Чувствую душой

POV Драко Недавно я вспоминал Хогвартс. Признаться честно, зачем - не знаю. До последнего говорил себе не думать о всём, что с ним связано, но кое-что заставило это сделать. Письмо. Однажды я уже получил долгожданный конверт с печатью школы. Радости не было предела. Отец даже не приструнил за недопустимое аристократу поведение. Он понимал, насколько сильно я хотел попасть в этот замечательный замок. Мама с искренним удовольствием смотрела, как я распечатывал письмо, видела, как скакали по строчкам мои глаза, съедая слова, и как на моём тогда ещё детском молочном лице расцветала самая искренняя улыбка во все тридцать два. Неописуемое чувство. Я знал, что письмо обязательно будет у меня. С раннего детства мне всегда говорили : «Когда ты станешь взрослее, к тебе прилетит сова с необычным известием». Конечно, все подробности не были сказаны, но суть я уловил. Сейчас же, глядя на нераспечатанный пергамент и смотря прямо в глаза встревоженной матери, я вспомнил самое ужасное - войну. Потому что это единственное, что приходит на ум человеку, который с лёгкостью мог потерять на ней самых дорогих людей - родителей. И я до последнего не хотел читать содержимое. Приготовился к худшему, хотя сам не понимал, почему именно к худшему. В голове промелькнула мысль, что, возможно, это какая-то ловушка тех, кто остался верен Ему, но не смог избежать наказания. В отличие от моей семьи..Поэтому они захотели справедливости и решили выведать у меня, как нам удалось выйти сухими из воды. Надеюсь, это всего лишь мои больные мысли.. Конец POV Драко *** - Драко, может, откроешь? - осторожно спросила Нарцисса, неаристократично ёрзая в кресле. Вот уже около получаса белокурая женщина пыталась подтолкнуть сына к хоть каким-то действиям. - Я не уверен, что хочу его прочесть. - ответил блондин стальным голосом, снова посмотрев на лежащий рядом конверт. Мисс Малфой неторопливо встала и тихо подошла к сыну со спины. - Я дам тебе время. - тёплые руки легли на напрягшиеся плечи, мягкие губы оставили лёгкий поцелуй на щеке. Спустя несколько секунд послышались тихие шаги, затем скрип закрывающейся двери и после тишина. Она, казалось, давила на виски, отзываясь гулом в голове, но была так необходима. Малфой встал с кресла и подошёл к большому приоткрытому окну. Пейзаж за ним был восхитительным: сад с клумбами роз и деревьями с серебристыми листьями; клетка размером с квиддичное поле, в которой гордо расхаживали неописуемо красивые павлины. В это время дверь в комнату тихо открылась и вошедший наблюдал интересную картину. Лёгкий ветерок обдувал молодое лицо, в воздухе пахло приближающейся осенью. Взгляд серых глаз лениво устремился в небо: солнце слегка припекало землю, облака вокруг него не спеша плыли своей дорогой. На душе сразу стало теплее. Затем взгляд устремился на подозрительное письмо, потом на небо и снова на письмо. Казалось, будто оно само просилось в руки. Но Драко не торопился его читать. Он хотел проветрить голову от дурных мыслей. Отойдя от окна, Малфой устремился к выходу из комнаты. Может, и не ловушка это вовсе. Подделать печать школы не так просто. Она защищена сильным заклятием. Но что-то было в письме настораживающее. По крайней мере, парню так казалось. Витая в своих мыслях и смотря в пол, он не заметил стремившегося к нему отца. Столкнувшись с ним, блондин поднял глаза и отшатнулся. - Отец. - кивок в знак приветствия. - Сын. - внимательный взгляд в ответ. Повисло неловкое молчание. Обычно сосредоточившийся и внимательный, сейчас Драко был рассеян. Малфой младший снова посмотрел в окно и осторожно сказал: - Я хочу подышать свежим воздухом. Буду благодарен, если ты дашь мне выйти. Люциус выдохнул и усмехнулся: - Нарцисса только что сообщила, что наш сын меркнет на глазах. Я заволновался и поспешил тебя навестить. Но, вижу, всё не так плохо. Лорд Малфой пристально смотрел на Драко. В его глазах читался не появлявшийся раньше интерес. Тот в ответ смотрел на отца, но без единой эмоции. Он кивком указал на конверт, пожал плечами и вышел из комнаты. Люциус не стал тянуть время. Подойдя к столу и взяв в руки конверт, он распечатал его. Какая разница, если вдруг его сына решили проучить. Он всё равно не допустит этого. Любому глотку порвёт за любимого мальчика. И вот глаза бегут по строчкам, с каждым новым словом уголки губ поднимаются выше. Зря волнуется Драко, очень зря. *** В Норе было непривычно тихо. Казалось, дрова, горящие в камине, потрескивали слишком громко. Гарри, сидевший у источника тепла, обвёл взглядом гостиную: Джинни читала какой-то журнал, Молли следила за спицами, которые сами вязали новый свитер, Джордж смотрел в одну точку, щёлкая пальцами, а Рон с Гермионой читали какое-то письмо, видимо, с хорошим содержимым. Радостное лицо девушки и театрально-страдальческое рыжика говорили об этом. Они тихо, но бурно начали что-то обсуждать. Каждый был занят своим «тихим» делом. Гарри ещё немного понаблюдал за всеми, а потом полностью развернулся к камину и всматривался в ярко-оранжевые языки пламени, которые как будто пытались что-то сказать. Брюнету сразу вспомнился мужчина с волнистыми длинными волосами, худым лицом и наивной улыбкой, который когда-то обещал ему быть семьёй. Парень часто вспоминал его и каждый раз прозрачная капля, такая нежеланная - чтобы не казаться сопляком - быстро катилась по лицу, оставляя блестящий блик на щеке. Он быстро вытирал её ладонью и начинал представлять, каким бы могло быть их будущее: вот Гарри вручают диплом об окончании школы и гордившийся им Сириус громко аплодирует, встречаясь устало-счастливым взглядом с искренне-радостным взглядом крестника; вот они спешат домой после тяжёлого рабочего дня, а по приходе вместе заваливаются на диван в гостиной и уютно посапывают; вот Молли Уизли позвала их на семейный ужин, на котором обьявили о помолвке Рона с Гермионой.. - Сириус, почему ты покинул меня? Ведь.. - Знаю, обещал. И мне очень жаль, что не смог сдержать слова. Поверь, я не хотел причинять тебе боль. - Я верю тебе. Как ты там? Видел родителей? - У Бродяги всё отлично. - лёгкая улыбка. - Лили и Джеймс часто говорят о тебе. Знай, они всегда рядом, Гарри..Гарри..Гарри, что с тобой? Гарри, очнись! - Эй, дружище! - брови взволнованного Рона начали стремительно подниматься вверх в изумлённом жесте. Он ощутимо тряс Поттера за плечо. Герой вынырнул из своих фантазий и посмотрел на друга непонимающим взглядом. - Перестань, я не копилка, чтоб меня трясти. - растерявшись, сказал Гарри и откинул руку Рона. Он неторопливо встал, смотря на пламя в камине, и только потом понял, что прохладные слёзы текли водопадами из согревшихся глаз. - Опять? - послышался тихий голос Джинни, которая наблюдала за происходящим, боясь даже пошевелиться. Стоящая рядом Гермиона удивлённо раскрыла глаза. - Джинни.. - еле слышно сказала кареглазая девушка и слегка толкнула её в бок. Наступила неловкая пауза. Пять пар глаз уставились на расплакавшегося парня. Было видно, что некоторых распирает от любопытства: что же случилось и почему Джинни задала такой вопрос, будто это не первый такой случай. Первой молчание нарушила Гермиона: - Гарри, я бы хотела подышать свежим воздухом с тобой. Пойдём? - она аккуратно подошла к нему и взяла за руку в дружеском жесте, метнув на Рона, который заметно напрягся, но не в том смысле, как сначала показалось Грейнджер, предупреждающий чуть злобный взгляд, от чего тот отстранился. Поттер смотрел на всех полубезумным взглядом и не понимал такой реакции. Хотя, этого стоило ожидать. Не каждый день увидишь взрослого ревущего парня. Но выяснять подобное поведение друзей ему хотелось меньше всего. Кивнув, брюнет дал понять подруге, что непротив проветрить мысли и через секунду они оказались на крыльце дома. Они всматривались в начинавшее темнеть небо и вдыхали ароматы вечера. Успокаивающая атмосфера. - У меня появилось много вопросов, но их я припасла на следующий раз. А сейчас я хочу показать тебе необычное и интересное письмо. - она села на ступеньку, держа в руке конверт с очень знакомой печатью. - Присаживайся. *** На улице было очень хорошо. Свежий воздух неплохо отрезвлял мозги. Недавно распустившиеся бутоны роз издавали тонкий приторный аромат. Павлины важно распускали свои хвосты и гоготали на своём языке. Смотришь на эту красоту и совсем не хочется верить, что через неделю осень. Да, всего неделя, и многие ребята, ещё не до конца верящие в реальность произошедшего, отправятся во вселюбимый Хогвартс. И опять он занимал мысли одного блондина. Драко шёл по тропинке, ведущей от дома до небольшой беседки у озера, и размышлял о примерном содержимом письма. Честно говоря, он уже понял, что его снова приглашают посетить это место, но упрямился читать перед родителями, потому что не хотел возвращаться в когда-то родные стены и потому что знал - согласие отца и матери неоспоримо. Ведь репутация Малфоев и многих других слизеринцев и их семей итак подорвана. Они стали врагами народа. Несмотря на данные обстоятельства, всех снова любезно готовы принять в школу. Это ведь..немыслимо. Нереально. Драко зашёл в беседку, сел на удобное кресло и рассматривал гладь озера, в котором отражалось чистое небо. Возможно, вернуться и стоило бы, но ради чего? Ради ненавидящих взглядов, ради насмешек и оскорблений, ради тыкания пальцами в их, бывших Пожирателей и слизеринцев, сторону? Ну уж нет. Такое Малфой терпеть не намерен. Ни за что и никогда он не вернётся в Хогвартс. За спиной послышались шорохи. Но блондин не спешил повернуться. Он прерывисто вздохнул и прикрыл глаза. На этот раз тишину нарушали звуки природы. И снова какое-то шуршание. - Не молчи. - твёрдо сказал Драко, не открывая глаз. Было понятно, что его покой кто-то нарушает. Только что пришедший Люциус не торопился говорить. Казалось, будто он разделял мысли с сыном. В руках было сжато письмо, только уже открытое. Прошло несколько минут прерываемого вздохами молчания и Малфой старший наконец заговорил: - Я прочёл его. К моему удивлению, содержимое оказалось положительного характера. Думаю, тебе бы тоже было полезно не валять дурака. - он протянул пергамент Драко. Блондин только сейчас открыл глаза и недовольно взглянул на отца. Взяв в руки письмо, он непрерывно смотрел на него, выражение его лица сменялось незаинтересованностью на удивление. Оно содержало в себе следующие строки: «Драко Люциус Малфой, приветствую Вас. После известных Вам событий Школа Чародейства и Волшебства Хогвартс была разрушена, превращена в руины. Оставшиеся преподаватели и отряды авроров в ускоренном режиме исправляли ситуацию. С уверенностью говорю, сейчас Школа отстроена заново и ждёт новых учеников. Но с учётом того, что вы, семикурсники, не закончили учёбу, мной было принято решение вернуть вас к обучению на седьмой и восьмой курс. Учебники в этом году не понадобятся. Требуется приобрести котёл для уроков по зельеварению и пачку пергамента. 1 сентября Школа снова откроет Вам, мистер Малфой, свои двери. Искренне ваша, Директор Школы Волшебства и Чародейства Хогвартс Минерва МакГонагалл». Драко ещё долго вглядывался и перечитывал письмо, не веря ни единому слову. Как такое могло произойти? Ведь совсем недавно прошла война и от замка не осталось живого места. Он ошарашено посмотрел на отца, а тот слегка улыбнулся и его глаза загорелись надеждой. - И что это значит? - смотря в глаза Люциусу, спросил Малфой младший. - Я всегда думал и знал, что ты не лишён умственных способностей, сын. Видимо, тебе ушибло голову несколько месяцев назад. Мне стоит разъяснить? - усмехнулся Люциус. - Мне и так всё ясно, - Драко пристальнее посмотрел на отца и добавил, - делать мне там нечего. - Нарцисса так не считает. Она дала согласие на твой отъезд. - лёгкая ухмылка. - А я не считаю это нужным. - холодно ответил Драко. - Ты же понимаешь, последнее слово не за тобой, за мной. - посерьёзнев, сказал Люциус. Малфой младший отвёл взгляд. Внутри бушевал ураган чувств. Но отчетливее всех была злость. Он злился на директора, злился на родителей, злился на весь чёртов мир. Его мнение никто не учитывал. Да ни за что он не отправится в Хогвартс снова! Пусть хоть сам Мерлин пригрозит ему кулаком, не отправится. Ещё раз взглянув на озеро, Драко встал и устало зашагал к дому, ни сказав и слова отцу. Почему никому нет дела до его чувств? Он же не кукла, которой можно управлять. А злость становилась сильнее. Ехать в школу - значит снова видеть «прекрасную» золотую троицу: грязнокровку-заучку, рыжего нищеброда и шрамоголового придурка-героя; значит слышать на каждом шагу : «Убийца!», «Мерзкий Пожиратель!», «Подстилка Тёмного Лорда!»...; значит вспоминать ужасные события, коснувшиеся этих мест и стен. Ха..Ну почему же так сложно.. Драко зашёл в дом и увидел напряжённую мать, которая, видимо, ждала его прихода, чтобы узнать вердикт. Блондин всего лишь слегка кивнул ей и ушёл в свою спальню. *** POV Гарри Оно просто застало меня врасплох. Это чёртово письмо. Конечно, именно моего возвращения с нетерпением ждут. Это что, издевательство? Или шутка? Если так, то мне вообще не показалось это смешным. Минерва, вы же прекрасно знаете, каково мне. Так зачем прислали его? Снова распороть ещё не затянувшуюся рану? Снова заставить её кровоточить? Ах, да, конечно, все ведь думают, что я силён и мне не составит труда терпеть боль, сидевшую в истерзанном сердце. Да куда там. С самого рождения и в течение десяти лет я даже представить не мог, что существует другой, сказочно-волшебный мир. Не знал, кем действительно являлись мои родители. Не думал, сидя в чулане под лестницей, что моя жизнь будет такой..захватывающей. Спасибо Хагриду, моему первому большому другу, открывшему маленькому Гарри завесу тайны. Благодаря ему, я приобрёл новый дом - величественный и неподражаемый Хогвартс. Когда ноги переступили порог школы, осмотревшись, я сначала впал в ступор, но через пару секунд был в полном восторге. Не буду описывать во всех красках своё появление в этом месте и производимый от него эффект, но, поверьте, я долго не мог прийти в себя, улыбка не хотела сползать с лица. Сейчас же мысли о Хогвартсе заставляли сердце сжиматься от боли, ладошки моментально потели, к горлу подступала тошнота и во рту появлялся привкус паники. Почему, может, спросите вы? Тяжело снова вспоминать то ужасное и сковывающее в прутья страха время. Время, когда из-за Него погибли дорогие мне люди. Время, когда мне больше не хотелось существовать. Время, когда мир будто остановился. Со мной всегда было рядом всё семейство Уизли и незаменимая Гермиона. Они старались вытянуть из меня все страдания и всю боль. Я прекрасно понимал, что им также нелегко, но в ответ помочь не мог. Все мои силы ушли на Его уничтожение. Не только физические. Поэтому я нуждался в поддержке и мне её предоставляли. Особенно сильно помогала Джинни. Всегда была рядом, давала советы и наставления, стала нужна как воздух. Она успокаивала меня после видений о Сириусе и родителях. И была единственной, кто знал о них. Вместе мы снимали напряжение сексом. Да, мы занимались им, но лишь для отвлечения от проблем и, хоть недолгого, спокойствия души. Не подумайте, я не сошедший с ума извращенец. Это была её инициатива. В каком-то журнале Джинни вычитала, что, занимаясь этим, человек на какое-то время может забыть о проблемах и переживаниях, сконцентрировавшись на удовольствии. Это действительно помогало и я постепенно стал отпускать боль и избавляться от плохих воспоминаний. Но теперь, услышав из уст Гермионы, что двери Хогвартса для меня снова открыты, всё то, что я долго и старательно пытался отпустить, начало возвращаться и тянуться к душе своими мерзкими ручонками. Меня начал одолевать лёгкий морок. Снова попав туда, я закроюсь от всех на тысячи замков и воспоминания навалятся тяжелым грузом на мою голову. Значит, зря старалась та же Джинни, Гермиона, мисс Уизли? Нет. Я не должен и не обязан возвращаться в пропитанные ноющей болью стены. Ни за что. Я не справлюсь. Дорога в Хогвартс закрыта для меня моим же сердцем. Конец POV Гарри