Умоляю тебя

В баре сегодня аншлаг. Дино первый раз видит здесь столько людей, но так даже лучше. Легче затеряться, чувствовать себя свободнее в этой духоте человеческих сплетенных выдохов. Подхватив два стакана с пивом и кое как зажав третий между ними, он протиснулся между веселыми гостями. За его столиком сидела Жозефин, прекрасная как и всегда в своей замшевой красной мини юбке, таком же крошечном топике и в сетчатых черных колготках. Почему-то одна. Ангел выгнул бровь, кивая на пустой стул рядом с ней. — Твой мальчик уже ускакал на танцпол, — улыбаясь словно довольная кошка и болтая ногой закинутой на другую, девушка приложила к губам сигарету. — Он не мой мальчик, — но усмешка рвалась наружу. Было как-то смешно произносить это вслух, учитывая, что Дино позволил себе самую малость шалости и все-таки провел с Люсианом одну ночь. Хорошо, две ночи. И тем не менее отношений у них не было, только удовлетворение потребностей. — Иди уже, я еще не докурила, — она стрельнула глазками в толпу людей, намекая, что ей вовсе не нужна его компания. Вглядевшись в ритмично двигающуюся живую массу, Дино отпил из своего бокала и поискал Люсиана взглядом. Музыка гремела, субботний жаркий вечер в баре резко резонировал с холодной зимней улицей. Гулко стучало сердце от уже выпитого, из-за чего на лице блуждала пьяная улыбка. И вот словно луч света освещает его, выделяя из всех. Влажные от танцев кудри липнут ко лбу, подведенные черным карие глаза прикрыты от наслаждения, руки в кожаных перчатках без пальцев идут вниз по сетчатой майке на голое тело к ремню. Конечно, Люсиан притягивал внимание всех вокруг. Но стоило ему увидеть стоявшего на краю танцпола Дино, как его взгляд заблестел от радости. Быстро прорвавшись к нему, парень схватился за синюю футболку в районе груди и втащил приятеля за собой. — Один тут отдыхаешь? — его бархатный голос ангел услышал бы, даже если бы окончательно оглох от рвущихся над ухом басов. — С друзьями, — насмешливо улыбнувшись, Дино умело подыгрывал. Люсиан танцевал точно в ритм, полностью угадывая настроение музыки. Плавные движения, даже если сексуальные, то на самой грани, скорее дразнящие, оставляющие пространство для фантазии. В нем было столько естественной грации, гибкости и красоты, что захватывало дыхание. Постоянно подбираясь максимально близко к губам Дино, он немедля ускользал, стоило тому потянуться. От него сносило крышу. Рядом знакомо зазвенели браслеты Жозефин, растолкавшей всех, чтобы добраться до них. И она, пожалуй, единственная могла составить Люсиану конкуренцию здесь. Девушка встряхнула волосами и отдалась музыке, извиваясь и кружась на месте, попутно отслеживая каждый прикованный к ней взгляд. Они продолжали то пить, то танцевать, то снова пить. Земной алкоголь не мог дать реального опьянения ангелу, но легкое ощущение свободы и расслабленности все равно приходило, самую малость. Этого хватало. Ему помогало собственное внутреннее желание забыться, потеряться среди людей, влиться в эту безумный единый организм, трясущийся под техно. Просто отдаться моменту. Неожиданно Дино поймал себя на мысли, что трется между Люсианом, обхватившем его со спины за талию, и Жозефин, прижавшейся спереди к его груди. Теперь они походили на одно существо с шестью руками и ногами, софиты то и дело выхватывали их и подсвечивали. По затылку как будто ударил разряд тока, впились мелкие иголочки. Ангел вынырнул из этого блаженного кайфа и всмотрелся в толпу. На мгновение он ощутил на себе чей-то взгляд. У него уже было это гаденькое ощущение тогда, в кафе, а потом к нему пристала Ребекка Уокер со своими Небесами. Кто-то из существ опять спустился на Землю по его душу? — Милый, чего встал? — подруга повернулась к нему лицом и обхватила обеими руками за шею. От ее движений юбка задиралась так высоко, что можно было перепутать ее с широким поясом. — Да так… — Дино огляделся еще раз, но никого подозрительного не увидел. Ему хотелось сосредоточиться и попытаться уловить энергию, которая была бы ярче человеческой, только мешало скопление людей. Кто бы тут ни был, он пользуется этим. — Выпьем еще! — мягкий голос Люсиана над самым ухом, в руке уже сам собой материализовался стакан с виски. Послушно приложившись к нему, ангел с удовольствием слизнул каплю с нижней губы от сладкого напитка. Ударивший алкоголь вернул его в прежнее веселое состояние, вытесняя тревожность. Забавно, как где-то в прошлой жизни он игнорировал подобные сборища пьяных тел, считая себя выше этого. Многое упустил. Музыка грохочет, люди вокруг в совершенном угаре. Не слышно собственных мыслей, не слышно ничего. Друзья танцуют, полностью отдаваясь накрывшему свободному настроению. Холодок по коже. Опять это ощущение. Дино резко оборачивается, но никого знакомого, его тянут обратно, а чувство, будто он под прицелом, не исчезает. Кто смотрит? Откуда? Все кружатся, сливаются в одно месиво, разглядеть отдельные лица не получается. Скользкая паника подбирается к горлу, сжимая свои ледяные лапы и придушивая. Не хватает воздуха. Так душно. Заливистый смех Жоззи оглушает, в висках уже стучит кровь. — Пойду возьму еще пива, — он кричит на ухо Люсиану, тот кивает, полностью сосредоточенный на том, что бы перетанцевать их подругу. Друзья не следят за ним, занятые друг другом. Ангел вырывается из центра танцпола и продирается через потные трясущиеся тела в сторону бара. Внутри все так напряженно, что, кажется, одно касание, одна лишняя мысль, и душа порвется. Кто здесь, кто наблюдает за ним из недр клуба? Если отойти подальше, может, получится заметить что-то подозрительное. Поглощенный мыслями, Дино не заметил, как перед ним выросла плечистая громоздкая фигура. Вспышка боли в носу. — Смотри, куда прешь, — грозное рычание громилы напомнило ангелу об архидемоне в темнице Ада, заставив отшатнуться. Здоровая рука отпихнула его от себя, вынуждая приложиться на парочку в противоположном направлении. От визга заложило уши, потому что он неосторожно наступил на ногу одной из девушек. — Простите, — извиняющийся тон едва ли устроил зашипевших на него посетительниц. Ему показалось на мгновение, что он попал в какой-то зоопарк, сначала его пинает обезьяна, а теперь опасная близость к змеям из террариума. Миновав эти ассоциации, Дино пошел дальше и еще раз обернулся на широченную спину потенциальной опасности. Опять врезался. — Да что ж такое… — недовольно потирая грудную клетку, ангел снова посмотрел перед собой и уже приготовился действительно поругаться с кем-то. Но просто замолчал. Татуированная шея. Черные волосы. Красные глаза. — Развлекаешься? — и этот голос. Спокойный с неизменной ноткой ехидства, при этом в темных зрачках беснуются черти. Под стать ему самому. — Люцифер? — он протянул это имя так медленно, словно надеялся по ходу поверить в происходящее. Стало вдруг так тихо. Как будто все окружающее пространство исчезло. Взгляд судорожно изучает знакомое до боли лицо, неизменившееся с последней встречи, может, пара морщинок в уголках глаз, идет ниже, назад… — Где твои крылья? — Их нет, — так просто, словно это ничего не значит. — Такова моя цена. — Цена? — бессмысленные вопросы рвутся наружу, крутятся на языке, ищут ответы. — Может, выйдем, подышим воздухом? — демон улыбается одним уголком губ и кивает за спину в сторону двери. Совершенно потерянный Дино тупо кивает и следует за ним. Рука Люцифера, держащая его за запястье, жжет кожу. Она реальная? А все это реально? На улице морозно. Снега нет, хотя температура довольно низкая для Парижа. Разгоряченный ангел прямиком из жарких внутренностей клуба почувствовал, как его окатило ледяным воздухом, и это вдруг резко остудило его накрученное нутро. Нельзя поддаваться эмоциям, нужна рациональность. Вся человеческая жизнь это мгновение в сравнении с бессмертным существованием, которое ему суждено. Если у демона нет крыльев, то вариантов всего два. Оторвали, как Ребекке. Сослали на Землю доживать со смертными. По привычке Дино сжался и обхватил себя руками, хотя на самом деле не ощущал холода. Люцифер усмехнулся, понимая, что ангел имитирует поведение людей. Они отошли за угол, где в темноте тупика виднелись другие посетители, вышедшие покурить. Их выдавали только виднеющиеся в ночи огоньки, схожие со светлячками. Выудив из заднего кармана пачку, демон достал последнюю сигарету и выбросил мусор себе за спину. Дино фыркнул. Зажигалка лизнула пламенем кончик с табаком и тут же исчезла в кармане черных брюк. — Нашел себе тут развратную копию Лилу и жалкую пародию на меня? — Люцифер с нескрываемой усмешкой посмотрел на растерявшегося ангела, опершись спиной и затылком на стену здания. Это его ехидство, язвительность. Так приятно вновь услышать. — Ну почему на тебя, по поведению Люсиан больше похож на Мальбонте, — вообще это был скорее блеф, но хотелось поддеть демона по старой памяти. — Брось, ангелок, если его зовут Люсиан, — многозначительная долгая затяжка и клуб дыма прямо в лицо, — это выдает тебя с головой. Дино помахал перед собой рукой, отгоняя противный запах жженого табака. — Просто совпадение, — но улыбка сама напрашивалась, потому что ангел иногда ловил себя на этой мысли. Заинтересовал бы его вообще этот парень, если бы его звали иначе? Странно, как вдруг вся эта земная жизнь резко стала далекой, потому что теперь существует только Люцифер и все, что касается Небес. — Ну что, какие вопросы будут? — резкая смена темы, так же резко Дино посерьезнел. — Сразу скажу, что для людей я ношу линзы и я просто идиот, которому нравятся красные глаза. Не охота было реально их носить, поэтому выбрал путь фрика. Ухмылка, от которой бегут мурашки и бросает в жар. — Ты… мы… — слова вдруг начали разбегаться и не позволяли сложиться в осмысленное предложение. Дино заставил себя глубоко вздохнуть, чтобы сердце перестало так бешено колотиться. — Ты пришел вербовать меня на службу Шепфа? Этот вопрос определенно был не тем, чего ожидал Люцифер. Взглянув на ангела расширенными глазами, он не удержался от смешка. — Ты шутишь? — огонек от сигареты отражается на красной радужке и блеск напоминает о рубинах. В его виде четко читается «о чем ты нахрен говоришь». — Ну… не так давно Ребекка меня посещала, — темные брови задираются, а лоб собирается в гармошку. Как будто Люцифер никогда о подобном не слышал. — И просила вернуться на Небеса, мол я очень нужен Шепфа. — Ха, — ему весело и морщинки в уголках становятся глубже, — собачий бред. Эта сука хотела только одного — использовать тебя как приманку, чтобы выманить Мальбонте. Ты молодец, что не поддался. Пока он говорит, Дино впервые замечает, как изможденно на самом деле выглядит демон. Какие темные круги залегли под глазами, как неосознанно дергаются мышцы лица, а губы все норовят то ухмыльнуться, то загрустить. Что с ним было пять лет? Если серафимка ничего о нем не знала, то где он пропадал? И кто тогда забрал крылья? Прежде чем обдумать свои действия, ангел уже делает шаг вперед, ловя взгляд Люцифера, поднимает руки и обнимает непослушного демона за шею. Тот замирает, как будто даже не дышит от этого действия. Помедлив, он все же отвечает на это неловкое объятие. — Почему ты не прыгнул тогда со мной? — тихий шепот куда-то в ухо и слишком долгое молчание, окутавшее их обоих. Дино отстранился и попытался угадать какой будет история: хорошей или плохой. Сложно рассуждать такими крайностями, но упрощение помогало мозгу не сойти с ума от самого осознания — Люцифер тут. Живой. Переживший войну, Мальбонте, бескрылый. — Я не мог, — звучало искренне, но абсурдно. Еще затяжка, уже более раздраженная. — Водоворот позволял пройти только одному существу. — Ты и не планировал сбегать на Землю, так? — ангел убрал руки за спину, чтобы не выдавать нервозность, которая била его изнутри, пытаясь выбраться и вылиться в миллион вопросов. — Скорее… я планировал вернуть тебя на Небеса, — взгляды встречаются. В красных глазах виднеется что-то незнакомое, совсем неясная эмоция. Словно Люцифер жалел о том, что у него не вышло. — Теперь уже мое место здесь. В изгнании. И он смеется, но с каким-то надломом. Дино становится реально холодно, как будто стихия все-таки пробралась сквозь его небесную натуру и сковала все внутри. Что это только может значить? — Что сейчас происходит там? — ему хотелось услышать последовательную историю прямо сейчас. Каждое мгновение за эти прошедшие годы. — Ты можешь взглянуть сам, — Люцифер схватил его свободной рукой за запястье и дернул ближе к себе, позволяя посмотреть себе прямо в глаза. Действительно, зачем тратить время на рассказы, когда можно увидеть все сквозь чужую призму, как будто листаешь альбом. И Дино сосредоточился, пробуждая свои навыки, давно лежащие в дальнем углу сознания. Его поглотил красный омут.

***

— Люцифер! Стоило водовороту закрыться, унося единственное дорогое ему существо подальше отсюда, как дверь выбило одним ударом чей-то энергии. И первое, что увидел демон, так это взбешенное лицо Мальбонте, врывающегося по его душу. Какая неприятность. — Какого хрена?! — полукровка кидается к пространственному шву, который быстро исчезает без следа. — Упс, — Люцифер делает шаг назад, разминая кисти рук. Потому что грядет битва с этим психом и, кажется, на смерть. Бурлящая в нем чужеродная энергия искрила, выдавая себя. Мальбонте вдруг медленно выпрямляется и оборачивается на демона. На его лице ни тени беспокойства, только что взявшего его врасплох, а разноцветные глаза презрительно прищуриваются. — Придется признать, что я переоценил тебя, Люцифер, — стоит на месте и не делает попыток приблизиться к готовому атаковать врагу. — Думал, ты умнее. — Хватит болтать, гений, — сейчас бы еще тратить время на эти пустые разговоры. «Но куда ты спешишь теперь?» — мысль, обращенная к самому себе, заставила его нахмуриться. — А что ты хочешь, подраться? — Мальбонте не улыбается на этих словах, только еще больше корчит презрительную мину. Сложив руки на груди, он внимательно наблюдает за Люцифером, словно обдумывает, как лучше избавиться от него. Его вопрос сбивает демона с толку, но в ту же секунду его мозг пронзает боль. Кто-то пытается взять над ним контроль, только не получается. Умноженная в стократ энергия дает ощутимый отпор вмешательству полукровки. — Что, не можешь применить свои штучки? — от этого Люциферу становится значительно легче и, почему-то, весело. Сколько всего удалось провернуть безумцу за счет внедрения в чужие разумы, а теперь придется по старинке. — Не понимаю… — на строгом остром лице все еще никаких лишних эмоций. Белые крылья за его спиной шелестят, медленно покачиваясь. Внезапная догадка заставляет Мальбонте вскинуть голову и недоуменно произнести. — …это ведь энергия Шепфа. Вместо ответной реплики незваный гость получает кулаком прямо в скулу. Удар, сдобренный помощью Создателя, отправляет полукровку таранить стену. Нет, Люцифер не собирается пользоваться этой заминкой и бежать. Он собирается прикончить этого выскочку голыми руками, если понадобится. Хватая с постели меч, демон идет за Мальбонте, который уже пришел в себя и поднимается на ноги. В коридоре пусто, нет тел стоявших у двери архидемонов. Будет отрадно, если они не мертвы. — Только не говори, что рассчитываешь убить меня, — полукровка сплевывает кровь на пол и усмехается ломаной линией на поврежденном лице. Где-то треть его левого рога обломком валяется в руинах стены. — Если сам Шепфа дал мне часть своей силы, то чему быть, того не миновать, как считаешь? Люцифер бросается к нему, но Мальбонте уворачивается от смертоносного лезвия в последнюю секунду. Начинается знакомый танец двух высших существ, кружащих вокруг друг друга в поисках слабых мест. У демона есть весомое преимущество в виде меча, только держаться за него надо покрепче. — Сначала я убью тебя, а потом спалю весь Ад дотла, — полукровка словно ястреб кидается на Люцифера и, когда тот готов отразить атаку, обманом оказывается у него за спиной. Но схватить демона не удается, его реакция быстрее. Приходится шустро орудовать мечом и отметать все всплески огненной энергии, летящие в него. Сам Мальбонте уже весь полыхает, являя собой живое воплощение пламени. Если что-то и связывает его с ангелами, то только чудом остающиеся белоснежными крылья. Глядя на него, Люцифер не может избавиться от сравнения с отцом, который был чем-то похожим в моменты ярости. Чистым столпом безумства. Не очередное ли это наваждение от этого психа, как в прошлый раз? Они мечутся друг подле друга, пытаясь достать до крыльев или болевых точек, но каждому не удается. Зацепив крыло Люцифера, полукровка швыряет его в потолок, который тот успешно пробивает. А над ним второй этаж, куда Мальбонте моментально подлетает за своим соперником. Снова потасовка, сцепившись, они рушат своими телами все на своем пути и в конце концов вываливаются через очередную дыру в свободный полет с уже неизвестно какой высоты. Рогатый блондин явно чувствует себя менее уверенно на открытом пространстве, размашисто двигая крыльями в попытках вернуть себя в боевое состояние. У Люцифера есть только миг этой заминки, для него нахождение в воздухе это как для рыбы быть в воде. Естественно. Замахнувшись мечом, он метит в сердце запутавшемуся полуангелу полудемону и с угрожающе быстрой скоростью приближается. Как будто замедленная съемка. Кончик лезвия касается груди, разноцветные глаза расширяются от осознания. Ладони Люцифера впиваются в рукоять до боли, пытаясь вложить всю имеющуюся силу для конца этого кошмара. А потом слепящая вспышка и поток ветра, откидывающий его назад. Опять ускользнул, мразь. Начинает казаться, что их битва будет вечной. Обоих кормит Ад, внутренняя безграничная сила и жажда крови. Свист металла уже звенит в ушах. Вокруг пустота темной ночи, где-то далеко внизу тюрьма, где-то далеко вверху — Рай. Они посреди нигде в воздухе, никаких существ и помощи, только питающая изнутри ненависть, толкающая нападать и защищаться. В какой-то момент Мальбонте выпускает в сторону демона чистую энергию, обнаженную и от того особо опасную, она врезается в меч и давит, но легендарное оружие держится. У Люцифера все пляшет перед глазами от яркого света, кружится голова. Ему слышится сумасшедший смех, который дразнит и распаляет, заставляет достать из глубины последние силы на сопротивление. И чувствует, как энергия Шепфа требует выхода, просится дать достойный ответ. Так давай же. Меч выпадает и летит вниз в неизвестность, а из рук демона вырывается голубой вихрь искр, сталкиваясь с огнем Мальбонте. Энергии не сплетаются, прекрасно зная вражескую суть друг друга, и начинают свою, какую-то отдельную от них обоих борьбу. На задворках сознания Люцифера проносятся мысли, что Шепфа с его помощью пытается победить самого себя. Ведь он Создатель этой силы, которая была дана полукровке при рождении. Мальбонте не может победить того, кто дал ему жизнь. Из груди рвется крик, придающий уверенности, продвигающий вперед. Они приближаются друг к другу, все пытаясь нарастить мощь, не осознавая, что находятся на одном уровне и лучшего тут нет. Метры сокращаются. — Люцифер, ты лишь его пешка, — губы Мальбонте двигаются, но слова как будто звучат прямо в голове. Демон только рычит и наседает, не желая вслушиваться в эти бредни. Огненная сущность полукровки ослепляет, страшно болят глаза. «Шепфа, покончи с этим!» — отчаянный вопль в мозгу не получает ответа, зато в теле вдруг появляется вторая волна энергии. Бешеной, бесконтрольной, живущей отдельно от Люцифера. Потому что не принадлежит ему, а только использует как сосуд. Достаточно сильный, чтобы выдержать. Демон убирает правую руку, удерживая противника на расстоянии одной, замахивается и из ладони появляется тонкий сгусток искр, напоминающий золотую нить. Ее подобие. Бросок. Крылья полукровки, который не успевает среагировать, так как все происходит молниеносно, стягиваются вместе и утягивают его камнем вниз. Их противостояние обрывается, Мальбонте резко теряет свой огненный облик и только кричит в пустоту. Люцифер вынужден рвануть за ним, чтобы поймать и прижать к стенке. И поставить все точки над и. Подхватив энергетические нити как настоящие, он дернул свою добычу, которая яростно взбрыкнулась. Его руки тоже были обезврежены. Неужто все лавры достанутся демону и победа уже здесь, пусть за нее и в ответе на самом деле Шепфа. Они добрались обратно до темницы, правитель Ада за шкирку затащил Мальбонте в одну из пустых темниц и с нескрываемой ухмылкой закрыл дверь. В нем было столько этой безграничной силы, что от него разлетались искры, красные глаза горели почти ощутимым синим пламенем, а спина не сгибалась будучи до боли прямой. — Я мог бы убить тебя, но не стану, — первые слова, звучащие не криком, не ором и не воплем, а довольно спокойно. Это ощущение власти пьянило, ведь Люцифер действительно держал сейчас в руках жизнь главного безумца Небес. И мог делать, что хотел. — То есть ты все-таки не такой тупой, — улыбка полукровки быстро гаснет от смачного удара в ту же скулу, с которой все началось. Опять приходится сплевывать кровь. — Заткнись, — глубокий вдох, чтобы не прикончить его одним щелчком. — У меня было время подумать, что я хочу. Я ожидаю, что ты оставишь Ад в покое и все рожденные тут вернутся под мое правление. Ты можешь воевать с Раем сколько угодно твоей гнилой душе, но без моих демонов, — взгляд Люцифера жесткий, но Мальбонте встречает его даже с толикой равнодушия, запрокидывая голову. — С чего ты взял, что они захотят вернуться? Им нравится война, — крылья и руки дергаются, но энергия сильнее, на коже проступают следы, как от ожогов. — Те, кто захотят, должны быть отпущены без преследования и мести. Кто хочет остаться, пусть. Аду такие не нужны, — полукровка цокает и изображает глубокую задумчивость. — А как Шепфа отнесется к твоим требованиям? Тебе дается сила для убийства меня, а ты спасаешь ангелочка и освобождаешь яму для грешников, явно планируя отпустить меня, — разноцветные глаза смотрят выжидающе, явно наслаждаясь загнанностью Люцифера, который не сразу находит, что ответить. — У меня не было никаких приказов. Я поступаю так, как мне хочется, если Шепфа это не устроит, он найдет, чьими руками закончить это дело, — демон чувствует, как сила в нем словно следит за разговором и противится происходящему. Ему она больше не нужна. — Думаю, мне такой договор по вкусу, — лисья улыбка на лице Мальбонте не предвещает ничего хорошего, но у Люцифера выбора уже нет. Он пожимает связанную нитью энергии руку, а полукровка царапает его кожу обломками ногтей. — Но учти, когда Небеса достанутся мне, я тебе это припомню. — Я бы на твоем месте заменил когда на если, — какой же утомительный разговор с этим безумцем. — Захочешь снова поиграть на моей территории, я избавлюсь от тебя и без дарованной мне силы Шепфа. — Ну конечно, — опасное мурлыканье Мальбонте заставило демона шумно выдохнуть от злости.

***

Дино листает воспоминания Люцифера, как книгу, ускоряя смену событий. Несколько лет демон правил Адом и пытался быть достойной заменой своему отцу. С его помощью удалось наладить засбоившую из-за войны систему приема грешных душ, все котлы снова были заполнены, а баланс Небес стремился к своей идеальной форме. Склоки между существами не отменяли того, что люди продолжали стабильно умирать. Отказаться от кровопролития смогли не все и за ним пошло куда меньше демонов, чем ожидалось. И все же их хватало для бесперебойной работы Ада. Иногда приходилось помогать святошам, которые смогли оттеснить поредевшие ряды восстания, но им никак не удавалось прищучить Мальбонте, ставшего натуральным подпольным террористом. Хищно мечась по городам, полукровка искал и вербовал новых последователей разного ранга, что помогало его армии держаться и даже стать почти равной когда-то чисто демонической. Каждый раз слыша эти новости, Люцифер не понимал, почему Шепфа допускает это. Почему не приходит за своей силой и позволяет демону ей пользоваться, а Рай продолжает страдать и истекать кровью. Хотя он внес в эти святые мучения ощутимую лепту, но после побега ангела не убил больше ни одно существо, запретив себе даже допускать эту мысль. Жажда зудела в нем, рвалась наружу, подпитываемая чужой энергией, иногда его белки краснели под стать радужке, так как сосуды лопались от давления. Он не позволил себе. Один год, два, три, четыре. А потом вдруг картинки начали меняться, примелькавшийся пейзаж Ада сменился на… что-то незнакомое. Чистые белые облака смешанные с ясно голубым небом, настолько сияющие, что Дино неосознанно прищурился. Люцифер морщится, позволяя прочитать эти воспоминания. И ангел ныряет в них, будто видя наяву.

***

Очередной день подошел к концу. Гневно вздыхая и всем видом выражая свое неодобрение решений короля Ада, Мамон покидает его покои. Тишина. Такая звенящая, что хотелось крикнуть, лишь бы звуки голоса раздавались эхом в этом мрачном кабинете, отпугивая гробовое молчание. Люцифер задумчиво сидел на том же кресле в том же месте, где когда-то его отец, ныне мертвец, просил защищать Ад от нападок, уже будучи в связях с Мальбонте и понимая всю опасность быстро расползающихся слухов. И здесь же полукровка истязал его реальными и ложными событиями из жизни, которые до сих пор чудились ему в моменты слабости. Откинувшись на спинку, он прикрыл веки и попытался обдумать свое нынешнее положение, как вдруг что-то изнутри словно легонько толкнуло его в грудь. Все поплыло, мир начал исчезать, заполняясь белым ослепляющим светом. Провал. Демон резко открыл глаза и тут же прикрыл их ладонью, так как все вокруг было способно лишить его зрения своим сиянием. В висках заныла тупая боль. Его собственное тело было как будто на пределе своих сил, энергия заполнила каждую клеточку. Нутро отзывалось на присутствие своего истинного хозяина — Шепфа. Создателя не надо было видеть, ты чувствовал его близость. В этом спокойном сияющем месте было сосредоточение его мощи и это было способно раздавить любое неподготовленное или слишком слабое существо. Буквально стереть в порошок. Пространство завибрировало, словно что-то несоизмеримо огромное приближалось, раздался голос, больше напоминающий раскаты грома. Он звучал так, как будто говорили десятки тысяч ртов одновременно: — Тебе была дарована часть моей силы, но ты так и не воспользовался ей, как требовалось. Бесцветный и безэмоциональный тон, чем-то напоминающий демону Мальбонте. Тот тоже не тратил лишнюю энергию на угрожающий вид. Пытаясь увидеть говорящего, Люцифер обернулся и едва подавил желание вздрогнуть. Величественное существо возвышалось над ним. Это был сам Создатель. Размах его подернутых золотом белых крыльев был настолько внушающим, что, наверное, мог бы одним движением стереть весь Ад с Небес. Да и Рай в придачу. Легкое одеяние сотканное из чего-то невесомого и неосязаемого прикрывало разбитое, как у куклы, тело с черными прожилками, в которых бурлит энергия Вселенной. Демон поднимает глаза в надежде встретить взгляд самого Шепфа, но лица нет. На шее под тонкой вуалью ткани не голова. Их Мир. Планеты, звезды, маленькая миниатюра бесконечного пространства. У Люцифера кружилась голова, но он заставил себя смотреть прямо в эту пустоту бытия. — Пришло время выполнить свое назначение или заплатить цену за дар, — и снова голос, звучащий и в голове, и повсюду. Все вокруг заполнено словами. — Что это значит? — язык еле ворочается для вопроса, демон с трудом осознает, что говорит с тем, кого не видел никто. С тем, чей голос даже в лучшие годы правления не слышал и его отец. — Я даю тебе выбор, Люцифер, — огромное тело не двигается и кажется, что это вовсе не Шепфа, а лишь иллюзия, — либо ты убиваешь Мальбонте и освобождаешь моих детей от мук ценой своей жизни, либо я забираю дарованную тебе силу вместе с твоей энергией и ты будешь изгнан на Землю. «Что это за два стула», — мысль проносится быстрее, чем Люцифер понимает, что тут, в этом месте, ничего не скрыть от всевидящего. Даже когда у него нет глаз. — Я хотел сказать… — еще оправдываться за собственные размышления, этого не хватало, — …что это не выбор. В обоих случаях я не смогу быть правителем Ада и дальше служить ему на благо. — Не сможешь, — ровный равнодушный голос с абсолютно нейтральной пустой интонацией. — Почему я не могу просто убить Мальбонте и остаться здесь? — неожиданно демону кажется, что он знает ответ. Точнее, это было ощущение, как будто все это пространство дало ему его и положило прямо в голову. — Жизнь за жизнь. Это баланс. К тому же ты сильнейший из расы демонов. Моя же энергия использует твою как подпитку и тебя как сосуд, но ты не всесилен и сосуду суждено треснуть, когда мощь обретет свободу и совершит правосудие. — И в чем разница, если т… вы… в общем, если мою энергию заберут в обмен на изгнание? Ведь я не умру, — Люцифер пытался формулировать свои мысли связно, но его сбивало какое-то неизведанное чувство тревоги и собственной ничтожности. — Твое бессмертие это цена отказа от освобождения Небес. Ты умрешь на Земле, как обычный смертный. — Прекрасно… — собственные переживания вытеснили осознание себя вблизи к Шепфа. Демон запустил пятерню в волосы и чуть сжал, обдумывая свои варианты. — Если я откажусь? — Ты умрешь сейчас. — Никакой интриги, — на лице ломаная усмешка, но от последнего слова по телу бегут мурашки. Разозлившись, Люцифер упрямо сжал губы и пытался подобрать не слишком неприятные слова для общения с Создателем. — Я не хочу оставлять Ад, я ждал этого правления всю свою жизнь. — В любом случае Небесный совет примет решение о новом назначении. — Но Ад принадлежит мне! — кипящая ярость вылилась в бушующее пламя в руках, горящий взгляд и громкий крик, словно эхом раздавшийся в этом странном пространстве. В ответ все те же раскаты грома. — Ничто на Небесах никому не принадлежит, Люцифер. Лишь я владею миром, который сам и создал, позволяя вам быть частью этой системы для достижения баланса Вселенной. — Наблюдая вдобавок, как мы убиваем друг друга, — жгущие глотку слова сами вырвались, но сожаления не было. — Я не могу заставить вас делать что-либо во имя баланса, но моя задача подталкивать и направлять к нему в особенно трудные моменты, как сейчас. Такова ваша природа, сначала разобщаться и воевать, затем заново строить мир, разрушенный войной. — Бессмыслица… — наверное, было бы у Шепфа лицо, на нем было бы удивление от оценки демона. — Мальбонте ведь… — Все, что происходит, является закономерностью. Было действие и родилось противодействие. — Ясно, — ни черта ни ясно. — У меня есть время подумать? Звонок другу? Помощь зала? Фигура продолжала стоять смирно, но повисла какая-то странная пауза. Как будто Шепфа не понял шутки и анализировал его слова серьезно. — Ты должен принять решение немедленно, — тело дернулось, заставив Люцифера вздрогнуть от неожиданности, и вытянуло вперед одну руку ладонью вверх. На ней материализовалась из воздуха словно из тончайшей вуали необъятных размеров, в десятки раз больше, чем мог объять взгляд демона, сфера, в которой отражалось мнимое будущее. Статую правителя Ада чествуют жители Небес. Голос вдруг стал мягче и как будто тише, уже не похож на раскаты грома, а скорее на разговор с таким же существом. — Если ты выберешь помощь Небесам, то умрешь легендой. Тебя будут помнить, как Освободителя. О тебе будут знать все и на многие тысячелетия вперед. Рядом с этим мерцающим миром на второй ладони появляется другая реальность. И от увиденного Люцифера бросает в жар. — Если ты выберешь изгнание, то умрешь, как смертный на Земле. Имея возможность найти Дино. Демону показалось, что он окончательно сошел с ума, когда увидел в этой сфере смеющегося ангела и самого себя, рассказывающего ему о чем-то. От одной мысли об этом его сердце забилось с немыслимой скоростью, едва не пробивая ребра, а энергия забурлила во всем теле, гоняя кровь по жилам. Его разрывало. Видения исчезли, фигура вернулась в прежнее положение. Стало так тихо в этом идеальном сияющем месте. Тщеславие. Жажда славы, власти. Подготовка служить Аду с рождения, всю его жизнь, отец, который руководил им и воспитывал в нем самые худшие из качеств. Этим был Люцифер, дышал, жил. Войной, страданиями и подчинением других. Его судьба невидимой нитью вела в эту точку, когда он без колебаний выберет самопожертвование во имя посмертного признания. Земля, которая была ему чужой. Неприятной. С этими копошащимися людишками, зависящими от своих пороков, не имеющих понятия об истинной природе вещей и жизни после забвения. И где-то там среди них обреченный на бессмертное наблюдение за этими уродцами находится его ангелок. Даже спустя эти несколько лет, когда, казалось бы, никакого смысла в том, чтобы помнить о нем, нет, демон хранил память. Дал себе обет не убивать больше существ своими руками, ведь… Дал себе обет. Люцифер вскинул голову и расправил плечи, готовый сказать Шепфа свое решение. Внутренняя энергия, не его, инородная, ожила и впилась в каждую клетку кожи, причиняя почти физическую боль. Какой бы выбор он сейчас ни принял, она готова растерзать его и вырваться. В конце концов, демон лишь сосуд для дел Создателя. — Я выбираю изгнание, — и Люцифер не говорит это вслух, а произносит мысленно, всматриваясь во вселенную вместо головы на гигантском теле перед собой. В ней ничего не поменялось от услышанного, она словно замерла, и, только с усилием приглядевшись, можно было увидеть, как кружатся совсем крошечные планеты вокруг малюсенького солнца. — Это твое окончательное решение? Никаких эмоций, абсолютная пустота, как будто вопрос не о всем существовании демона, а о чем-то бытовом. Дорогая, ты будешь на ужин рыбу с картошкой или салат? Я буду салат. Это твое окончательное решение? Заткнись, Люцифер, не хватало еще тупых шуток в этот ответственный момент. — Да, — попытка придать своему голосу тот же тон не особо увенчалась успехом, хоть и прозвучало слово довольно твердо. Невозможно выкачать из своей речи все до состояния сухофрукта, если ты не Создатель, видимо. — Я принимаю твой выбор. Демона резко скрутило от боли такой силы, которую он никогда не испытывал…

***

— Нет! Сделав бессознательный шаг назад, Дино выпустил руку Люцифера из своей и тут же прильнул к нему обратно. От резких движений сигарета выпала и быстро сникла в кучке снега под ногой. Его подрагивающие пальцы вцепились в лацканы черной кожаной куртки, он пытался поймать взгляд красных глаз, но демон (точнее… бывший демон?) избегал смотреть на него. — Скажи, что это иллюзия, — ангел встряхнул его, но ответа не последовало, — скажи, что ты не выбрал действительно лишиться бессмертия, не выбрал изгнание! Люди в темноте заинтересованно обернулись на его крики и Люцифер махнул им рукой, давая понять, что все в порядке. — Не ори, ангелок, — и добавил совсем тихо, практически одними губами, — свой выбор я сделал. — Умоляю тебя, Люци, скажи, что это неправда, — едва успокоившись до шепота, Дино вынудил его посмотреть на себя. Все внутренности новоявленного смертного сжались в узел от вида этого плескавшегося в голубых омутах отчаяния, которое могло бы затопить все вокруг. — Умоляю тебя! — Я не могу. Повисла тишина, от которой звенело в ушах. Смотря друг на друга, они пытались вернуться в то мгновение, когда их энергии были максимально близки и не надо было говорить, потому что мысли читались, как в открытой книге. Этого не было. Потому что у Люцифера отныне не было бессмертной энергии, которую знал Дино. Нет ничего. Поэтому ангел не почувствовал ничего кроме взгляда на танцполе. Смертный, пустой. Обычный. Точнее самый необычный из обычных. С оставшейся памятью о жизни «до». С этим проклятьем. Нет, проклят здесь теперь Дино, у которого за спиной все еще крылья и человеческая смерть остается чуждой. От захвативших его эмоций он лишь бессильно согнул голову и уперся лбом в плечо бывшего демона, не желая произносить ни слова и пытаясь переварить всю эту свалившуюся среди ясной ночи информацию. — Видел бы ты шрамы от вырванных крыльев, размах во всю спину, — пытается говорить все в той же свойственной ему ехидной манере, но получается с каким-то надрывом. Ангел зажмурился сильнее от услышанного, не отвечая. Неловко обняв, Люцифер прижал его к себе чуть крепче. Они стояли так молча несколько минут, пока под закрытыми веками Дино раз за разом проносились чужие воспоминания. Вся эта жизнь на Небесах, такая далекая, уже едва знакомая, вдруг заполнила собой его сознание и мысли. Вернулась, с ноги открыв дверь, и требовала к себе внимания. И что он мог сделать теперь? Решение принято. Выпутавшись из рук бывшего демона, ангел встает рядом и облокачивается лопатками на стену. Блуждающий взгляд гуляет по редкому снегу на земле вокруг и собственным ботинкам. — Для людей у тебя другая внешность? — Нет, моя. — Ты видишь мои крылья? — Нет. — А мое лицо? — Я вижу тебя таким, каким помню. Снова пауза. Подарок от Шепфа? Все люди видят Дино в чужом облике, а бывшие небесные существа — в истинном? — И как ты нашел меня? На дорожку Шепфа подкинул тебе мои точные координаты? — юмор служит им обоим как щит, за которым можно спрятаться от гнетущих и невеселых догадок. — Нет, но это бы определенно облегчило мне задачу, — Люцифер поворачивает к нему голову и улыбается одним уголком губ, как умеет только он. — Был водоворот, который, как и любой другой, отправляет тебя туда, куда ты хочешь. Я представил одно место, недалеко от того на горе, где… — …выкинуло меня тогда, — это воспоминание холодной булавкой кольнуло ангела в сердце, — какое-то твое любимое место здесь на Земле, да? — Да, вроде того, — и в голосе едва уловимо звучат нотки грусти, — пришлось вспомнить местечко подальше от обрыва, так как в смертном облике я бы просто замерз там. А дальше пытался думать, как ты. — Что? — из груди Дино вырвался смешок. — Мне почему-то было очевидно, что ты не улетишь никуда дальше горной местности, боясь привлечь к себе лишнее внимание. Поэтому я немного путешествовал по близлежащим деревням, пока не нашел ту, где вспомнили босого заплутавшего путника с открытой раной между ключицами, — слышать свою историю со стороны было как-то непривычно, — узнал у тех людей, куда ты двинулся. И пытался следовать. Вот целый год поисков привел меня в Париж. На самом деле здесь сегодня я оказался случайно, с утра не планировал закончить вечер в баре, но… в общем, привели сюда обстоятельства. Ангел вздрогнул, когда его ладони коснулись ледяные пальцы Люцифера, но он позволил ему сплести их вместе со своими. Легкое, едва ощутимое пожатие, вызвавшее мурашки у обоих. — Я скучал по тебе, ангелок, — и эти слова, сказанные очень тихо, как будто их могли спугнуть лишние домыслы, заставили Дино ощутить необъяснимое тепло внутри. На одно мгновение было сложно поверить, что это говорит некогда сильнейший демон, всю его жизнь бывший ему врагом. — Я… тоже скучал по тебе, — было очень просто признаться, словно эта фраза лежала все это время в ожидании быть озвученной. На лице появилась непрошеная улыбка и не получалось от нее избавиться. Впервые с тех пор, как ангел сбежал с Небес, он ощутил давно забытое чувство облегчения. Жестко натянутые как струны нервы вдруг отпустило, стало даже как-то свободнее дышать. У него остался только один вопрос. — Если ты на Земле уже год, то, получается, когда ко мне приходила Ребекка осенью, тебя уже не было там. Но проблемы с Мальбонте не прекратились, — Люцифер на его размышления только пожал плечами. — Неужели Шепфа так и не нашел мученика? — Это должен быть кто-то достаточно сильный для удержания его энергии, таким был я, мог бы быть ты, но… — в красных глазах промелькнули чертята, — очень жаль, что нас там больше нет. — Хотел бы я знать, что сейчас на Небесах… могу ли я призвать водоворот, как бессмертный? — Дино словно и не слышал никого, кроме себя. — Слушай, — все те же ледяные касания замерзших смертных пальцев, но теперь к его подбородку. Люцифер развернул его, смотрящего на звезды и уходящего в свои мысли, к себе. И оказался вдруг слишком близко. — Знаешь, о чем я мечтал все это время, пока ты развлекался тут на Земле? Ангел выгнул бровь, готовясь высказать все, что он думает о бывшем правителем Ада, если тот правда считает пребывание здесь развлечением, но не успел сказать ни слова. Чужая рука притянула его еще на несколько миллиметров, и теперь между их губами почти не было расстояния. Опустив взгляд вниз, Люцифер как будто не смотрел на него. — Как я найду тебя и, — красные глаза с поволокой впиваются в голубые, он придвигается к уху и теплое дыхание обжигает, — накажу за то, как ты воспользовался мной тогда в темнице. Бросило в жар. Все мысли резко разбежались, а посреди зимней ночи неожиданно стало душно. Дино шумно вдохнул, собираясь ответить как-нибудь непременно колко, но выдох утонул в поцелуе. Сразу жадном, таком, когда миг превращается в прыжок в пропасть. Каким был его полет с обрыва после побега, каким всегда был спуск в Ад. Сейчас где-то там в глубине души, куда ангелу позволили нырнуть, был путь к сердцу Люцифера. А демону, пусть и бывшему, было мало, он уже прижал свою добычу к стене и целовал так отчаянно, размашисто, горячо, что было нечем дышать. Требовательный рот, такой же, какими Дино помнил его все это время, всегда знающий, чего хочет, где прикусить и где провести языком. Ни о чем не получается подумать, ангел и не представлял, как ему этого не хватало, именно Люцифера. Сейчас. Здесь. От него пахнет тяжелым одеколоном, таким избито мужским, грубым, но возбуждающим несмотря ни на что. Одна его татуированная рука держит Дино за челюсть, вынуждая открываться навстречу, пальцы второй вжались в плечо так, что искры из глаз. Сам же ангелок только шарит ладонями по его спине, даже сквозь футболку чувствуя очертания шрамов. — Поехали ко мне, я все равно не отпущу тебя, — от одних этих слов шумит в ушах. Кажется, сердце способно все-таки пробить ребра насквозь и устремиться к такому же напротив, чтобы превратиться во что-то одно целое. — Меня друзья ждут… — собственный голос звучит вяло, потому что Дино сложно найти причины отказать. Накрывшее помутнение, как бы странно не прозвучало, сделало только четче осознание, как ему не хватало проклятого душного мерзкого демона в этом жалком земном существовании. — Мм, я тебя и в этом переулке могу взять, в принципе, раз далеко не увести, — на затылке дыбом встают волосы, — но придется снова уводить принцессу подальше от любопытных глаз. И почему-то в этот раз обращение «принцесса» не вызывает скрипящей на зубах агрессии, только какое-то тянущее чувство внутри. На одно крошечное мгновение все затмевают воспоминания о жизни до Мальбонте, когда между ними воздух электризовался от одного брошенного невзначай взгляда. В очередной раз Люцифер вцепляется в его запястье и ведет обратно в бар. За те пару часов, что они проторчали на улице, ничего не изменилось, как будто и людей стало больше. Резкий тяжелый тягучий воздух ворвался в легкие, приземляя. Они быстро прошли мимо танцпола и Дино украдкой облегченно вздохнул, потому что его столик был с противоположной стороны. Объяснить происходящее Жоззи и Люсиану будет невозможно. Да и сейчас совсем не хочется на это отвлекаться. Лавируя между людьми, Люцифер стремительно открывает дверь мужского туалета и заталкивает ангела в одну из кабинок, впрочем не вызывая удивления ни у одного из посетителей этой комнаты. Еще повезло, что это была не дешевая забегаловка, поэтому тут были стильная неоновая подсветка и черный дизайн от пола до потолка у всего, что могло иметь цвет. Так еще и уважение приватности, стены вместо перегородок, настоящий островок для уединения. Приглушенно грохочет музыка. Владельцы заведения прекрасно все понимают. Конкретно там, куда зашли они, стояло марево от выкуренного тут ранее косяка травки. Противный запах моментально вскружил голову, застучало в висках. Стерся весь мир. Нет никаких Небес, Земли, Мальбонте, войн, побегов, изгнаний. Есть только эти пара квадратных метров в каком-то клубе, стойкий аромат мужского тела в сочетании с травой, неоновые сменяющиеся цвета радуги, по-разному освещавшие лицо бывшего демона. Люцифер стоял у двери, отрезая возможность ускользнуть, которой ангел не собирался пользоваться. Мучительно медленно он начал стягивать с себя кожаную куртку, под которой была одна черная футболка, весь ледяной после такого долгого времяпрепровождения снаружи в разгар зимы. Вероятно, никогда еще правитель Ада не был таким холодным, всегда греющийся о свою демоническую энергию. Ее больше нет. Сглотнув, Дино сделал шаг к нему, провел ладонями по татуированным каменным бицепсам, чувствуя в этом далеко нечеловеческую силу. В голове промелькнула непрошеная мысль, от чего у него даже в темноте можно было разглядеть лихорадный блеск глаз. Не дав снять верхнюю одежду до конца, он завел руки Люцифера ему за спину и крепко сжал запястья одной своей. — Задумал что-то? — ехидный вопрос, от которого возбуждение обостряется еще больше. Вместо ответа Дино осторожно опускается на колени, а локти бывшего демона инстинктивно врезаются в собственную полуспущенную куртку, да и крепкая хватка не дает высвободиться. А в красных подсвеченных таким же неоном глазах давно забытое восхищение. Как в тот раз в библиотеке. Еще одна тягучая волна потянулась к паху от этого воспоминания. Меньше думать, а лучше вообще это не делать, только отдаваться безумному желанию. Сейчас ими наконец-то движет не поиск, как убежать от реальности или забыться, не отвлечься от забот, не скука. Одно лишь яркое больное «надо». Именно сейчас, именно с этим существом, именно так, как хотелось долгие годы. Пальцы свободной руки расстегивают ширинку брюк, довольно ловко справляются с тугой резинкой трусов и освобождают стоящий налитый кровью член. Внизу на корточках едва ли что-то можно разглядеть, но тут и не надо смотреть. Дино неспеша проводит ладонью вверх и затем вниз, чуть оттягивая кожу с головки и слыша вдох сквозь зубы где-то сверху. Влажным языком касается самого чувствительного и открытого места, выводя круг, от чего попытка выпутаться демона становится сильнее. Тяжелое дыхание Люцифера затмевает даже отчетливо слышную музыку. Наверное, ему сейчас хочется провести рукой по распущенным светлым волосам, потянуть его голову назад, а затем заставить взять все целиком. И даже просто фантазия об этом заставляет Дино ерзать. Ангел прижимает ладонь с зажатым в ней членом к плоскому животу и одними губами притрагивается к основанию, заменяет их на язык и шустро проводит им по всей длине. Вбирает в рот сначала только головку, доходит до середины, немного двигает головой вперед-назад, примериваясь. Приходится крепче сжимать запястья демона за его спиной, так как тому явно не терпится поуправлять им. Не получится. Сила все еще небесного существа превышает человеческую. Он спускает руку вдоль члена ниже и едва ощутимо сжимает мошонку, тут же беря член целиком в рот. — Блять… — сорвавшийся на хриплом выдохе мат Люцифера распаляет ангела, который, получив ответную удовлетворенную реакцию, только делает весь процесс еще более влажным, жарким и тягостным для удерживаемого демона. Когда он в очередной раз придерживает его член и проводит им по внутренней стороне своей щеки, Люцифер не выдерживает и глухо стонет. Шепфа, почему этот звук как мед для ушей? — Ангелок, если ты не прекратишь измываться, то… — закончить предложение не получается, потому что Дино назло опять берет максимально глубоко и поднимает на него невинный взгляд своих голубых глазок. Явно ожидая продолжения фразы. — …я кончу прямо сейчас и ты сам еще погрустишь об этом. Поразмыслив пару секунд, ангел вынужден согласиться с этой угрозой, но вместо того, чтобы сначала встать, а потом отпустить демона, он в первую очередь убирает свою руку. Люцифер моментально скидывает куртку и запускает обе ладони в светлые волосы, прижимая голову ближе, заставляя взять до основания и едва не закашляться от резкости. На мгновение демон замирает, наслаждаясь этим ощущением власти и чувствуя, как сокращается горло вокруг члена. Не просто чье-то, а ангелочка, за которым он так долго охотился. Еще несколько толчков, чтобы взять от момента максимум, опускает взгляд и впивается в каждую деталь стоявшего перед ним на коленях Дино, который явно в таком же возбужденном и разгоряченном состоянии. На это невозможно долго смотреть. Потянув его за волосы назад, он вынуждает ангела оторваться и запрокинуть голову, открыть беззащитную крепкую шею. И все это в полумраке неона, яркие голубые глаза выделяются на общем черном фоне помещения. Зрелище достойное, чтобы записать его в любимые воспоминания. — Иди сюда, — Люцифер подзывает его двумя пальцами свободной руки и Дино послушно встает на затекшие ноги. Стоит ему подняться, как демон разворачивает его за плечи к двери, пожалуй она почище здешних стен, и прижимается всем телом. Целует так остервенело, что, кажется, собирается откусить кусок. Пробует свой вкус на чужих губах. Сносит крышу. Сам ангел уже тянет вверх его футболку, желая от нее избавиться. Пожалуйста, в обмен на твою. Дино чувствует такой жар от обнаженного тела демона, как будто тот вовсе не лишался своего статуса и не был ледяным наощупь еще полчаса назад. Приложи влажный палец к коже и она зашипит. Они опять целуются, от слюны губы скользят, все становится смазанным, резким, быстрым. А хочется больше, всего этого страшно мало. Кто-то из них расстегивает ремень ангела, Люцифер стягивает с него джинсы с бельем, хотя его куда больше устроило бы порвать их в клочья. Не успев подумать, как он будет стоять босыми ногами на полу, демон уже подхватывает его за ягодицы, вынуждая повиснуть на себе. Спина врезается в дверь, как знакомо. На самом краешке сознания загорается мысль, что ни разу у них не было лицом к лицу. Всегда один спиной, главное не видеть чужого выражения, не анализировать, просто исполнять. Сейчас было необходимо видеть глаза, желание, слышать стоны прямо в ухо. Люцифер подхватывает его выше, благо за это время Дино стал менее раскаченным и более жилистым от занятий скалолазанием. Вертеть им было легче. Вжимая ангела в поверхность своим телом, демон подносит два пальца к его рту и тому не надо говорить, что делать. Он берет их в рот, не разрывая их зрительного контакта, от чего хочется кончить прямо сейчас, уже наплевав на все. Не самая удачная позиция для растягивания, но лучше так, чем вообще без этого. Наконец на смену пальцам приходится член, от чего из легких вылетает весь воздух. Ощущение наполненности, такое приятное и долгожданное, потому что это Люцифер, а не кто-то другой. Дино вообще не представлял себя пассивом ни с кем, кроме того, с кем искрило до огненных вспышек вокруг. С губ срывается рваный выдох, когда демон полностью усаживает его на свой член, давая привыкнуть. Обвив руками его шею, а ногами — талию, ангел чувствует себя на пике блаженства. Как же ему нет дела до всех проблем и судьбоносных перипетий. Красные сияющие глаза и их довольный взгляд это все, что нужно. Все так же придерживая его за ягодицы, Люцифер медленно двигается, но чувствуется, как он вынуждает себя не спешить. Потому что духота от их страсти давит на мозги. Хочется надавить на него еще. Вжимаясь в татуированное тело и держась одной рукой за шрамированную спину, Дино положил пальцы свободной на его шею. Чуть сжал, самую малость, даже дыхания не перекрыл. А как будто сорвал чеку с гранаты. Толчки стали резче, грубее, быстрее, еще быстрее, не получалось даже толком стонать, так как его трясло, как тряпичную куклу. Его неконтролируемые вскрики должны были слышать все в этом баре, а, может, и во всем Париже сейчас. При этом он с таким остервенением вцепился в шею демона, что тот уже низко рычит, неспособный издавать больше никаких звуков. Может, Люциферу не хватает энергии существа, но выносливость точно прежняя. Стоит ему остановиться для передышки, как Дино откидывается головой на дверь. Как будто из него вытрясли душу. А тут все это время было так душно? В поле зрения появляется Люцифер, целует осторожно, даже… это что, нежность? С ума сойти. Осторожный поцелуй с ноткой заботы и это после такого безумного секса, какого у них точно не было. Наверное, Ад должен замерзнуть теперь. — Еще? — и ангел только кивает, закусывая губу, чтобы не стонать слишком громко в этот раз. Хватит хриплых приглушенных выдохов в самое ухо, от чего Люцифер становится еще яростнее. Дино запускает руку в его мокрые волосы, сжимает их на затылке, целует, хоть и смазанно, потому что от движений демона его подкидывает на месте. Светлые пряди липнут ко лбу Люцифера. Пальцы впиваются в его задницу, меняя градус проникновения по желанию, даже пара миллиметров ощущаются иначе. Музыка грохочет, но, может, это где-то в голове или вообще не здесь. Люцифер ускоряется, делая короткие толчки и тяжело дыша, используя ангела для полноценного удовлетворения своего агрессивного желания. Волны предстоящей разрядки накатывают одна за одной, усиливая необходимость кончить. Почти навалившись на Дино так, что тот сдавленно вдохнул, демон зажмурился и задрожал. Блаженное удовольствие, накрывающее финальным цунами. Его плечи вздрагивают еще раз и пару секунд он только восстанавливает дыхание, упираясь виском в висок ангела. Восхитительно приятно. Дав ему встать наконец-то на ноги и освободившись от близости, Люцифер приложился спиной к стене и еще раз глубоко вздохнул. Взгляд сам лениво заскользил по мокрому от пота телу Дино, который в одних ботинках уже стоял у раковины и смывал собственную сперму со своего живота. Коснувшись пресса, демон вляпался в такие же следы, потому что член ангела был зажат между ними. Еще и кончили одновременно, какая романтика. На губах заиграла непрошеная улыбка довольного мартовского кота. Отмывались и одевались оба молча, не пытаясь создавать видимость беседы. Даже больше — говорить вообще было лишним. У них не было необходимости в этом, было невероятное чувство свободы у них обоих. Первым из кабинки вышел Люцифер, отряхнул невидимые пылинки на плечах и невозмутимо подошел к общим умывальникам еще раз помыть руки, хотя только что уже делал это. У выхода стояли еще два парня, занятые выяснением отношений, а больше никого не было. Дино прикрыл за собой дверь и сразу пошел к двери, не оборачиваясь на демона. Стоило оглушающим звукам с танцпола ударить по перепонкам, как его прошиб холодный пот. Его ведь ждали друзья. Они наверное уже уехали, решив, что он ушел раньше, или ищут его теперь с полицией по всему городу? Из мыслей вырвал тихий шепот сзади на ухо: — Ты меня с ума сводишь, — легкое касание носом мочки уха, стая мурашек, разбегающихся по телу. Чертов Люцифер, свалился из ниоткуда в эту земную рутину. Прикрыв глаза, Дино позволил себе секунды наслаждения звуком его голоса и ощущения теплого дыхания на шее. — Вот ты где! — резкий окрик заставил ангела подпрыгнуть на месте и отшатнуться от демона. Он огляделся на звук довольного пьяного голоса и увидел Жозефин. Почему-то в одной туфле, но хотя бы полностью одетая. Ковыляя, девушка поравнялась с ними обоими. Взгляд с поволокой выдавал ее самую крайнюю стадию опьянения. — Жоззи, а я… тоже вас искал, — в принципе можно говорить, что угодно, Дино прекрасно знал, она об этом не вспомнит. — Ты! Люсиан сказал, что… а это еще кто? — она выглянула из-за его плеча и прищурилась, разглядывая Люцифера. Тот и бровью не повел. — Мой старый знакомый, — за спиной раздался смешок, который попытались замаскировать под покашливание. — Знаю я твоих знакомых, — Жозефин расплылась в улыбке, но тут же убрала ее, так как поняла, что ей ничего с этим брюнетиком не светит. Да и не очень-то надо. — Где тебя носило всю ночь?! — Милая, так говорю же старый знакомый, так неожиданно встретились, разговорились, — его руки накрыли ее наманикюренные пальчики и слегка сжали. Девушка недоверчиво еще раз оглядела их обоих, потом расслабилась, не чувствуя никакой угрозы. — Ладно, но Люсиан тебе это тооочно не простит, — она растягивала гласные, теряя мысль на ходу. — Домооой хочу. — Я могу подвезти эту прекрасную леди домой, — вмешавшийся в разговор Люцифер заставил ангела сжать губы и недоверчиво посмотреть на него. Еще этот галантный медовый голосок. Неужели Жозефин его зацепила? — А я и не против, — игриво протянув ему руку, она позволила подхватить себя на руки, так как ковылять на одной ноге без второй туфельки было неудобно. — На чем подвезешь? — Дино испытывал какое-то жгущее чувство, неприятно кольнувшее. Не хватало еще ревновать. Это с ним Люцифер только что трахался в туалете в общественном месте, а не с ней, в конце концов. Лестная мысль. — На машине, конечно, — посмотрев на него, как на идиота, Люцифер двинулся с девушкой на руках к выходу. Пришлось поспешить за ними. В горячих объятиях незнакомца Жозефин разморило, но даже сквозь сон ангел смог выяснить, что их друг уехал еще час назад, так как его ждали в другом месте на продолжение рейва. К тому же он явно потерял надежду на времяпрепровождение с Дино, точнее Домиником, ведь его как ветром сдуло посреди танцев. — А еще кто-то так громко занимался сексом в туалете, что было слышно даже через музыку, — блондинка хихикнула, усаживаясь на заднее сидение мерседеса, дверь которого ей любезно открыл Люцифер. Сам он едва удержал рвущийся наружу смех. — Не может быть, какое бесстыдство, — Дино сел спереди и пристегнулся со второго раза, так как от ее комментария у него задрожали руки. Просто везение, что никто не пришел стучать им в дверь и не предъявил потом. Демон по-хозяйски уселся на водительское и ловко завел машину, уточняя адрес, куда надо было отвезти Жозефин. Аккуратно вырулив на дорогу, он повез их по красивым улицам города. В Париже занимался рассвет. Еще совсем несмело лучи восходящего солнца касались зданий, пробегались по тротуарам и подсвечивали голые деревья, которые на свету переставали пугать своими вычурными извилистыми ветками прохожих. Дино бросил взгляд на руки, держащие руль, к запястьям которых подбирались причудливые узоры татуировок, виднеющиеся из-под куртки. Снова посмотрел перед собой на сменяющийся пейзаж. Скоро будет весна, природа оживет и все земные обитатели воспрянут, стряхнут с себя наваждение скуки и тяжести после промозглой и слякотной зимы. Но ангелу показалось, что ему не надо этого дожидаться. Сегодня он впервые почувствовал себя поистине живым. Как и Люцифер. Парадокс, ты можешь стать смертным, тем, кого презирал похлеще той же ангельской расы, но обрести этим гораздо больше, чем карабкаясь по небесной карьерной лестнице под свистящие стрелы вокруг. Можно предать чуждые тебе идеи ради собственной безопасности, спасаться от манипуляторов и провокаторов и оказаться нос к носу с врагом, который в этих условиях оборачивается самым нужным и самым важным. Теперь уже человеком. Рассвет набирал обороты, темная ночь стремительно отступала и голубое небо предстоящего морозного дня становилось все ярче. А что будет дальше знает лишь Шепфа. К черту его.