Я жду тебя на площадке!

Солнце светило именно в то место, где сидела Мина. Глаза щурились, мешая нормально сосредоточиться на диктанте. Она посмотрела в сторону окна; сакура отцветала и дарила ветру лепестки нежных розовых цветов. Хотелось выйти, раскружится во дворе и, чтобы все проблемы куда-то улетучились, чтобы тело стало лёгким и поднялось ввысь. Но, для неё это было невозможно, ведь ничто не заменит то восторженное ощущение и тепло где-то внизу живота, когда ты, хоть на минутку, но паришь над площадкой… — «Чёрт, что там дальше?» — девушка прослушала больше пяти предложений. Неожиданно прозвенел звонок. Делать нечего. Списывать она не привыкла, да и в классе у неё не было таких уж друзей, чтобы можно было попросить тетрадь. В силу легкого на подъем характера и дружелюбности – изгой по жизни. В любой компании имеет авторитет и внимание, но она не чувствовала от людей той отдачи, того ощущения понимания. Расстроено положив тетрадь на учительский стол, Мина пошла на улицу. Свежий ветерок сдул отчаяние и смирил её с неодобрительной оценкой. Девушка любила наблюдать за людьми. Сама того не замечая, она могла прочесть эмоции и частично то, о чём люди могли бы думать, но даже не понимала, как это может раздражать со стороны. Ветер набирал обороты и относил её длинные русые волосы вперёд. Возможно Прин понимала, что сейчас в её жизни перестройка, но это должно войти в привычку. То, как она себя ввела в средней школе здесь недопустимо. — Мина, — окликнул её дружелюбный голос Сугавары. — Чего ты тут стоишь одна?  — Просто так. — она улыбнулась. Парень сразу вызвал у неё приятные ассоциации. — Что-то нужно? Прости, я просто плохо себя чувствую. Могу нагрубить случайно...— кареглазая немного усмехнулась и сделав небольшой кивок, зашла в здание. Минако правда не хотела так прямо, но с того дня, как они с братом стали по разные стороны лагеря, создавалось ощущение одиночества. О том, что её слова могли как-то задеть парня она не думала, потому знала – тот нормально воспримет её действия. Хината и Кагеяма стояли у спортзала и спорили о чем-то неважном. Казалось, эти двое знакомы лет сто. Восхищаясь друг другом: один - открыто, другой - тайно. — «Хината в тебе столько энтузиазма, но не думал ли ты, что когда-нибудь ошибёшься? Ха, тебе это даже в голову не придёт» — рассматривая его рыжие волосы и немного усмехаясь, подумал Тобио. — Кагеяма, ты чё, ржёшь надо мной?! — увидев ухмылку, парень стал прыгать, чтоб сравняться с ним в росте. — С чего ты взял? — А чего ухмыляешься тогда, а? — Ой, отстань. — король пошёл в сторону раздевалки, ведь скоро уже начнётся тренировка. Асахи и Ноя разминались. Киёка что-то объясняла Ячи, та все записывала. Такая дружеская атмосфера напрягала Мину. Она привыкла к соперничеству во всем и это сказывалось в любом коллективе, в который та попадала. Ей всё время твердили, что у неё слишком завышенная самооценка. На самом деле, она не была уверена даже в работе своего сердца, которое бьётся автоматически. Натянув фиксирующую повязку на предплечье, закрывая запястье, Ойкава вышла на разминку. Хвост не стала переплетать, так как не хотела долго возится. — Ну что ж, у меня хорошая новость, — начал сенсей с улыбкой на лице, — возможно мы поедем в тренировочный лагерь в Токио. Но! Как всегда есть условия! — как же это напрягало. У всего свои условия и этого кажется невозможно избежать. Девушка сидела сзади всех, так как не хотела быть среди парней. Стеснялась. — Поедут только те, у кого будут хорошие оценки! Это не обсуждается! Отдыхает только тот, кто работает! У вас ещё целый месяц, думаю вы справитесь. — мужчина снова улыбнулся команде. Окаменелый Хината упал на пол. Его подтолкнул Цуки, все повернулись в его сторону и погрозили кулаками. Вся тренировка была насмарку, потому что половина ребят думали о том, как выправить оценки. Ячи согласилась помочь Хинате с Кагеямой. Только после этого можно сказать, что те немного отвлеклись на волейбол. Ойкава старалась не смотреть в сторону короля, ведь не хотела встретить его презирающий, высокомерный и безразличный взгляд. Она понимала, что тот всё равно не будет ей пасовать, поэтому даже не пыталась попросить его об этом. — Прости, что ушла, мне было правда плохо — принимая пас Коши, извинялась девушка. — Все хорошо. Я надеюсь, тебе уже лучше! Давай ещё раз попробуем провести быструю атаку. — мило улыбнулся парень. Девушка показалась ему закрытой, хоть и разговаривала не мало. Она была больше остальных сосредоточена, что немного напрягало каждого из команды. У Укая создалось впечатление, что та доставит им много хлопот лишь из-за её самооценки и характера. — Шимизу-сэмпай, можно я немного задержусь? Хочу потренироваться сама. — кареглазая подошла к ней где-то ближе к концу, когда другие уже прибирались. Кека одобряющие улыбнулась и протянула ей связку ключей, та кивнула и положила их в карман. — «Она, что же, собралась остаться?»— Кагеяма скользнул взглядом по сосредоточенному личику девушки и ему показалось, что та плачет. Он весь день, с самого утра, пытался отбросить любые мысли о ней, но сейчас не мог оторваться от того, как та катила корзину с мячами в кладовку. Когда все ушли, девушка осталась. Выдохнула, взяв мяч в руки стала отбивать его от стены. Она учащала ритм, но тут в зал зашёл Рю, что-то насвистывая. — О, ты осталась? — Д-да… — мяч от стены попал прямо в лицо, парень усмехнулся. — Могла бы попросить, чтоб тебе покидали, тут все свои, ладно чау! И не бойся ты этого Кагеяму, ведь если что, я ему врежу. — он забрал забытый телефон и ушёл под те же насвисты. Девушка со всей дури ударила по мячу, чтоб выплеснуть свой гнев, а потом пожалела об этом. По ладони расходилась приятная щиплющая боль и жар. Она сжала её в кулак и стала убирать мячи, решив, что пора бы домой, скоро стемнеет.

***

— Твоя сестра серьёзно в Карасуно? Ты разрешил ей? — упрекал Ивайдзуми друга, сидя на его кровати. — Слушай, а кто я ей, чтоб запрещать? Тем более этой упёртой что-нибудь запрети – потрохами сожрет. — говорил связующий старшей школы Аобаджосай, по лицу которого было видно, что он сам не в восторге от её выходок. Возможно лишь пари сдерживало его насильно не переводить сестру. Пари... Оно началось давно. Ещё в средней школе она пыталась его превзойти, но эти попытки обернулись травмами и не только физическими. Мина сходила с ума и жила мыслью лишь о волейболе. В итоге у неё был нервный срыв. Парень помнил, как мама грозилась вообще запретить волейбол в их семье, как не пускала его на тренировки. На лице появилась серьезная ухмылка с оттенком презрения. В те дни он хотел убить её за все, что она сделала. Сейчас он наверное понимает, что виной всему было его хвастовство, а возможно просто невнимательность к сестре. — Давай не будем о плохом, а то у тебя такое лицо, будто в жопу ужалили — напомнил он Иве-чану, а тот послал его куда подальше и продолжил играть в приставку, обгоняя Тоору в гонке на мотоциклах.

***

Девушка пришла домой. Мамы ещё не было, брат и Ивайдзими играли в комнате, а она могла спокойно послушать музыку. Включив колонку вся усталость будто испарилась. Ойкава училась играть на пианино, хотя не так хорошо у неё это получалось и сам инструмент не притягивал к себе. В комнате заиграла её любимая песня. Не знав, что дома кто-то есть, Прин стала подпевать в вазу-микрофон, немного пританцовывая, представляя что она на сцене. Музыка заглушила скрип двери. А когда песня закончилась, и она обернулась, в дверном проеме стоял Тоору с Ивой-чаном и снимали её. — А ну удалили, придуроки! — она попыталась отобрать у брата телефон, но тот был слишком высокий. Он усмехаясь встал на носочки, подняв руку над головой. — Не-а! Это надо оставить для предков! Не боись они лишь подумают, что ты немного того, но это не будешь ошибкой, — издевался парень, а девушка надулась, и ушла к себе в комнату, толкая Иву к брату. Это было обычным делом, чтоб брат посмеявался над ней. Не в новинку. — Знали бы твои поклонницы, какое ты дерьмо — на километр не подошли бы... Даже не здоровались бы, слышишь?! — раздаётся в комнате со второго этажа, а парень хмурится, заметив на лице друга ухмылку. Привыкая к школе, Мина привыкала и к ребятам с тренировки. Они были довольно забавными, каждый отдельный кадр, а вместе – комедия. За все время пребывания среди них, Мина больше времени проводила с Ноей, Сугой и, барабанная дробь, не поверите — с Кеем. Они по непонятным обстоятельствам сдружились. Не скажу, что с другими у неё были ссоры, просто она нашла себе компанию которая была ей по душе. Единственный, с кем она не общалась и даже немного побаивалась был Тобио. Тот тоже безразлично и холодно относился к знакомой, так что всё было нормально… казалось бы. Месяц подходил к концу, и вот на носу тесты. Переполох у Хинаты – он стал зубрилкой. Это было даже немного забавно. Хоть они все старались, но в итоге Кагеяма и Шоё провалили. Им пришлось пересдавать именно в тот день, когда все двинулись в путь. Мина сначала думала, что может ей стоит поехать с братом, но потом твёрдо решила, что пари есть пари, и он большей ей не союзник. Девушка села рядом с Коши, тихо смотря в окно. С ним она чувствовала себя спокойно и раскрепощено. Он рассказывал ей что-то про виды приёмов и подач, но та уже уснула у него на плече. Сон был странным и даже немного пугал. Девушка проснулась в холодном поту, когда все уже выходили. Ойкава схватила рюкзак и побежала из автобуса. Их уже встречали команды, прибывшие ранее. Комната Некома. Ребят что-то удивило; у них в команде было пополнение. Высоченный парень с платиновыми волосами и ярко зелёными глазами оказался их новеньким блокирующим. — «Господи, почему все такие высокие?»— страдала Минако, пока проходила мимо ребят. И так всегда, все выше её на сантиметров пятьдесят. Это жутко било по ней. Вдруг она заметила в одной из кучек ребят в конце зала брата и его команду. Он как всегда на своей волне – дурит. — Великий король тоже тут? — от этого прозвища, вылетевшего из уст Хинаты, девушку прорвало и она звонко засмеялась на весь зал, привлекая лишнее внимание. — Ещё раз, как ты назвал этого Барашку — отдышавшись, спросила светловолосая, протирая глаза от слез. Он немного шокировано повторил, от чего та покатилась по полу. — Твоя сестра? — спросил кто-то из берёзовой команды парня, который делает вид, что её не знает. — «Господи, как же ты меня позоришь, малявка»— Ойкава недовольно цокнул и пошёл растягиваться с полотенцем на шее, стараясь не обращать на присутствие сестры никаго внимания. Девушка до сих пор немного прыскала только от мысли, что её братик «Великий Король», а Хината окончательно сделал вывод, что она с приветом. Первый матч, второй, третий... После пары проигрышей, казалось, что все помрут от этих кругов подборов. Девушки спали в отдельном крыле, куда все время хотела вернутся Прин, когда тренер повторял о подборе. Под конец из Минако вышли все силы и она еле еле дошла до желанной ванной. Взгляд в зеркало и слезы. Она начала вспоминать, как пыталась вскрыть вены. Наверное это всё от усталости… Вот так стоя над раковиной и смотря на свои (как ей казалось) уродливые черты лица, два года назад, девушка оставила на себе печать из швов. Она смотрела на себя и сердце разрывалось от крика. Почему ей хотелось быть более привлекательной? Никогда не было проблем и комплексов по поводу внешности, что изменилось? Девушка сняла перчатку чуть выше запястья, где красовался шрам чем-то напоминающий корону. С того момента, когда он появился, к ней и пришла семейная кличка «Прин» — принцесса. Это она так порезала себя после срыва. От одного его вида, сердце проткнули тысячи холодных игл, и Ойкава сразу же надела перчатку обратно. Из глаз катились крупные слёзы, она нервно ухмылялась. Как же было противно смотреть на это бесполезное существо, смотрящее на неё светлыми глазами по ту сторону зеркала, которое строит из себя что-то стоящее. Была бы она дома, разбила бы на фиг зеркало и дала бы волю эмоциям, но здесь много посторонних, поэтому надо держаться. Ты сильнее чем думаешь... Минако умылась и с затуманенным разумом и ватными ногами пошла к себе. Впервые за долгие два года она почувствовала себя так опустошенно. — «Что с тобой, Прин?! С каких пор тебя волнует, что о тебе подумают? С каких это пор ты стала замечать недочеты в своей внешности? Это из-за Кагеямы? ГОСПОДИ, НЕТ!!! Причём тут этот урод? Не говори что ты влю… и мысли не допускай!»— она схватилась за опущенную голову и продолжала медленно продвигаться в женскую комнату. Небольшая дрожь прокатилась по бледной коже словно всасывалась внутрь — так ритм сердца отдавал в ушах и висках. Неожиданно она уперлась во что-то. Светловолосая подняла глаза... Это был Тобио. Ойкава в этот момент хорошенько затупила и нереально покраснела (я бы удивилась, если в этот момент она собралась с мыслями, пфф) — П-п-рости, — сделала неловкий шаг назад, а ещё через секунду развернулась и убежала на улицу вся пылая. — «Чё это с ней? Она разве не в комнату шла? Да ну её» — парень сонно пожал плечами и пошёл дальше. Его взгляд приковался к быстро отдалявшемуся миниатюрному силуэту, и к летящим в разные стороны блестящим волосам. —«А она изменилась… фигурка стала более… ЧЕРТ, КАГЕЯМА, ЧТО ТЫ НЕСЁШЬ?!»— он невольно улыбнулся, а потом ударил самого себя по затылку. Девушка выбежала и наконец смогла вдохнуть. Она чувствовала всем телом, как тяжело это делать. На небе уже появился месяц, он светил прямо на неё, что создавало ощущение, что та в кино. Минако начала обдувать себя ладошками и тут заметила, что на другой стороне улицы у низкого здания два размытых силуэта. Один накрывал другой. Она догадалась, что это кто-то целуется, и стало даже немного противно-завидно, но та лишь приглядывалась. Глаза на лоб полезли, когда в одном из них она узнала брата. Её словно потрясли со всей силы и кинули на пол, да и наступили в придачу. — «Нет, я конечно догадывалась, что у него есть деву…» —в голову ударила ревность… братская ревность. Она стиснула зубы и хотела развернуться, но вспомнила о Тобио и растерялась. Решив пройти мимо парочки, она подумывала, как бы заодно узнать, кто эта девка, но Тоо закрывал её своим высоким ростом. Почему-то реальность стала её пугать.