Завяжи мне глаза

      — Лань Чжань, а ты помнишь, как ты украл мой первый поцелуй, да? — Вэй Ин уже некоторое время лежал на коленях своего мужа и крутил в руках налобную ленту, о чем-то задумавшись. На его лице все ярче играла озорная улыбка, которая обычно не предвещала ничего хорошего. Ванцзи знал это, но уже был готов исполнить любую прихоть Вэй Усяня, стоило лишь тому попросить. — Столь бесстыжим образом, Хангуан-цзюнь…когда я был так беззащитен… — Лань Чжань ничего не отвечал, просто слушая. Вэй Ин же и не ждал реакции, развивая мысль издалека и все сильнее приподнимая уголок губ в усмешке. — Знаешь, у меня тогда даже ноги подкосились, а сознание помутнело… От простого поцелуя.       Ванцзи учился сдерживаться. В конце концов, возбуждала каждая провокация темного заклинателя, каждый вздох, взгляд… А сколько этого добра приходилось на бедного господина Ланя за один день? Хоть и вовсе не выпускай Вэй Ина из-под себя, невзирая на все мольбы и охрипший от несдержанных стонов голос. Что, к сожалению, не было возможно.       — А знаешь, почему? — Вэй Ин загадочно понизил голос и умело дернул за конец ленты, после чего та легко освободилась от плена темных волос и упала на хитро улыбающееся лицо и шею. — Другие органы чувств обострились, потому что я не мог пользоваться зрением, — объяснил Вэй Усянь, в предвкушении закусывая нижнюю губу.        У Лань Чжаня сбилось дыхание и чуть покраснели глаза.        — Лань-гэгэ, ты ведь хочешь свести меня с ума?       Ванцзи уже понял задумку Вэй Ина, молча и резко меняя позу, в которой они находились до этого. Теперь крепкое, пока еще в белых одеяниях тело нависало над Вэй Усянем, оказавшимся прижатым к смявшейся под ним траве. Лань Чжань смотрел сверху вниз, заслоняя собой голубой небосвод с мирно плывущими на нем облаками. Но Вэй Ину нравилось. Безумно нравилось, как второй Нефрит ордена Гусу Лань смотрится с этого ракурса.       — Что, так не терпится, Хангуан-цзюнь? — хохотнул заклинатель, обвивая ногами бедра Ванцзи. — Тогда скорее, скорее завяжи мне глаза и возьми меня прямо сейчас, здесь — на этой поляне, Лань Чжань, Лань-гэгэ…       Больше Ванцзи был не в силах терпеть. К слову, необходимости в этом уже совершенно не было - сам Вэй Усянь не мог позволить тому сдерживаться. Одним ловким движением, заклинатель ордена Гусу принял сидячее положение, потянув Вэй Ина за собой. Тот вновь оказался на чужих коленях лицом к лицу с мужчиной, который уже жадно впился в его губы, изучая языком каждый миллиметр.       Сквозь охватившую целиком и полностью сознание страсть, Вэй Усянь почувствовал, как его собственная лента покинула волосы, заставляя их упасть на плечи. На секунду раскрыв глаза из-за прервавшегося сладостного поцелуя, заклинатель вновь потерял возможность наблюдать происходящее вокруг - его глаза оказались завязаны красной лентой. Только он хотел было возмутиться, что имел ввиду налобную повязку Лань Чжаня, как почувствовал, что его запястья чем-то крепко перевязали.       Вэй Ин возбуждался все сильнее, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Он прижался к телу Ванцзи как можно плотнее, чтобы явственно ощутить возбужденную плоть под собой. От этого действия второй господин Лань на время потерял контроль, чересчур сильно укусив парня за губу. Но на недовольство у Вэй Ина не было времени - резким движением темный заклинатель оказался прижат к траве. Чужая ладонь с силой сжимала перевязанные запястья над его головой, а шею обжигало дыхание напротив. Тело Вэй Усяня все покрылось мурашками, а контроль над сознанием был практически утерян. Ванцзи немного пришел в себя, стараясь быть сдержаннее, не срываться сразу же, не забывать про прелюдию, но получалось не особо. И оба знали, кто был в этом виноват.       Относительную тишину в воздухе нарушил мужской стон, оказавшийся реакцией на мокрые поцелуи, укусы и посасывания, оставляемые Лань Чжанем на торсе Вэй Усяня. Однако, чем сильнее сдерживался Ванцзи, чем сильнее заклинатель под ним ерзал, стонал и просил, тем больше самоконтроль сходил на нет. Еще пару резких движений мужчины и одеяния Вэй Ина, а после и его собственные, поспешно покинули тело. Не факт, что в целости и сохранности, но волновать это будет, когда они вспомнят, что есть что-то помимо их прикосновений.       Контраст разгоряченного тела и прохладного воздуха, обдувающего самые интимные места, был не слишком приятен. Вэй Усянь поморщился, желая скорее ощутить Ванцзи вместо этого. Ему хотелось почувствовать того целиком и полностью, но вместо этого мужчина лишь перемещал свободную руку по телу заклинателя. Он щекотал, сжимал, сдавливал, сопровождая влажными поцелуями и укусами, но этого было мало. Катастрофически не хватало воздуха, ласк и… Просто хотелось почувствовать друг друга так сильно, как этого не позволял физический мир.        Прелюдии действительно имели не маловажную роль, однако, ласки становились все болезненнее и неконтролируемее, а желание почти достигло пика. Окончательно же тормоза Лань Чжаня спустились, когда нетерпеливый темный заклинатель задел ногой то, что задевать не следовало. По крайней мере, он тут же пожалел о содеянном: пришлось как можно плотнее сжать зубы, чтобы не закричать от боли в запястьях и шее. Следы от сдавливания и укуса в этих местах гарантированно останутся еще надолго, красуясь на видных местах Вэй Усяня.       — Прости, — виновато отозвался Ванцзи, с тревогой рассматривая исказившееся гримасой боли лицо Вэй Ина.       — Нет…я сам…ты только не останавливайся, — сквозь все еще сжатые зубы прошипел заклинатель, сильнее притягивая к себе Лань Чжаня. Сейчас он не хотел ничего, кроме ощущения его тепла на своем теле.       Дважды повторять не было нужды и, оставив легкий виноватый поцелуй в месте укуса, тот провел рукой вдоль живота Вэй Усяня, спускаясь все ниже. Несмотря на повязку на глазах, тот в предвкушении зажмурился, задержав дыхание. И как только рука Ванцзи обхватила и сжала его в самом чувствительном месте, Вэй Ин издал неприлично громкий стон, окончательно теряя рассудок от испытываемого наслаждения. Откинув голову назад, он инстинктивно дернул бедра вверх, проталкивая руку Лань Чжаня дальше. Тело, которое теперь принадлежало Вэй Усяню и так было довольно чувствительным, но когда тактильные ощущения оказались обострены до предела и яростно откликались на каждое прикосновение Ванцзи, темный заклинатель уже на стадии прелюдий был на седьмом небе от удовольствия.       Действительно, всего несколько ритмичных движений рукой хватило, чтобы довести Вэй Ина до высшей точки и позволить обильно излиться прямо в руку второго господина Ланя. Только он расслабил все мышцы, готовясь перевести дух и восстановить дыхание, как почувствовал, что в него проникло два изящных пальца Ванцзи. И ведь точно, для того все еще только начиналось, а совершенно растрепанный, беззащитный и выдохшийся Вэй Усянь своим видом не оставлял себе и шанса.       Стоило бы промолчать, не усугублять ситуацию, но темный заклинатель так и не научился этому искусству, из раза в раз расплачиваясь за каждую свою фразу.       — Лань Чжань, я слышу, как ты тяжело дышишь, — подметил и хрипло засмеялся Вэй Ин. — Потому что тебя так возбуждает мой вид, да? Признайся, что сожалеешь за тот раз, когда отпустил меня после всего лишь одного поцелуя, не зайдя дальше и не… — договорить Вэй Усянь не мог, потому что Ванцзи грубо заткнул ему рот поцелуем, а вместо пальцев проник уже твердой разгоряченной до предела плотью, войдя внутрь во всю длину. Тому оставалось лишь издать болезненный стон в губы Лань Чжаня, что в этот момент терзали его собственные.       Вэй Ину нравилось, что он мог одним словом, взглядом, действием… Лишь даже существованием заставить второго господина Ланя потерять над собой контроль. Однако, за это умение Вэй Ину приходилось каждый раз расплачиваться. Собственной же натурой.       — Полегче, Гэгэ, полегче, — раздались тихие мольбы заклинателя, чьи руки случайно избавились от крепкой хватки и уже переместились на мокрую от пота шею Ванцзи. Вэй Ин уже и забыл, что еще недавно прохладный ветер приносил ему дискомфорт — оба мужчины сейчас чувствовали лишь жар, исходящий от тел друг друга. — Ты такой грубый, Хангуан-цзюнь…пощади! Разве так должен касаться любимого благоразумный муж? — Вэй Усянь сам не знал, где берет силы, чтобы раззадоривать Лань Чжаня еще больше.       Как бы Вэй Ин не умолял, что бы ни говорил, все его действия шли вразрез с просьбами. Неприличные стоны удовольствия, движения навстречу бедрами, притягивающее как можно ближе кольцо рук на шее — все это только сильнее распаляло Ванцзи, вынуждая того двигаться внутри еще агрессивнее.       Лишь когда голос темного заклинателя совсем охрип от громких стонов, а тело обмякло в руках Лань Чжаня, Вэй Усянь почувствовал, как тот обильно излился внутрь него и рухнул рядом на землю, бережно притягивая его к себе. Вэй Ин перекинул свои руки за голову, освобождая себя от мешающей видеть повязки на глазах.       Подняв взгляд на Лань Чжаня, Вэй Усянь замер. В ответ на него нежно смотрела пара покрасневших глаз, заставляя лишь от этого возбудиться вновь. Он слишком любил вид удовлетворенного и совершенно обессиленного Ванцзи, поэтому счастливо улыбнулся и прильнул к тому сильнее.       — Ты правда просто потрясающий, Гэгэ.