Лагерь изменений

Дойдя до его дома, промокшие почти насквозь, но с полными штанами эмоций парни зашли в квартиру. Яку принёс забытые Львом вещи. — Может останешься? На улице холодно, да и ты весь вспотевший, с мокрыми вещами и без шарфа. Льва терзали сомнения. Вдруг что-то пойдёт не так. Вдруг он, Хайба, накосячит где-нибудь. Возможно, он вообще мешает планам семпая. Да и неудобно как-то. Центральный невольно покраснел. — А вы не против? Вдруг у вас планы, а я только мешаю вам. — Были бы планы — не приглашал. В общем, не строй из себя прилежного человека и заходи, переодевайся в сухую одежду. А, стой, у тебя же нету, — Мориске погрузился в размышления. — У меня есть форма для тренировок, ну, там футболка и шорты, — парня перебили. — У меня где-то есть футболки твоего размера примерно, но что со… — Штаны у меня есть запасные! (зачем, интересно?!) — Вот и отлично! Снимай куртку, а я пока футболку поищу. Не смея ослушаться, Хайба, выполнив приказ, последовал за либеро, попутно сообщая матери о ночевке. А Яку не врал! У него действительно была парочка футболок размера Льва. — В основном я сплю в них летом, когда жарко, они очень удобные! — оправдался Мориске. — Так, ванная по коридору слева, ты помнишь, наверное. Конечно Лев помнил. Он запомнил все вещи и все моменты в этой квартире за время его пребывания здесь. Душевая была маловата для центрального, но он выкручивался, сгибаясь в три погибели. К тому времени, когда Лев вышел из ванной, Мориске уложил футон рядом со своей кроватью, заварил чай и отправил в сушилку их мокрые вещи. «Настоящая хозяюшка!» — посмеялся про себя Лев. — О, ты уже вышел! Я быстро. Ты можешь пока чай сделать себе, телек посмотреть. В общем, чувствуй себя как дома! С этими словами Яку убежал в ванную. Лев решил сделать им чай. Пока он его делал, парень загляделся на календарь. На нём был приклеен лист декабря, (видимо это новый календарь, на будущий год, с вклейкой из старого), а также зачеркнуты прошедшие дни, некоторые из которых были обведены и содержали какие-то записи. Наверное, дни рождения или мероприятия. Пока Яку находился в душе, Хайба успел пролистать этот календарик и заметил обведённое в кружок его, Льва, день рождения. В голове сразу закружились смутные мысли. «Ничего необычного, мы же в одной команде!» — оправдался сам себе Лев. — Что делаешь? — за спиной послышался голос хозяина квартиры, вытирающего волосы полотенцем. Хайба тут же подорвался, ставя календарь на законное место. Уши мгновенно заалели. — Д-да вот, чай г-готовлю. — Чай — это хорошо. А ещё лучше с тарталетками, — Яку сделал вид, что не видел разглядывание календаря Львом и достал оставшийся десерт. Кружки быстро опустели, и сами пирожные тоже как-то быстро закончились. Парни сидели и разговаривали обо всём подряд. Яку снова отчитывал Льва за грязные приёмы сегодня. Время близилось к полуночи, поэтому ребята решили пойти спать. — Ты будешь спать на кровати, — произнёс Мориске. — А вы где? — На футоне. Я постелил его рядом. Чтобы, если что, ты мог сообщить о какой-нибудь проблеме и тревоге. — Но… —Никаких НО, ты мой гость. — Мне будет некомфортно, что вы «приютили» меня, так ещё и спите на полу. Может у вас есть ещё один футон? — с надеждой в голосе произнёс Хайба. — Ладно, как хочешь, вроде был где-то… Яку удалился на пару мгновений и вернулся с запакованным в вакуум футоном. За эти минуты Лев рассмотрел комнату семпая. Всё-таки сюда они не заходили днём. Она была просторная и светлая. Минимум вещей создавали такую атмосферу. Всё как в обычной комнате: письменный стол у окна, рядом шкаф с книгами, большая двухместная кровать и шкаф в углу комнаты. Центральный только что заметил ковровое покрытие, создававшее больший уют и тепло под ногами. Не то что у него, Хайбы, холодный паркет. Распаковав футон, Яку разложил его рядом со своим, постелив на него всё необходимое. Свет погас и остался светиться только один ночник. Странно, комната светлого тона, а при отсутствии света кажется достаточно тёмной. Что-то напомнила эта обстановка Льву, но вот только что, он не помнил. — Почему ты решил пойти в волейбол? — незваный вопрос заставил Льва выйти из раздумий. — Не знаю, многие в средней школе говорили, что мне бы пошло играть в баскетбол или волейбол, из-за роста, наверное. Баскетбол я не любил с начальных классов. Поэтому он сразу отпал. А волейбол… не знаю даже. Просто стало интересно, как это. А вы почему решили заниматься этим? — Я с самого детства любил волейбол. Мне нравилось принимать мяч, чувствовать его. Было приятно то жжение после приёма сильной атаки. С начала средней школы я решил, что быть либеро — это круто. К тому же рост у меня был, как ты знаешь, не из лучших. Мне это позволяло быть незаметным для соперника и появляться в неожиданный момент, — послышался протяжный зевок. — Может спать ляжем? Уже поздно. — Да, хорошо. Спокойной ночи, Яку-сан. — Спокойной ночи! Только не пинайся ночью! У меня и так полно синяков, — посмеялся либеро. — Хорошо, Яку-сан, — ответил той же ухмылкой Хайба, — спокойной ночи.

***

Утром Лев проснулся первее. А всё от того, что кто-то слишком сильно сжал его за рёбра. Яку лежал головой у него на плече, мирно посапывая и крепко прижимая к себе кохая. Что-то было не так… Точно! Мориске весь горел. Центральный свободной рукой потрогал лоб либеро. Да у него жар! Видимо, вчерашняя прогулка без шарфа и мокрая одежда сказались. Лев почувствовал себя виноватым. Ведь он позаимствовал шарф (хоть и не просил отдавать его), да и не следовало ему продолжать тот бой снежками. Лев полежал немного, и хватка ослабла. Чтобы не разбудить семпая, он подложил свою подушку в объятья больного. «Где же аптечка?» — копаясь в шкафах на кухне, подумал Хайба. Она оказалась в ванной. Заглянув туда и отыскав необходимые лекарства, центральный направился обратно на кухню. Набрав стакан воды и взяв таблетки, Лев было хотел отправиться в комнату семпая, но тот перегородил путь. — Доброе утро! Как спалось? — сонным голосом пролепетал Яку. — Доброе! Хорошо. Вы как? Хорошо себя чувствуете? — Более чем хорошо. А что? Послышался чих. — Будьте здоровы. Вот что. У вас жар. Вам…— парня нагло прервали. — У меня не может быть жара! Я чу-кхе-кхе… чувствую себя наилучшим образом! — послышался новый чих, и Яку осел на пол. — Яку-сан! У вас жар! Вы должны принять таблетку! Вам сразу полегчает, — поднимая семпая и усаживая его на ближайший стул, младший потянулся за лекарством. — Ладно. Давай, кхе-кхе, свои таблетки, — Лев протянул их со стаканом воды. — Доволен? — Более чем. А теперь идите в кровать. Нужно больше отдыхать. Постельный режим! Сейчас вызову врача, подождите. — Давай без врачей. Не очень хочется пролежать все выходные в постели. Уверяю тебя, завтра станет лучше. Ничего не ответив, Лев просто наблюдал за попытками Яку добраться хотя бы до дверного проёма. Но слабость сказалась на нём, и он еле стоял на своих двоих. Спросив разрешения, Лев поднял семпая на руки и отнёс в комнату, аккуратно укладывая свою ношу на мягкую кровать. Закрыв окно шторами, чтобы не ничего мешало больному отдыхать, Лев направился уже было к выходу, но его остановил приглушённый из-за одеяла голос. — Посиди рядом… Пожалуйста? — Яку сам не мог объяснить причину такой неожиданной, даже для него, просьбы, но просто хотелось, чтобы Хайба был рядом. — Хорошо, только маску возьму. Маска нашлась быстро, поэтому Лев уже через пару минут сидел на другой стороне кровати, трогая лоб семпая. Температура совсем чуть-чуть упала, но всё также оставалась высокой (прошу, знакомьтесь, Лев-ходячий-градусник-Хайба!). Спустя несколько минут Мориске удалось задремать. Воспользовавшись этим, младший набрал в чашу холодную воду, не забыв добавить льда, и, макнув в неё сложенное полотенце, положил на покрывшийся испариной лоб семпая. Лев было хотел выйти из комнаты, дабы не мешать отдыхать Яку, но его схватили за кончики пальцев, переплетая со своими. Хайба сильно покраснел, но, ссылая всё на состояние Мориске, сел на пол, укладывая голову на свою руку, всё также оставляя сцепленные руки. Парень даже представить себе не мог, что когда-нибудь он будет держать за руку, хоть и в таких условиях, человека, о котором он мечтал несколько месяцев. Он сам начал засыпать, но послышалось очень тихое и слабое: — Лев… Парень буквально вздрогнул. — Яку? Вам плохо? Может таблетку? Или врача? — он был действительно обеспокоен. Но ответа не последовало. Поменяв компресс, а вместе с ним воду, Лев решил приготовить небольшой завтрак-обед, так как время уже перевалило за полдень. Парень решил не заморачиваться и сделать овощной салат. Но для более плотного обеда решил сварить куриный бульон. Мама всегда его готовила, когда парень заболевал. Пока суп варится, Хайба дорезал салат, выложил его на тарелку с подносом и отнёс в комнату. — Я-яку… Вставайте. Вам следует поесть. Иначе не поправитесь. Мориске с трудом проснулся, принимая сидячее положение и оценивая ситуацию. Ничего, кроме слов благодарности, Яку не произнёс. Сил не было даже на разговор. Выпивая очередную таблетку от температуры, либеро обратился к кохаю: — Ты ведь останешься? Посидишь рядом? — Конечно останусь! Я не брошу вас! — но слова пролетели мимо, ведь либеро вновь погрузился в сон. Парень позвонил матери и сообщил о том, что останется ещё на ночь, объясняя это тем, что Яку заболел, и за ним требуется уход. Женщина против ничего не имела, а только похвалила сына за помощь другу. Лев слегка «потускнел» от последнего слова, но, отбросив лишние мысли, направился в комнату семпая, садясь на незанятую часть кровати. Он чуть сполз, принимая положение полулежа. Послышался шорох, и Лев почувствовал холодную ладонь в своей горячей. Парень очень удивился этому. Он проверил лоб, температура ещё немного спала. Высвободив руку из сильной хватки, Лев достал из шкафа шерстяные носки. Как он и предполагал, лодыжки тоже были ледяными. Поэтому, быстро натянув носки на семпая, Хайба принял всё то же положение, подхватывая потянувшуюся на него руку. Первогодка заметил, что пока он держит руку семпая, тот не мычит нечленораздельную речь, а спокойно посапывает на подушке. «Кого Яку может представлять, чтобы так быстро успокоиться и спать спокойно, держа меня за руку?» (действительно, кого же?) — подумал Лев, сползая ещё больше, кладя голову на соседнюю подушку, мечтательно наблюдая, как у семпая подрагивает кончик носа. Яку, видимо, вообще не ощущал сцепленных в замок рук, поэтому решил перевернуться на другой бок, заставляя Льва потянуться за ним. Они оказались в таком положении, что Хайба буквально обнимал за талию семпая. Парень мгновенно покраснел. Он решил поменять повязку на лбу больного. Поэтому, попытавшись бесшумно выпутаться, что получилось не очень, ведь он всё-таки спровоцировал небольшое движение одеяла, меняя компресс. Первогодка хотел уже подняться и пойти лечь рядом, как его остановила уже более менее тёплая ладонь. Она потянула ближе, перемещаясь уже на предплечье и на плечо. Лев, не успев среагировать, почувствовал через маску мягкое прикосновение губ. — Спасибо… Лев… — рука переместилась на запястье и мягко отпустила его. Ничего не ответив, Лев вспыхнул. Казалось, что ещё чуть-чуть, и можно вызывать пожарных, чтобы тушить его щёки. Что сейчас было?! Это не сон?! Лев же сейчас не спит?! Хайба очень надеялся, что нет. «Яку-сан поцеловал меня?!» — только эта фраза и крутилась в голове младшего. Но центральный блокирующий не отрицал варианта, что это было сделано под эффектом жара. Что немного печалило. Убедившись, что либеро уснул, Лев сел у изголовья кровати, наблюдая за умиротворенным лицом Яку и погружаясь в дрёму.

***

Лев проснулся только под вечер. Открыв один глаз, парень увидел полусидящего семпая, наблюдавшим за ним. Их пальцы были сцеплены. — Проснулся? Я уже минут десять так сижу. Выспался? — спросил Яку. — Яку… — сонно потирая глаза произнёс Хайба, — как вы? Ничего не болит? Температуры нет? — обеспокоено подорвался парень, кладя руку на лоб Мориске и только сейчас понимая, что на нем нет маски. — Ты был весь красный, да и дышал тяжело в ней, — как будто прочитал мысли либеро. — Я снял её. Не переживай, температуры нет, я чувствую себя лучше некуда. Всего лишь нужно было отоспаться. Что-нибудь происходило? — Ну, у вас был бред, но ничего такого не происходило, — нагло соврал Хайба. — Оу, хорошо. Будешь чего-нибудь? У меня в холодильнике карри стоит. Думаю, на двоих хватит, — Яку хотел было встать с кровати, как его остановили две руки, надавивших на плечи, заставляя лечь обратно. — Я сварил куриный бульон, после него быстро поправляешься. И я сам всё сделаю, не беспокойтесь. До завтра у вас постельный режим! С этими словами Лев убежал на кухню. — Всё-таки сыграл бред. Дааа… Просто смирись! — в полголоса произнёс парень, перед уходом. — Ты что-то сказал? — прокричал Мориске ушедшему Хайбе. — Нет-нет, вам показалось! — послышалось с кухни. «Ничего не произошло? Ну-ну… Ладно, хорошо. Сделаем по-другому.» Через минут десять в комнату зашёл Лев с подносом и двумя порциями супа. — Знаешь, всё-таки я чувствую себя не так уж и хорошо. Может покормишь меня? Лев, анализируя сказанные семпаем слова, ошарашенно посмотрел на него и мгновенно покраснел. — Д-да, хорошо. Парень садиться на освобожденную часть кровати, ставя поднос между ним и Яку, слегка дрожащими руками протягивает ложку в приоткрытый рот. Либеро принимает, довольный исполненным желанием. Так они едят, пока тарелки не становятся полностью пустыми. Смущенный Лев не знает куда деть взгляд и всего себя в целом. Яку же упивается таким состоянием кохая. Ему нравится видеть этот румянец и носящийся по комнате взгляд. — Давай если завтра мне станет лучше, сходим в парк неподалёку? — спрашивает улыбающийся Мориске. — А-а… Вы не против? — смущению Льва не было предела. — Если был бы против — не звал, — уточняет либеро. — Так пойдёшь? Вроде хорошую погоду обещают. — Хорошо. Но при условии, что вам станет лучше. Если нет — то нет! — Ладно-ладно. Давай посмотрим фильм? — Да, хорошо. Какой хотите?.. «Не очень хочется ждать до завтра, но делать нечего. Этот ребёнок серьёзно ничего не понимает?»

***

Мориске спокойно наблюдал за уснувшим ещё на половине фильма Львом, легко и непринужденно поглаживая его по голове. «Когда я успел проявить к тебе симпатию? Или уже не симпатию? Но знаешь, ты действительно хороший человек. Хоть и часто бесишь своими выходками и фразочками. Даа… Как ты успел до такого докатиться, Мориске…» — думал Яку, вполуха слушая тихий говор на ноутбуке. Он не мог объяснить эту тягу к кохаю. Но Лев действительно поражал своим поведением в последнее время. И это нравилось Яку. Те усердство и старания действительно ему нравились. Когда либеро начал замечать перемены в себе? Ещё с зимнего лагеря, когда Хайба катал свою программу на озере. Так непринужденно и легко. С того момента (наверное, с того) Мориске изменил своё мнение насчёт Льва. А если считать, что он ещё и заботиться о нём, то это добавляет ещё плюс к репутации центрального. Да и в последнее время они уж слишком часто начали общаться. На ночевке даже сидят. Когда в последний раз либеро приглашал кого-то остаться у него дома на ночь? В классе третьем-четвёртом? Но, казалось, что старший просто уже не мог без Льва. Удивительно, как за такой короткий срок можно привязаться к человеку так, что не хотелось отпускать его никогда. Время перевалило за полночь. Лев мирно сопел в подушку, сложив руки под неё. Яку укрыл его одеялом, выключил свет, оставив только гореть свет от ночника. Улёгшись рядом, парень вглядывался в лицо кохая. Хотелось снова поцеловать. И не через маску. Но нельзя. Не сегодня, не сейчас.

***

Утро выдалось солнечным, хотя за шторами этого и не было видно. Оба парня спали в обнимку. Лев, слегка возвышаясь, положил подбородок на макушку Яку. Последний же лежал и дышал в ключицу парня, прижимаясь ближе. Первым очнулся Хайба. Спросонья не понимая, кто его так крепко сжимает, и почему внизу так тянет. Сознание мгновенно просыпается, а паника не заставляет себя ждать. Почему именно сейчас?! Почему это произошло?! Блокирующий, постаравшись не делать резких движений, выбрался из прекрасных объятий. Но либеро всё равно проснулся. — Доброе утро, ты куда так соскочил? — потирая глаза, спросил старший. — А-а… можно воспользоваться вашим душем? Мне немного нехорошо, — уши в мгновение ока покрылись розовым. — Конечно. Полотенца в шкафу. — С-спасибо, — Лев мигом убежал из комнаты. «Что это с ним?» — недоуменно подумал Мориске, вставая с кровати и направляясь на кухню готовить завтрак. «Ну почему сейчас?! Надеюсь, Яку-сан не заметил! Это фильм так подействовал? Не думаю, я уснул вскоре после его начала. Господи, за что мне это?!» — стоя под холодными струями воды, Лев не понимал, как и почему он просыпается в кровати Яку-сана (причём с ним же в обнимку) со стояком в штанах. Он не помнил, что ему снилось. Что печалило. Хотя, вроде, ничего такого. Тогда почему организм сыграл с ним такую злую шутку?! Простояв в душе около пятнадцати минут (этого вполне хватило, чтобы убрать недоразумение), Хайба направился на вкусный запах, доносившийся из кухни. Пахло кофе и оладушками. Сразу вспомнилось детство. Раньше мама часто готовила оладушки, а сейчас всё реже и реже. Хотя стоило и самому научиться. — Яку-сан, а научите меня готовить оладьи, — язык бежал первее мысли. — А, п-простите! Если не хотите, то можете не учить. Просто мама часто в детстве готовила их, а сейчас почти нет. — Ха-ха, мне не сложно. У меня особый рецепт. Прежде чем замешивать тесто, отдели белок от желтка в яйце и чуть-чуть взбей белки. Так оладьи будут пышнее и мягче. Так же можешь добавить немного ванилина, корицу или какао. Вот как-то так. Можешь сделать чай пока. Или ты будешь кофе? — показалось отрицательное мотание головой. — Буквально десять минут, и всё готово! Лев послушался и сделал, что ему велели. Как и обещал семпай, завтрак был готов через десять минут. Достав из холодильника кленовый, вишневый и черничный сиропы и поставив их на стол, Яку сел на место напротив Льва. — Ты мне прогулку обещал, — взял несколько оладушек с тарелки Яку и полил их вишнёвым сиропом. — Вас точно ничего не беспокоит? Температура? Головная боль? — Точно! Сейчас позавтракаем и пойдём в парк. Не хочу сидеть дома. Хайба не имел противиться и согласился. Сидеть дома не очень, а на улице была такая прекрасная погода. Закончив трапезу, первогодка собрал все свои вещи, потому что «что-то он засиделся на шее у Яку-сана, и ему пора бы перестать надоедать семпаю». Парни оделись и отправились в недалёко находившиеся парк. Людей было много. Конечно, кто будет сидеть дома в выходной и с солнцем на небе? Яку сказал, что знает очень интересное и красивое место, где должно быть очень мало людей. Парни направились туда. Пройдя через небольшой лес, они вышли на небольшую замёрзшую речку. Через неё проходил деревянный мостик. Здесь было и правда красиво. Лёд на речке был почти прозрачный, через него даже виднелась некоторая живность. С интересом наблюдая за птицами на этом льду, блокирующий не заметил пристального взгляда. Мориске с живым и нескрываемым интересом рассматривал Льва. «Когда же этот ребёнок догадается? Хотя, взаимно ли это? Может, он боится меня», — думал Яку, отворачиваясь и смотря в даль реки.