Blackout

Две полоски.

      Перед глазами ясно и чётко проявляются две красные линии на тонкой бумажке, которую еле руки держат. И не потому что она настолько маленькая, а потому что руки трясутся со страшной силой, ведь нервничаешь безумно. Господи, тебе 20 лет! 20! Какой ещё ребёнок? Ты сама то только-только из родительского гнезда вылетела. Живёшь на гроши, зарабатываемые в забегаловке по выходным, учишься с утра до ночи, у тебя времени даже на поесть иногда нет (да и денег тоже, будем уж честными).       — Что делать собираешься, Рин? — Мина, единственная подруга, которая переживает с тобой всё это дерьмо, сидит с пачкой успокоительных на краю ванной, прожигая взглядом твою бестолковую голову, опущенную вниз.       — Без понятия… — хочется закричать во весь голос, зареветь как белуга, чтобы все услышали. Но ты лишь тихо, еле-еле всхлипываешь и зарываешься красным носом в коленки, поднимая ноги на унитаз.       — Крышка же сейчас лопнет, ноги убери, — Мина легонько бьёт тебя по щиколотке. — Чё реветь то уже, вставай давай. Пойдём к врачу на днях. А там уже что скажут.

***

      Поход в больницу оказался тем ещё испытанием. Всюду счастливые, светящиеся от радости пузатенькие девушки и женщины, наглаживающие своё ещё не родившееся чадо. И тут ты с синяками под глазами от бессонницы и трясущимися ногами, еле передвигающаяся по коридору.       — Когда был последний половой акт? — тётенька с доброй улыбкой аккуратно заполняет твою новую медицинскую карточку, карточку с пометкой «беременность».       — Пос-следний… — запинаешься на полуслове. Сказать ей о том, что он был ещё и первый? Или лучше промолчать, иначе совсем дурой покажешься? Так, ладно, соберись. — Месяц назад, — сжимая своё же запястье до фиолетовых колец вокруг него, ты, наконец, выдаешь информацию.       — А когда и как вы узнали, что беременны? — она не смотрит на тебя, но оно даже и к лучшему, иначе бы уже точно психушку вызвала, ведь у тебя на лице написано, что ты близка к истерии.       — Два дня назад, да. Я сделала тест.       — Ага, так, хорошо. Были ли какие-то симптомы до этого?       — Да, начался токсикоз. Именно поэтому тест и сделала, — Мина сидит напротив и всеми фибрами души пытается тебя поддержать, показывая большие пальцы вверх, но выходит плохо. Очень плохо.       — У вас это запланированная беременность? И где, кстати, отец будущего ребёнка? — на последних трёх словах ты всё-таки не выдерживаешь и начинаешь реветь, что есть сил, трясясь от всхлипов.       — Боже, девушка, вы чего? Что-то случилось? — врач не на шутку испугалась и подскачила скорее к тебе, осматривая покрасневшее лицо.       — Доктор, можно на чистоту? — подруга наконец встревает в этот терзающий до кончиков волос момент, обнимая тебя за плечи сзади. Женщина в белом халате кивает и садится обратно в большое кресло. — Это был её первый секс. Парень не знает, что она беременна, ибо они сейчас даже не общаются. Родителям говорить бесполезно, они не интересуются её жизнью уже давно. У них, — она показывает на твой живот. — Есть только я, подруга, которая пытается разруливать всю ситуацию, — у доктора у самой уже слёзы подкатывают к глазам, но она держится, ведь как-то непрофессионально будет с её стороны. — А теперь скажите нам, мы можем получать медицинскую помощь в этом центре бесплатно? У нас ни гроша за спиной, даже едим через раз. Так что?       — Конечно, конечно! Наш центр предоставит все необходимые обследования на абсолютно бесплатных условиях! Вам нужно только завести свою мед.карту, но это мы уже сделали! Пожалуйста, не расстраивайтесь так, всё обязательно будет хорошо! — женщина начинает бегать по кабинету, собирая различные листочки и направления в кучу. — Вот, возьмите и пройдите полное обследование сейчас, потом через 3 месяца и уже непосредственно перед самими родами. Но если что-то будет не так, мы всегда готовы вас принять!       — С-с-спасибо-о-о, — ты никак не успокоишься, ревёшь взахлёб.       — Удачи вам… — дверь в кабинет закрывается и ты почти падаешь на пол, обессиленная от навалившегося, но Мина ловит и заключает в объятия.       — А ну возьми себя в руки! Мы справимся! Слышишь? Мы справимся! Родим, вырастим, воспитаем! И всё будет отлично! Даже если без отца. Мы справимся вдвоём! — Мина держит тебя что есть сил и гладит по макушке. Лишь бы только ты не увидела её собственных слёз…       Кто бы мог подумать, что первая в твоей жизни близость, да ещё и с парнем мечты, окажется роковой. Тот день ты вспоминаешь с мурашками по коже. А ведь как всё классно было изначально.

***

Месяц назад.

      Концерт восходящей звезды андеграунда на площадке популярного ночного клуба. Всё как надо: громкая музыка, неоновая подсветка, крепкий алкоголь и толпа пьяных фанатов. АйЭм всегда любил свои концерты больше, чем любую другую часть своей жизни.       Здесь ведь так круто! Ты читаешь рэп, периодически осушая стаканы с очередным коктейлем и закидывая веселящую шипучку, а все и рады. Потом ещё и бабки за это получишь. Ну чем не прекрасность? А если ещё и удастся с кем-то перепихнуться, так вообще сказка! Вот и сегодня судьба ему благоволит, посылая пьяненькую фанатку в коридоры закулисья.       — П-простите, а вы, случайно, не знаете, где здесь т-т-туалет? *ик! * — девушка в неприлично коротком платье цвета вина опирается на обшарпанную стенку рукой и моргает через раз, улыбаясь.       — Конечно же знаю, прошу за мной! — АйЭм сам еле стоит на ногах, ведь доза начала действовать.       Заводя Рин в тёмную подсобку, он мгновенно проворачивает замок. Не найдя выключатель, рэпер пытается включить фонарик на телефоне, но и он отказывается работать. Его голову посещает гениальная мысль открыть камеру и включить вспышку на ней. Правда, для этого придется сделать фото, но ничего. Нажав на кнопку, на экране его Айфона тут же появляется фото Рин, стоящей полубоком к нему.       — А ты ещё и красивая, вот мне повезло сегодня, хах! — парень начинает передвигаться к ней.       — Что? — Рин поворачивается окончательно, и, спотыкаясь о собственные ноги, падает прямо ему в руки.       Он целует мокро, жадно, настойчиво. Задирает платье и лезет своими руками туда, куда ещё никому не удавалось добраться. Повалив Рин на жутко маленький диванчик в углу этой душной комнатки, он громко шумит пряжкой ремня, расстёгивая рваные джинсы.       — Нет! Стойте! Не надо! — Рин, наконец, приходит в себя, и те литры алкоголя, принятые во время вечеринки, мгновенно отступают. — Нет! Пожалуйста! Не нужно! Нет! — она пытается отодвинуть наглого парня, но все попытки оказываются тщетными.       Он выше, он крупнее, он гораздо сильнее. АйЭм придавливает её всем своим телом к противному кожаному материалу и начинает то, о чём девчушка даже и не подозревала, ища туалет в пустом коридоре после увесилительного мероприятия.       — Ах! Нет! А-ахх! — больно. Чертовски больно. Она никогда не думала, что первый раз будет настолько больным и противным. Хочется проблеваться прямо здесь и сейчас. А ещё до чёртиков хочется плакать, но сил нет. — Ах!       — Кричи! Да! Кричи громче! Пусть все слышат что я трахаю тебя здесь и сейчас! — он вошёл в раш. Ему кажется, что это всё игра, она притворяется, что не хочет его. Ведь его хотят все! Абсолютно все! Спроси любую особу на концерте, — каждая готова прыгнуть к нему на колени без лишних уговоров.       — Давай! Ещё громче, ну! — он начинает ускорять темп, впиваясь в её губы. — Где твои довольные стоны, детка? Я не слышу! Давай! Громче! — этот пьяный томный голос проносится не просто над ухом, но и по всей площади мелкого помещения.       И Рин стонет, Рин кричит, кричит на весь коридор, но никто её не слышит. Стафф слишком занят уборкой сцены после концерта, а поклонники уже давно разошлись. Здесь только они вдвоём. Только он и она. В маленькой тёмной подсобке, на маленьком кожаном диванчике, за закрытой дверью.       У Рин нет шансов. Она уже лишилась всего, чего могла, — девственности, достоинства, гордости, голоса. Даже слёзы уже перестают идти так обильно. Уже просто всё равно. Рэпер продолжает втрахивать её в этот диван и довольно скулит сквозь зубы, кончая прямо в неё.       — И только не говори, что мало, иначе я возьму тебя прямо сейчас ещё раз, — он застёгивает ширинку и спускает платье Рин обратно. — А ты забавная, на вот тебе мой номер, — он кладет ей в руки визитку, попутно поднимая, наконец, с этого лежбища. — Может ещё перепихнемся.       Он ещё раз целует её и уходит. Уходит, забрав у неё всё. Уходит, звеня этой пряжкой ремня и ухмыляясь своей дикости. Животное. Самое настоящее животное. Отыметь беззащитную девушку без её согласия, да ещё и пьяную, может только животное. Ну, или человек, находящийся не только в состоянии алкогольного опьянения, но и под дозой хороших конфеток.       Рин рухает на пол, смотря в одну точку. Тушь потихоньку стекает по её мокрым от слёз щекам, попадая в рот. Внутри просто отвратительно погано, хочется с головой окунуться в огромную ванну, и желательно просидеть там пару часов, вымывая всю эту грязь, не только из души, но и с надруганного тела.       Когда она шла на концерт своего любимого исполнителя, она не хотела, чтобы он её трахнул в вонючем углу. Она хотела повеселиться и, максимум, немного опьянеть. Но вышло вот это… Что теперь делать, она просто не представляла.

***

      Все его песни и микстейпы, она, конечно же удалила. Альбомы выбросила, а плакаты сожгла. Лишь бы ребёнок никогда не видел этого человека, лишь бы он никогда не узнал горькой правды. Единственное, что она оставила, так это ту визитку. Спрятав её как можно дальше в фотографиях, она была уверена, что никто её не найдёт.       Время шло, а с ним и момент родов приближался всё быстрее. Рин было страшно. Безумно страшно. Как воспитывать ребенка одной, в столь юном возрасте, она просто не представляла. Конечно, у неё была поддержка в лице подруги. Но та, в поисках денег на ребёнка, устроилась на работу, требующую постоянные разъезды.       Вскоре родился мальчик. Прелестный мальчик. Красивый, с большими глазами и длинными ресницами, сообразительный не по годам, да ещё и не капризный совсем. Буквально подарок для ничего не знающей молодой мамочки. Верно? Ещё как верно.

***

      Время шло. Вот уже мальчику и годик. Рин прекрасно справляется, правда. Джун, так Рин назвала его, почти ни в чем сильно не нуждался. Она устроилась на дополнительную подработку по компьютеру, Мина помогала, как и обещала, так что денег на них всех вполне хватало.       Когда Джуну исполнилось три, он начал задавать вопросы. Какие? Ну, например, почему в садике у всех детей есть папа, а они живут только с тётей? Где их папа? Конечно, Рин всегда уводила тему разговора, говоря, что так надо, говоря, что расскажет всё потом, когда Джун подрастёт.       Но чем ребёнок старше, тем вопросов больше и они гораздо чаще. Пятилетнему ребёнку уже не запудришь мозги, отложив разговор в долгий ящик. Придётся что-то придумать… Только вот что?

***

      — Тётя Мина! Привет! — Джун открывает входную дверь и пропускает в квартирёнку любимую тётю, снова уезжавшую в командировку на долгие три месяца.       — Джун~и! Как же ты подрос! Я всего ничего тебя не видела, а ты уже вон как вымахал! Ну-ка, где твоя мама? — Мина трепет Джуна за щёчки, отчего тот заливается смехом.       — Она на кухне, готовит вкусняшки в честь твоего приезда! — он берёт Мину за руку и ведёт на кухню.       — Мина! Как ты? Как всё прошло? Нормально добралась? Кушать сильно хочешь? — Рин обнимает любимую подругу и заваливает ту вопросами с порога.       — Дорогая, да всё отлично, правда! Лучше расскажи, как вы тут? Джун ещё спрашивал про… — она не успевает договорить, как тут же в комнатку залетает малец с любопытными глазками. — Ох, Джун~и, знаешь что я тебе привезла? Не догадаешься! — Мина открывает большой бумажный пакет и достаёт оттуда картонную коробку с бантиком. — Вот, держи! Прямиком из Пусана!       — Тётя Мина!!! Спасибо! — он прыгает ей на шею и радостно взвизгивает, убегая в свою комнату.       — Что ты там ему опять привезла, фея крёстная? — Рин улыбается, накладывая свежеприготовленные закуски по тарелкам. — Столько денег на игрушки тратишь, честное слово…       — Мама! Мама, смотри! Самолёт! Совсем как ты рассказывала! Смотри! Папа же на таком летал, да? На таком? — Джун прыгает из стороны в сторону, размахивая новой игрушкой.       — Точно, малыш, точно! Совсем как папин, — Рин уже чувствует на себе пронзительный взгляд Мины. — Иди пока поиграй, а мы с тётей Миной приготовим тут всё, хорошо? Скоро позовём!       — Ага! — и Джун улетает со скоростью света обратно в детскую.       — Ты что ему наплела?! — Мина вне себя от ярости.       — Я сказала ему то, о чём он спрашивал все эти годы. Сказала ему кто был его отцом и почему его нет с нами. В чём проблема то? — Рин поворачивается обратно к плите и делает вид, что что-то ещё не доделала.       — Ну-ка поведай мне эту грустную историю! — подруга стоит прямо напротив Рин в позе «руки в боки» и сжимает губы в тонкую полоску. Сейчас взорвётся.       — Я сказала, что его отец был лётчиком, и что он погиб во время выполнения очень сложной миссии, — Рин отводит взгляд куда-то в стену, лишь бы не встретиться с глазами подруги, которая готова разорвать её здесь и сейчас.       — Ты с ума сошла?! А если он когда-нибудь узнает правду? Мм? Что ты тогда делать будешь, умная моя?       — Когда-нибудь я ему, возможно, расскажу, а пока пусть думает о нём хорошо. Это всяко лучше, чем знать, что твой отец понятия не имеет о твоём существовании. Разве не так?       — Да… Наверное, ты права.       — Ладно, давайте уже поужинаем. Джун~и! Иди к столу!       А Джун всё это время был прямо тут, за углом двери. Он не хотел ни в коем случае подслушать разговоры взрослых, нет. Он просто хотел напугать маму и тётю, выскочив из-за стенки, как он это делает всегда. Но сейчас что-то пошло не так.       — Неужели папа действительно ничего обо мне и маме не знает? Ну нет, мама же не могла мне соврать, да? Они же любили друг друга… Или… — мальчик не мог собрать мысли в кучу. Конечно, куда ему, он ведь ещё ребёнок. Он ещё не понимает всей сложности взрослой жизни. Но и лезть к маме с расспросами он не хотел.       — Я тут, давайте кушать! — изобразив такую же счастливую улыбку, как всегда, он просто залетел за стол, поджимая ноги под себя. — Ух ты! Токпокки!

***

      — У тебя же от него ничего не осталось? Ты всё выкинула? Джун ничего не сможет «‎случайно обнаружить»‎?       — Ох, Мина, ты же всё знаешь. У меня только его визитка где-то есть, она в альбомах, подальше от глаз. Не знаю почему, но не могу я её выкинуть, рука не поднимается, — вытирая посуду, девушки стояли за раковиной, разговаривая шепотом.       — Хоть бы он её не нашел, Господи.       — Мы эти альбомы никогда не смотрим, так что переживать нечего. Пусть думает о нём хорошо, хоть какая-то от него польза будет, от этого недо-папаши.       Притворившись спящим, Джун прислушивался к каждому слову мамы и тёти, боясь упустить хоть что-то. Если уж он услышал то, чего не должен был, то теперь надо все детали узнать. Когда тётя и мама уснули, Джун принялся за поиски. Перерыв все их альбомы с фотографиями, все карточки и полароиды, он, наконец, нашёл то, что искал. Он нашёл эту визитку.

«‎АйЭм Рэпер, композитор и просто душа любой вечеринки Контактный номер: 032 — 587 — 6914»‎

      Джун ясно для себя решил, что нужно звонить. Если не сейчас, то когда? Ну и что, что он маленький. Он должен выяснить в чём же дело, ведь мама зачем-то ему соврала. Впервые в жизни соврала…

***

      АйЭм сидел за аппаратурой в душной студии. Новый микстейп никак не записывался. Вдохновения не было от слова совсем. Сроки горели как спички, а менеджер постоянно наступал на пятки. Кажется, за эти годы его карьера стремительно поднялась вверх, но на душе у него покоя не было. Что-то всё время грызло изнутри, будто бы пытаясь найти в нём то, о чём он сам и не подозревал.       Всю ту пакость он бросил давно. Ни алкоголя, ни таблеток он уже много лет не употреблял. Только… Он давно не спит. Так, закрывает глаза на пару часов, а потом снова встаёт и работает. Быть популярным в музыкальной индустрии, быть кумиром миллионов, оказывается, не так уж и легко. Изо дня в день он всё серьёзнее задумывается о том, а не пошло бы оно всё к чёрту. Но каждый раз лишь опрокидывает все мысли и садится за очередной проект. Больно.       В его возрасте у многих уже семьи с детьми, ну, или хотя бы девушки есть. А он всё тот же «одинокий волк»‎, разбивающий сердца девчушек, приходящих к нему на концерты, а может, и в гримёрку. Только от этого совсем не легче, а даже наоборот, под затылком скрежет всё сильнее, заставляя думать совсем не о новых альбомах. Совсем не о них.       — Сколько там уже? — АйЭм берёт телефон, чтобы посмотреть время и сообщения, настрачиваемые его «горячо любимым»‎ менеджером.       На обоях стоит та самая фотография незнакомки. Красивая до безумия девушка в коротком платье цвета вина, стоящая полубоком. Длинные русые волосы, почти достающие до тонкой талии, распущены в беспорядке. Он не помнит имени, но, наверное, оно очень красивое. Ведь она сама такая красивая… Единственное, что он помнит, так это то, что они переспали. Он знает дату, ведь на фото ясно и чётко написаны цифры. Но больше он не знает о ней ничего.       Вдруг телефон начинает вибрировать, а на экране загорается совершенно незнакомый номер. Может быть это тот администратор из нового клуба? Он вроде должен был позвонить сегодня-завтра, там что-то с арендой не то, кажется.       — Алло?       — Здравствуйте! Вы АйЭм? — на другом конце провода детский голос, говорящий почти шёпотом.       — Да, это я. А вы кто?       — Джун. Я ваш сын.       У АйЭма темнеет в глазах, а руки резко затряслись. Какой ещё сын? Он же никогда не был в отношениях. Откуда у него может быть сын? Правильно, ниоткуда! Он не мог не знать о его существовании.       — Вы, наверно, ошиблись. Всего хорошего! — АйЭм почти завершает звонок, но тут ребёнок продолжает.       — Стойте! Вы что, совсем не помните мою маму? Она очень красивая, вы не можете её не помнить! Давайте я вам фотографию отправлю? Посмотрите!       На телефон тут же прилетает сообщение с фото. На нём та самая девушка с его обоев. На коленках у неё сидит забавный мальчишка, до жути похожий на самого АйЭма в детстве. Они смеются и обнимают друг друга.       — Не может быть…       — Меня зовут Джун, мне пять лет. Мы с мамой живём вдвоём вот по этому адресу, — на телефон приходит ещё одно сообщение, с координатами. — Если вам интересно со мной познакомиться, то, пожалуйста, приходите в гости. Мы будем ждать. Только мама не знает, что я вам звоню сейчас. Так что не напугайте её, если вдруг придёте.       Звонок резко обрывается. В трубке уже тишина, но АйЭм всё ещё держит телефон возле уха. Не может такого быть, не может! Как у него может быть сын? Да и ещё именно от этой красотки с фото? Это всё бред какой-то! Бред!       АйЭм скорее бежит домой, бросая все дела в студии. Он с разбега залетает в обустроенную до миллиметра квартиру, сразу подбегая к шкафу с фотоальбомами. Достав свои детские фото, он начинает сравнивать с тем, что ему прислал мальчишка.       — Господи, как он похож на меня…       Не верится, просто не верится! У него есть сын, который похож на него буквально во всём. Даже такой же наглый, раз позвонил сам, в тайне от мамы. Нужно срочно с ними встретиться. Откладывать нельзя! И так уже столько лет прошло. Столько времени потеряно.       Позвонив своему менеджеру, он сообщил о срочных делах и принялся собирать кое-какие вещи первой необходимости. Деньги, зарядка, документы. Он заказал машину на раннее утро. Они живут на другом конце города, так что ехать немало.

***

      Рин просыпается от настойчивого звонка в дверь. Кто в такую рань мог притащиться? Хозяйка квартиры должна придти только через неделю за оплатой аренды. Мина точно ещё спит. А если бы и вставала, то у неё свои ключи есть. Кто это может быть?       Джун срывается, и со всех ног убегает открывать дверь, спотыкаясь о комод и почти собирая носом досточки паркета.       — Это он! Он приехал! Он всё-таки приехал!       — Кто «он»‎, Джун? — спросонья Рин ничего не понимает.       — Папа! — мальчишка с радостью отворяет дверь и кидается АйЭму на шею.       — Ха, так вот ты какой! — АйЭм обнимает мальчика, зарываясь рукой в его густые волосы, и смотрит на Рин.       — Ч-что вы здесь делаете? — у Рин подступают к глазам слёзы, а руки снова начинают трястись.       — Это я позвонил ему! Правда здорово? — Джун спрыгивает с шеи АйЭма и подскакивает к Рин. — Мамочка, прости меня, пожалуйста! Вы с тётей Миной так громко разговаривали, что я случайно подслушал…       — Джун… Не надо было… У этого мужчины наверняка есть свои дела и заботы. Не стоило его беспокоить, — Рин берёт Джуна за руку, отводя за спину. — Пожалуйста, простите нас. Джуну не стоило вас беспокоить. Всего доброго! — она почти закрывает дверь, но АйЭм вовремя ставит ботинок в проём.       — Нет! Стой! Прости меня, пожалуйста! — АйЭм падает на колени, смотря Рин прямо в глаза. — Я не должен был так поступать… Не должен был. Я был абсолютным уродом. Это всё те проклятые таблетки… Пожалуйста, давай попробуем начать с чистого листа? Ну, то есть, начать вообще? Познакомимся, хоть, нормально? Ведь Джуну нужен отец. А я… Я всегда мечтал о ребёнке. Пожалуйста, простите меня! — он начинает плакать, плакать как ребёнок.       — Ты даже не представляешь, что нам пришлось пережить, что МНЕ пришлось пережить. Особенно тогда, после этого чертового концерта, когда ты…ты… — Рин не выдерживает и срывается на истерику.       — Да, я не знаю. Но я хочу узнать! Пожалуйста, дай мне шанс! Я сделаю всё! Всё что захочешь! Пожалуйста!

***

      АйЭм сидит на диване, записывая очередные строчки для нового трека. Вдохновение у него так и прёт. Вдруг в комнату забегает Джун с самолётиком в руках. Он прыгает прямо на диван, приговаривая «Брррр-трррр-виууу!» как-бы имитируя звуки самолёта.       — Это что, нападение? — АйЭм откидывает блокнот куда подальше и принимается щекотать мальчонка.       — Ахахахахахах! Папа! Перестань! Ну папа-а-а, ахахахах! — Джун извивается под руками АйЭма на диване, хохоча при этом на всю квартиру.       — Так, мальчики, а ну-ка быстро успокоились и бегом мыть руки! Обед уже готов! — из-за угла выглядывает Рин с улыбкой до ушей.       — Уже идём! — АйЭм хватает Джуна, усаживая его к себе на шею и бежит до кухни, смеясь слишком громко.

***

      — А ведь знаешь, я всегда тебя искал, но никак не мог найти — АйЭм гладит Рин по волосам, лёжа в кровати.       — Мм?       — В тот вечер я сделал фото. Вот, смотри, — он включает телефон. — Оно у меня на обоях все эти годы стояло. Я всё думал, кто эта красотка, появившаяся у меня в галерее. Но не находил ответа. А потом, наконец, нашел, — АйЭм тянется к Рин и целует её. Целует нежно. — Спасибо, что дала мне шанс. Я люблю тебя.       — И я люблю тебя, — Рин углубляет поцелуй, обнимая АйЭма как можно крепче.