего подобного и более ужаснейшего, чем это. Вытащив из пиджака холодное оружие и достаточно подпрыгнув в воздухе, лезвие сумело пройтись вдоль по всем верёвкам, попутно срезая их и освобождая учеников от вечного висения в воздухе. Все, как один, рухнули вниз на пол. Ханако кинулся осматривать каждого из них, дабы суметь понять, что ему делать дальше. Состояние девушек было куда критичнее, нежели парней. Осматривая одну из девушек, Ханако побледнел. Это была Яширо. Но как? А главное, почему? Седьмая тайна не могла понять. Тело девушки было пропитано холодом, а сама она еле дышала. Дело было куда хуже, чем тот мог себе представить. Вот тут он понял, что одному ему вряд-ли справиться, но отступать было поздно. Раз уж пришёл и взялся за это дело, то сумеет довести его до конца, чего бы ему это не стоило. — Всё будет хорошо, Яширо. Полежи здесь ещё немного, а я... Сейчас седьмую тайну переполняли злость и ненависть. Кто посмел сотворить такое с человеком, который был для него всем? Пускай покажется и тот не станет себя сдерживать. Только не в этот раз. — Я знаю, что ты здесь, Цукиеми! Выходи! Чего прячешься? Но в ответ лишь тишина. — Я с тобой разговариваю, чёрт побери! Вдруг, из скопления пыли и грязи образовалось существо, которые невозможно было назвать чем-то таким, что привык видеть Ханако, но он хорошо знал, кто это и с чем предстоит дело. — Надо же, а ты сильно изменилась с нашей последней встречи! Хищно улыбнувшись, призрак покрепче сжал холодное оружие. — Седьмая тайна! Как же ты осточертел мне! Замах, но Ханако ловко избегает атаки противника. Проскользнув под телом ненавистного существа, мальчишка успевает оставить глубокий разрез ножом, прям как тогда, имея дело с рыбой, что хотела отнять у него помощницу. — Я впечатлена твоей скоростью и сообразительностью, но даже это не поможет тебе! Рана Цукиеми тут же затянулась. — Что!? Невозможно! Моё оружие способно поразить любого призрака! — Хочу тебя расстроить, но я больше не призрачная дева, что была тогда! Удар и Ханако отлетает в стену, нормально ударившись при этом спиной. — Угх... А ты сильна... — Верно! Я изменилась! Уже не та слабая и беспомощная букашка, что была в нашу последнюю встречу! — Зачем тебе эти дети...? — А то ты не знаешь! Любое потустороннее существо не сможет долго прожить, если не будет подпитываться источником собственной энергии! В моём же случае — эти детишки! Вкусные же у вас ученики здесь водятся! — Дрянь! Не прощу! Ты за всё заплатишь! Парень принялся наносить одну из своих сильнейших атак, но был крепко схвачен. — Ну, что теперь ты будешь делать? Тебе не справиться со мной в одиночку! — Хах, возможно, но я так просто не сдаюсь! Пройдясь остриём вдоль гигантской руки, Ханако сумел выбраться из хватки, попутно падая на пол. Одному ему не справиться, но нужно пробовать. Нужно пытаться, ради Яширо, ради учеников, что сумели застрять здесь, вместе с ней, ради будущего этой школы. Какая же тогда из него седьмая тайна, если он не сможет исполнить долг? Битва продолжалась более, чем достаточно. Силы обоих были на исходе, но сдаваться было нельзя. Кто-то должен был положить всему конец. — Седьмая тайна, ты ели стоишь на ногах! Интересно, что ты собираешься делать? Гадкий смех раздался на весь подвал. — Не волнуйся! У меня всегда имеется какой-нибудь козырь в рукаве! — Но что-то не видно, чтобы он был при тебе сейчас! Замахнувшись, чудище принялось атаковать вновь. Прикрыв глаза, Ханако стал ожидать очередного удара, ведь в этом и был смысл козыря в рукаве. Когда до столкновения оставалось меньше метра, Ханако выкрикнул: — Давай! Из неоткуда появился Цукаса, который сумел насквозь пробить грудь существа, попутно кромсая сердце на мелкие кусочки. Зрелище было не из приятных, но деваться было не куда. Это была последняя надежда. Шанс на то, что всё сработает. Цукасе же было лишь в радость оказать помощь своему старшему брату таким привычным для него образом. Кровь, органы, раны и ссадины. Да, всё это характеризовало Юги-младшего. — Посмотрим, как ты будешь теперь! Удерживая в руке сердце, Цукаса принялся ликовать в душе, попутно сжигая вынутый орган. — Невозможно... Кто ты такой...? Цукиеми ещё кое-как продолжала шататься на месте, чувствуя, как её тело медленно рассыпается на тысячи кусочков, растворяясь в воздухе. — Тебе лучше не знать, но советую хорошенько запомнить моё лицо. Именно так выглядит смерть. Чудище не могло вымолвить и слова. Всё, что оставалось делать, это наблюдать за её медленным превращением в ничто. Когда тело было рассеянно в разные стороны, Ханако обессиленно пал на пол. Он был счастлив, что всё закончилось. Выдавив из последних сил улыбку, призрак потерял сознание. Цукаса же не переживал по этому поводу, ведь знал, что его братец просто потратил много сил и сейчас нуждается в отдыхе и временном восстановлении.

***

Очнувшись, мальчишка стал осматриваться. Место в котором он находился, никак не напоминало ему женский туалет, скорее школьный лазарет. От слабости не осталось и следа, что не могло не радовать того. Ханако хотел было встать и направиться к себе на границу, но передумал, увидя рядом спящего брата, который всё это время держал его за руку. Твердит, что не переживает, а сам... Он неисправим. Приняв удобное положение, Ханако продолжил наблюдать за этой милой картиной, пытаясь не разбудить младшего. Ему было безумно приятно, что тот волнуется за него, даже отрицая это. О лучшем и мечтать не можно, ведь за время их жизни, от Цукасы заботы было не дождаться, а тут... Странный он. Но Аманэ любил его таким, каким он есть. Как бы ты не старался, а человека изменить не получится. И либо ты принимаешь его полностью, либо не принимаешь вообще. Гладя того по голове, Ханако произнёс: — Сегодня ты спас меня. Спасибо.