Один случай

— Знаешь, Рон, магия — это так здорово. Не мог бы ты показать мне еще какие-нибудь заклинания или рассказать про быт волшебной семьи? — спросил Гарри. — Ну, — с видом знатока начал Рон, — живем мы обычно, только магия используется везде, но остаются вещи, которые приходится делать дополнительно. Например, мы часто выгоняем садовых гномов, хотя волшебство существенно облегчает жизнь. Мне кажется, что если бы не папа, то я бы вообще не знал, как можно без него жить. Он работает в министерстве, — пояснил он, увидев вопросительный взгляд Гарри. — Его отдел находит вещи, которые были зачарованы, но попали к магглам. Но иногда он, незаконно, правда, создает что-то своё. У него таких вещей целый гараж, он даже создал летающий аутомобиль. — Автомобиль, — поправил Гарри. — Да, автомобиль. Мама же сидит дома, готовит и занимается прочими нужными делами. О, кстати она недавно применила одно заклинание к Фреду, ну, или Джорджу, я их не различаю. Рон вытащил палочку и прокашлялся. — Рон, может не надо? — испуганно спросил Гарри. — Вдруг оно опасное или просто неправильное? Ты применяешь его впервые! Но тот уже по злому примеру Гермионы Грейнджер направил ему палочку в лицо и произнес: — Деспульсо!

***

Драко Малфой шел по коридору поезда. В уме он уже представлял картины своей дружбы с знаменитым мальчиком-который-выжил, его расположение к роду Малфоев, а также повышение того рейтинга, что именуется «репутация». От Лонгботтома он уже узнал, где едет Избранный и сейчас спешил туда. Он толкнул дверь в купе со словами: — Говорят, что здесь едет Гарри Поттер, — но картина ошеломила его. За открывшейся дверью стоял Рон Уизли, направивший палочку на нечто окровавленное и изуродованное. Только по кровавого цвета оправе можно было понять, что находящееся сверху было очками без стекол, а то, что было внизу… В ужасе, Драко вылетел из купе и побежал к себе с криком: — Гарри Поттера убивают!!!

***

Перед глазами стояла тьма. Она была глубокой и бесконечной, манила к себе, туда, где была сплошная пустота. Гарри подумал, что глаза его почему-то закрыли темной тканью и поднял руку, чтобы убрать её. Повязки не было. Это начинало напрягать, но Гарри быстро успокоил себя, решив, что он просто находится в темном помещении, а очки лежат рядом. Он потянулся и нащупал тумбочку, но она была пуста. Это ему уже не нравилось. Внезапно рядом раздался голос. — Гарри, мне ведь можно тебя так называть? Не пугайся, пожалуйста. От испуга Гарри резко отшатнулся назад и сильно ударился головой об спинку кровати. Ожидаемых звездочек в глазах не было. — Ну я же просила тебя не пугаться, — голос звучал несколько смущенно и стыдливо. — Я староста Когтеврана, Пенелопа Кристалл. Ты сейчас в больничном крыле Хогвартса, а я сегодня помогаю мадам Помфри, школьной медсестре. В эту секунду Гарри отчетливо вспомнил лицо Рона Уизли, купе Хогвартс-экспресса и голос, говорящий: «Деспульсо». — Что произошло? — голос его звучал хрипло и неуверенно. — Пойми, Гарри, мы на самом деле старались. Заклинание оказалось верным, но… — Пенелопа сбивалась и, по-видимому, сильно нервничала. — Рон вложил в чары слишком много энергии. Вообще, они отталкивают предмет, к которому применяются, но удивительно, что у Рона это получилось, эти чары проходят на четвертом курсе, и то не у всех с первого раза получается, а здесь… Понимаешь, заклинание применилось к очкам и так как оно было очень сильным, то они разбились и стекла попали в глаза и изранили все лицо. Хорошо, что тебя быстро нашел Драко Малфой, тоже первокурсник, и быстро сообщил всем. Тебя быстро доставили сюда, в Хогвартс, но глазное яблоко очень пострадало и, да, Гарри, прости, но ты ослеп. В голове был рой мыслей. Где-то на заднем фоне еще постоянно, как часы, пульсировало отчаянное «Нет! Нет! Это не может быть правдой!!!», но Гарри уже знал, что это так. Он еще не мог смириться с тем, что это темнота перед его глазами навсегда. Он начал явно представлять Пенелопу, больничное крыло, сам Хогвартс и, казалось, видел большую комнату с множеством кроватей в огромном замке и находящуюся в ней высокую блондинку с синим галстуком, но он твердо знал, что это — игра его воображения, хотя вторая часть него была уверена в том, что это на самом деле так и выглядит. Пенелопа все говорила и говорила, а Гарри уже всерьёз размышлял о том, чтобы навсегда остаться в этом мире фантазий, забыть про свое несчастье и уйти от всех проблем, но как же те люди, кто дрожал от страха в годы террора Волдеморта? Всплывшее в памяти лицо Рона, говорившего об этом, затронуло уже болящую рану. И в этот момент Гарри твердо решил, что ему наплевать на всех, кто считает его Избранным и ждет геройств. Он обычный человек с непростой судьбой. Часто судьбу человека делают другие люди. Не он виноват в том, что Волдеморт пришел к нему в дом. Не он применил неизвестное заклинание к человеку и обрек его на путь слепца. Однако теперь все будет по-другому. Гарри твердо решил взять штурвал своей жизни в собственные руки. Он поборет это несчастье. Он станет целителем-ученым и найдет средство помощи для всех, кто пострадал от таких «Ронов Уизли». Он справится с любыми трудностями и найдет способ видеть вновь, чего бы это не стоило. — Гарри! Гарри, ты меня слышишь? — Пенелопа толкала его. — Да, прости, я немного задумался. — Я спрашивала тебя, готов ли ты сейчас пройти распределение. — Да, без проблем. Гарри услышал приближающиеся шаги, и на его голову опустили какую-то огромную шляпу. — Так, — услышал он голос, — очень интересно. Целеустремленность, жажда перебороть себя, стремление к знаниям. Решимость, отвага. Может быть, Гриффиндор? — Нет, пожалуйста, только не Гриффиндор… Шляпа хихикнула. — Я ожидала чего-то обратного, — сказала она. — Тогда давай, наверное, Слизерин? У тебя есть цель и все возможности для её достижения. Он поможет тебе стать победителем и даст новых друзей. Гарри сомневался. — А как же Тот-Кого-Нельзя-Называть? Это же его факультет… — Ну и что? — голос шляпы звучал успокаивающе. — Не факультет меняет людей, а люди создают факультет. Ты не станешь злым, если попадешь на Слизерин, заучкой на Когтевране, бесхарактерным на Пуффендуе или безбашенным на Гриффиндоре только из-за того, что попал туда. — Ну, тогда хорошо, — ответил после некоторых раздумий Гарри. И Распределяющая шляпа крикнула: «Слизерин!», так громко, как никогда до этого за все свое существование. — Мда, не хватает еще и глухим стать, — подумал Гарри.