Одна боль на двоих

      Похороны… Молчаливая толпа стояла перед множеством надгробных камней со скорбными лицами, в тёмных одеждах. Никто не разговаривал, иногда кто-то шмыгал носом или шумно вздыхал, глотая слёзы. Где-то стояло больше народа, где-то - меньше.       Клан Хьюга оплакивал потерю члена своего клана: Неджи. Члены главной и побочной ветвей стояли сплочённой кучкой с мрачными лицами, на которых перекосилась скорбь, отчего казалось, что эмоции ненастоящие.       Ещё одной — нет, даже две — потери стали смерти глав клана Нара и Яманака. У их могил сплотились члены клана Нара, Яманака и даже Акимичи. Впереди всех троих стояли молодая троица Ино-Шика-Чо. И если на лицах парней оставалось демонстративное равнодушие, то Ино покусывала губы, сдерживая непрошенные слёзы. Смотревшие на подрагивающие плечи подруги парни встали к ней вплотную и с обеих сторон прижали её к себе.       …После похорон все разошлись, и только команда номер десять осталась стоять перед могилами Шикаку и Иноичи.        — Чоуджи, ты можешь идти, — хрипло произнесла Ино, прикрыв глаза и снова покусывая губу. — Мы ещё немного постоим…        — Как скажите, — Акимичи произнёс это с беспокойством, но он понимал, что им нужно время побыть наедине со своими мыслями и болью.       Он ушёл, а Шикамару и Ино остались. В сгущающих сумерках всё ещё видны очертания лиц, могильных надгробий, волосы Ино и её печальные голубые глаза. И Шикамару, лицо которого исказила боль вперемешку с покусанной губой.       Они оба прижались друг к другу. Прохладный воздух стал ни по чём, так как тепло тел согревало их. Молчали и плакали в тишине про себя, чтобы никто кроме них самих ничего не слышал.       Дни проходили за неделями, за месяцами, за годами, у каждого появилась семья. Шикамару женился на Темари — той самой куноичи из Суны. Что касалось Ино, то она вышла замуж, а Сая — это был тот самый отмороженный из АНБУ, который какое-то время тусовался с Наруто и Сакурой. Что и у Яманака, что и у Нара — у них у обоих появились по одному сыну. Но несмотря на иллюзию созданного счастья — традиция осталось, хоть это не устраивало ни Сая, ни Темари, которые молча провожали супругов.       Каждую годовщину Шикамару и Ино идут вдвоём на кладбище в любую погоду.       Их постоянно видят вместе. Они стоят — иногда перекидываются парочкой слов, — и уже потом расходятся.        — До скорого, — тихо произнесла Ино в очередной раз.        — Д-да, — потерянно прошептал в ответ советник Хокаге.       Очередной день, который проходил мимо обыденно и спокойно, впрочем как и целый год. Скучный, как всегда. Подобные походы, хоть и разбавляли серую рутину, на душе всё равно дрожал осадок. Будто жизнь шла не в том направлении или это был один страшный сон, из которого не выбраться и не проснуться. Это не походило на Вечное Тсукуёми, — это жизнь, в которой люди однажды приняли не самое верное решение и теперь подолгу сидят и сожалеют о ней.       Шикамару и Ино это только сейчас поняли.        — Давай как-нибудь встретимся? — предложила Ино, склонив голову набок, смотря прямо в глаза. — Посидим, поболтаем немного.        — Ты же знаешь, у меня обязанности, — с неохотой ответил Нара.        — Советнику Хокаге, как и самому Хокаге нужен отдых, — фыркнула Яманака. — Да и вообще, что это за безобразие такое? Если Наруто и так будет продолжаться, то он такими темпами загонит себя в могилу. Ты ему говорил, что бывать с семьёй тоже иногда надо?       Шикамару закатил глаза: всё равно, как он ни старался, Наруто продолжал изводить себя. Узумаки часто говорил, что он не любит ту семью, не любит Хинату, не любит детей, которых она ему родила. Это не та жизнь, которую он хотел, о которой он мечтал.       Но тайные исповеди Шикамару не рассказывал никому.       Потому что сам оказался в схожей ситуации.        — Ладно, попробую, — пожал плечами Шикамару.- Можно как-то и попробовать.       Он увидел улыбку на лице женщины.       Впервые за всё это время.       В кафешке уютно и тепло: вкусный запах лился по всему помещению. Шикамару и Ино применили хенге, чтобы не раскрыться раньше времени. Они договорились не затрагивать личную жизнь — только успехи детей или общие темы, чтобы поддержать легенду о двух возлюбленных.       Пока им готовили заказ, Нара и Яманака молча сидели, ёрзали на своих сидениях и смотрели каждый по своим сторонам, иногда бросая взгляд на других людей и — неловкий — друг на друга.       Наконец им принесли еду.        — Приятного аппетита, — сложив руки в молитвенном жесте, произнесла Ино.        — Приятного аппетита, — повторил за подругой Шикамару, и оба принялись за еду. Ужинали они тоже молча, и иногда Яманака поднимала голову и смотрела на друга, улыбаясь. Шикамару на тихий смешок поднимал голову и строил непонимающее выражение лица.        — Ты чего? — спросил он наконец.        — Да… уже неважно, — махнула рукой Ино. — Просто вспомнились миссии с Асумой-сенсеем и Чоуджи.       Нара хмыкнул: конечно, первые дни работы в команде были не только самыми тяжёлыми, но и весёлыми, как ни странно.       Но быть под началом Асумы-сенсея — незабываемая пора.        — Это точно, — с наслаждением выдохнул мужчина. — У Асумы-сенсея был… особый подход, и его действительно хотелось слушать.       Трио Ино-Шика-Чо многое пережили: сначала экзамен на чуунина, потом смерть Асумы-сенсея. А затем им всем пришлось идти на войну. Многих изменила та война, особенно после смерти общего товарища.       Шикамару заметил, как лицо подруги исказилось в довольной улыбке.       Их обоих посетила одна и та безумная мысль.       Весть об исчезновении Шикамару с Ино никого не удивила. Все из выпускного потока знали об их связи. И все догадывались, что они нашли счастье, сбежав из деревни.       Темари сообщили первой. Несмотря на донесение, женщина героически переживала эту новость. Шикадай, узнав от матери обо этом вдруг произнёс:        — Возможно, это покажется диким, но папа однажды обмолвился. Ему не нравилось всё то, что его окружало: ни должность, ни спокойствие… Он хотел чего-то другого.       Наруто поднял голову.        — Пояснишь? — потребовал Хокаге.        — Я думаю, ты сам понимаешь, — раздражённо закатила глаза Темари. — Он не любил меня, не любил Шикадая, но был сильно привязан к этой… из Яманака.       Последнее слово она произнесла тихо, но с нажимом и едкостью.        — Оставлять сына, тем не менее, я не собираюсь, — сразу ответила Темари. — Без крепкой женской руки он совсем пропадёт.        — Хорошо, как скажешь, — Наруто прикусил губу и откинулся на спинку кресла. Он посмотрел на Сая и Сакуру, которые стояли к нему ближе всех и произнёс: — Я бы поговорил бы с ними один на один, но мне нужно, чтобы за всем этим, — Хокаге обвёл рукой стопки бумаг, — кто-то присмотрел. Я могу на вас рассчитывать?        — Конечно, — Сай фальшио улыбнулся, но дал понять, что готов временно возложить на себя обязаности Хокаге.        — Я за ним присмотрю, — ответила вслед за мужчиной Сакура.        — Хорошо, тогда я выдвигаюсь, — сообщил Наруто, а после добавил: — вам двоим быть в кабинете в семь утра.        — Поняли, — на этом разговор закончился.       Шикамару и Ино, облачившись в дорожные плащи, прихватив кое-какие припасы, двинулись на юг, в сторону простецкой рыбацкой деревушки без названия. Нара рассчитывал всё так, что к моменту обнаружения их побега, Темари объявит тревогу или кто-то ещё, а Наруто организует отряд для их поиска.       Только Шикамару с Ино никак не ждали, что Хокаге собственной персоной преградит им путь.        — Н-наруто? — Ино притормозила и выпрямилась в спине. — Ч-что ты тут забыл?        — Вы в курсе, что все ребята на нашем потоке знают… о вашей связи? — не стал растягивать надолго экскурс Наруто. — Вы понимаете, что покинув деревню, вы тем самым ставите на себе крест и становитесь отступниками?        — Мы понимаем и осознаем, — ответил Шикамару, схватив крепко руку Ино в свою.        — Но возвращаться мы не будем, — твёрдо и решительно ответила Яманака.        — А как же Шикадай и Иноджин? — не унимался Хокаге.        — Они взрослые и всё понимают, — ответила Яманака.       Наруто ещё хотел возразить — всё же даже если Шикамару ушёл, то у Шикадая мать осталась. А у Иноджина всё наоборот… Но при каждом упоминании о «прошлой жизни» их лица искажала боль и неприязнь.       Наруто вздохнул, смирившись с выбором.        — Я надеюсь, что всё у вас будет… — тяжко вздохнул он, но женщина тут же его перебила.        — Не сомневайся, не пропадём, — произнесла Ино. — Прощай, Наруто.       И они оба с хлопком исчезли в облаке дыма.       Наруто вернулся с мрачным выражением лица и тяжёлым камнем на душе.        — Этого и следовало ожидать, — положив руку на плечо, ответила Сакура.       Наруто накрыл её руку своей и выдохнул.        — Неужели мы всё так и оставим? — проскулил Чоуджи. — А как же мы все, а кодекс шиноби?       Отвечать на этот вопрос Наруто не стал: не говорить же им, что Шикамару и Ино тошнило от этой жизни, и им даже не хотелось обосновать всё это?        — Они сами выбрали себе дорогу, — ответил Хокаге.       В кабинете повисла гробовая тишина. Вспомнились похороны Неджи. Только сейчас хоронили Ино и Шикамару, которых в скором времени их кланы объявят как дезертиров.       «И в следующий раз мы уже встретимся не как друзья, — Наруто поджал губы и сжал руки в кулаки, — а как враги»…       Нара и Яманака в последний раз любовались огнями ночной Конохи.        — Не жалеешь, что сбежала? — спросил Шикамару Ино.        — Нет, — та помотала головой. — А ты?       Последовал точно такой же ответ.       Они сожгли свои мосты, выбрали путь их собственного счастья…       И ни о чём не жалеют.       Их объединило одно — смерть отцов. И единственная поддержка — они сами. Но недостаточно просто встречаться и говорить на всякие темы. Важно объединиться и жить рука об руку, даже если приходится бежать от неприятного настоящее, превращая его в ночной кошмар прошлого.       И Шикамару с Ино продолжили путь дальше, больше не оборачиваясь назад.